Звёзды запомнят нас упрямыми

Я нарушаю свои обещания, то, в чём клялась. Кто-нибудь, остановите искру, пока не стало хуже. Потому что я сгораю от запала. palisades — hard feelings

      Я так и не уснула до одиннадцати часов, когда проснулась Элси, но провела это время с пользой. Я успела сделать ей фальшивое удостоверение, правда пришлось повозиться с фотографией и формальностями. Но вышло очень даже правдоподобно. Так же я прошарила все карты города, все записи и даже какие-то фанатские истории в поисках любых упоминаний про ведьм.​ Сперва мы решили пройтись по соседям Джона и Элси. Со своим охотничьим нюхом я тут же сумею вычислить того, кто явно выпадал из общего строя.       Мы проверили уже несколько семей, но все они были самыми обычными, ничем не выделяющимися. Они испуганно глядели на мой жетон, а в их глазах читался немой вопрос: «Что случилось?». Сохраняя холодное выражение лица, я всё же спешила успокоить их, что мы просто делаем обход тех, кто видел Джона Янга хоть раз за прошедший месяц. Но они всё равно с недоверием смотрели нам в спину, медленно закрывая дверь.       — Ты точно уверена, что это ведьма? — устало проныла Элси, когда время перевалило за четыре часа дня. — Вдруг это было что-то другое.       — Никто больше не подкидывает своим жертвам мешочки, — я покачала головой. — У меня хорошее предчувствие.       И оно оправдалось. Поднимаясь по ступенькам следующего дома, в клумбах я заметила аконит – очень популярное растение для наведения порчи или чего похуже. Я засмотрелась на него и даже не заметила, как дверь открыла молодая девушка, примерно ровесница Элси. В глаза сразу же бросились её огненные волосы и зелёные как сочная зелень глаза, а под ними, на щеках, были россыпи веснушек.       — Здравствуйте, я хотела бы спросить вас о Джоне Янге, — выдала уже заученную фразу и машинально показала свой жетон. Девушка рассмотрела его, а затем взглянула на меня, чтобы сравнить с фотографией. К моему удивлению она ничуть не испугалась и улыбнулась нам.       — Я Агата, — она глянула на жетон Элси и по-доброму улыбнулась ей. — Проходите, — рыжая раскрыла дверь пошире, чтобы мы вошли в дом.       Стоило мне оказаться внутри, как вдруг я почувствовала запах серы. Он неприятно защекотал в носу, отчего мне даже захотелось чихнуть. Элси свела брови к переносице, явно не понимая, почему я с неприкрытым любопытством рассматривала дом.       — Может чаю? — предложила девушка, на что я кивнула. — Проходите в гостиную.       Чтобы не привлекать к себе внимания, я поблагодарила Агату, и мы с Элси сели на диван. Блондинка повернулась ко мне, ткнув в плечо, чтобы привлечь внимание.       — Что такое? — шёпотом спросила она, намекая на моё ёрзанье.       — Сера, — тихо ответила, продолжая искать хоть какие-нибудь следы.       Через несколько минут Агата вернулась к нам с двумя чашками, из которых дорожкой шёл пар. Прежде чем отпить, я по привычке втянула носом запах, выискивая какие-нибудь травы, но чай был чист. Взглянув на Элси, я глазами дала ей разрешение, и мы обе сделали первый глоток.       — Ну и что вы хотели у меня спросить, агенты? — начала Агата, скрепляя руки в замок.       — Были ли вы знакомы с Джоном Янгом? — в лоб задала вопрос я.       — Мы учились вместе, — чуть подумав, ответила рыжая. — Были в одном классе, — она улыбнулась.       — Вы поддерживали связь? Агата задумалась, щуря свои зелёные глаза. Что-то мне подсказывало, что она смотрела на Элси, будто вместо обдумывания моего вопроса составляла план по её убийству.       — Нет, — через полминуты девушка отрицательно мотнула головой. — После выпуска мы не пересекались.       — Проживая в таком маленьком городе за десять лет вы ни разу не встретились? — скептически выгнув бровь, спросила я. Это действительно странно. За это время они могли пересечься в людных местах несколько раз. Либо она не узнавала возмужавшего Джона, либо нагло врала.       — После школы я переехала в Нью-Йорк, — преспокойно ответила Агата, откидываясь на спинку кресла. — Жила там какое-то время и год назад вернулась сюда, обратно в родительский дом.       — Что вы делали в Нью-Йорке? — тут в разговор влезла Элси. Я кинула на неё серьёзный взгляд, мол, не стоит сюда соваться, ведь наша игра в федералов может вскрыться, на что она нагло продолжила: — В поисках себя или же охота за деньгами?       — Ну, знаете, я, вообще-то, хорошая певица, — хохотнула девушка, подняв глаза к потолку. — Подумала, что в большом городе у меня будет больше возможностей.       — И что, выгорело?       — Нет, — она с досадой выдохнула. — К сожалению, все места уже были проплачены, и сколько бы я ни пыталась, так никуда и не пробилась.       — И чем же вы занимались там всё остальное время? — продолжала напирать Кроссман, в то время как я просто не могла ничего сказать – сама была в шоке от её действий.       — Да всяким: от домохозяйки до портье, — рыжая пожала плечами. — Быстро надоедает.       — Простите, — я прервала допрос Элси, чтобы пройтись по дому и найти хоть какой-нибудь компромат на эту девушку, а то зря мучаем её. — Можно в уборную?       — Конечно. На втором этаже, последняя дверь слева, — взглянув на меня, Агата кивнула на лестницу у входной двери.       Я молча встала с дивана, вновь кинув обеспокоенный взгляд на Элси. Девушка же улыбнулась мне, глазами говоря, что всё в порядке. Ненавижу эти слова: «Всё в порядке». Именно после них всё начинает идти наперекосяк. Это всё равно, что говорить умирающему человеку «Всё будет хорошо», «Тебе обязательно помогут» с одной лишь целью: подарить спокойствие в последние секунды.       Отмахнув неприятные мысли, я улыбнулась Агате и двинулась в сторону второго этажа. По пути я мельком глянула на кухню. Этот дом был вполне обычным, и только если бы не запах серы, я бы никогда не заподозрила эту милую девушку. На втором этаже стояла такая же тишина. Здесь было три комнаты и одна ванна. Заглянув в первую, я отметила про себя, что это была детская, вторая была для более взрослого ребёнка. Третья же родительская – комната Агаты. Я тихо шмыгнула внутрь, осматриваясь.       Обычная кровать, две тумбочки по бокам, простой шкаф-купе. Однако в нём я заметила одну деталь: шкаф был слегка приоткрыт. Либо кто-то наспех плохо закрыл его, либо я себя накрутила, но работа охотника любого превратит в параноика. Именно поэтому я заглянула в шкаф и сразу же отодвинула в разные стороны одежду на вешалках. Что и требовалось доказать: на полу находилось что-то типа алтаря. Чёрная скатерть на столе, вычерченная пентаграмма, листки с записями на латыни. И фотография Джона, перечёркнутая кровью.       Я уже хотела уходить, как вдруг случайно заметила фото Элси. Взяв прямоугольную фотографию, я всмотрелась на молодую девушку на ней и не поверила своим глазам: Элси была брюнеткой, что? На фото она, улыбаясь, стояла с помпонами в окружении точно таких же счастливых девушек. Из этого я сделала вывод, что когда-то Элси была черлидершей. Я сама всегда мечтала об этом, но в свои четырнадцать была слишком застенчивой для такой откровенной одежды. Путь охотника очень поменял меня, так что если кто-то из прошлого встретиться со мной сейчас, то ни за что не поверит, что когда-то знал меня.       Положив фото в карман, я аккуратно вернула всё на место и спустилась. Пока меня не было, девушки заметно сблизились и над чем-то смеялись. Когда мой взгляд упал на Элси, мне внезапно стало грустно: она была счастлива в школьные годы, наверняка пользовалась популярностью у парней, ведь все любят черлидерш. Мне резко захотелось отговорить её от мести за Джона, ведь это ещё ни кого не довело до добра: она либо в корни меняла человека, либо приводила к смерти – другого не дано. Тем более, что ей сейчас надо думать о своём будущем ребёнке, выбирать имя и садик, в который он пойдёт. Нет, я решительно не хочу, чтобы она продолжила заниматься этим.       — Анна, смотри, какой Джон был в школьное время, — заметив меня, Элси улыбнулась и кивнула на место рядом с собой. Агата обернулась, глядя на меня ядовито-зелёными глазами. Не знаю, когда её глаза успели поменять свой цвет, но точно была уверена – это из-за того, что я узнала её секрет. Ведьма с рыжими волосами и зелёными глазами – шаблон, из-за которого уже не интересно смотреть фильмы про средневековье, где сжигали всех, кто хоть немного подходил по вышеперечисленным параметрам. — Покажи он мне свои фотографии, я бы ни за что не узнала.       — Ты... — начала я, тут же замолкая, не зная, как продолжить. Неужели она рассказала Агате про то, что встречалась с Джоном? Я же предупредила её о сере, неужто нельзя было допустить мысли о том, что девушка, сидящая напротив тебя и мило показывающая школьные фотографии, и есть убийца твоего счастья? — Думаю, нам пора идти.       — Уже? — с грустью взглянула на меня Агата, оборачиваясь всем корпусом ко мне. — Точно, у ФБР, должно быть, куча дел из-за этой странной смерти.       — Да, вы правы, — сдержанно отвечала я, хотя внутри разгорался пожар ненависти к этой рыжей особе. Как она, будучи убийцей, так спокойно могла лгать федералам, пусть и подставным? Как могла улыбаться, зная, что у неё кровь на руках? — Идём, агент Тайлер, нам надо ещё с коронером поговорить.       Элси, непонимающе уставившись на меня, медленно поднялась с дивана и, попрощавшись с рыжей, послушно направилась за мной на выход. Клянусь, что спиной чувствовала прожигающий взгляд Агаты. Плевать, если она начнёт подозревать меня или, того хуже, выследит и убьёт. (Ха, пусть постарается). Сейчас самое главное вывести Элси из игры и отправить подальше отсюда и всего сверхъестественного.       — Что с тобой? — недовольно спросила Кроссман, когда мы сели в машину. — Почему мы ушли?       — Это она, — спокойно ответила я, сжимая руль.       — С чего ты взяла? — не унималась блондинка. — Убийцы не умеют улыбаться, я бы по глазам увидела, если бы она врала.       — Значит ты слишком переоценила себя, — чуть повысив тон, грубо произнесла, взглянув на Элси. Её голубые глаза непонимающе уставились на меня и, кажется, она пропустила мои слова мимо ушей. — У неё в шкафу был ведьминский алтарь вместе с фотографией Джона. — Её плечи опустились, а сама девушка перевела взгляд на дом. — И вот ещё, — я достала фотографию из кармана пиджака, зажав её между средним и указательным пальцами, и протянула Элси. Блондинка медленно взяла фото из моих пальцев, рассматривая его. — Этого достаточно?       Ответа не последовало. Кроссман молча смотрела на фотографию, будто уносясь воспоминаниями в тот день, выпав из реальности. Я хотела сказать, что прямо сейчас отвезу её в безопасное место, но в данный момент она меня вряд-ли услышит. Поэтому я завела мотор и двинулась в сторону её дома, чтобы она смогла собрать вещи и попрощаться с прошлым.       По пути я позвонила Сэму и рассказала обо всём случившемся. Я не часто встречала ведьм на своём пути, поэтому решила уточнить у него несколько моментов. Взамен на наше местоположение, конечно же. Он никогда не перестанет волноваться обо мне. В принципе как и я, просто я немногословна в такие моменты. Сэм сказал, что они с Дином будут неподалёку, если нам понадобится помощь, на что я скептично фыркнула, но всё же позволила им быть нашей страховкой. Раз уж Бобби не смог удержать их у себя, то уже ничто не сможет.

***

      Когда мы приехали к дому Элси, было уже темно. По пути мы остановились в закусочной и поели всякой вредной еды, которая точно навредит нашим фигурам, но разве это кого-то волновало? Элси заедала свою грусть и обиду, я же – нерешительность и всепоглощающую пустоту, которую тщетно пыталась заполнить на протяжении семнадцати лет. Я старалась как-то отвлечь Элси от уносящих в себя мыслей, от вины за то, что не смогла помочь Джону (всё равно бы не сумела), но она никак не реагировала на мои попытки развеселить её. Поэтому, когда мы перешагнули порог дома, я практически сразу же свалилась на диван. Всё, хватит с меня на сегодня активностей. Устала.       Прошло два часа или около того, когда я перестала слышать шорохи и шаги по дому. Тишина напрягла меня, и я оторвала голову от подушки, оглядывая гостиную и кухню. Элси сидела за обеденным столом, подперев голову рукой, что-то рассматривая на нём. И если бы не её подрагивающие плечи, я бы ни за что не догадалась, что она плачет. С тяжёлым вздохом я встала с дивана, ведь негоже оставлять плачущего человека без внимания, и села напротив неё. По всему столу были разложены фотографии: она с родителями; со старшим братом; с младшей сестрой; с Джоном. У меня вдруг возник вопрос: а куда все делись? Джон то понятно, а остальные? Мать, отец, сестра с братом. Не могли же они сквозь землю провалиться.       — Когда я поступила в колледж, — неожиданно начала говорить Элси, шмыгнув и утерев глаза. — Я позвонила маме, чтобы рассказать об этом, но... — она замолчала, сглатывая слюну. Ей явно было сложно выдавить это из себя. — Вместо мамы... мне ответил какой-то мужчина и сказал, что они... что они попали в серьёзную аварию.       Слёзы катились по её лицу, а она даже не думала вытирать их. Просто глядела на фотографию себя с семьёй, прикрыв рот рукой.       — Никто не выжил, — шёпотом продолжила я за неё, взглянув на ту же фотографию: она вся в маму – жгучая брюнетка с голубыми глазами.       — Никто... — тихо повторила блондинка, опуская голову и зарываясь руками в волосы.       Наверное мне нужно было и дальше делать вид, что я сплю, потому что сейчас я сделала гораздо хуже. А успокаивать людей я не умела. Не моё это – врать, что всё будет хорошо, и что всё обязательно образуется. Ничего не образуется, будет только хуже! Зная эту правду, я не могла нагло лгать людям, которые отчаянно нуждались в поддержке.       — Как только я узнала, что беременна, то подумала... — Элси подняла голову, глядя уже на фотографию с Джоном. — Подумала, что смогу снова зажить нормальной жизнью, смогу создать семью. А оно вот как всё обернулось...       — Когда мне было двенадцать, я жила с надеждой на лучшее: на лучшую жизнь, лучшую работу, замужество. Сейчас же я живу с надеждой на то, чтобы не стало хуже. Я решила пойти по пути мести и вот, куда он меня привёл. Возможно, не зацикливаясь я так, то никогда бы не познала страха жизни охотника. Я бы знала, что скрывалось в тени, но вряд-ли осмелилась бороться с ними, — я не знала, как ещё донести до Элси мысль о том, что месть в любом раскладе ужасный выбор. Что он не стоит целой жизни, ведь эти знания и сила очень затягивают.       — Я не могу думать о будущем, зная, что в любой момент из темноты на моего ребёнка может выскочить какая-нибудь тварь, — покачав головой, ответила блондинка. — Я должна быть готова защищать его, даже ценой собственной жизни. Но для этого мне нужно узнать об этом побольше.       — Если ты пойдёшь дальше, то вряд-ли сможешь вернуться обратно, — настаивала я на своём. Я твёрдо решила, что если она задумает наплевать на последствия, то точно стукну её чем-нибудь тяжёлым и насильно отвезу в психушку – других способов уберечь её у меня не было.       — Мне плевать! — она резко вскочила с места, ударяя руками по столу, отчего несколько фотографий подскочили. — Я не смогу простить себя, если какая-нибудь тварь убьёт моего ребёнка! Я должна, как же ты этого не понимаешь?!       — Ты не понимаешь, о чём говоришь, — я пыталась не поднимать голос, чтобы не превращать разногласия в дикий спор, но язык так и пробивался сквозь плотно сжатые зубы, чтобы высказать пару колких фраз. — Давай успокоимся и завтра ещё раз подумаем на свежую голову.       Элси, которой явно нужно было выпустить пар, вдруг осознала, что я случайно попала под горячую руку, пытаясь успокоить её, и села обратно на стул. Она шмыгнула пару раз, утирая остатки слёз на щеках и снова бросая взгляд на фотографию с Джоном. Ведомая чувствами и эмоциями, я протянула руку, положив её на тыльную сторону ладони блондинки, и чуть сжала. Я прекрасно понимала, что сейчас творилось у неё в голове и на сердце, но не могла позволить ей сделать глупую ошибку, за которую я плачу до сих пор.       — Прости, — тихо проговорила Кроссман, поднимая кристально-голубые глаза на меня. Чёрт, не будь сейчас мы в таком состоянии, я бы точно выпалила из своего арсенала подкатов несколько самых смешных и одновременно удачных, чтобы увидеть её улыбку. Я не лесбиянка, просто мне нравится смотреть, как улыбаются красивые девушки.       — Пойдём спать, завтра куча работы, — улыбнувшись, я встала со стула, направляясь на диван, тактично оставляя весь второй этаж в её распоряжение, чтобы она могла вдоволь наплакаться в одиночестве.       Но Элси проигнорировала этот мой жест, быстрее меня оказываясь у дивана и раскладывая его. На мой непонимающий взгляд, блондинка поправила подушки, включила телевизор, останавливаясь на какой-то мелодраме, и улеглась на него. Когда я хотела открыть рот, чтобы спросить её об этом, девушка похлопала по свободному месту.       — Мне страшно спать одной, — ответила она на мой немой вопрос. — Я вряд ли смогу уснуть сегодня, а так хоть посмотрю телевизор и прослежу, чтобы твой сон был крепким как никогда, — она выглянула из-за спинки дивана, глядя на меня. — Я слышала твой разговор по телефону. Кто-то отлично знал, что ты всегда просыпаешься в шесть утра, поэтому и позвонил. Нормальные люди не звонят никому в такое время, если только не случилось чего плохого. У тебя кошмары. Может быть зная, что кто-то охраняет тебя, ты поспишь подольше?       У меня просто слов не было. Я так и стояла с раскрытым ртом, пытаясь хоть что-то сообразить из того, что только что сказала Элси. Она действительно очень проницательная девушка – я заметила это ещё пять лет назад, в нашу первую встречу. Тогда она с лёгкостью выяснила, что я питаю невероятное отвращение к мужчинам, по какой-то причине сильнее всех ненавижу демонов, и что лишь делаю вид, что я такая крутая. Да, всё это было правдой, но она не стала влезать с вопросами, прекрасно понимая, что всё это слишком личное.       — Ты так и будешь там стоять? — недовольно буркнула Элси, когда я с минуту стояла и пыталась разобраться в своих мыслях.       Меня будто в холодную воду окунули. Мне это не привиделось? Я практически была уверена, что из-за накопленной усталости мой мозг всё это придумал, лишь бы подольше удержать меня в состоянии сна. Но когда я пару раз моргнула, а горящий телевизор не потух, тут же пришла в себя. Со временем трудно стало отличать реальность от миражей.       Я медленно подошла к дивану и, скинув рубашку, залезла к стенке. Он был довольно просторным, так что нам не придётся ворочаться в поисках удобного положения. Элси подтянула плед и, накрыв нас, продолжила смотреть мелодраму. Странно, что ещё вчера она и думать не могла о том, чтобы приехать сюда и продолжать тут жить. Сейчас же Элси преспокойно сидела на том самом диване, где умер Джон, смотря телевизор, по которому абсолютно точно смотрела что-то вместе с Джоном. Ей здесь всё должно было напоминать о нём, а она вдруг спокойно начала воспринимать это. Неужели потому что чувствовала, что скоро всё закончится? Ведьму мы нашли, осталось только убить её и того демона, от которого она питалась, и дело с концами.       