Thought contagion

***

Первый отсек, шлюзы

Путь от главного командного пункта до “гаража” ощущался для Сону как настоящее испытание прочности собственных нервов, лимит натяжения которых был исчерпан еще как минимум пару часов назад. Ему очень хотелось верить, что он сумел сохранить собранный вид и беспристрастное выражение лица, но, учитывая то, как Ники периодически поглядывал на него откровенно взволнованно, его надежды на лучшее не оправдывались. И, черт возьми, последнее, что ему сейчас было нужно, это выглядеть слабаком в глазах Ники. Мысли о собственной профнепригодности смешивались в его голове с раздумьями о том, что же у них вообще происходит в последнее время. Не нужно быть Хисын-хёном, чтобы сложить два плюс два и понять, что вся эта катавасия началась у них еще с проваленной миссии. Странные показания приборов, ломающиеся датчики движения, то срабатывающие на пустоту, то вообще ни на что не срабатывающие, пропадающие, чтоб их, отвертки… И если отвертки как-то можно было объяснить пранками Сонхуна или кого-нибудь еще (хотя кто в здравом уме будет таким заниматься, кроме него?), но все остальное объяснить было сложно. Если так посудить, то у них относительно новый корабль с практически самой передовой техникой. Что тут скажешь, отец для него прямо постарался… Но это сейчас не важно. Важно то, что такой корабль не может ломаться по определению. Вылетая на первую с Enhypen миссию, Сону вообще был уверен, что его приписали в команду чисто номинально, и свои обязанности технического специалиста он благополучно сложит в долгий ящик с отвертками, и будет просто ассистировать вторым пилотом на взлете и посадке. И ведь так поначалу и было. Но с момента их прошлой миссии он работал каждый день столько, сколько не работал за всю свою жизнь! А уж что творилось у них с данными тогда на базе - вообще ни в какие рамки разумного не вписывалось. То по три человека на радаре, то по восемь, а в какой-то момент у них просто отрубило все питание, за исключением резервного генератора, который чуть не дал критический сбой до того, как Сону успел перезапустить основной. В тот момент он даже не осознавал этого толком, потому что дел было невпроворот, но ведь он буквально был на волосок от смерти. Впрочем, самое забавное было, конечно, не это. А то, как Джейк исчез у него с одной камеры и в следующую секунду появился на другой, в шахтах, в пятидесяти километрах от лабораторного комплекса, где он был секунду назад. И при всем при этом капитан постоянно торопил их теперь с написанием отчета о миссии. И что он вообще должен был написать в нем? Я, Ким Сону, будучи в здравом уме и твердой памяти, заявляю, что видел, как мой коллега телепортировался из одного места в другое? Бред. На деле, этого, конечно же, не было. Не могло быть. Это просто был какой-то баг, или намеренно устроенная диверсия, и до сего момента он даже думать не желал, что именно, пока не появился этот злосчастный сигнал. И у него просто было очень плохое предчувствие. Ники в свою очередь старался понять, о чем же таком важном задумался его хён, что шел вперед, не разбирая дороги, как минимум в полтора раза быстрее своего стандартного темпа. Конечно, он мог бы предположить, что Сону-хён просто волнуется об успехе миссии или безопасности команды, или даже на крайний случай о сохранности техники, но, естественно, он понимал, что это было не так. Как бы он ни был склонен отождествлять своего хёна с самыми светлыми и ангельскими образами в своей голове, стоило признать, что он уж точно никогда не волновался ни о чем подобном. Только о собственной безопасности и комфорте. Но при этом, если собственного комфорта можно было достичь исключительно убедившись в том, что остальным тоже комфортно (как это обычно и бывает в командах), то он всегда делал шаги навстречу коллективу. Ники очень уважал в нем это качество. Ну и не только это, конечно же, он уважал его в принципе. Однако, перемены в его поведении с тех пор, как они получили сигнал, не заметил бы, наверное, только слепой. Впрочем, в этот же момент Ники осадил себя и задумался. Он очень много наблюдал за хёном, и его излишняя дерганность и нервозность, и то, как он срывался то на Сонхун-хёне, то на нем, его косые взгляды... Нет, это определенно началось еще раньше. Но как у него узнать? Как задать ему этот вопрос? Ники глубоко вздохнул про себя, понимая, что он не решится даже слова лишнего вставить, пока Сону-хён сам с ним не заговорит. Так у них повелось еще с академии: настроение его хёна менялось словно весенний ветер, а сам Ники просто научился принимать это как данность, потому что выспрашивать всегда было себе дороже. Можно было нарваться на не слишком праведный гнев и… Ох, даже вспоминать стыдно. Когда они, наконец, дошли до отсека, куда их спокойно впустила автоматическая дверь, то оба были настолько погружены в свои собственные размышления, что не заметили, как одновременно повернули в сторону друг друга. Оказавшись телом в объятиях Ники, а лицом где-то в районе его ключиц, Сону даже не сразу сообразил, что произошло. Осознание накатывало на него медленными и ласковыми, словно морскими, волнами. - Ой, - прошептал он, совсем слегка отстранившись, чтобы хоть с чего начать, - прости, Ники, я задумался. - Не страшно, хён, - тихий, но четкий и уверенный ответ, и