Морда

Экспедиция вышла из лесной чащи. Из-за туч выглянуло солнце, и зимний пейзаж заиграл бриллиантовыми искрами. С одной стороны расстилались бескрайние поля, покрытые редкими контрастными пятнами акаций и вязов, с другой — туманная долина, окружённая оврагами. Но на эту красоту никто не смотрел, все, сгрудившись вокруг начальника, пялились в планшет Плевухи. Он водил пальцем по экрану, то увеличивая, то уменьшая изображение под комментарии членов отряда. — Ух ты! Какие башенки! Если мы туда пролезем, я сделаю на фоне этих развалин селфи. — Шапку снять не забудь. В шапке несчитово. — Сева, не подкалывай девочку. — Не отвлекайтесь от дела, — бурчал Плевуха. — Запоминайте расположение объектов и инфраструктуру. — Бессмысленно запоминать, подземные хтонические силы всё равно нас запутают. Вот у меня тут в пакетике священный песок с подножия Сфинкса, возьмите себе по щепотке. — Я слышал, для туристов каждую неделю к подножью Сфинкса привозят самосвал песка и щебня, чтобы они растаскивали на память, думая, что это древние артефакты, — сказал Змеев, и экстрасенс раздражённо засопел. — Ой, а вон она, Морда! Смотрите, смотрите! Да как хорошо видно-то: вон глаза, вон уши… В ста метрах от экспедиции похожая сцена происходила над планшетом Марго. — Ух ты, вот это постройки! Когда я первый раз их увидела, то визжала как свинья! — Не наговаривайте на себя! — Ума не приложу, зачем этому племени понадобилось столько культовых сооружений и ни одного жилого? — Жора, с чего ты взял, что они все культовые? — Дык учёные сказали. По телевизору. — А, ты работая на телевидении, веришь всему, что там говорят? Это все равно что есть сосиски, работая на колбасном заводе! — Ой, Морда! Как раз на входе! А глазищи-то какие! Надо посмотреть поближе… — Марго, ты очумела? Куда ты дрон направляешь, он же сейчас врежется в ихний! На планшете изображение «морды» становилось все больше и больше. Но несколько раз в камеру попал летательный аппарат ученых. — Гриша, я понимаю, что твоя епархия — звук, но ты работаешь на главном областном канале и должен следить за своей речью, — размеренно сказала Марго. Она крутила ручки управления дроном, высунув язык от усердия. — Слова «ихний» не суще… Упс! Изображение дёрнулось и резко опрокинулось под немыслимым углом. Два дрона столкнулись и, чем-то сцепившись, падали вниз. Мелькнула ухмыляющаяся каменная морда, и экран потемнел. Потом пропал сигнал. — На самом интересном месте… Обидно. Жора, что у тебя такой ненадежный квадрик! Ставь камеру. Стёпа, включай свет, Витя, сыпь снег. Снимаем ролик. Ох, как же они громко орут. Гриша, поставь пикалку, чтобы мат не попал в эфир. — Мой квадрокоптер! Детка, ты знаешь, сколько он стоил?! — Не отвлекайся. Сначала репортаж! — Марго глянула в зеркальце, сбрызнула волосы лаком и затараторила в камеру: — Внимание! Приветствуем вас, дорогие зрители, из окрестностей Дуйска! Несмотря на сильный буран, — (Виктор при этих словах бросил в кадр горсть снега) — мы продолжаем следить за волнующими событиями. Группа отважных исследователей, штурмующих неприступную долину Заброшенного Города, вплотную подошла к разгадке величайшей тайны века и своими глазами увидела пресловутую Морду. Но, к сожалению, мы не сможем показать вам сенсационные кадры. Только что Заброшенный Город поглотил очередную жертву… — Марго выпучила глаза и выдержала паузу, — …к счастью, бескровную. Двадцать летающих камер, запущенных над долиной, одна за другой без видимых причин попадали вниз и перестали показывать, что подтверждает, что Заброшенный Город остается