Я не думала, что предложение Элси сработает, ведь знала свой организм, но я ошиблась. Мне действительно удалось быстро уснуть и я не видела уже привычных ночных кошмаров. Я вообще ничего не видела, но чувствовала давно забытое спокойствие. Никто до этого не мог принести в мою жизнь хоть долю спокойствия –​ ни Дин, который железной стеной стоял за свою семью; ни огромный Сэм, который мог спрятать меня лишь обняв – он действительно был чересчур большим; ни Бобби, который относился ко мне как к дочери, вечно прикрывая мой зад в формальной части работы охотника. Но почему-то с Элси я смогла спокойно уснуть и могу сказать, что спала как младенец. Мне кажется, я даже видела какой-то парк, залитый восходящим​ солнечным светом, слышала умиротворённое пение птиц –​ раннее утро. Это время суток сильно приелось ко мне и буквально стало моим олицетворением. Все привыкли, что я вставала в шесть утра и продолжала нескончаемую работу охотника, выискивая дело или информацию о тварях. Предупреждён – значит вооружён, – или как-то так. ​       Но внезапно мой сон прервался –​ я всегда чутко спала, –​ а когда проснулась, то увидела, что свет в ванной был включён, а дверь приоткрыта. Оттуда доносился жуткий кашель, от которого у меня самой запершило в горле. Я тут же встала и двинулась в сторону звуков, заглядывая внутрь. Элси, склонившись над раковиной, не переставала содрогаться в приступах кашля, а белый фаянс был запятнан кровью. ​       — Элси..?​ — я пребывала в таком шоке, что сумела просипеть лишь это. Ясное дело, что в таком состоянии она вряд-ли сможет мне ответить, но на большее я была не способна. ​       Когда оцепенение спало, я сделала резкий шаг вперёд и, оказавшись рядом с девушкой, взяла её за плечи. Она продолжала кашлять, но уже не так сильно. Будь я обычным, нормальным человеком, то подумала, что у неё пробито лёгкое или что-то ещё, но я, к сожалению, не была нормальной. Я слишком много раз видела это, я слишком хорошо знаю это, и никогда не забуду. Ведьмовское проклятье. Чёрт! Так и знала, что у Агаты было запасное фото Элси! Ну почему я такая глупая и не проверила её комнату более тщательно?! ​       — Тесс, я…​ — прокряхтела блондинка в перерыве от кашля. Я взглянула в её испуганные глаза,​ — …​ я умру? ​       — Нет!​ — тут же вырвалось у меня, пожалуй, слишком громко для этой оглушающей тишины. ​       Я рванула к дивану, находя телефон и набирая Дина. Пусть только попробует не ответить​ –​ я его убью! Я была слишком напугана, чтобы мыслить трезво​ – ведь все в такое время спят. Особенно Дин.       Бросив тщетные попытки дозвониться до него, я набрала номер Сэма. Была вероятность того, что он работал над каким-нибудь делом или просто не мог уснуть​ – у него тоже частенько случались бессонницы. После пяти секунд протяжных гудков я​ уже в гневе хотела швырнуть телефон, как вдруг трубку подняли. ​       — Алло?​ — послышался сонный голос на той стороне. ​       — Сэм!​ — воскликнула, что аж голос сломался.​ — Мне нужна ваша помощь! ​       Я протараторила адрес Агаты, агрессивно поторапливая братьев. Дин, скорее всего, обматерил меня, но сейчас мне было не до этого. Сэм сказал, что они уже выходят и положил трубку. Я, надеясь, что они успеют, стала перерывать весь дом в поисках мешочка. ​       Элси на трясущихся ногах вышла из ванны, прикрывая рот ладонью. Её руки, светлая футболка, всё было в крови. Она смотрела на меня слезящимися от не прекращаемого кашля глазами, смотрела на мои дикие метания из стороны в сторону и как её вещи летали по всему дому. Я была обязана спасти ей жизнь​ – никак иначе. Я же знала, что такое может случится, нет, была абсолютно точно уверена, что это произойдёт, но всё равно проигнорировала и легла спать.       Я перевернула весь диван, кофейный столик, чуть не уронила телевизор, но пока безуспешно. То, что Элси не кашляла, прибавляло мне сил и давало надежду на лучшее. Они успеют устранить ведьму. Я успею помочь ей. С этими мыслями я ещё более энергично принялась искать треклятый мешочек, попутно молясь Господу, чтобы всё было хорошо. Надеюсь, Элси в ладах с ангелами-хранителями в отличии от меня.       Вообще без понятия, почему я так привязалась к ней. Мы были знакомы пару-тройку дней пять лет назад, но что-то меня зацепило в ней, что я не прекращала, скажем так, слежку за ней. Иногда я посещала этот город в целях простой проверки: точно ли она в порядке. И с чувством удовлетворения ехала дальше.       