как он только умудрялся оставаться таким спокойным? Сону не спешил отстраняться дальше, а ладони Ники продолжали находиться где-то в районе его талии, и, возможно, это был не самый удачный момент, чтобы заводить серьезные разговоры, но у Сону внезапно возникла некая ноющая решимость это сделать. - Ники, послушай меня, - Сону поднял взгляд на мгновение, чтобы убедиться, что Ники действительно обратил на него внимание. Что ему сказать? Как сформулировать так, чтобы он его послушал? Его решимость, только что разогнавшаяся до скорости звука, словно врезалась в кирпичную стену и разлетелась на мелкие осколки. - Прости, - он вздохнул и отстранился теперь уже окончательно, - нам надо работать, потом поговорим. Сону, не оглядываясь, направился к панели управления шаттлом, и благодарил судьбу за то, что Ники ничего ему не сказал в ответ. Спустя минут двадцать непрерывной, но очень медленной, по крайней мере со стороны Ники, работы они подбирались к завершению своей мини-миссии. И хотя друг для друга они выглядели спокойными и собранными, в душе каждого из них царила настоящая буря из сомнений и невысказанных фраз. Ники все это время не мог унять дрожь в руках, словно бы до сих пор ощущающих это невесомое прикосновение к талии Сону, который в свою очередь метался между желанием сохранить достоинство и обезопасить Ники. И к его чести последнее все же победило. - Тебе много осталось еще? - спросил он, закрывая крышку термостата с характерным щелчком, который он так недолюбливал. - Нет, хён, я уже, можно считать, все. Остальные данные все равно в полете корректировать придется. Звоним на ГКП? - Ники выглянул из-за небольшой спинки кресла пилота в ожидании ответа на свой вопрос. И насколько же заметно его подбросило на месте, когда Сону развернул его на сто восемьдесят градусов и уперся руками в подлокотники по бокам от ошарашенного Ники. - Не дергайся, я всего лишь хочу убедиться, что ты в полной мере осознаешь риск, на который подписываешься с этой вылазкой, - лицо Сону, в противовес серьезности сказанной им фразы, не выражало абсолютно ничего. И Ники понимал, что сейчас происходит что-то очень важное, вот только не мог понять, что именно. - Я не совсем понимаю, хён, - ответил он тихо и даже скромно, тогда как в мыслях уже опрокидывал Сону на себя. - Конечно, ты не понимаешь, - вздохнул тот, сохраняя при этом все то же беспристрастное выражение, - Здесь что-то нечисто, Ники. С этим сигналом, с проваленной миссией, это все связано, только я не знаю, как, но определенно связано. Сону сделал паузу, чтобы считать реакцию Ники на свои слова. Тот молчал и выглядел озадаченным. - Я понятия не имею, какой интерес преследует Хисын-хён, - продолжил он, немного расслабляясь и невольно понижая голос, - но, если задуматься, то очевидно, что он что-то искал на HL, и это же он ищет и здесь. Джейк естественно ищет следы разумных цивилизаций, ты и сам знаешь, какой у него на этом пунктик, но тебе это все не нужно. - Хён… - Дай договорить, - Сону резко прервал его, надеясь достучаться до голоса его разума раньше, чем в нем начнуть хозяйничать чувства, - тебе всего двадцать два, ты можешь выйти с этого корабля на любой базе, и за тебя подерутся все команды в радиусе трех систем. И я совершенно не шучу. - Хён… - Я знаю, что ты пошел в эту команду по просьбе Кей-хёна, которого безмерно уважаешь и прочее, но ты никому ничего не должен… - Я не поэтому пошел работать сюда. Сону, признаться честно, совершенно не ожидал услышать подобной фразы, что по-видимому довольно явно отразилось на его лице, так как Ники сразу стушевался, завидев его реакцию, и даже вжался назад в кресло. - Нет, конечно, и поэтому тоже. Кей-хён очень просил “приглядеть” за Хисын-хёном, потому что, по его словам, с ним что-то случилось, но я согласился только потому, что знал, что вы будете в команде. - Ники… В этот момент с левой стороны приборной панели зазвучала рация, и они синхронно повернули голову на источник звука. “Ники, Сону, приём. У вас все готово?” - голос Хисына звучал совсем немного с нотками нетерпения, можно было даже и не заметить. Они оба развернулись обратно и взглянули друг другу в глаза, ведя мысленные переговоры (хотя в их случае это уже была скорее перебранка), пока Ники не сдался и не развернулся влево, чтобы нажать на кнопку активации микрофона. - Да, Хисын-хён, можете подходить. Сону, все еще оставаясь в том же положении напротив Ники, опустил голову, словно побежденный. - Сону-хён, я хочу помочь им, кому бы там ни было, кто послал этот сигнал. И этого же хотят и Джейк-хён, и Хисын-хён, а вот вам ничего этого не нужно. - Не… - Вы еще тогда, после выпуска, мне все сказали. И я все понимаю, просто не могу отпустить… - Не говори глупостей, мы сейчас не про это. - Разве? Мне кажется, мы всегда только об одном и говорим. Сону резко оттолкнулся от кресла и отвернулся от Ники, лишь бы только не видеть сейчас его глаза и спрятать собственные подальше в темноту помещения. - Дурак ты, Ники… Какой же ты дурак, - в голосе Сону звучала практически отчаянная насмешка то ли над всей этой ситуацией, то ли над бедным Ники, а то и над самим собой, - делай, что хочешь. И на этом, не разворачиваясь, выпрямив спину и сжав ладони в кулак, Сону практически выскочил из шаттла, ударив напоследок рукой по косяку дверного проема.