все так же неприступным и недоступным. Но мы не теряем надежды, что экспедиция в этот раз прорвётся и подтвердит гипотезу, выдвинутую недавно рядом именитых иностранных учёных, что таинственное святилище и город вокруг него были построены пришельцами с иных планет. Мы будем держать вас в курсе, не переключайтесь! — Так что насчёт моего дрона? — Телекомпания компенсирует тебе его стоимость сразу же, как только выплатит кредит за вездеход. Чёрт, они до сих пор орут. Ну скажите им что-нибудь… — Марго, а почему ты наплела, что дронов было не два, а двадцать? — спросил Витя. — Первое правило репортёра — каждую цифру умножай на десять, — назидательно ответила Марго. — А зачем? — Небольшая гиперболизация не помешает. И вообще, кто бы спрашивал. Сам снег перед камерой кидает, и спрашивает ещё… — Кстати, а снег-то по-настоящему повалил! — сказал Витя. И правда, небо затянулось тучами, и крупные хлопья скрыли ученых из виду. — Но ты не расслабляйся. Вдруг он перестанет? — сказала Марго. — Простите, что вмешиваюсь, но боюсь, что сейчас с нашим вездеходом будет то же, что и с дроном, — сказал водитель. — Они идут сюда. — Юра прав, — кивнул осветитель. — Дело пахнет керосином. — А не отступить ли нам? — глубокомысленно произнёс звукарь. — Не сдаваться! — железным репортёрским голосом воскликнула Марго. — Стоять до последнего мегабайта! И вообще, нас больше. Жора, включай камеру, скандал поднимет нам рейтинг. Юра, Витя, Гриша — охранять машину. Стёпа, охранять меня. Остальные разбейтесь на две шеренги и становитесь с флангов. И можете снять маскировочные ветки с машины, они больше не нужны. Всем, кто попадёт в кадр, улыбаться! — Марго повернулась к камере: — Раздосадованные потерей летающей научной аппаратуры члены экспедиции решили излить свой гнев на бедных представителях прессы. Надеюсь, что интеллигентность и чувство такта не позволят зайти им слишком далеко! Группа угрюмых учёных подошла вплотную к телевизионщикам и остановилась. Воцарилась нехорошая пауза. — Ну что? — сказал наконец Плевуха и плюнул в снег. — В молчанку играть будем? Думаете, если вас полно, а нас пятеро, то… — Четверо, — насмешливо уточнил Жора, целясь камерой ему прямо в лицо. По рядам учёных прокатилась паника. — Где Змеев? — всполошились исследователи. — Только что здесь был! — Отбой, — скомандовала Марго. — Противник дезориентирован. Юра, отгони машину поближе к оврагам. Жора, пару кадров долины, крупным планом Морду — и уходим. Все должно быть в вечерних новостях. —Ты мне насчёт моего дрона так ничего и не сказала, — напомнил оператор. — Потом, — отмахнулась звезда эфира. * * * Четверо коллег вовсю искали затерянного в снегах Змеева. Конечно, местность была овражистая, но не настолько, чтобы взрослый человек мог взять и потеряться. Дуйск — не Тибет и не Кавказ, рельеф тут попроще, но внезапный снегопад усложнил задачу, да вдобавок поднялся ветер. Если Змеев дезертировал и удрал в мотель, то след его лыж тут же замело. Если бравый физик проявил героизм и пошёл брать Морду в одиночку, его следов также нельзя было увидеть. Облазив десяток оврагов и накричавшись до хрипоты, четверо коллег подумали самое худшее. — Змеев пропал! Надо вызывать поисковиков, — сказала Олеся Петровна и взяла телефон. — Я думаю, что скоро здесь будет ещё и трактор для этих придурков, — Плевуха бросил злорадный взгляд на застрявшую почти вертикально кормой вверх машину, рухнувшую в занесенный снегом овраг, и бегающих вокруг неё телевизионщиков. Оттуда слышались крики водителя: — Это всё ты виновата! «Поближе», «поближе»… * * * Змеев