К общему знаменателю

      Стук упавшей на пол сумки отвлёк парней от их интересного занятия. И Алек, и Хью ошалело обернулись на Магнуса, замершего возле двери с пустым, ничего не выражающим лицом. — Магнус? — растерянно пробормотал Лайтвуд. — Не надо, — еле выдавил из себя Магнус.       Его поразило искреннее удивление, прозвучавшее в голосе Алека. Ни вины, ни сожаления — одно лишь непонимание. Дьявол в ангельском обличии. — Магс, подожди! Ты всё не так понял! — торопливо воскликнул Хью, соскакивая с кухонного островка. — Я сказал: не надо, Хью! — резко выкрикнул Магнус. — Я всё понял. Избавь меня от ваших оправданий.       Сердца не существует. Его просто нет в природе и в принципе, и всё, что когда-либо говорили о нём медики и поэты, было лишь глупой выдумкой. Если бы оно на самом деле существовало, то Магнус был бы уже мёртв, потому что с раскромсанным на рваные куски сердцем люди не выживают. — Магс, послушай! — Хьюго устремился к нему, но его отбросило назад волной синей магии, вырвавшейся против воли её хозяина. Он упал спиной на пол, изумленно глядя на потерявшего контроль старшего брата. — Послушать?! Что послушать, Хью? — две влажные дорожки прочертили себе путь на щеках Магнуса, но он этого даже не заметил. Он был раздавлен, растоптан и забит под плинтус, словно надоедливый мусор или пыль, которую проще смести куда-то, чем убрать. Наверное, он кричал, а может и говорил шепотом, но даже громкость его голоса не смогла бы заглушить сейчас ту боль, что ломала его душу и тело. Ломала изнутри… — Я дал вам обоим выбор, я не настаивал и не навязывался, но вы оба решили иначе — для чего? Чтобы я застукал вас сейчас здесь?! Чтобы я понял, что я всегда был лишним — несмотря на то, что вы оба говорили об обратном?! Чтобы просто сделать мне больно, отомстить за что-то? За что, Хью?! За что ты так со мной… — Магнус! — попытался остановить его красноречие Лайтвуд. — Ты! — вскипел Бейн. — Лучше заткнись, потому что я не могу сейчас придумать ничего, что остановило бы меня от необдуманных действий, потому что я… — Магс, магия, — жалко произнёс Хью. — Остановись…       Пластиковая обшивка на панелях коридора дома Алека плавилась и скукоживалась, словно под воздействием высоких температур. — Да, Хью! Моя магия вышла из-под контроля — думаешь, я не знаю?! — яростно выплюнул Магнус. — Я ничего не могу с этим поделать, но ты мне скажи: тебе страшно? Страшно, что я могу сейчас сделать?! Я этого не хочу, но я этого не осознаю, потому что ты знаешь, что я всегда был сильнее тебя, и если сейчас этот дом не взорвётся… — Магнус!!! — Я никогда тебя не ненавидел, и даже сейчас я не ненавижу, потому что я сам во всем виноват! Я всегда ненавидел только себя, потому что я всегда всё порчу… — он всхлипнул, растеряв остатки сил и храбрости, и развернулся, чтобы выбежать из этой двери и никогда больше сюда не возвращаться, и… наткнулся на Алека, ловко поймавшего его в свои объятия. — Магс, ты чего? Ты плачешь? Что случилось? — обеспокоенно спросил он, внимательно заглядывая ему в глаза. — К-к-как ты?.. — заикнулся Бейн, дрожащей рукой указывая в сторону кухни. — Оттуда?       На грани полной истерики он оглянулся туда и… увидел там ещё одного Алека, не сдвинувшегося с места даже на миллиметр. Магнус закрутил головой туда и обратно, пытаясь уложить в голове тот факт, что это не один и тот же Алек, каким-то невероятным образом перемещающийся в пространстве, беспомощно оглянулся на Хью, который совершенно не выглядел удивлëнным, а, скорее, раздосадованным, и снова перевёл умоляющий и требующий объяснений взгляд на Алека, который держал его сейчас в своих объятиях. Тот виновато улыбнулся, слегка закатив глаза. — Ну да, точно. Магнус, это Гэбриел. Гэбриел, это Магнус. Кажется, я немного не успел с официальным представлением. С Хью, как я понимаю, ты уже успел познакомиться? — обратился он к своей копии на кухне с недвусмысленной ухмылочкой.       