Your weakness

Pov Ева Я проснулась раньше Томаса и сейчас нежилась в его объятиях. Вчера, когда я вышла из ванной, он ждал меня на кровати со стаканом прохладной воды. Он взъерошил мои мокрые волосы, — это было так мило. Мы легли и как только моя голова оказалась у него на груди, я уснула. Я ощущаю его поцелуи на свои губах, его язык, который бесстыдно исследовал мой рот. Все еще помню крепкие мужские руки, которые беспорядочно блуждали по моему телу. Эти воспоминания всплывают в голове снова и снова. Я хотела встать с кровати, но он очень крепко меня держал, обнимая двумя руками и утыкаясь подбородком мне в голову. Он был в одних джоггерах, так что я могла хорошенько полюбоваться его телом. Оно не было слишком накачено, что мне очень нравилось. Из-за того что шторы были задернуты и солнечный свет почти не проникал к в комнату, черты его лица казались мне резче. Его темная челка упала ему на закрытые веки, кустистые черные брови сдвинуты к переносице. Расслаблен, но все равно держит меня. Сейчас он так похож на ребенка, который не хочет потерять то, что ему дорого. Такой хороший. Тянусь к нему и несколько раз быстро целую в губы. Томас немного ерзает, но глаза не открывает. Я тянусь еще раз, но его губы резко захватывают мои. От неожиданности у меня вырывается приглушенный стон. — Давно не спишь? — спрашивает он, разрывая наш поцелуй. Его голос хриплый и намного ниже, чем обычно, что делает его невероятно сексуальным. — Нет, только проснулась, — глаза он так и не открыл, но слегка нахмурился. — А я-то думал, что и танком не разбужу тебя утром, — намекает на вчерашнее. — Как спалось? — Просто замечательно, — отвечаю и не могу сдержать улыбку, — а тебе? — Великолепно, — он шепчет так соблазнительно и я тянусь к нему, чтобы снова поцеловать. Томас заскользил руками по моему телу, нежно посасывая мои губы. Поцелуй из трепетного перерастал в страстный. Томас углублял его и все сильнее прижимал меня к себе, словно никак не мог насытиться. Руки и ноги переплелись, а наши губы двигались в унисон, и от одного осознания этого факта меня окутывала эйфория. Никогда прежде я не испытывала подобных ощущений. Этот парень вскружил мне голову своими красивыми глазами, своими сильными руками, своим сексуальным голосом, всем своим грубым и наглым «я». В какой-то момент он перевернул меня и я оказалась сверху. От резкого движения в голове появилась ноющая боль. — Все хорошо? — шепчет мне прям в губы. Хватает сил лишь на то, чтобы рвано кивнуть, на что он весело улыбается. Томас кусает мою шею, проникая своими руками мне под футболку и я чувствую, как мое тело покрывается мурашками. Он сжимает мою грудь и у меня вырывается стон, от которого он рычит. Я ощущаю его стояк через трусы. Его глаза темнеют. Он грубо снимает мою футболку, кидает ее на пол, наклоняется ко мне и целует в губы. Внизу живота горит, разум туманится. Томас оставляет мокрую дорожку на моей шее и спускается к груди. Пощипывает мои соски и я чувствую, как волны возбуждения окатывают мое тело от макушки до пят. Он облизывает и ласкает своим языком одну грудь, пока сдавливает вторую, от чего я выгибаюсь, прижимаясь к нему ближе. Я хочу, чтоб он был еще ближе… Продолжаю извиваться на нем, раскачиваясь все сильнее и сильнее, тереться об его член. Томас издает что-то между стоном и рычанием и это так сильно заводит меня, что я хочу услышать это снова. Его руки оставляют мою грудь и накрывают мои ягодицы, тем самым останавливая меня. — Хватит, — он тяжело дышит, — иначе я возьму тебя прямо сейчас. Я игриво улыбаюсь и тяну его к себе для поцелуя. Как только наши губы вновь соприкасаются, открывается дверь. Томас реагирует быстрее меня и закрывает собой мое обнажённое тело. — Оу, — я