На неделю в Малфой-мэнор

      Люциус продолжил перекладывать бумаги, но при этом подозрительно смотрел на свою «жену», что была слишком, просто до неприличия довольна, хотя насколько он знал никаких особых причин для этого не было. Цисси же с широкой улыбкой села на кресло, снова закидывая ноги на край стола мага. — Что ты сделала? — устало спросил Люциус, забывая о выписках и отчетах. — Что за подозрения, муж мой? — топорно изобразила непричастность женщина. — Вполне обоснованные, дорогая Цисси, — остро усмехнулся Люциус. — Вредина. У вас тут стоячее болото. Орден наверняка день и ночь пашет, а здесь никакого движения. Вот я и навела чуть-чуть суеты, — призналась Нарцисса, не чувствуя ни грамма вины или стыда. — Мэрлин… Что ты сделала, бестия? — обреченно вздохнул Малфой, сжимая виски. — Повеселилась. Я тебе такой компромат насобирала, просто закачаешься, — улыбнулась женщина, доставая из кармана колдофото.       Нарцисса встала за спиной Люциуса, пока тот медленно перебирал колдографии. Уже после первых двух снимков Малфой не выдержал, опуская карточки на стол. Женщина тут же начала их раскладывать, рассказывая и показывая магу, что у того сегодня творилось в поместье. — Наркота? Ты отравила какой-то маггловской вещью Лорда и Беллу? — изумленно выдохнул Люциус, обернувшись к блондинке. — Почему только Тома и Белз? Мне под руку еще и Нотт с Долоховым попались, — добавила Нарцисса. — Они такое караоке устроили, что у остальных перепонки еле выдержали их дуэт. — Моргана… А с оборотнями что? — потрясенно спросил Малфой, показывая на одну из колдографий, где красовалось распухшее лицо Фенрира и его стаи. — Их пчелы покусали. Ты знал, что у тебя на территории поместья было прекрасное гнездо с дикими пчелами? — спокойно пожала плечом женщина. — Я всего лишь полдня просидел в кабинете. На полдня оставил тебя и ты…       Нарцисса посмотрела в глаза мага, не понимая то ли тот ее ругает или наоборот восхищается ее плодотворно проведенным временем. Но больше Люциус ничего не сказал, так что женщина решила, что лорд испытывает и то, и другое в равной степени. — А теперь приготовься, Люци. Такой эксклюзив. Черт да «Пророк» душу за это продаст. Во-о-от, — протянула последнюю колдографию Нарцисса.       Люциус не глядя взял снимок, а потом отдернул пальцы, как будто обжегшись об него. Нарцисса со шкодливой улыбкой наблюдала за Малфоем, что проиграл своему отвращению в пользу любопытства и теперь рассматривал компрометирующее фото. — Лорд тебя растерзает, — глухо сказал Люциус, не отрывая взгляда от колдофото.       На двигающиеся карточке было сюрреалистическая сцена, где великий и ужасный Волан-де-Морт сидит напротив трюмо и высунув кончик языка, пытается одинаково ровно нарисовать тонкие брови на бескровном лице, на губах которого уже красовалась красная помада. — Дальше лучше, Люци, — усмехнулась женщина, доставая еще одно фото не для слабонервных. — Мне нужно выпить, — на этой фразе от несгибаемого мага, Цисси не выдержала весело рассмеявшись.       Люциус же вроде и разделял ее веселье, но одновременно и представлял какие кары на них свалятся, когда Темный Лорд об этом узнает. Адреналин гулял по венам не хуже, чем в разгар дуэли. Последнее колдофото вообще было верхом безумия. Темный Лорд в женских туфлях на каблуке, с розовым меховым манто на плечах, в парике блондинки с каре и разукрашенным лицом стоял на столе, что-то напевая в микрофон. На фото также прекрасно была видна внимающая ему публика в виде неизменной Беллатрикс, поддатых и явно невменяемых Нотта, Долохова и Паркинсона, а также распухших кое-где и красноватых оборотней. — Да не боись, Люци. Я все предусмотрела. Этот порошок не вызывает агрессию. Вечерком они все уже мирно и спокойно заснут в мягких кроватках, а на утро ничего не вспомнят из того, что творили сегодня, — усмехнулась Нарцисса, занимая рабочее место Люциуса, еще раз пересматривая особо удачные снимки. — Откуда у тебя вообще камера? — спросил маг, оборачиваясь к ведьме. — Купила. Ты как щедрый муж позволял своей жене многие изыски, так вот вместо еще одной вычурной и баснословно дорогой мантии, я решила вложиться в более веселое предприятие, — улыбнулась Нарцисса.       Люциус подошел к столу опираясь на него бедром, еще раз рассматривая колдофото. Цисси же довольно улыбалась, прикрыв глаза и закинув руки за голову. Женщина была в самом центре темной стороны, что была на пороге войны со всем остальным миром, а… А вместо того, чтобы дергаться от каждого шороха в мэноре и сливаться со стенами и мебелью, как делала его жена, эта бестия проворачивает такие немыслиммые вещи. Безумие Блэков по сравнению с характером этой женщины было просто детская забава. — Что за порошок ты упомянула? — с интересом спросил Люциус. — О, забава магглов. Опасная вещь, если не знать меру. Вызывает зависимость, калечит мозги и здоровье, стоит не пару копеек. С ее помощью веселятся, но веселье это я тебе скажу не для всех, — сказала Нарцисса, указывая на фото, где маги вели себя абсолютно нетипичным для себя образом. — От одного раза не помрешь, вроде, но дрянь она все же дрянь даже с эффектом легкости и свободы, — заключила женщина. — И Лорд ничего не вспомнит? — с все увеличившимся интересом спросил Люциус. — Даже голова с утра болеть не будет. Я попросила эльфов вечерком подлить нашим гостям нужного зелья, — сказала Нарцисса. — Занятно, — протянул Малфой. — А то! Ты все же не побрезгуй и снизойди как-нибудь до простых смертных. Поинтересуйся, что нового успели создать магглы. С твоей хваткой и деньгами разбогатеешь, переплюнув близнецов Уизли. Только не затягивай с этим, а то те же  рыжие не лыком деланные и додумаются, что можно изобретения магглов ввести в мир волшебников, — подсказала Нарцисса.       