Тот покраснел и сделал вид, что заинтересовался поверхностью кухонного островка, сделанной под дерево. Хьюго хихикнул. — Чего? — совершенно по-идиотски захлопал глазами Магнус. — Гэбриел?! Твой брат?! — Можно просто Гэб, — любезно откликнулся парень у островка. — Но он же… он же… — Бейн не переставал таращить глаза, косясь то на одного Лайтвуда, то на другого. — Он же вылитый ты! — А что ты хотел? — Алек усмехнулся в ответ на его бестолковый вид. — Не у тебя одного есть брат-близнец. — Ты же сказал, что он младше тебя! — зацепился за последнюю деталь Бейн. — Четыре минуты! — подал голос брюнет на кухне. — Серьёзно, Ал? — Любой промежуток времени имеет значение, если это означает моё первенство, — Лайтвуд довольно хмыкнул.       Гэбриел закатил глаза. — Это не соревнование! — Именно оно, — возразил Алек. — Ты что, надел мою футболку? — Моя ещё в чемодане, — оправдался младший Лайтвуд. — Вот и взял бы в своём чемодане, — парировал Алек. — Так, СТОП! — психанул Магнус и вырвался из рук Алека. — Вы совсем здесь охренели?! Т-ты, ты, ты… — беспомощно заикнулся он, глядя на своего Лайтвуда. — Какого чёрта ты мне не сказал, что вы близнецы?! Ты столько времени… общался с нами… и не сказал?! — Ты ему не говорил? Серьёзно? Ал, ты опять за старое?! — сердито произнёс Гэбриел. — Если так подумать, то мы это заслужили, — влез Хьюго. — За какое старое, Гэб? Да, не сказал, но не поэтому, — спокойно произнёс Алек. — Хью прав, Магс. Ты не думал, что у тебя нет права обвинять меня в этом? — Так это месть? Ты мне мстишь за… за то, что я тебе не сказал? — вытаращил глаза Магнус. — Ангелы, Магнус! Какая ещё месть? — поморщился Лайтвуд. — Я из-за твоего молчания на самом деле пострадал, а ты? Кстати, а что тут, собственно, произошло? Почему вы довели моего парня до слёз? — он грозно обвёл взглядом Гэба и Хью. — У него дурацкая привычка не вовремя появляться, — замялся Бейн-младший. Полчаса назад — О, нет…       Лайтвуд, словно завороженный, наклонился к Хью с совершенно ясными намерениями, и Бейн с трудом успел дать себе ментальную пощёчину, чтобы вывернуться из его рук. — Не смей! — гневно предупредил он его. — Но я… — смутился брюнет. — Нет, Алек! Какого чёрта?! Да, я сам виноват, но ты! Ты же выбрал Магнуса! И я был этому рад, но если ты будешь себя так вести, то я, пожалуй, не уверен, что ты тот, кто ему нужен… — кипятился Хью.       Отчего-то застеснявшийся вдруг Лайтвуд сказал фразу, от которой Хью чуть не поплохело. — Хью, Алека нет дома. — Прости? — Бейн искренне вытаращил на него глаза. — Что?! — Я говорю, Ал вернётся через полчаса, — заулыбался брюнет. — Извини, что сразу не предупредил. — Ал?! Ты ещё на хрен кто?! — выдохнул Хью на грани развала сознания. — Я Гэбриел, брат Алека. И я не «на хрен», я только вчера приехал, — рассмеялся Лайтвуд. — А ты очень милый, кстати. Такой живчик, ещё и симпатичный…       Бейн совершенно диким взглядом смотрел на парня перед собой, выглядящего один в один как Алек, в его же любимой футболке, с тёмными взъерошенными волосами, и со страхом искал в этом всём подтверждение его словам. Глаза зацепились за незнакомую насмешливую улыбку, на которую он поначалу не обратил внимания, но которой он прежде ни разу не видел у Алека. — Ты гонишь, — несчастным голосом произнёс он. — Это не может быть правдой, нет, это какая-то… — Хью, клянусь! Зачем мне врать? — поднял брови Гэбриел. — Докажи! — резко потребовал азиат. — Докажи, что ты — не он! — Боюсь, для этого нам придется зайти в дом, — ухмыльнулся Лайтвуд. — Я не планировал раздеваться у всех на глазах… — Ты издеваешься. Вы оба! Я так больше не могу… — Бейн стал пятиться. — Хью, — с тревогой