ещё летом понял, что Плевуха и компания не дадут ему покоя, пока не пролезут в Заброшенный Город. Но способ обойти хитрую Морду пока не был открыт, и Змеев был обречён на экспедиции, ранние подъёмы, порванную одежду, стёртые ноги, тяжёлые рюкзаки, копоть костров и отвратительное питание консервами. Летом добавлялись ещё и комары. И однажды, устав страдать, он решил взять дело в свои руки. В зимнюю экспедицию физик-аномальщик собирался более тщательно, чем в остальные. Помимо новейшего оборудования типа биолокационных рамок, маятников и стеклянных шаров, Змеев припрятал в рюкзаке небольшой гаджет, который разработал и собрал собственноручно. В сложенном виде этот гаджет был похож на коробку от торта, а в разложенном — на шестиметровое квадратное зеркало. Грубо говоря, это было складное зеркало, выполненное из тончайшей зеркальной пленки и натягивающееся на точно рассчитанный и спроектированный лично Змеевым складной каркас. Каркас из композита с нанотрубками был прочнее стали. Всё раскрывалось с помощью пиротехнического заряда за долю секунды. Устройство заняло треть рюкзака, и Змееву было трудно его скрыть от коллег, ведь нужно было ещё положить экспедиционное оборудование и общественно-бытовое. Но для бывалого мужика лишние десять кило в рюкзаке разве проблема? О своей задумке Змеев молчал, потому что Плевуха мог всё испортить. Да и женщинам ни к чему слышать то, что Змеев собирался сказать Морде. На Рона-Мирона ему было наплевать. Когда между двумя дронами произошёл воздушный бой, физик под шумок скрылся. Съехав на лыжах в овраг, он подумал: «Хоть бы снег пошёл». И, словно в ответ на его мысли, с неба повалил густой снег, засыпая свежую лыжню. Змеев припустил по дну оврага. Краем уха он слышал крики, ругань, кажется, даже стрельбу. Потом загудел вездеход — сначала обычно, а потом как-то странно и на одном месте, и Змеев не смог удержаться от ядовитой ухмылки. Но тут его лыжи упёрлись в камень. «Хоть бы снег прекратился», — подумал Змеев, и снег прекратился. Снова выглянуло солнце, и в отблесках его лучей (сами лучи на дно не попадали) исследователь встретился глаза в глаза с пятиметровым геологическим образованием, похожим на человеческое лицо. Собственно говоря, это был желтоватый валун с выпуклыми, но смазанными чертами. Довольно отчётливо просматривался нос, надутые щёки, презрительно искривлённый безгубый рот и круглые глаза с тёмными вкраплениями на месте зрачков. Через этот валун можно было, конечно, перелезть, но через несколько метров за ним сразу появлялся новый, и так бесконечно. Учёные не могли дать объяснения феномену и всё чаще объявляли Морду газетной уткой. Эзотерики, наоборот, относились к Морде серьёзно и считали, что есть способ её обойти. Но обойти её было невозможно — она всегда сидела в оврагах как влитая, а все попытки пробраться в Заброшенный Город по верху заканчивались спуском в обычную пустошь, заросшую трёхметровой травой. При этом дроны, словно издеваясь, продолжали показывать пустые улицы, дома и башни. Но стоило лишь приблизиться, как дрон отключался и больше на связь не выходил. Когда-то были попытки прилететь в Заброшенный Город на вертолётах, но они оканчивались тем, что поднимался сильный ветер и туман, а когда пилот выныривал из тумана, то оказывался далеко от города. Была попытка сбросить парашютистов. Их собирали потом по всему региону. Даже за границей парочка оказалась. Но физик-аномальщик Всеволод Змеев решил положить этому конец. — Вот мы и встретились, Морда, — сказал он и вытащил из рюкзака своё изобретение.