Каэнри'ах.

Кэйа стоит на льду и смотрит в сторону, объятую непроглядным туманом. Он протянул руку, чувствуя пульсацию правого глаза под повязкой. Она была снята для того, чтобы "связь" была чище. Альберих говорит что-то родной стороне, но вдруг поджимает губы, успев сказать только букву "Д". Что он хотел рассказать? О Дилюке? О Доме? Хотя, если так подумать, для Кэйи Дом как раз там, где есть Дилюк. Звучит глупо и как-то по-гейски, что ли? Но кавалерист действительно считает его братом. Не братом по оружию. Не сводным братом. Настоящим родным младшим братиком. Лед под его ногами начинает таять, Кэйа выкрикивает: «kryo» и остается над водой. Он подходит к невидимому барьеру и касается его рукой. Так больно... Но так приятно. Кэйа закрывает глаза, срывается с места и пытается телепортироваться за барьер. Его тут же с силой отбрасывает в воду, которой он хлебает с два стакана и всплывает, держась на легких волнах. — Почему вы не пускаете меня?.. — Альберих забирается на камень и отжимает ворот — трофей в битве с его первым крио магом Бездны. «Ах, да, точно...» — проскальзывает в голове молодого человека. Человека ли? Кто знает. Кэйа снимает Глаз Бога. Крутит его так и сяк, рассматривает. Рассуждает, как бы выглядел его настоящий Глаз Бога. Наверное, на нем были бы часы. Одна стрелка сильно уходила бы за обрамление циферблата, а другая висела на пружинке. Кавалерист встает с камня, забирается на выступ повыше. Смотря в пустоту перед собой, тихо шепчет: — Скоро я перестану быть вашей надеждой. Я стану вашей победой.