окликнул его Гэбриел. — Не горячись! Давай поговорим! — Пошёл ты! — бросил ему азиат. — Наговорился уже…       Чего он точно не ожидал, так это что Лайтвуд неожиданно в два прыжка настигнет его и загребëт в свои объятия. — Выпусти меня немедленно! — возмущенно завозился Хью, пытаясь оттолкнуть от себя брюнета. — Ага, такого сладкого — обязательно, — легко согласился тот и вдруг без предупреждения откровенно засосал парня. Хью гневно замычал, но почему-то не смог больше ничего ему противопоставить, потому что что-то вдруг случилось с его ногами. И этот поцелуй… он был другой. Прошло, наверное, не меньше пяти минут, прежде чем Гэбриел оторвался от его губ, с трепетом убирая со лба Хью вылезшую прядь волос. — Теперь ты готов поговорить? — поинтересовался Лайтвуд, изучая Бейна пленительными голубыми глазами, в которых резвились смешинки. — Определённо, — хрипло отозвался Хьюго, растворяясь в этом чувственном, дерзком и — чего греха таить — лишающим рассудка и штанов напоре. — Какая гадость, — хмыкнул Алек, глядя на него и параллельно на своего младшего брата. — Ты показал ему свою татуировку? — Я не вовремя? О, неужели?! — язвительно поинтересовался Магнус. — Двенадцать ночи иногда диктуют свои правила, знаешь ли! — Я не это имел в виду, — стушевался брат. — Давайте все успокоимся, — рассудительно произнёс Гэбриел. — Магнус, мне очень приятно познакомиться. Ал про тебя так много рассказывал… Нет, это ложь, потому что он вообще ничего о вас не говорил, так что вчера у меня был только короткий экскурс с фотографиями. — Ты реально не рассказывал брату о нас? — с интересом спросил Хью. — Но почему? — А он боялся, что я его застебу, — насмешливо произнёс Гэб. — Спойлер: боялся я не зря, — вздохнул Алек. — По поводу? — приподнял бровь Хью, поглядывая на подозрительно молчаливого брата. — Так вы же ничего не знаете, — нарочито медленно протянул младший Лайтвуд. — Лучше заткнись, — предупредил его второй брюнет. — Гэбри, дорогой, продолжай, — сладким голоском пропел Хью. — Я и не собирался молчать, — ухмыльнулся тот, игриво косясь на младшего Бейна. — Словом, ошарашила меня ваша история, парни. Вы всю жизнь зачем-то ссорились и подставляли друг друга, и при этом упустили столько забавных идей и веселья! Как можно иметь человека, как две капли воды похожего на тебя, и не пользоваться этим? — Человека… Я вообще-то твой брат, — напомнил Алек. — Не занудствуй, это всегда было моей прерогативой, — отреагировал Гэб. — Знали бы вы, сколько людей мы «развели» за всю свою жизнь! В Аду для нас абсолютно точно уготован отдельный котёл с близнецами, — засмеялся он. — Вы что, притворялись друг другом? — сообразил Хьюго, откровенно веселясь. — Это ещё мягко сказано, — покосился на него Гэбриел. — Мы были из числа тех близнецов, что носят одинаковую одежду, делают одинаковые причёски и вообще ничем не отличаются друг от друга. Это был такой кайф! В универе мы встречались с одними и теми же парнями по очереди, я в один день, Ал — в другой, а потом рассказывали друг другу, как прошло свидание, чтобы потом случайно не спалиться на какой-нибудь мелочи. — Вот вы черти! — искренне восхитился Хью, с изумлением глядя на краснеющего Алека. — Я и не знал, что в тебе такое прячется! — Больше нет, — отрезал тот. — Я уже четыре года как хороший парень. — «Завязал», значит? — поддел его азиат. — Интересно, почему? — Как-нибудь в другой раз, — поспешно произнёс Лайтвуд, с тревогой глядя на своего брата. — Как скажешь, — великодушно согласился тот. — Я тоже не очень-то горю желанием ворошить прошлое. — Между прочим, не так уж мы и не пользовались своим «преимуществом», — хмыкнул вдруг Бейн-младший. — Правда, единственное отличие было в том, что особого выбора у нас не было, и мне постоянно приходилось притворяться Магнусом… — О, да, слышал