Люциус на это только приподнял бровь, но не стал ничего говорить. Мысль, подкинутая женщиной, не вызывала особого восторга, но мужчина взял ее на заметку. Почему бы и нет? Если можно получить с этого предприятия деньги, то какая разница кто это изобрел маги или магглы?       Малфой сложил все колдофото в конверт, а потом и спрятал в сейф кабинета, чтобы при случае отправить такие важные документы в Гринготтс. Веселье-весельем, а ведь компромат действительно прекрасный, а кадры просто бесценны. — Что мне сказать Драко? — спросил неожиданно Люциус. — О чем? — нахмурившись спросила женщина, а Малфой красноречиво обвел тело своей жены, что было занято. — А…Ну, соври, что меня проклял Лорд и я скоропостижно скончалась. Ну, или придумай что-нибудь героическое на благо репутации рода. — И тебе все равно, что ты умрешь и что я скажу? — спросил маг. — Люци, я не умру. Я буду жить дальше, но в другом мире. Это не мое тело, так какая мне разница, что с ним станет после моего ухода? Своей хозяйке оно точно уже не понадобится, хотя Драко жалко. Он и так у вас избалованный засранец, который копирует высокомерие отца, так теперь еще и маму потерял, — рассуждала вслух Цисса. — То есть я высокомерный? — недовольно спросил блондин. — Ты еще сомневаешься? Высокомерный, чванный, чопорный, самодовольный, скользкий, эгоистичный и эгоцентричный богатей, свято уверенный в своем превосходстве. Мне продолжать? Я еще пару лестных эпитетов могу накинуть, если тебе хочется, — предложила Нарцисса. — Ты не смеешь так со мной говорить, женщина! — прошипел Малфой. — Опа, посмотрите! У кого-то снова проснулось эго и чувство собственного достоинства! А теперь серьезно, Малфой. Мне послышалось или ты мне угрожать вздумал? — приподняла брови Нарси, но так и не сменила позы на кресле мага. — Да ты… Если я настолько противен тебе, то зачем ты взялась мне помогать? — ядовито спросил Люциус, отходя от стола и наливая себе еще виски.       Малфой опрокинул в себя виски и нахмурившись посмотрел на женщину, что подошла к нему и вытянула из руки уже пустой стакан. — Да, потому что, Люци, ты неплохой. Да, не светоч и не блаженный, но и не чудовище, заслуживающее кары и страданий. Твое раздутое по разным причинам эго застилает твои глаза, что хоть чуть- чуть приоткрылись после Азкабана. Тебе бы сделать еще пару шажков в сторону, поспособствовать чему-то хорошему без собственной выгоды и тогда ты станешь вполне себе сносным, — честно сказала женщина, озвучивая свои мысли. — И не пей много. Знаю нервы не восстанавливаются, но и алкоголиком заделаться в сорок два не лучшая для тебя перспектива. Ну что?       Люциус стоял и смотрел в голубые глаза этой необыкновенной женщины, что говорила такие на первый взгляд неприятные вещи про него. Но она явно говорила то, что думает и это было похлеще, чем порывы ледяного ливня в лицо. Кто еще когда-нибудь так честно и открыто говорил с ним? Цисса же смотрела смело, но не со слепой бравадой, а с непоколебимой уверенностью во взгляде. Она каким-то образом, наговорив ему гадостей, парой слов, пропитанных заботой и верой в его лучшую сторону, смогла…добраться до него? — Ничего, — выдавил из себя аристократ, не смея отвести глаз от ведьмы рядом. — Ты сменила прическу?       Малфой наблюдал как женщина провела рукой по волосам, а потом и улыбнулась, как будто они не говорили минутой раньше про ее смерть и его недостатки. — Ах, это… Ты заметил! Оказывается твоя женушка выпрямляла волосы. Конечно этим милым волнам далеко до буйных кудрей Блэков, но мне так больше нравиться. Больше небрежности, мягкости и какой-то романтичности, — тепло улыбнулась женщина, поправляя свои белокурые волосы, что действительно вились по всей длинне. — Действительно. Тебе так больше идет, — задумчиво сказал Люциус, осторожно оттягивая один из локонов, чтобы потом его отпустить.       Светлая прядь упруго подпрыгнула, возвращая себе прежнюю форму, а женщина хитрым взглядом посмотрела на мага рядом с собой. Люциус наклонил голову ниже, обнимая ведьму за талию, чтобы на середине встретить ее губы. Связных мыслей в голове совсем не осталось. Мужчина пробовал вкус дорогого виски на женских губах, блуждая руками по знакомому телу. А Нарси была совсем не против такого внимания к своей персоне. Ей редко перепадало переспать с кем-нибудь настолько знакомым и привлекательным аки Люциус Малфой, так что упускать такого мужчину Цисси не собиралась.