слышу изумленный голос Лизи и чувствую, как мои щеки краснеют, — неожиданно. Привет, Томас. Ева, ты в порядке? — Тебе не кажется, что сейчас не время, Лизи? — шипит Томас, накрывая меня простынью. — Ой, да ладно вам. Уже полпервого, все ждут только вас. Спускайтесь, голубки, — рыжая весело улыбается и смотрит на меня, — а ты мне потом все-все расскажешь. — Она подмигивает мне и выходит из комнаты, оставляя нас одних. Я встаю с кровати, но не успеваю сделать и шагу, как Томас хватает меня за руку и тянет к себе. — Куда собралась? Мы не закончили, — он хищно улыбается, а его руки обвивают меня и я оказываюсь между его ног. Он начинает покрывать меня поцелуями, на что я лишь хихикаю. — Хватит, мне нужно умыться. Ребята же… — он грубо затыкает меня поцелуем. — Томас! — пытаюсь звучать сурово, когда отрываюсь от него, но по его улыбке понимаю, что получилось так себе. — Ладно, иди, — он еще раз целует меня и наконец отпускает. Я захожу в ванную комнату и смотрю в зеркало: мои волосы немного спутались, губы припухли от жгучих поцелуев, на шее виднеются свежие засосы, оставленные темноволосым парнем, а на левом виске — багровый синяк. В голове сразу появляется мысль, что если брат увидит меня в таком состоянии, то сильно разозлится, но… Это утро… было невероятным. Эта мысль вмиг пронеслась в моей голове и в отражении я увидела девочку с сияющими глазами и глупой, даже наивной, улыбкой. Она была счастлива. Я ополоснула лицо прохладной водой, надела бюстгальтер кофейного цвета и темные штаны, которые оставила здесь вчера. Краситься не стала, ведь Томас уже видел меня без косметики. Расчесываю непослушные волосы, собирая их в высокий хвост, чтобы они мне не мешали и, взглянув на себя в последний раз, возвращаюсь к нему. Томас оделся и сейчас заправлял кровать. Завидев меня, он бросил одеяло и направился ко мне. Я радостно приняла его в свои объятия, зарываясь рукой в шелковистые немного отросшие волосы. Мы стоим так несколько минут, наслаждаясь близостью друг друга. С удовольствием замечаю, что на его шее тоже есть следы моих пылких чувств. — Как голова? Болит? — мне так нравится его забота. Но я не хочу, чтобы он все время относился ко мне, как к фарфоровой куколке. — Нет, почти не болит, — хотя в том месте, которым я вчера ударилась, будто бы была игла, пронзающая голову насквозь, — пошли? — Пошли, — он берет меня за руку и ведет из комнаты. Как только мы вышли, яркий солнечный свет ослепил меня, от чего я поморщилась и чуть пошатнулась. Тотчас же это откликнулось резкой болью в голове. Просто замечательно. — Все хорошо? — Томас сразу же крепче сжал мою ладонь, его глаза обеспокоенно бегали по моему лицу и наконец остановились. Он так чутко посмотрел мне в глаза, что я не удержалась и встала на носочки, чтобы поцеловать его. Так же мягко и осторожно, как он смотрел на меня. — Да, я в порядке. Просто здесь слишком светло, — я успокоила его и мы пошли вниз. Пред тем как зайти на кухню, я отпустила его руку. Это получилось случайно, но явно ему не понравилось. Я сделала несколько шагов вперёд и на меня тут же уставились три пары глаз. Лизи сидела с Калебом и радостно мне улыбнулась, затем лукаво посмотрела на Томаса и я услышала, как тот ухмыльнулся. Миранду я заметила не сразу. Девушка чуть не сбила меня с ног своими объятиями, шепча извинения за вчерашнее. Не шелохнуться… — Все хорошо, ты ни в чем не виновата, — уверила я. Однако, Томас так не думал и я это понимала. Он обошел нас с Мирандой и начал готовить себе кофе. — Что хочешь на завтрак? — спросила брюнетка, когда отпустила меня из своей железной хватки. — Спасибо, но я не хочу есть, — я сразу же поймала недовольный взгляд Томаса. — Но это ненормально, Ева. Ты не ела почти