я эту историю, — коротко рассмеялся Гэб. — Два человека, одно тело. Честно говоря, ещё вчера я хотел сдать Алека в психушку, слушая весь этот бред сумасшедшего про объединённых близнецов. — С тобой я именно так бы и поступил, — то ли в шутку, то ли всерьёз сообщил Алек. — Даже не сомневаюсь, — фыркнул Гэбриел. — Больше всего меня, конечно, удивило, что вы, ребята, не простые парни. Вся эта мистика, магия… Если бы не увидел сейчас всё своими глазами, вряд ли бы поверил до конца. У меня даже язык отнялся, настолько я был поражён. — Лучше бы он у тебя вчера отнялся, — пожелал Алек. — Когда я выслушивал твои издевательства. — Насчёт магии… Я всё исправлю, честно, — смутился нарушивший своё молчание Магнус. — О чём ты? — непонимающе посмотрел на него Лайтвуд. — Об этом, — стыдливо отвёл глаза в сторону Бейн, указывая на покорёженные стены. — Кажется, я немного психанул, когда подумал, что ты и Хью… — Ох, ни хрена себе, — изумлённо присвистнул брюнет. — Один ревнивец напрашивается на ремонт. — Прости, — ещё больше застеснялся Магнус, пряча глаза. — Когда пришёл Хью, я сразу понял, кто передо мной, — продолжил Гэб. — Точнее, я понял, что это один из Бейнов, но кто именно я понял только из эмоционального монолога Хьюго. Я ещё подумал — ого, такой пылкий и искренний! Как же я был рад, когда понял, что это не Магнус, — довольно улыбнулся брюнет, кокетливо откидывая чёлку и стреляя глазами в слегка смутившегося Бейна-младшего. — Не хочу этого слышать, — проворчал Алек. — Хотя учитывая наши с тобой вкусы и предпочтения… Я почти не сомневался, что у меня это получится. — Ты сводник! Ты специально ушёл, чтобы я наткнулся на твоего брата? — всплеснул руками Хью. — Я дал вам даже больше времени пообщаться, чем изначально планировал, — пожурил его Алек. — Причём себе во вред! Жду от тебя благодарности, потому что кто ещё может похвастаться тем, что встречался с близнецами? — поддразнил его Лайтвуд его же словами. — Вот засранец, — пробормотал Хью. — Повезло тебе, что у тебя такой обольстительный и властный брат, — он поймал польщённый взгляд от Гэбриела и заулыбался ему.       Алек наконец обратил внимание на одиноко лежавшую у входа сумку. — Это то, что я думаю? — взволнованно посмотрел он на Магнуса. — Я теперь уже не уверен, — тихо отозвался тот, нахмурившись. — Эй, Магс, — Лайтвуд взял его руки в свои. — Я знаю, ты злишься. Я был на твоём месте гораздо дольше, и я знаю, что ты чувствуешь. — Очень мило с твоей стороны напомнить мне об этом, — проворчал Бейн. — Прости, — извинился Алек. — Ты ведь не передумаешь? Ваш отец дал нам чуть больше года, и я бы хотел провести это время с пользой. Пожалуйста, останься! — Ты расскажешь мне, что произошло у вас с Гэбриелом? Почему он уехал и бросил тебя здесь? — вдруг спросил Магнус. — Это не лучшее моё воспоминание, — признался брюнет. — Ты уверен, что хочешь об этом знать? — Это сделало тебя тем, кем ты являешься сейчас, — просто сказал Бейн. — Конечно, я хочу узнать об этом. — То, кем я был тогда… Я не горжусь этим, — покачал головой Лайтвуд. — Вдруг твоё мнение обо мне изменится? Вдруг ты… разочаруешься? — Ты разочаровался во мне, когда узнал? — справедливо спросил Магнус. — Нет, — улыбнулся Алек. — Ну, может, только поначалу. Но сейчас я просто хочу, чтобы ты был рядом, поэтому прошу: переезжай ко мне, Магнус! Конечно, если ты тоже этого хочешь, — поспешно добавил он. — Я не знаю, Александр, — опустил глаза азиат. — Я так растерян от всего этого… — Ты меня любишь? — напрямую спросил Лайтвуд. — Да, — прошептал Бейн. — Тогда скажи, чего ты хочешь, — попросил его брюнет. — Я хочу тебя ударить, — честно сказал Магнус. — Ты всё ещё можешь, и это будет заслуженно, — вздохнул Алек. — Но лучше я сделаю кое-что другое, что понравится не только тебе, но и нам обоим.       Он одним движением привлёк парня к себе, уверенно нападая на его надутые губы, которые, впрочем, были совершенно не против такого расклада и с огромным энтузиазмом ответили ему. — Чувствую себя неловко, — шепнул Гэбриел второму Бейну. — Пусть они тоже себя так чувствуют. Иди-ка сюда, малыш Хьюи…