Как никак, это я рассказала ей про тёмную сторону нашего мира, это я изгнала из неё демона и это я воодушевила её на подобные поступки. Тогда мне думалось, что это просто детские замашки, но всякий раз, проверяя её, я видела при ней святую воду, серебряный небольшой ножик и книжку по экзорцизму.       Я уже и забыла про состоянии Элси, как вдруг она разразилась жутким кашлем, сухим и надсадным: воздух выходил, но не возвращался обратно. Что-то в её горле сомкнулось и не могло разомкнуться – она задыхалась.       Я тут же подбежала к осевшей на пол девушке, приподнимая её за плечи. Она прикрыла рот рукой и содрогнулась в кашле, а сквозь пальцы я увидела просочившуюся кровь.       Нет!       Элси посмотрела на меня вдвойне испуганными глазами, скорее за жизнь своего ребёнка, нежели чем за свою.       — Тише. Всё будет хорошо, — повторяла снова и снова, и это было такой глупостью и такой ложью, что мне стало тошно от самой себя.       Я чувствовала, как она дрожала, но ничего не могла поделать. Мне нужно как можно скорее найти этот чёртов мешочек!       Поднявшись с пола, я вновь стала обыскивать дом. Я осматривала те же места второй раз, надеясь, что что-то упустила и сейчас найду его, но мешка нигде не было.       Тем временем Элси вновь начала безостановочно кашлять, и я вздрогнула, когда услышала, как она что-то выплюнула. ​Она истекала кровью, а я не знала, чем ей помочь. Я перерыла весь дом, перевернула его верх тормашками, но ничего. Пусто! Я облазила всю Элси, обыскала её одежду, но не нашла мешочка. Тем временем она буквально плевалась своими внутренними органами, постоянно кашляя.       — Потерпи, прошу тебя! — в отчаянии выкрикнула я, вновь ковыряясь на кухне.       Звуки её кашля перемешались с разбитыми тарелками и металлическим звучанием столовых приборов. Я вытаскивала все ящики, отбрасывая их подальше, заглядывала под каждую полку, в каждый угол, но нигде не могла найти его.       Внезапно послышался звонок. Это был телефон Элси. Я подбежала к нему и, не думая, ответила:       — Кто это?!       — Ты отлично выполнила свою работу, — усмехнулись в трубку.       — Ты?! — я вспомнила ту рыжую девушку, которая любезно пригласила нас в дом. — Сейчас же прекрати всё это или...       — Или что? — спокойно спросила Агата, и на мгновение стало оглушительно тихо. — Ты опоздала.       Продолжительный гудок. Она сбросила трубку. Я медленно опустила руку и посмотрела на Элси. Она распласталась на полу, лёжа в собственной крови. Ком подступил к горлу, а слёзы обожгли глаза. Только сейчас я поняла, что не должна была приезжать сюда, ведь она умерла из-за меня. Я оплошала и это стоило ей жизни. И понимание того, что я убила не только молодую девушку, но и ещё не родившегося ребёнка, просто вводили меня в истерику.       — Сука! — ком в горле внезапно превратился в громкий крик, и я со всей силы бросила телефон в стену, попав прямо в фотографию Элси и Джона. Она слетела со стены и упала на пол, оглушительно разбиваясь на осколки.       Я утирала слёзы, но внезапно мой взгляд зацепился за чёрный мешочек, который висел на гвозде за фотографией. Сердце упало куда-то в пятки, а кислород не лез в лёгкие. Я перевернула всю квартиру, весь чёртов сантиметр этого дома и забыла проверить такие очевидные места.       Сил стоять не было, а боль внутри ломала рёбра. Сейчас мне казалось, будто ведьма припрятала и для меня мешочек, но нет. Это было хуже. Чувство вины. Оно безжалостно разрывало меня на части, не позволяя вздохнуть. Это я должна была умереть. Я! Сколько ещё другие будут отдуваться за мои ошибки?!       Я подползла к Элси, сгребая её обмякшее тело в объятья. Я не хотела, чтобы так всё получилось. Но сколько бы я так не говорила, правда оставалась правдой: я убила человека и ещё не родившегося ребёнка. Она была всё ещё тёплой, а её кровь впиталась в мою одежду, оставаясь следами на моих руках.       Внезапно кто-то появился передо мной, и я подняла заплаканный взгляд. Мужчина с чёрными глазами бесстрастно смотрел на меня. Из-за истерики я не могла открыть рот и начать читать ритуал, чтобы изгнать его. Честно, я даже не думала об этом. Просто смотрела на него, заливаясь слезами.       — Ты считаешь, что виновата, — спокойным голосом проговорил он, равнодушно взглянув на мёртвую Элси. — И будешь права, — его слова только сильнее ударили, словно кто-то нещадно бил меня по лицу. — Но к твоей радости я могу помочь избавиться от этого чувства, — демон присел на корточки, глядя в мои красные глаза. — Только попроси.       — Т-ты можешь вернуть её..? — шёпотом спросила, чувствуя, как все силы резко покинули меня. — Ты правда можешь сделать это?       