сутки. Точно все хорошо? — сказала Лиза, после моих слов ее улыбка тут же исчезла. На это я уверенно кивнула. — Принесу аптечку, — Миранда вышла из кухни, а я подсела к Лизи. Калеб стоял рядом с Томасом и о чем-то говорил. Кажется, они оба были не в настроении. — Так вы теперь вместе? — интересовалась рыжая, стараясь звучать как можно тише. — Я… не знаю, — честно ответила я. Меня определённо тянет к нему. Но что насчет него? По рассказам девочек, Томас был бабником, у которого чуть ли не каждый день была новая девушка. Может, он просто решил добавить меня в свою коллекцию? Как-то странно думать о нем так, особенно после того, что произошло между нами. Не смотря на то, что был груб, он не раз мне помогал и заботился обо мне. Вчера он искренне переживал за меня, а сегодня утром, то как он на меня смотрел… Я посмотрела на Томаса, но этот хмырь демонстративно игнорировал мой взгляд. — Ладно, — сказала рыжая и презрительно добавила, — если он будет тебя обижать, дай знать, я его своими руками убью. — Я помню, то что вы мне рассказывали о нем и я не хочу быть обманутой… Может у меня совсем крыша поехала, но мне кажется, что я ему нравлюсь. — у меня перед глазами вспыхнули воспоминания. То как он целовал меня, как обрабатывал мне руку, когда я поранилась, как вытащил из воды и как гладил по спине, пытаясь успокоить… — Мне тоже так кажется. — задумчиво протянула Лизи, а потом улыбнулась, взяла меня за руки и на ее щеках проступил еле заметный румянец. — В любом случае я буду счастлива, если будешь счастлива и ты. Лизи… спасибо… — Можешь увести Калеба отсюда? Хочу поговорить с ним, — девушка кивнула мне и встала со стула. Я уже предвкушаю, как мы останемся наедине и все выясним. Немного волнуюсь. Пока она что-то шептала своему парню на ухо, Миранда зашла на кухню с аптечкой. — Наконец-то нашла! — торжественно сказала Миранда и села на место, где еще минуту назад сидела Лизи. — О, спасибо. Оставь здесь. Томас обработает мне рану, — Миранда поняла мой намек и, улыбнувшись, ушла сославшись на то, что ей нужно позвонить родителям. Калеб с Лизи тоже вышли из кухни, оставив нас вдвоём. Я встала со стула и подошла к Томасу. Он все еще пил свой кофе. — Что? — он спросил довольно грубо и из-за этого я растерялась. Конечно же, он заметил это и чуть мягче сказал. — Ты серьёзно думаешь, что я бы делал это все ради того, чтоб с тобой переспать? Думаешь, я хочу использовать тебя? Поиграть с тобой? А знаешь, ты права! Да, я постоянно думаю о тебе, пытаюсь помочь, когда с тобой происходит какая-то очередная херня, выхожу из себя, если кто-то поступает с тобой ужасно, все это только, чтобы трахнуть те… Это произошло так быстро, что я даже не поняла что сделала. Моя ладонь горит, а на его щеке медленно появляется красноватый след от моего удара. Было до жути неприятно слушать все это… это уже слишком. — Прости, это не так. Я разозлился на тебя. На то, что ты отпустила мою руку, на то, что не хотела показывать ребятам, что мы вместе. Может это как-то по-ребячески, но я хочу показать всем, что ты моя. Потому что я, черт возьми, с ума по тебе схожу, — я слушала его, затаив дыхание. Его голос срывался, но он так уверенно это говорил, смотря прямо мне в глаза, что у меня не было и тени сомнений, что это неправда, — Ты мне правда нравишься. Я разделяю твои чувства и желания… и верю тебе… Томас Приблизившись, я поцеловала его, показывая, что его чувства взаимны. У меня подкашивались ноги, поэтому он придерживал меня, чтоб я не упала. Поцелуй вышел долгим и горьким, с привкусом кофе, но мы улыбались. Он обнимал меня и целовал в лоб, а я уткнулась в его плечо, плакала и ни за что не хотела его отпускать. Возможно когда-нибудь я об этом пожалею, но это будет потом.