***

— Каждый раз я думаю, что вы меня больше ничем не удивите, и каждый долбанный раз я понимаю, как я, чёрт возьми, ошибался, — заявил Рафаэль, пялясь на четырёх близнецов. — Вы все извращенцы, понятно? — Он мне нравится, — тихо хмыкнул Гэб. — Прямолинейный. — А я что, не такой? — обиделся Хью. — Неа, — дразнясь, поспорил тот. — Ясно, — равнодушно произнёс азиат и отвернулся. — Хватит его доводить, — укоризненно посмотрел Магнус на Гэбриела. — Он на самом деле очень обидчивый. — Я просто надеюсь на жаркие доказательства и горячие примирения, — доверительно шепнул ему младший Лайтвуд, и он заулыбался в ответ на эту откровенность. — Фу, я же всё слышу, — зашипел на него Алек. — Как будто меня это волнует, — закатил глаза брат. — И я не виноват, что он такой страстный. Это нереально круто. — Спасите! — взмолился Алек под хихиканье своего парня.       Они назначили встречу всем своим друзьям в парке с целью проведения официальной «очной ставки» и теперь скучающе бродили по округе. — Гэб, братишка! — ещё издалека завопил Джейс. — Джонатан, — официально кивнул ему Гэбриел. — Да иди ты! — хохотнул Эрондейл. — Я Джейс. — Только ради этой интонации стоило, — ухмыльнулся брюнет. — Кто эта прекрасная леди? — поинтересовался он, глядя на Клэри, незаметно косясь на мрачнеющего Хью. — Кларисса Моргенштерн, — улыбнулась девушка, протягивая ему руку. — Рада наконец познакомиться вживую. А вы и вправду умеете удивлять, ребята. И хоть бы кто слово сказал… — У них есть общая договоренность никому друг о друге не рассказывать, — «сдала» их подошедшая Иззи. — Братец, — чмокнула она в щеку Гэба. — Другой братец, — чмокнула в щеку Алека. — Да, мы с Алеком — «бойцовский клуб»¹ друг друга, — пошутил Гэб. — Мне кажется, он как ты, — шепотом сообщила Хьюго Дот. — Такой же нахальный и флиртующий со всеми направо и налево. — Раньше он таким не был, — влез к ним в разговор подслушивающий Алек. — Кажется, я на него плохо повлиял. — Ты? — скептически посмотрел на него Хью. — Что-то сомнительно. — И слава ангелу, — скромно улыбнулся Лайтвуд. — Не бери в голову, он всегда себя так ведёт, когда хочет спровоцировать кого-то, кто ему нравится. — Мы ничего друг другу не обещали, — упрямо сказал Хью. — Он может флиртовать с кем угодно. — Попробуй-ка тот же метод, — посоветовал ему брюнет. — Увидишь, как быстро закончится его терпение. — Да? — с интересом взглянул Хью на воркующего с Клэри Гэбриела и закатывающего рядом глаза сообразительного Джейса. — Слушай, Дот… — Отвали, — посоветовала ему подруга. — Я не стану способом устройства твоей личной жизни. — Свести тебя с Рафаэлем? — коварно предложил Бейн-младший. — Он натурал до мозга костей. — Точно? — усмехнулась девушка. — Отвечаю, — заверил её Хью, благоразумно умалчивая о том, как он это выяснил. — Мрачный он какой-то, — с сомнением протянула она. — А вот Иззи так не думает, — хмыкнул азиат, кивая на то, как Изабель посмеивается над каким-то саркастичным замечанием Сантьяго. — Я хочу есть, — громогласно заявил Джейс. — Мы закончили с этим цирком? Хочу свою порцию углеводов. — К нам? — одновременно предложили Хью и Дот. — Как символично, — покачала головой Клэри, глядя на демонстративно подставившего руку Хью и подхватившую его под локоть Доротею. — И на сколько его хватит? — с интересом шепнул Магнус Алеку, кивая на вытянувшееся лицо Гэбриела. — О, думаю, он и получаса не продержится, — с готовностью отозвался Лайтвуд и подмигнул оглянувшемуся к нему на секунду Хьюго.

