Одна ночь

Мы всегда будем скучать по тем, кто оставил глубокий и яркий след в нашей жизни, но так и не стал нашей судьбой.

 — а у нас сейчас что? — Оторвавшись от сладких мыслей спросила я у своей одноклассницы.  — математика вроде. — пробубнила моя одноклассница себе под нос  — ааа, ну блиин. — В очередной раз подумав о том как я ненавижу этот предмет, зашла в класс.  — здравствуйте — сказала наш классный руководитель, по совместительству и наша учительница математики.  — класс, слушаем все внимательно! — постучав по столу ручкой, чуть ли не крикнула она. — Кто хочет поехать во Владивосток? На три дня всего. Осталось 5 мест. Несколько человек сразу согласились.  — а кто из учителей поедет? — доносят вопрос сквозь гул.  — на этот раз с нами едет Анастасия Евгеньевна и ещё пара учителей. Услышав её имя я сразу оживилась.  — я поеду — уверенно поднимаю руку.  — а я у родителей спрошу — ответил мой одноклассник. Да уж, и едут те, с кем я не общаюсь. Каждую минуту думаю о ней, это сводит меня с ума. На часах показывает полночь. Я включила музыку с наушниками и легла спать. В голове одна за одной начали появляться картинки со своей учительницей, о которых остаётся только мечтать. Вот и наступил день поездки. В 9 часов выезжаем, в пол 9 быть там. — чеерт. 7:35. Я носилась из комнаты в комнату закидывая одежду в рюкзак. А в моих мыслях бардак (прям как и у меня в комнате), отчего я так и не нашла половину нужных мне вещей. Думаю о предстоящей встрече с ней, мгновенно зависаю. Конечно, я не я если бы я не опаздывала.Когда оставалось пятнадцать минут до сбора, я закрывала дверь. Не успела выйти на улицу, как вспомнила что забыла таблетки от укачивания. Найдя их столе, я побежала на вокзал. Ну вроде успела. Слава богу хоть билеты не забыла, я пошла на своё место, и увидела её, одно мгновенье, а моя челюсть уже лежит на полу. Она потрясающе выглядит, несмотря на то что выглядела уставшей. Она мне короткое кивнула, на что я ответила ей взаимностью. Про то что она мне нравится, призналась я ей в начале года. Сейчас почти конец мая. Нас в вагоне было трое, и она четвертая. Я сделала музыку погромче и прикрыла глаза. Сквозь сон я почувствовала что меня кто-то трясет за плечо.  — пойдем, на улицу выйдем. Остановка двадцать минут и дальше поедем.  — нее, не хочу — ответила я не открывая глаз.  — ну как хочешь.  — «стоп, это была информатичка?! " — на лице появилась глупая улыбка. Время, проведенное в телефоне прошло быстро. Молчание напрягает, хотелось заговорить с ней, но тема так и не находилась.  — а вы почему с нами? Приподнимая бровь всё-таки решила узнать я.  — ну вот так вот мы решили.— посмотрев на меня улыбнулась она.  — о, ну, раз так — Разговор я продолжать не стала, так как она начала с кем то переписываться.  — может в карты? — предложили они сыграть.  — о, давайте. На желание — я спустилась со своей койки и уловила заинтересованный взгляд своей любимой. Анастасия Евгеньевна сразу отказалась, сославшись на то, что это азартные игры, хоть мы и не в школе, но играть она с нами не намерена.  — мне всегда везло в картах — ухлымяясь, проговорила я.  — ага, именно поэтому ты вышла из игры второй.  — ну я хотя бы не проиграла, как ты — я показала язык проигравшей. Я ловила её взгляды, прикованные ко мне. И вот, я поймала её улыбку на себе, кажется, прошла вечность как я утопаю в её зеленых глазах, но в реальности секунд двадцать. Было уже темно. Все уже спали, кроме одной, кроме учительницы.  — нам еще долго ехать?  — нет. 1,5 часа осталось. Ты как?  — нормально. Я перевела взгляд на губы, спускалась вниз, останавливаясь на шее и ключице, переводя назад. Наверное на мою заинтересовать повлияла не только моя учительница, но и её одежда.Идеально выглаженная рубашка, на которой были растёгнуто несколько пуговиц.Я буквально пожирала ее взглядом, прикоснулась кончиками пальцев к её руке. Она, стеклянным взглядом, смотря вперед, убрала свою руку. Я поднесла пальцы к свои губам. Не смея посмотреть на неё, я отвернулась. Мы приехали. Отель «афродита». Расселяли по два человека. Когда очередь дошла до меня, я так и мечтала чтобы мест не хватило и меня поселили с ней. Но нет.  — привет, я Даша — говорит моя соседка протягиваю мне руку.  — здравствуй, Алена. Протягиваю в ответ. Мы с ней разговорились и она оказалась веселой и общительной девочкой.  — собираемся в океанариум? — спросила Даша, залетев в номер.  — я уже собралась. — прыгнув на диван, сказала я. На часах показывало полночь. Сходив в душ, я легла спать. В голове начал появляться её образ. Я так нормально уснуть и не смогла. Пол 3 ночи показывало на часах. Я подошла к окну и открыла его. В лицо ударил запах ночи. Открылся вид на ночной город, также на машины, которые ездят рядом. Вернулась к кровати,достала из рюкзака пачку сигарет. Достала и закурила одну, выпуская дым в окно. * Курить я начала месяца 2 назад, когда начала чувствовать что не вывожу. Для меня она стала магнитом. Мне стало нечего не интересно, почти ничего не ем, только и скучаю, постоянно думая о ней. Закрыла окно, вернулась в кровать, по пути включив музыку. Уснула только под утро на час. Я решила разобрать вещи. Без церемоний косметику затолкала в ящик. Во второй решила 'аптечку'  — веревка, наручники, маска на лицо, плеть. Интересно, кто жил здесь до меня. В нижний закинув аптечку я вышла из номера. Экран телефона бесстрастно показывал 02:49. Я судорожно выдохнула. Сумерки. Никогда их не любила. Чувствуешь себя одинокой. Соседки не было. Я встала попить воды. Впустила прохладу и закурила.  — после завтра днем мы уже уезжаем. Как то быстро прошла неделя. Я постоянно представляю ее перед сном в своих эротических фантазиях. Какие страсти творятся в моей голове. Сорвать бы с нее всю лишнюю одежду и просто любоваться любимым телом, прикасаться к нему и делать приятно своей учительнице всеми возможными способами, чтобы она содрогалась и стонала столько, сколько хочу я. *** Я уже стояла в своем номере. Падаю на кровать, не сдерживаясь, дав волю эмоциям. Слёзы рекой катятся на подушку, а я не могу остановиться. Хочется кричать, срывая голос, вытряхивать из себя душу, и отдавать всё до последней капли. Следующие 20 минут я бьюсь в истерике, пытаюсь успокоиться, но безуспешно. Когда мне удалось это сделать, я пошла в ванную, умылась, посмотрела в зеркало. Мне захотелось разбить его и больше никогда не видеть своего отражения. Но подумав, что будет, я откинула эту идею и взяла себя в руки. Пошла в комнату, встала у окна, и закурила сигарету. На небе было облачно, луна пряталась, оттого в комнате было темно. В дверь постучали.  — да? — я повернулась.  — Алён, можно? — дверь открывалась.  — кхм, да, Анастасия Евгеньевна заходите. Выглядит она… сексуально. Черное кружевное платье, и распущенные волнистые волосы, почти ниже талии. Моя челюсть встретилась с полом.  — вы…прекрасно выглядите. Учительница только улыбнулась. Её черные густые волосы с прямой челкой сводят меня с ума. Я так хочу прикоснуться к ним, запутаться рукой в этой черной густоте. Её зелёные глаза напоминают мне лето, хотя при виде неё мне и так жарко. Смотря в её глаза, я проваливаюсь в другую вселенную, где преобладают зеленые цвета, и мое отражение, дающие в сочетании для меня дурманящий наркотик. Её припухлые губы заставляют не спускать с них взгляда ради того, чтобы уж наверняка сделать из меня сумасшедшую.  — я хотела спросить… эм. А где твоя соседка? — в недоумении спросила она.  — Не знаю, я же за ней не слежу, вышла… Вы это хотели узнать? — с улыбкой поинтересовалась я.  — нет, не это. Ты в порядке?  — да, в порядке.  — просто ты какая то в последнее время… Я посмотрела на неё с интересом. Учительница замялась. Я села на кровать, Анастасия Евгеньевна присела рядом.  — без настроение, нечего не ешь, ночью почти не спишь.  — все хорошо. — вот зачем всё это? М, Ален, я… взрослый человек.  — Анастасия Евгеньевна…  — нужно знать границы между учитель и однозначно да, ученик.  — так оно не превышает.  — ну я прекрасно понимаю что не превышает, но все равно Ален, как-то… ну как то неправильно.  — неправильно? Хотите знать что значит не правильно? — я приблизилась к её лицу. Она резко встала.  — мне иногда кажется тебе лучше… может быть на кого-нибудь другого так сказать обратить внимание, переключиться. М, как ты думаешь? Я начала смеяться, но чувствовала комок, приближающийся к горлу.  — как?  — ну не знаю — не знаю — не без тени улыбки сказала она.  — нет ну, Алён, ну серьезно… Я взрослый человек.  — серьезно, это бред. Как можно с человека, который тебе нравится, переключиться на другого? — мой голос становился тише, и приближался к ней.  — просто напросто эта вот детская ваша увлеченность оно…ни к чему хорошему не приводит, и в данной ситуации мне кажется неправильной, вообще неправильной.  — у-увлеченность? Она у меня есть, да, но это, явно не-не вы. Также это не привязанность. В любви правил нет. Медленно, чтобы не спугнуть, я взяла её за руку. Между нами несколько сантиметров. — Хотела бы я прочитать ваши мысли, когда вы смотрите так, молча мне в глаза — тихим шепотом проговорила я. В теле сладко-тоскливо заныло. Тревога обострила все чувства, и я ощутила, насколько сильно мне не хватает её прикосновений. Анастасия Евгеньевна так и стояла, только губы её приоткрылись. Я потеряла, потеряла из-за неё голову, безвозвратно. Обхватив её руками за талию и в два шага прижала телом к стене. В каком то яростном порыве я обхватила губами её губы. Почувствовала как она медленно и аккуратно отвечает на поцелуй. Обжигающим поцелуем лишила дыхания, заставила сердце провалиться. Беру её руки в свои. Вытянул и свои, и её руки, тем самым заставив её прижаться к стене всем телом. Поцелуем поймала верхнюю, потом нижнюю губу. Коснулась кончиком языка, размыкая их, проникая глубже. Поцелуй из нежного, медленно перерастал в настойчивый. Изучая друг друга каждый раз всё легче одурманивая, лишая равновесия. Каждое её прикосновение отдавалось током на теле. Я тону. Тону в ней. Никто не сможет мне помочь, и я не хочу, чтобы помогали.  — подожди, если войдут? Я быстро подошла и прикрыла дверь на ключ. Медленно и тихо подошла к ней. В комнате было темно, и только свет фонарей с улицы проникал через окно. Учительница тихонько провела пальчиком по моей щеке, заведя упавшую у меня прядь волос за ушко, коснулась кончика моего носа и медленно провела линию по моим губам. Она мучает меня, откровенно и томно сводит с ума. Я не выдерживаю и касаюсь ее губ своими. Это ощущение. Низ живота теплеет, скрутило все в тугой узел. Анастасия Евгеньевна углубила поцелуй. Этот сладкий привкус ее губ. Чувствую, как ее язык блуждает по моему рту, касаясь десен. Она решается взять надо мной власть, а я лишь прижимаю ее за талию к себе. Целует меня снова и снова, покусывая нижнюю губу… Рассудок отказывается воспринимать что либо, кроме ощущений. Её кожа под моими пальцами. Её язык, её рот. Моя рука, скользкая по её талии… Немного ниже. Выпускаю из «плена» искусанные губы, перемещаюсь на шею. Утыкаюсь носом в нежную кожу, вдыхая её запах… Прикасаюсь губами к бьющейся венке, втягивая несильно кожу. Анастасия Евгеньевна отвечает на эти действия шумным вздохом, цепляясь в мои плечи. Чувствую как она не сильно давит. Прикасаюсь к теплой коже ключиц. Руки медленно скользят по телу, стягивая одежду, и отбрасывая её куда то в сторону. Пока не остались в одном белье. Продолжаю оставлять небольшие напоминание о себе. Локоны её волос слегка касаются кожи. Сквозь затуманенное ласками сознание прорвалась мысль. И сразу за ней резкая, отрезвляющая.  — хотите немного преукрасить? Не дождавшись ответа подхожу к вспомнившему ящику, доставка оттуда флоггель. Я робко взяла плетку в руки, перебирая мягкие кожаные хвосты, и небрежно взмахнула. Флоггель с неожиданно хлестким звуком приземлился на подушку. Увидела как учительница вздрогнула.  — я вас не трону, пока не скажите что этого хотите. Анастасия Евгеньевна тяжело дышать, вдавила рукоять флоггера в ладонь. Я обошла её и замерла позади неё. Шепот у самого её ушка заставил волоски на её шее встать дыбом Я встала спереди. Прищурившись, отодвинула чашку лифчика, приподняла флоггель, и пощекотала им сосок. Тут же я уловила её мурашки, которыми она покрылась. Рукоять опустилась вниз, а потом медленно, погладила хвостами её животик. Вниз вдоль бока…вверх по плечу. Захлестнула шею, мягко потянула. Зашла сбоку, не забывая оставлять поцелуи. Вслед, по её коже бежали колючие мурашки. Взмахнула, и в первый раз кончик флоггера приземлился на лопатки. Я услышала её возбужденный выдох. Вслед она повернула голову.  — я не разрешала менять позу. — следующим мой удар выдался чуть сильнее. Следом еще один, ниже, стараясь все также нежно. Еще ниже. И ещё. Моя рука легла на разгоряченную талию. Я почувствовала как она напряглась. С прикрытыми глазами шумно выдохнула, закусив нижнюю губу. Второй рукой прикоснулась к её щеке кончиками пальцев. Прильнув к губам, начинаю по-свойски целовать, сминая и слегка покусывая. Руки крепко обвили тонкую талию учительницы. Анастасия Евгеньевна присела на кровать и притянула меня. Я повалила ее на спину и теперь сидела на ней. Разгоряченной кожи постель показалась ледяной, так, что она даже слегка застонала. Начала покрывать её шею поцелуями, спускаясь ниже. Зубами прикусила бретельку лифчика, опуская её вниз. Верхняя часть одежды полетела на пол. Ласки перемещались с одной груди на другую. Руками то нежно, то грубо сжимала их и обводила языком вокруг ореолов. До слуха доносились шумные вздохи и выдохи, также тихие стоны, которые она пыталась скрыть. Лаская сосок языком, временами оттягивая зубами. Целовала талию, низ живота. Моя ладонь легла на её промежность. С отстраненным удивлением я ощутила, как там мокро…и напряженно. Анастасия Евгеньевна рефлекторно хотела сжать ноги. Я не дала ей этого сделать до конца, поставив свою коленку прямо между ног, чуть надавив. Учительница выгнула спину, руками взявшись за простынь.  Я кончиком языка коснулась до клитора и провела по нему сверху вниз. Это движение сделала клитор более твердым и набухшим. Я посасывающими движениями продолжала «оральные» игры. Анастасии видимо нравилось; она прогибалась и давила мне на голову своей ладонью, заставляя не останавливаться. Я же перешла к половым губкам и нежно целовала их. Мне хотелось сделать Анастасии Евгеньевне максимально приятно. Проводя языком сверху вниз по разгоряченной плоти, я каждый раз входила в Анастасию языком. Ощущаю солоноватый вкус. От каждого такого моего входа, мои уши утопали в таких желанных, хоть и сдержанных стонах информатички, что мне не хотелось останавливаться. Я медленно вхожу в неё, чувствую горячую влажность внутри. Анастасия Евгеньевна выгнулась. Движения постепенно стали едины. Агония слившихся теней на стене. Ночь, наполненная рваным дыханием, жаром сплетенных страстью тел. Её короткий вскрик, глубокий поцелуй, и снова тихий стон. Напряжение до предела. До обессиливающего изможения, до оргазма. Я уложила её и глубоко поцеловала. Покопалась в аптечке, и аккуратно перевернула на живот.  — просто заживляющая мазь. Анастасия Евгеньевна улыбнулась, обнимая подушку. Её тело расслаблялось под массирующими движениями пальцев, и выравнивающее дыхания. Я легла рядом, обвела её в кольцо руками, принимал к себе, перебираю её волосы. *** Мы приехали с «отдыха» и я стояла возле твоего кабинета. Стою перед выходом в кабинет, и мое сердце стучит как бешеное. Уроки кончились и никого уже не осталось. Проигнорив чувства, берусь за ручку и захожу в кабинет.  — привет.  — не привет, а здравствуйте.  — нуу, никого же нету.  — и что? Я медленно подхожу сзади, и обнимаю её за талию.  — не надо — говорит она и отходит на безопасное расстояние.  — С тобой мне хорошо, но ты мне не нравишься. У меня есть муж, и дети. И лучшее что сделать, это забыть всё, что было.  — но  — я все сказала. И своего решения не поменяю. *** Выхожу на улицу, слезы текут сами, я и не пытаюсь их остановить. Обошла четыре пятиэтажек, но на всех люк закрыт. Поднимаюсь на последнюю, это моя последняя надежда. Зашла на верхний этаж, люк открыт. Не думая, поднимаюсь на крышу, закурила сигарету.  — «это последняя» — пролетает мысль. Туда, где в это время заходящее солнце разливало вязкие кроваво-красные подтеки света. Этот лед обжег меня, заставил гореть от чувства беспомощности и тоски. Захотелось броситься прочь. Меня захлестывали эмоции. Много разных, но, пожалуй, сильнее всех была злость. Злость на саму себя, за то, что она, сумела занять огромный кусок моего сердца. Пустить в нем глубокие корни, которые, теперь кажется не вырвать — разве что с мясом. Заставила меня чувствовать её такой родной. А себя — такой счастливой рядом с ней, но так ненадолго. Я не знала, что делать и куда идти, чтобы хоть немного заглушить то, что сейчас бушует внутри: от дикой ненависти ко всему, на чем свет стоит, до неизбежного сознания любви к Анастасии. Дьявол! Ну к чему это все? Почему именно она? Неужели нельзя было найти кого-нибудь другого и спокойной влюбиться без всех этих мучений? Конечно же нет, обязательно нужно было запасть именно на собственную учительницу со всеми её демонскими тараканами. Ты — единственный смысл и свет… без тебя останется только тьма. Шаг с закрытыми глазами, чувство полета, и темнота…