***
Блондинка обиженно пнула ногой пыльный манекен, который она притащила из самодельной кладовой комнатки. И почему сразу нужно кричать!? Боже, нехер было притворяться спящим! Я еще и виновата. Она, с усилием придав вещи вертикальное положение, толкнула его плечом ближе к зеркалу. Манекен завертелся на неустойчивой железной ножке, чуть не задев своими плечами гладкую поверхность. Хизер, ты меня чуть не убила, бе-бе-бе...Хизер, зачем ты меня так рано подняла и бла-бла-бла...Да нормально, все было под контролем, посидел бы там 5 минуточек и дело с концом, чего ныть-то сразу. Девушка залезла под груду стопок из набросков. Еще свежие цвета оставляли на предплечье, пальцах и запястьях разноцветные мазки, а они, в свою очередь, стирали с черно-белых изображений последние краски. Нужные работы все никак не хотели находиться, заставляя блондинку изрядно понервничать. Листки с самого верха башенки свалились ей на макушку. Если из-за него у меня пропадет вдохновение, я заставлю его отмыть все полы до блеска тряпкой из кукольного набора. Хизер победоносно вызволила первый эскиз, попутно пританцовывая на месте. Кто здесь мамочка? Я здесь мамочка. Она рывком вскинула кулак вверх, выкрикивая громкое «ю-ху», когда нашла еще 2 наброска.***
Пятый постучал в дверь ее спальни, не услышав в ответ абсолютно ничего. Мимолетные штрихи карандаша отчетливо прослушивались с той стороны, так что парень был уверен—девушка сидит внутри. —Хизер, мне нужна твоя помощь,—он постучал еще несколько раз, но та, похоже, решила до конца жизни игнорировать его.—Снимаю с себя все обвинения. Подросток переместился в комнату. Яркий свет бил в глаза, куда не повернись, на полу были раскиданы скомканные альбомные листки, а посреди всего этого хаоса стоял разваливающийся на глазах манекен, увешанный какими-то тканями. Небрежный пучок выглядывал из-под стола, а вокруг девушки витали малопонятные звуки. Кажется, она слушала музыку. —Хизер, подъем!—он подошел к ней сзади, резко опуская ладони на плечи. Блондинка, словно осиновый лист на ветру, задрожала, машинально собираясь принять сидячее положение, как затылок "мягко" встретился со столом. Мальчик отошел от нее на максимальное расстояние, наблюдая за жалкими попытками девушки выпутаться из выпавших наушников и, наконец, вылезти из этой западни. —Засранец,—она выползла на разрисованные листки, сметая их со своего пути, и выпрямилась. Даже орешки под натиском зубов хрустят меньше, чем эта женщина, когда поднимается.—Чего тебе? —Воу, а у тебя неплохо выходит,—он оценивающим взглядом пробежался по одному из эскизов, одобрительно кивая ей.—Только низ комбинезона я бы сделал немного темнее. Знаешь, как цвет моря во время бури. А так, в принципе, смотрится вполне достойно. Хизер вырвала у него свое творение. Несколько движений и подросток уже отдыхает за пределами комнаты, все еще держа руки навесу. Он сжал и разжал пальцы, перевел взгляд на ладони, но в них уже давным-давно ничегошеньки не было. —Я не разрешала трогать мои работы!—блондинка захлопнула дверь прямо перед носом Пятого, отчего он зажмурился. Парень потоптался на месте, носками соскребая с пола невидимые щепки и грязь. Может у нее месячные? Вроде я не видел в холодильнике сладкое, кроме тех пирожных. Пф, ситуация приобрела режим: "hardcore".***
Прошло несколько часов с тех пор, когда Пятый поднимался наверх. Да и ему, честно говоря, не особо-то и хотелось туда идти. С самого начала подростку всего лишь нужны были листки, чтобы скоротать время за решением уравнений, да и формулу просчитать не помешало бы, но Хизер отгородила его от этих действий капитально, так что пришлось справляться дедовскими методами. (Ироничненько) Подросток откопал где-то зеленый мелок, что неудивительно, раз девушка увлекается рисованием на профессиональном уровне. Парень не привередливый, все сгодится. Время шло ближе к вечеру, а стена была исписана различными цифрами и буквами только наполовину. Что-то обведено в кружочек, какие-то строчки напрочь затерты мелком. Имелись и такие, над которыми он подписывал имена своих братьев и сестер, помечая их определенными числами. Пятый подвинул стул чуть левее, залезая прямиком на него. Теперь он вполне может открыть себе обзор побольше. Граненый мелок стал непрерывно стучать по светлой стенке, оставляя за собой непонятные символы. Мальчик невольно ухмыльнулся, понимая, что какая-то тысячная процента уже приблизила его к дому. Осталось всего ничего, главное—считать, не теряя идею. —Пятый, извини, что ты там хотел?—Хизер, зевая, спрыгнула со ступенек, держа путь в гостиную. Складывалось ощущение, что мозг, словно мячик для гольфа, оторвался от чего-то и сейчас бился о стенки черепной коробки, вызывая адскую головную боль. Она буквально раскалывалась на части от переутомления, зато блондинке осталась всего пара штришков, и работа будет завершена. Тогда можно спокойненько и спать завалиться. Хизер, уронив челюсть на пол, застопорилась перед пушистым ковриком. Парень аккуратно слез со стула. —Мне нужно было то, на чем можно писать,—он изобразил невидимую ручку в воздухе, которая что-то чиркает,—но я уже решил эту проблему,—подросток, довольный проделанной работой, спрятал руки в карманах шорт и продемонстрировал плоды кропотливого труда. Девушка пару секунд оглядывала сие творение, а затем скрылась из виду. Сил, чтобы отпиздить Пятого за это, просто-напросто не осталось. Сегодня однозначно не мой день. Вернулась Хизер уже с полным ведром воды и парой тряпок. Надеюсь, чернила сотрутся не вместе с краской. Еще не хватало снова перекрашивать стены. Блондинка, замученная всеми сюрпризами за короткий промежуток времени, молча кинула тряпку ему в руки и всучила железное ведро, полное ледяной воды.