***

— Ты какой-то молчаливый, — заметил Лайтвуд, зарываясь носом во «взрыв» на голове Магнуса.       Всё-таки Париж может стать городом любви и романтики для пары с нелёгкими отношениями, особенно если один из составляющих эту пару — маг, способный перенестись в любую точку мира за секунду. — Всё ещё не могу уложить это в голове, — признался Магнус. — Последние три дня были слишком длинные. — Разве это плохо? Наш год начался очень продуктивно, — заметил Алек. — Эти три дня действительно тянутся как целая неделя. — Даже если этот год будет длиться как пять лет, мне всё равно будет этого недостаточно, — вздохнул парень и прежде, чем Алек раскрыл рот по этому поводу, попросил: — Расскажешь, что произошло между тобой и Гэбриелом?       При детальном рассмотрении обоих Лайтвудов всеми желающими выяснилось, что оба они действительно абсолютно одинаковые внешне, не считая некоторых приобретённых расстоянием различий в одежде, татуировки Гэбриела на спине, различающихся эмоциональных проявлений, ну и, конечно, пока кто-то из них не откроет рот и не начнëт говорить — в частности, младший Лайтвуд.       Магнус очень быстро понял, как ему найти своего парня среди двух идентичных Лайтвудов, чем вызвал огромную гордость Алека, а вот Хью ещё пока путался, нервно требуя, чтобы один из них перестал бриться хоть на пять минут. — Да что там рассказывать… — вздохнул Лайтвуд. — Ты считаешь меня ветреным? — Тебя? С чего это вдруг? Это же ты, — Магнус тепло улыбнулся. — С того, — мрачно отозвался Алек. —  Я отбил у своего брата парня. Вот почему Гэбриел уехал из Нью-Йорка после универа. — Что ты сделал? — Бейн недоверчиво к нему повернулся. — Нам обоим понравился один и тот же парень, и я не смирился с тем, что ему нравится Гэб. Знакомо, не правда ли? — с горечью произнёс Алек. — Хью однажды спросил меня о самом низком поступке в моей жизни, и я не смог ему в этом признаться. Потому что я никогда себе этого не прощу… — Расскажи мне всё, — попросил Магнус и лёг ему головой на колени. — С самого начала. — С того начала, где семнадцатилетний я начал бегать на свидания? Не самый достойный период в моей жизни, — скривился Лайтвуд. — Знаешь, скольких парней я сменил до выпуска? Восемнадцать. — Восемнадцать? — ошеломленно переспросил Магнус, чей послужной список личных отношений ограничивался самим Алеком. — Всю нашу жизнь мы с Гэбом разыгрывали наших друзей, без конца меняясь и притворяясь друг другом, и все уже давно привыкли к нашим приколам, — продолжил брюнет. — А потом начался университет, и я подумал… Взрослая жизнь, студенческие вечеринки, новые люди, которые нас ещё не знают… — Дай угадаю, — перебил его Магнус, вспоминая короткий рассказ Гэбриела. — Вы встречались с одними и теми же парнями по очереди в разные дни? — Это была моя идея, и я всё ещё не понимаю, почему Гэб согласился, — сознался Алек. — Он был абсолютно другим — мягким, спокойным и домашним. Как ты. — Ты же его родной брат, — улыбнулся Бейн. — Думаю, он бы вписался во всё, что бы ты ему ни предложил. — До поры до времени, — буркнул Алек. — Однажды я заметил, что ко мне подкатывает какой-то парень. Он был красивый, умный, постоянно улыбался, флиртовал, называл «голубоглазкой». И я неожиданно влип. Мы редко встречались, но я всё равно был счастлив, пока в какой-то момент он не назвал меня именем брата. — Он встречался с вами двумя? — ужаснулся Магнус. — Нет, он и понятия не имел, что нас двое, — покачал головой Алек. — Оказалось, что он запал на Гэбриела, и они уже несколько месяцев встречались, вот только Гэб ни слова ему не сказал обо мне, как и мне — о нём. Испугался, что я влезу в его серьёзные отношения со своими вечными играми в близнецов… — И ты, конечно же, так и сделал, хотя ранее ничего такого не планировал, — догадался Магнус. — Осуждаешь? — Алек боязливо дёрнулся. — Ты был молод, — пожал плечами азиат. — Я был всего на два года младше, чем ты сейчас, — сконфуженно сказал брюнет. — Я тогда был раздавлен своими чувствами, обидой и злостью на Гэбриела… И я придумал свой план. Несколько месяцев я успешно