the sacred order

«Deh, quando tu sarai tornato al mondo, e riposato de la lunga via», seguitò 'l terzo spirito al secondo, «Ricorditi di me» Dante Alighieri

      Он шёл неуверенно, враскачку, стараясь держать взгляд на полу, в случае если кто-то из его знакомых окажется в это самое время в этом самом заведении. Ой, как же ему не хотелось видеть хоть одно знакомое лицо сегодня. Его глаза резко, немного придавая боли и до этого его бедной болевшей голове, задержались на чёрных туфлях дамы, кою доселе ему ни разу не приходилось встречать. — Ради Бога, прошу извинить мою невнимательность! Это ж как я, чуть вам все ноги не отдавила! — дама протараторила, тихонько осматривая его белёхонькую рубашку в поисках возможных пятен от её коктейля. — Меня, кстати, Юлией зовут! — она радушно протянула ему свою деликатную ладонь, и тут же он почувствовал, как её холодные пальцы обхватывают его протянутую в смущении руку. Не зря я решил заглянуть сегодня сюда, однако. Какая же чудесная девушка! А имя какое! Звучное, мелодичное. Юлия. Из мыслей его вырвала причудливая улыбка его новой знакомой, которая смотрела на него, как на неуклюжего школьника, которого все дразнят за его неправильный прикус и постоянную зубрежку всех предметов. И впрямь, он было задумался и даже не представился в ответ. — Прошу прощения, — он в несвойственной себе застенчивой манере начал, — трудная неделя выдалась, я задумался. Я Алексей, — он наконец-то набрался смелости пожать ей руку. — Мне очень приятно с вами познакомиться. Его прекрасная подруга тихо хихикнув, отвела взгляд в сторону, и чуть было потупив, сказала: — Не хотите ли вы выпить со мной? Конечно же, только если у вас не было планов! — она смотрела, будто извиняюще, ему в глаза, все ещё держа его за руку. Как это так? Он же пришёл сюда, весь такой хмурый, допиться до потери памяти, а потом на утро оказаться в своей квартире все ещё с этой убивающей его меланхолией в сердце. А тут девушка, голубоглазая красавица, предлагает ему с ней провести время. Невозможно! Он жестом показал «Я?», и девушка вся расплылась в улыбке от его смятения. — Да, вы. Разумеется, он без долгих раздумий согласился. Всё таки не каждый день он знакомится с женщинами, которые в первые же минуты знакомства проявляют к нему интерес, даже толком не узнав его. Его Юлия сразу же заинтриговала своей легкостью духа, которая ощущалась в её спонтанных прикосновениях. Она была одета в бордовое шелковое платье на бретельках, которое струилось словно водопадом по её телу. Её худенькое лицо обрамляли выбившиеся из туго завязанного пучка пряди золотистых волос. Ведя его к своему столику, она переодически оглядывалась, будто проверяя идёт ли Алексей за ней. — А вы, между словом, почему сегодня здесь? Помимо того, что у вас трудная неделя выдалась. Я, честно говоря, уж припомнить не могу, когда в последний раз видела таких опрятных мужчин в этом богом забытом месте. — по ее щекам разлился румянец, который она тщетно пыталась скрыть. Видно, она не хотела говорить о его опрятности вслух. А ему приятно стало, он ощутил какое-то, до этого ему неизвестное, трепетное волнение от ее случайно произнесённых слов. Опрятный. Отодвинув Юлии стул и сев против неё, он, мельком кинув взгляд на дубовый стол, было начал отвечать ей, но на полуслове был перебит только подошедшем официантом. Эх, черт бы его побрал! Какое же невежество. — А можете подойти чуть позже? — спросила официанта Юлия, будто прочитав негодование Алексея на лице. Официант кивнул, и вежливо улыбнувшись, оставил их. — Продолжайте, Лёша. Лёша. Как же ласково это звучало, ещё никто до этого часа не произносил его имя так истомно, он и вовсе забыл, как жил без её бархатистого голоса. Эти мысли так быстро всплывали в его сознании, грозя охватить его полностью. Но он отогнал эти мысли прочь и вновь посмотрел на девушку. Она была для него чем-то необъяснимо новым, будто бы он ни разу не знакомился с женщинами! — Совсем уж я растерялся, вы меня извините. Я, понимаете ли, юрист, и мне такое дело попалось, как это называется, странное. Никогда с такими делами не работал прежде, а работаю я уже не первый год. — он не решался назвать ей реальную причину, по которой сегодня забрёл в это маленькое заведение. Неприлично это как-то, сразу же все переживания вываливать на неё. На лице девушки он прочёл…сострадание? Губы ее скривились в печали, которую он мог видеть, даже несмотря на приглушённый свет. Она будто извинялась перед ним за все разочарования и трудности, с которыми он столкнётся, работая над этим делом, как Пресвятая Богоматерь, что ниспослала на людей как страдания, так и самые драгоценные духовные радости, которые, по своей натури, были гораздо важней материальных благ. — Вы чего, Юля? — своей большой рукой он едва прикоснулся к ее запястью, и ободряюще улыбнувшись, принялся массировать её пальцы. Холодный пот собрался в маленькие бусинки у его висков, он и сам не ожидал, что будет таким тактильным. Она же, в свою очередь, положила вторую руку на его ладонь, и так они просидели бы до конца вечера, если бы ей не надо было поправлять все время лезущие на глаза волосы. — Меня просто огорчает то, что мы с вами встретились тогда, когда вам трудно. Я вот, например, сегодня сюда пришла, потому что есть у меня повод отпраздновать. Меня пригласили участвовать на конференции женщин-экономистов. — Правда? Я вас поздравляю, честно, от всего сердца! Не думал, что вы экономистка. — Ещё какая! Одна из лучших, не в стране, конечно, но, скажем, в пяти районах Москвы уж точно, — она засмеялась так искренне, что на его лице непроизвольно появилась добрая ухмылка. — А может, если вы не против, потанцуем? Все равно, я отогнала официанта, так что, пока мы с вами не начнём изнемогать от нехватки жидкости, он к нам не подойдёт.