Демон кивнул, чуть улыбнувшись краешком губ. Продолжая смотреть на него, я набиралась сил и сопоставляла все «за» и «против» этого выбора. С одной стороны, никто больше не пострадает от моих вечных ошибок и слишком высокого мнения о себе. С другой же я заставлю всех, кого близко знаю, страдать. На ум тут же пришли Дин и Сэм. Как я могу так поступить с ними? Прекрасно зная их отношение к этому, я с уверенностью могу сказать, что они в лепёшку разобьются, но попытаются меня спасти. Но от этого могут пострадать другие люди. Нет, я просто не скажу им про это, а когда моё время настанет – просто исчезну из их жизни.       — Я... я хочу, чтобы ты... — я постоянно запиналась, шмыгая и глотая слёзы, которые образовывали ком в горле. — Ты должен вернуть... — не успела я договорить, как вдруг демон вскрикнул, дёргаясь, будто его ударили током, и упал на бок. Переведя взгляд с его мёртвого тела, я увидела Дина с демонским кинжалом. Желваки играли на его челюсти, а пальцами он переминал рукоять кинжала.       — Тесс, ты в порядке? — Сэм тут же присел рядом со мной, обхватывая мои щёки своими огромными ладонями. Он поднял мою голову, чтобы рассмотреть лицо, облегчённо выдыхая. Я же, понимая, что потеряла свой последний шанс всё исправить, зарыдала сильнее прошлого. Стоило мне закрыть глаза, как я тут же вспоминала жизнерадостную Элси, которая рассказывала мне, как будет воспитывать своего ребёнка. Она буквально молилась, чтобы это был мальчик, похожий на Джона, потому что ей не хватало его. Я не могла остановиться, буквально задыхаясь в эмоциях. — Всё хорошо, — младший Винчестер крепко прижал моё бьющееся в истерике тело, сгребая его в свои огромные медвежьи объятья. — Всё будет хорошо.       Я не верила ему, потому что с тех самых пор, как умерла моя семья, ничего хорошего так и не было. Я буквально каждый день находилась на волоске от смерти, борясь с нечистью. Мне приходится мотаться по затхлым мотелям, по разным городам в поисках работы, от которой получаю только стресс и бессонницу. У меня парня никогда нормального не было, потому что я всегда занята и думаю лишь о том, как бы побольше убить всяких тварей. Когда будет всё хорошо?! Я просто устала.       Меня еле-еле оттащили от мёртвого тела Элси. Не знаю, откуда у меня появилось столько сил, но я продолжала упрямо сопротивляться, пинаться и толкать парней, лишь бы они не забрали Элси у меня из рук. Однако Сэм подловил момент и всё-таки сумел отволочить меня от девушки, буквально затаскивая в ванную.       — Ты должна умыться, — сказал он, намекая на мои перепачканные в крови руки и лицо. Он усадил меня на бортик ванны, присаживаясь на корточки напротив. Слёзы уже перестали течь, будто я выплакала все свои запасы, столько лет накапливая их. Я не специально, просто никогда не было времени сесть перед телевизором и расплакаться над грустной мелодрамой. Заметив моё полное игнорирование реальности, Сэм включил воду и, намочив полотенце, сам стал оттирать кровь с моего лица. — Ты не виновата.       — Ты врёшь, — устало выдохнув, я прикрыла глаза и снова увидела образ Элси – олицетворение моего чувства вины.       — Вряд-ли она хотела бы, чтобы ты винила себя, — знал бы ты, Сэм, что эти фразы давно уже не помогали. Я ценила его помощь и поддержку – он всегда рядом, когда нужен был, но сейчас я хотела побыть одна, не слушая все эти банальные фразочки лишь бы я не винила себя. Всё равно буду.       Медленно подняв руки и взяв край мокрого полотенца, я слабо потянула на себя. Винчестер остановился, чтобы взглянуть на меня, а потом отпустил ткань.       — Спасибо, — я прекрасно понимала, что он беспокоился, но я не хочу, чтобы кто-то из них видел меня такой ещё дольше. — Я сама. — Шатен ещё несколько секунд смотрел мне то в один глаз, то в другой, а потом, поднявшись, положил руку на плечо. Не уверена, что это поможет, но большего я сказать не могла. Сэм молча вышел из ванны, прикрыв за собой дверь.       Я встала напротив зеркала и, набрав воды в ладони, плеснула на лицо. У меня всегда были проблемы с отмыванием крови. Не знаю, как Дин и Сэм приноровились отмывать её, что у них это получалось довольно быстро. Но я всегда застревала с ней минимум на полчаса, всё равно повсюду оставляя разводы. Я даже не заметила, как запачкала лицо.       Сейчас, смотря в зеркало, я видела не охотницу-Тесс, нет. Я видела лишь убийцу, на руках которого кровь его жертвы. Я искренне не хотела так думать, но образы самостоятельно всплывали в голове, будто кто-то специально показывал мне их прямо перед глазами.       Вода раковине окрасилась в красный, на бортиках я заметила покрывшуюся корочкой кровь Элси. Я неосознанно прикоснулась к засохшей капле пальцем, кровь осталась на подушечке. Мокрый палец намочил её, и капля скатилась по наклону, оставляя за собой красный след. Мне нужно было поделиться своими догадками с Элси, ведь это касалось её жизни, но я решила промолчать, и это ошибка стоила ей жизни.       