притворялся своим братом, встречался с этим парнем, пока однажды не переспал с ним и об этом не узнал Гэб. Нужно ли объяснять, как сильно мы с ним разругались и что нам пришлось пережить, прежде чем мы смогли просто заговорить друг с другом? — тихо спросил Лайтвуд. — Я уже потом понял, что плевать я хотел на того парня… Мне просто нужен был мой брат, которого я не знал, как вернуть. — То, что ты сделал, было ужасно, — честно сказал Магнус. — Но ты не был целиком и полностью виноват в случившемся, Александр. Пожалуйста, не кори себя. — Ты предвзят, — Алек нервно рассмеялся. — Я ждал, что ты посмотришь на меня этим своим разочарованным взглядом и уйдешь. — Не дождёшься, — Бейн хмыкнул. — Я от тебя ещё целый год не отстану. Это твоё прошлое, и я его уважаю, потому что благодаря ему ты стал тем, кто ты есть сейчас. Думаю, вы с Гэбриелом извлекли хороший урок на будущее из этой ситуации. — Да, именно тогда Гэб сделал себе татуировку на спине, — Лайтвуд улыбнулся. — Крылатый змей, оплетающий букву «Г». Чтоб наверняка, знаешь… — Мне не нужны никакие татуировки, чтобы знать, кто из вас ты, — заявил Магнус и вдруг приподнялся. — А наш отец знает? Про вас с Гэбриелом? — Знает, — скованно улыбнулся Алек. — И я, если честно, боюсь даже предположить, как много ему удалось выяснить. — Скорее всего, много, — хихикнул Бейн. — Зная папу… Да и про них с Хью он уже наверняка тоже в курсе. — Однозначно, — Лайтвуд вдруг ухмыльнулся. — Не так давно я проиграл Хью желание. — Звучит опасно, — немного занервничал Магнус. — И чего он от тебя хочет? — Чтобы я уговорил Гэбриела не уезжать обратно в Филадельфию, — с удовольствием поделился брюнет. — Значит, он настроен серьёзно? — засмеялся Бейн. — И как твои успехи на этом поприще? — Просто отличные, — усмехнулся Лайтвуд. — Гэб сегодня подошёл ко мне и сказал, что думает остаться в Нью-Йорке на неопределенный период. — У тебя получилось? — обрадовался Магнус. — Бери выше! — закатил глаза Алек. — Я ничего не делал. — Нет? — искренне удивился азиат. — Но как тогда… Он сам? — Ага, — брюнет довольно развалился на спинке скамьи. — То есть… — Это было самое бездарно потраченное желание из всех, что мне известны, — Алек не мог перестать улыбаться. — Ты только представь, какая власть была у него в руках! — Даже представлять не хочу, — решительно произнёс Магнус, переплетая свои пальцы с пальцами руки своего парня.       Эйфелева башня в лучах розового заката дарила умиротворение, но вместе с тем напоминала о том, что всё прекрасное когда-нибудь заканчивается… — Александр… Я, конечно, рад за Гэба и Хью, — тихо сказал Магнус. — Но что же мы наделали? У них есть всего лишь год, если они выберут друг друга, а потом им придется пережить то же, что и нам с тобой. Это было просто эгоистично с нашей стороны. Я и сам-то не знаю, как справлюсь с этим… — Ты не будешь справляться с этим один, — пообещал Алек. — Я буду рядом. — Рядом? Александр, нам придется расстаться! — возмущенно посмотрел на него Магнус. — Мы просто взяли и прибавили к двум разбитым в будущем сердцам ещё два! — Кто сказал? — искренне удивился Алек. — Кто сказал что? — не понял Магнус. — Кто сказал, что у меня нет плана на этот случай? — Лайтвуд расплылся улыбкой человека, который знает что-то, чего не знают остальные.       Бейн внимательно на него посмотрел — Выкладывай, — потребовал он. — Ну, даже не знаю, — лениво задумался Алек. — Александр! — А ты вообще хоть раз читал этот ваш Кодекс? — поинтересовался Лайтвуд. — Когда-то давно, — смутился Магнус. — А что? Я уже и не помню подробности, если честно. — Вот и славно, — удовлетворённо произнёс брюнет. — Значит, твоё решение будет искренним, а не фиктивным. — Какое ещё решение? — недоумённо покосился на него азиат.       