Признай свою победу

      Она будто бы застыла на переднем сиденье автомобиля. Холмс-младший вел уверенно и дерзко, но не забывал периодически бросать взгляды в ее сторону.       Это мог быть шок. Обычно, когда окружающие подозревали у него шок, его накрывали пледом. У него не было пледа, и на бумажный стаканчик кофе в предместьях Карачи рассчитывать не приходилось.       - Хотите мой пиджак? – негромко спросил он, делая вид, что полностью сосредоточен на дороге.       Она ...нет, не то. Он не понимал ее. Пытался считать что-то, но кроме синяков и явных следов усталости на ее лице не было ничего, что могло бы дать ему наводку. Она сидела как изваяние, не смотрела в его сторону, не говорила, не пыталась ошарашить или хамовато соблазнить. Шерлок Холмс определенно не на это рассчитывал, полетев за ней на другой край света, но приходилось мириться с таким положением вещей.       «Ты же победил, - обиженно шепчет подсознание, - Почему она опять задает тон игры?»       - Мисс Адлер? – зовет он ее негромко, наконец, удостоив ее полноценным взглядом.       Это определенно была ошибка.Ее глаза стеклянные, в них нет ни намека на испытываемые эмоции.       Он точно знал, что когда она писала ему «Прощайте, Мистер Холмс» в ее огромных глазах стояли слезы. На секунду ему захотелось увидеть это сообщение, как и 50 остальных, но Шерлок быстро избавился от этой мысли       О, Эта Женщина, как же это в ее духе, одним сообщением заставить его почувствовать, что он мог проиграть, хотя, казалось бы, игра давно завершилась.       Шерлок также видел, что когда она услышала свой развязный стон, она выглядела счастливой.       Сменить рингтон – почему то внезапно подумал он и также внезапно выкинул эту мысль из головы.       Теперь же, встретившись с ним взглядом, ее глаза были непроницаемы и холодны.       - Да, Мистер Холмс? – бесцветно спросила она, будто бы не услышав его вопрос.       - Мой пиджак, - еще раз неуверенно сказал он и про себя чертыхнулся. Он победил ее. Растоптал. Доказал, что сантименты это ошибка природы, всего лишь низкая химия, которая не может взять верх над чистотой разума. Он не должен чувствовать себя неуверенно, на это нет объективных причин.       - Что, ваш пиджак? – переспрашивала она, особенно выделяя слово «ваш». Ему казалось, будто она пробует его на вкус. И, черт подери да, смеется над ним.       Шерлок Холмс ощутил, как волны обиды захлестывают его.       Она смеется над ним. Он спас ей жизнь. Она должна испытывать хоть какую-то благодарность. Возможно ненависть – ведь ей теперь предстояло удариться в бега. Возможно, страх - о, да, Майкрофт и Мориарти будут недовольны, что Доминантка жива.       Но она смеялась, и он опять ничего не понимал.       - Я склонен предположить, что у вас может быть шок. Вам чуть не отрубили голову и очевидно намеревались снять это на видео. Возможно, я не все знаю о вас, но мне казалось, что такое положение, и добавьте сюда пытки в течение, - он запнулся, и мельком взглянул на ее предплечья, на которых особенно красочно расцветали синяки – в течение 1-2 недель, вы имеете все причины, чтобы быть не в себе.       Она действительно ухмылялась. В ее глазах не было снисходительности, возмущения или озорного блеска, к которому он привык. Не было идеальной прически, одежды, которая не оставляет пространства для воображения, не было излюбленной красной помады. Мисс Адлер меньше всего сейчас была похожа на ту загадочную и самоуверенную особу, какой она его встретила. Но он чувствовал ее ухмылку, и готов был поклясться, что смеялась она над ним.       - Вы волнуетесь за меня, Мистер Холмс? – она с нажимом произносит его имя, и он хочет отмахнуться, как от назойливой мухи, но не получается.       Не получается с момента, как она ошарашила Джона Ватсона своим беспардонным поведением, а он, Шерлок, старательно делал вид, что нисколько не ошарашен. И лишь открывая ее сейф, он знал, что она поймет. Далеко не один Джон Ватсон знал куда смотреть.       - Я поступаю так, как поступают со мной, когда думают что я в шоке. Обычно мне дают плед и теплый напиток. Пледа у меня нет, но есть пиджак, а вы явно выказывайте слабость к моим вещам, мисс Адлер, - последнюю фразу он произносит чуть насмешливо, вспоминая ее в запах, оставшийся на воротнике пальто, на манжетах халата и даже на чертовой подушке.       - Я не хочу ваш пиджак, Мистер Девственник, - говорит она, даже не скрываясь, что потешается. – Но если бы вы предложили мне свое пальто, я бы разделась донага, и утонула бы в нем как в нашу первую встречу. О, говорила ли я вам, что для такого мерзавца, вы очаровательно учтивы.       Он моргнул. В одном предложении он услышал три различных посыла к себе. Оскорбление, насмешка, нежность?       «Причем тут вообще девственность» - раздраженно подумал он.       Мерзавец. Тут все просто. Он бросил ей в лицо все эти сантименты, и это давало ему хоть какое то призрачное ощущение, что он владеет ситуацией.       Очаровательно учтив. Нет, черт возьми, в этом не было ни грамма галантности, она эпатировала его и Джона Ватсона, а это отвлекало. Не потому что Ирэн Адлер имела действительно красивое тело, а потому что он сбился со счета, сколько раз пытался хоть что-то прочесть по этому телу. Ну и Джон, который настолько очевидно старался не смотреть в сторону Этой Женщины.       Он сам не понял, как вспомнил ее в своем пальто. Это воспоминание вносило некую сумбурность в его план.       От тряхнул головой, пытаясь выкинуть ненужные воспоминания из головы.       Сейчас Ирэн Адлер сидела рядом с ним, на пассажирском сидении и непроницаемо смотрела вперед, но уголки ее губ подрагивали, выдавая кривую усмешку.       Ее волосы не были сложены в прическу, кожа была чуть огрубевшей и припыленной, на теле отчетливо виднелись следы пыток. Но все же, Эта Женщина, держала голову прямо, чуть вздернув подбородок, и вовсе не выглядела признательной или ошеломленной.       Шерлок Холмс в очередной раз не смог идентифицировать Эту Женщину.       Чувствовала ли она его замешательство? Конечно, чувствовала, и это ее смешило, забавляло и, безусловно, радовало. Она поняла, что вовсе не проигрывала Мистеру Детективу в забавной шляпе. Нет, он был здесь, он примчался, чтобы спасти ее, несмотря на свою напыщенную речь о том, как плохи сантименты. И это дорогого стоило.       Эта Женщина не любила проигрывать. Но проиграв, принимала поражение, хоть он и заставил ее умолять.       И все же с самого начала она была права. Это была ее игра, и, несмотря на то, что она заигралась – малыш Холмс был в ее власти.       Она ухмыльнулась этой мысли, и рассеяно тряхнула головой.       - Что смешного? – раздраженно бросил Холмс, злясь на самого себя за то, что принял решение игнорировать ее до конца пути, и наплевал на него, как только она усмехнулась       - Ничего, Мистер Холмс, - произнесла она, однако усмешка все еще блуждала на ее губах. Она не смотрела на него. Ее тело не было полностью повернуто к нему, как он привык видеть в их встречах. Она не отрывала взгляда от дороги.       Шерлок Холмс не знал, что сказать. Ему показалось, что принятое им спонтанное решение спасти ее – абсолютно ошибочно. Она раздражала его, он испытывал горечь и обиду, и соврал бы, если сказал, что у него не появилось мысли отвезти ее обратно на базу террористов или бросить прямо на дороге.       - Снеговик не обрадуется, - тихо произнесла мисс Адлер, и вновь залилась смехом.       - Снего.. что? О, вы должно быть о Майкрофте, - то что Эта Женщина использовала прозвища данные Холмсам Мориарти, его тоже необычайно раздражало. – Он не знает. Думаю, что ему лучше и не знать,       - Вы думаете, он не узнает? – женщина сухо рассмеялась. – Знаете, Мистер Холмс, - она буквально щекотала своим языком его имя, - может Ваш брат и не видел насквозь меня, но зато Вас он уж точно видел насквозь.       - О чем вы говорите? – недоуменно спросил Холмс младший, которому не нравился тон беседы, задаваемой этой женщиной.       - Сан-ти-мен-ты, - на этот раз она не усмехалась, но буквально пропела это слово своим низким коронным голосом с хрипотцой, отчего Шерлоку захотелось закатить глаза.       - Даже если Вам показалось, что мой поступок можно расценить таким образом, то уверяю Вас, вы ошиблись. И мой брат уж точно поймет, что сантименты тут не причем.       - Безусловно, - она кивала, но он видел смех в его глазах, и это необычайно злило Мистера Шерлока Холмса.       Естественно, Женщина права. Майкрофт только и делал, что без конца намекал ему, что он, глупый младший брат, который поддался на уловки женщины. Говоря это, Майкрофт никак не подчеркивал слово «женщина», скорее напротив, ядовито выплевывал его, будто не в силах поверить в такую мерзость как сантименты к ней.       - Мисс Адлер, - начал, было, Шерлок, но она жестом руки остановила его.       - Куда мы едем? – резко перебила она, и Шерлок почувствовал, что ничего не поменялось. Она и не думала вести себя как Дама в беде. Она не чувствовала себя проигравшей, и безусловно, не намеревалась признавать победителем его.       - Мисс Адлер, - еще раз более настойчиво повторил Холмс, чувствуя, что начинает терять терпение. Она раздраженно выдохнула.       - Ну же Мистер Холмс. Вы почти удивили девушку. Не портите впечатление тем, будто вы рассчитывали на восторженные возгласы и бесконечное обожание к Вашей персоне.       О да, Эта Женщина определенно знала, как и что говорить Шерлоку Холмсу, чтобы он растерялся.       - Но я спас Вас, - неуверенно начал он, и снова чертыхнулся. С саблей в руках он чувствовал себя в разы увереннее, чем с Этой Женщиной. Это необычайно раздражало Холмса.       - Да, спасли. И да, очевидно, я признательна. Но судя по тому, каких реакций вы ждете от меня, я предполагаю, что это не было поступком для меня. Вы сделали это Мистер Холмс из собственных эгоистичных побуждений, и да, поверьте, у меня было время убедиться, что вы очень эгоистичный человек. Поэтому давайте не будем тратить время на то, чтобы восхвалять ваш подвиг, который и подвигом вовсе не является. Уверена, вы оказались в Карачи с саблей просто потому, что вам... было скучно? Ну, или вы боялись, что вам будет скучно, если я умру.       Он хмыкнул. Это была довольно эмоциональная речь, и он определенно сказал бы, что Ирен Адлер задета теми мыслями, которые озвучила. Но то, что она, ни разу не взглянула в его сторону, пока произносила свою тираду, было... непонятным?       Боже, он провел с ней 20 минут, и уже чувствовал, что вопросов к ней у него больше чем ответов. Это раздражало его буквально до невроза, но вместе с тем восхищало, и будоражило.       Отчасти она права. Жить в мире без ее настойчивых приглашений на ужин, загадок, и скандалов, где мелькало ее имя, было бы скучно.       - Мы пересечем границу. В Пакистане нет смысла садиться на самолет, поэтому, боюсь, вас мисс Адлер из этой страны придется вывозить контрабандой.       - Свяжете меня и кинете в багажник?       Холмс готов был поклясться, что услышал в этом предложении ту самую Ирэн Адлер, которая говорила, что имела бы его на столе. Он снова почувствовал себя неловко.       Он знал его мотивы. Видел, в ее расширенных зрачках и учащенном пульсе, когда они сидели у камина. Она была увлечена им, поэтому так любила обескураживать его внезапными замечаниями, которые он не знал, как трактовать.       Но знание мотивов Женщины, не отменяло того факта, что ему все равно было неловко от ее двусмысленных фразочек.       - Я уже жалею, что спас Вас, - коротко бросил он в ее сторону.       Эта Женщина лишь улыбнулась. Она понимала гораздо больше, чем этот Девственник. Хотя была уверена, что Снеговик кое-что тоже смыслит.