Ненавижу себя.       Когда я вышла из ванной, то тела на полу не оказалось – только кровь и разводы. После в глаза бросился кухонный стол и фотографии на нём. Я медленно подошла к нему, глядя на фото Элси со своей покойной семьёй и Джоном. Теперь и она отправилась к ним...       Недолго думая, я взяла со стола фотографию ярко улыбающейся Элси вместе с Джоном и положила в задний карман джинсов. Подняв рубашку с пола, я вышла на улицу.       Поначалу я не поняла, куда исчезли парни и почему так тихо, пока не увидела две огромные фигуры у машины. Как оказалось, братья замотали Элси в простыню и погрузили в багажник. Ну да, сжигать тело здесь было бы слишком опрометчивым решением – повсюду соседи и лишние глаза. Не хватало, чтобы нас разыскивали, как каких-то сатанистов.       Я подошла к Импале, сложив руки на груди. Плохо накинутая рубашка тут же слетела с одного плеча, но я не обратила на это внимание. Я смотрела лишь на тело в простыне, лежащее в багажнике, и даже не слышала, о чём разговаривали Винчестеры. Я никак не могла поверить, что всё произошедшее – не плод моего уставшего мозга. Однако щипала я себя уже не первый раз, до красных следов, где-то даже образовался небольшой синяк, и всё так же стояла перед багажником. Я не хотела верить в реальность происходящего, но картинка перед глазами не расплывалась.       Я не сразу услышала, как меня позвали, и не с первого раза отреагировала на касания. Сэму пришлось взять моё лицо и повернуть к себе, чтобы я взглянула на него. Он присел, чтобы посмотреть на меня. Его зелёно-голубые глаза так и говорили за него, как ему жаль, что всё так случилось и ещё сто тех банальных фраз, чтобы успокоить кого угодно, но на меня это не подействует, нет. Я сделала слишком много плохих поступков, чтобы иметь шанс на искупление. Я в это просто не верила.       Когда Сэм удостоверился в том, что я вернулась в реальность, он выпрямился, и от моего внимания не укрылось то, как он задержал взгляд на кровавом отпечатке на моей майке. Скорее всего он подумал о том, что после охотничьих похорон тут же заставит меня поменять её.       В машине очень тихо, был слышен лишь стук колёс и ветер. Я старалась не думать о том, что у нас в багажнике был труп. Я думала, что все мои мысли и чувства транслировались на лице, но это было не так. Если бы это было правдой, то братья точно забеспокоились бы ещё больше. Им не нужно знать, что меня посещали мысли о самоубийстве и всяких плохих делах с собой. Покончить с собой мне не хватит смелости, но волновать их лишний раз не хотелось.       Я не вышла из Импалы, когда парни припарковались. Я слышала, как они возились с телом в багажнике, как Дин злобно шикнул на Сэма. А после тишина. Я просто смотрела перед собой, а в голове никаких мыслей. Пустота. Прошло не менее получаса, когда я почувствовала запах гари. Началось. Выходить по-прежнему не хотелось, но я должна была. Должна была попрощаться с ней.       Через силу я вышла из машины. Ярко-розовый рассвет привлёк моё внимание. Осознание того, что Элси больше никогда не увидит его, больно ударило по мне. И в этом виновата я... Я не смогу смириться с этим. У кромки озера я заметила яркий свет от огня в метрах двадцати от Импалы. Я медленно направилась к братьям, прислушиваясь к ветру и звукам воды.       Яркие языки пламени буквально сжирали тело, обмотанное простынёй. По деревянным вертикальным кольям огонь взбирался вверх, тянясь к ещё тёмному небу. Сэм и Дин стояли рядом, на их лицах рыжими оттенками играл свет от огня, делая их хмурые гримасы ещё более чёткими. Я подошла и встала слева от старшего, обнимая себя за плечи.       — Ты в порядке? — пробасил голос Дина над правым ухом.       Я неопределённо пожала плечами, вдыхая пропитанный дымом воздух. Вдруг он повернул меня к себе лицом, и я почувствовала странное окольцовывающее тепло, которое распространилось по всему телу, заставляя кончики пальцев неметь, а мысли вылететь из головы. Дин настолько крепко прижал меня к своей груди, что если бы я даже захотела оттолкнуть его – не вышло бы. Но я не хотела. Дин не умел поддерживать людей словами – не его конёк. Обниматься он тоже не любил, но в целях поддержки это действо работало на ура, потому что мне действительно стало лучше. Правда, он стискивал так сильно, что уже болели рёбра, но я хотя бы чувствовала настоящую физическую боль, а не душевную, которая била похлеще любого оружия. Мне снова нестерпимо захотелось расплакаться, только все слёзы я уже выплакала. Оставалось только закусить губу, молча уткнуться в его плечо и вдыхать жгучий порох вперемешку с чем-то родным... Домом.