Алек загадочно улыбнулся. Неспроста он попросил Магнуса перенести их на ту же самую скамейку в Париже, где Бейн последний раз попросил Лайтвуда сделать выбор. Выбор, который был сделан Алеком задолго до этого момента. Выбор, который предстояло сделать сейчас самому Магнусу, о чём тот даже не подозревал. — Ты не жалеешь, что остался со мной? — осторожно спросил Алек. — Я имею в виду… — На этот год? — понимающе отозвался Магнус. — Нет, не жалею. Даже учитывая то, что потом мне придется оставить тебя навсегда — это действительно стоит того. Я только боюсь, что это сделает больно тебе. Я пойму, если ты решишь отказаться, потому что не хочу дарить тебе надежду, которую потом сам же и отниму. Ты достоин лучшего, чем бесперспективное будущее с тем, кто не сможет остаться с тобой до конца. — Я не собираюсь отказываться от тебя, Магнус, — покачал головой Алек. — Ни сейчас, ни потом. Никогда. — Ты мечтатель, — вздохнул Бейн. — Не вижу в этом ничего предосудительного, — усмехнулся Алек и вдруг загорелся. — Помечтаем вместе? — О чём? — согласился азиат. — Представь, что мы живём вместе, — с готовностью обрисовал ему картину Лайтвуд. — Засыпаем и просыпаемся в одной постели, вместе готовим завтрак… — Если это мечта, то могу я притвориться, что умею хоть что-то готовить? — рассмеялся Магнус. — Конечно, — разрешил ему брюнет. — Так вот, мы завтракаем, принимаем вместе душ… — Это мечта или сексуальные фантазии? — толкнул его в бок азиат. — Не пихайся, — толкнул его в ответ Алек. — Мы мечтаем, оставь грязные мысли на потом. Потом… — …ты идёшь на работу, — хихикнул Магнус. — Почему тебе можно притвориться, что ты умеешь готовить, а я не могу представить, что мне не надо идти на работу? — возмутился брюнет. — Конечно, можешь. Представляй на здоровье, — восстановил справедливость Бейн. — Спасибо, — с укором произнёс Алек. — Потом мы идём гулять с Джеком, радуемся солнцу и хорошей погоде. — Снег мне тоже нравится, — заметил Магнус. — В Аликанте нет зимы. — Интересный факт, — признал Лайтвуд. — Мы встречаемся с друзьями, весело проводим время, смеёмся. Ты открываешь нам портал куда-нибудь на острова… — Где мы притворяемся, что я не боюсь воды и умею плавать, — добавил Магнус. — Не без этого, — согласился Алек. — А потом мы лежим на песке до самой темноты и ищем в небе знакомые созвездия… — Здорово, — зачарованно отозвался Бейн. — Звучит нереально. — …Но перед этим всем ты открываешь нам портал в Париж, где играет легкая музыка, мы сидим на скамейке, мечтаем о будущем и где я делаю тебе предложение. — Точь-в-точь как сейчас, — коротко усмехнулся Магнус и вдруг резко замолчал, переваривая услышанное, после чего с подозрением уставился на Лайтвуда. — Я что-то не понял… Что это за странная проекция? — Это не проекция, — с улыбкой покачал головой тот, — а жизнь. Все наши мечты могут стать реальностью, Магнус. Если ты согласишься выйти за меня. — Ты же шутишь, да? — вытаращил на него глаза Бейн. — Через год мы больше никогда не увидим друг друга, а ты предлагаешь мне… брак?! — Именно так, — усмехнулся Алек, искренне забавляясь его эмоциональным всплеском. — Ты ненормальный! — Магнус подскочил, запуская пальцы в свой бардак на голове. — Александр, ты просто…чокнутый! — Да, я действительно без ума от тебя, — Лайтвуд закусил губу, пытаясь не расхохотаться прямо там. — А знаешь что? — внезапно прекратил мельтешить азиат. — Думаешь, я настолько рассудительный и ответственный — и поэтому откажусь? А вот не дождёшься! Я согласен, понятно? И что ты будешь теперь с этим делать? — с вызовом спросил Магнус. — Видимо, планировать свадьбу, — еле сдерживая смех, предположил Алек. — Ты правда согласен? Почему? — Потому что люблю тебя? — посмотрел на него как на дурака Бейн. — Что за вопросы? — Я тоже тебя люблю, — радостно заявил Алек. — Камень с души, честное слово… — Какой ещё камень? — Вашего отца хлебом не корми — дай только испытать меня на прочность, — доверительно сообщил Лайтвуд Магнусу. — Честно говоря, мне нравится его стиль, поэтому я тоже устроил тебе небольшую проверку… — Какую ещё проверку? — нахмурился Бейн. — Теперь, когда я знаю, что ты готов стать моим мужем не ради того, чтобы остаться в Нью-Йорке… — Что?! — опешил Магнус.       Определенно, такого проявления праведного гнева и жаркой страсти обыкновенная скамья в Париже ещё не видела. Возможно, это только начало её скамеечной карьеры.