Первый отсек, шлюзы, некоторое время спустя

Небольшая колонна из членов экипажа корабля во главе с капитаном появилась в осеке вскоре после побега Сону. Настроение команды варьировалось от настороженно-заинтересованного до откровенно убитого, что впрочем не мешало Хисыну затмевать все кислые выражение лиц своей яркой улыбкой. Ники вышел из шаттла как только услышал звук открывающейся двери и голоса Сонхун-хёна и Джей-хёна (по каким-то причинам эти двое всегда были на передовой любых возникающих диалогов). - Ну, что, - Хисын заговорил чуть громче обычного, обращаясь ко всей команде разом, - загружаемся прямо сейчас? - Я готов, - ответил Джейк с некой перепуганной решимостью в глазах. - Я тоже, хён. - Ники, а где Сону? - внезапно заговорил Чонвон, будучи чуть поодаль от команды. - Ему стало плохо, и он пошел к себе, как только мы закончили подготовку, - по голосу Ники было явно слышно, что этими причинами исчезновение Сону не ограничивается, но Чонвон тактично промолчал об этом, решив не подливать масла в огонь. - Вот это незадача, все самое интересное пропустит, - с усмешкой вздохнул Сонхун. - Ничего, перескажешь ему потом все в деталях, - поддел его Джей, чем вызвал улыбку Хисын-хёна, в тайне радующегося, что хотя бы этот скандал он уже не услышит. - Ну, не будем тогда задерживаться, Джейк, Ники, готовьтесь к вылету, - произнес Хисын, подходя к наружному пульту управления, чтобы перепроверить данные. - Удачи вам там, спасите, кого можете, - слова Сонхуна, хоть и были сказаны с насмешкой, несли в себе добросердечное пожелание. - Только не помрите в процессе, - Джей решил поддержать общий тон разговора и добавить еще одну ложку дёгтя в бочку с медом. - И вам тут тоже не хворать, - ответил Джейк, задержавшись на входе, и все трое улыбнулись друг другу понимающей улыбкой. Это не ускользнуло от внимательного взгляда Чонвона, новой задачей которого стало создание общей картины того, что происходило с его экипажем за все последнее время. - Джей, Сонхун, можете найти Сону и отправить его на ГКП? Мне понадобится его помощь в управлении кораблем, - произнес он, поглядывая при этом на Хисына, все еще разбирающегося с пультом управления. Сону ему, конечно же, нужен не был, но отправить этих двоих прочь из отсека было сейчас крайне важно. - Да, капитан, - отозвался Джей, и они вдвоем с Сонхуном направились к выходу. Как только за ними закрылась автоматическая дверь, Чонвон поднял взгляд с решеток пола, которые позволяли ему не растерять концентрации, и осмотрел помещение. Ники и Джейк были внутри шаттла, они их не услышат. Он подошел к Хисыну и расположился по левую руку от него, якобы контролируя процесс перепроверки данных. Но Хисын не был бы Хисыном, если бы не распознал такой очевидный блеф. - Так вы все-таки хотите мне что-то сказать, капитан? - он продолжал улыбаться, а его глаза бегали со вкладки на вкладку на интерактивном экране. Чонвон перенес вес с одной ноги на другую и оперся рукой на железный край стойки. - Вы очень умный человек, Хисын-хён, - начал он свое заявление издалека, - умнее любого в этой команде, даже меня. Хисын не прекращал работу, но его рука слегка дрогнула от