***

Назвать его талантливым танцором будет затруднительно, но он старался. Выходило у него, прямо скажем, не очень, но Юлия подбадривающе смотрела на него, иногда тихо поговаривая, что все великие когда-то начинали с неудач. Ещё одна песня и я, ей богу, отдавлю ей все ноги! эта мысль проскочила у него в голове, и как по щелчку пальцев одна незамысловатая мелодия сменилась на другую, и Юлия, уже не скрывавшая свои ласковые смешки, вновь обхватила его шею своими изящными руками, и чуть повиснув, прильнула к нему ближе, одурманивая его своими цветочными духами. — Что же вы такой хмурый, Лёша? Легко ей говорить, такой грациозной, утонченной. Она — леди, и вся ее натура пропитана изысканными манерами. Она словно бесплотный дух божества, с огромными синими глазами, напоминавшими ему бездонное озеро, а он кто? Какой-то там юрист. Даже похвастаться нечем. — Хотите, я вам историю расскажу? Вам полегче станет, зная, что и я когда-то была неуклюжа, как Бэмби на льду, — и она начала рассказывать ему о забавном случае десятилетней давности. История была окрашена ее нескончаемыми саркастическими замечаниями, которые с такой лёгкостью вырывались из ее уст, что он не мог не дивиться её многогранности характера. Одну минуту она казалась ему внеземным существом, слишком прекрасном для этого мира, а в другую она уже была кокетливой девушкой из забегаловки, которая, несмотря на все его попытки, не могла ему не нравиться. Уже к завершению ее истории они оба заметили, как оказались совсем близ друг друга, да так близко, что он мог чувствовать обжигающее его шею учащенное дыхание его спутницы. По телу его пробежала дрожь от мысли, что в каких-то сантиметрах от него стоит это ангельское создание, с золистыми волосами и хрупкими руками. Его будто пьянила эта мысль. — Пройдемте к столу, сэр? — шутливо спросила девушка.

***

Попивая свои коктейли, пара не заметила, как гости, словно призраки, покидали заведение, и оставшись наедине с безликими официантами, она предложила завершить вечер. Как ему не хотелось покидать её! Настолько она была прелестна для него, что, сдерживая откуда-то навалившиеся на него градом слёзы, он с грустной улыбкой согласился. — Вам вызвать такси? — с надеждой провести с ней ещё каких-то несколько минут вместе, предложил Алексей. — Да что вы, мне совсем недалеко, я пешком дойду, — пролепетала девушка, накидывая на себя пальто. — Тогда, — помедлив, продолжил мужчина, — я вас провожу. Даже не возражайте, — воскликнул он, когда увидел как Юлия уже открыла рот, чтобы протестующе отмахнуться от его предложения, — на улице уже вон темень какая, не могу я вас одну отпустить, ненароком что случится. На щеках девушки, уже не в первый раз за вечер, появился еле заметный румянец, который в этот раз она не пыталась скрыть, думая, что для него это будет выглядеть, как поднимающаяся температура после алкоголя. Выйдя на улицу, он почувствовал как тело Юлии задрожало от холода, поэтому, не замедляя, скинул с себя свой длинный шарф и обмотал им девушку. Она посмотрела на него с очарованием в ее слегка пьяных глазах, беззвучно поблагодарив за столь джентльменский поступок. Шли они молча, лишь иногда проглядывая друг на друга, как два влюблённых подростка, боявшихся признаться в своих чувствах. Она оказалась права, идти и в правду недолго, с сожалением приметил Алексей, когда подойдя уже к ее дому, он положил свою руку ей на плечо, будто прося остановиться на минуту. — Скажите, смогу ли я вас увидеть снова? — так тихо, стесняясь собственных просьб, спросил мужчина. Юля же, искренне улыбнувшись, достала из своей дамской сумочки какой-то оборванный листок бумаги и ручку, быстро нацарапала свой номер и вложила ему в руку. — Я буду ждать вашего звонка, Лёша. — Я непременно позвоню! — и на этих словах она, как и вовсе несуществующий плод его воображения, медленно повернувшись, растворилась, абсолютно заколдовав его.