того, насколько угрожающе сейчас звучал Чонвон. Очень сложно было поверить, что человек перед ним и есть его самый любимый младший товарищ со времен академии, аккуратный и стеснительный Ян Чонвон. - Поэтому вы прекрасно понимаете, что Ёнджун, даже если он и был на HL-148 и на этой планете, уже давно мертв. Самообладание самообладанием, но таких слов не выдержал бы даже самый собранный человек. Хисын прекратил работу и оперся руками на стойку на манер Чонвона. - Так что вы пытаетесь там найти? В этот момент из шаттла выглянул Ники, чуть запнувшись о порог и ойкнув. Он привлек внимание двух капитанов мгновенно, и они сразу же оба выпрямились и посмотрели друг другу в глаза, каждый старался уловить для себя что-то свое. - Извините, Хисын-хён, капитан, но нам уже пора лететь, я активировал все системы. - Уже иду, Ники, - по голосу Хисына вряд ли можно было предположить, что случилось хоть что-то из ряда вон выходящее, хотя его внешний вид все же слегка выдавал отсутствие его стандартной собранности. - Да, идите, - произнес Чонвон уже на ходу, разворачиваясь в сторону выхода, - хорошего вам пути.

***

Открытый космос

За первые двадцать минут их полета, на удивление, не произошло ничего необычного. Хисын был уверен, что, если с ними и случится что-то странное до того, как они найдут следы пребывания экипажа и объявят сигнал недействительным, то это будет уже на самой планете. И тем не менее, с его показателем удачи в последнее время, который стремился к нулю со скоростью звука, он бы уже ничему не удивился. Но тут Хисын, конечно, врал самому себе, ведь буквально недавно он очень удивился словам Чонвона. На взлете не было времени обдумать их сводящий с ума разговор, но сейчас, когда они выровнялись, и полет проходил нормально, открывались новые возможности для прекрасного времяпрепровождения: самокопание. Самым логичным было бы предположить, что Чонвон узнал что-то еще о TXT, либо же о планете, на которую они летят, за то время, пока уходил в свою каюту или куда-то еще. Но как? Хисын был готов биться об заклад, что у него не было нужного уровня доступа для подобного рода документации. Или был? Может и был, они ведь были знакомы с Даниэлем по академии, так ведь? Впрочем, тут дело могло быть и не только в уровне доступа, Чонвон в принципе был человеком неглупым, мог и догадаться… Вариантов была масса, вопрос был только один: что Чонвон теперь собирается делать? Если он каким-то образом завладеет информацией о том, что находится на планете, раньше самого Хисына, то это может обернуться потенциальной катастрофой. Здесь, конечно, можно было понадеяться на защитный барьер на AR, который с высокой вероятностью никаких исходящих сигналов с шаттла в открытый космос не пропустит. Но на этом моменте в игру вступал Сону. Хисын прекрасно понимал, что тот волнуется за Ники как настоящая влюбленная девица, и поэтому за время подготовки шаттла тот вполне мог модифицировать местную систему связи, чтобы сигнал пробился. Сколько у них было времени? Двадцать-двадцать пять минут? Задача непосильная для многих, но уж в чем, а в мастерстве Сону он точно не сомневался. Ох уж этот Кей-хён, и его способность набирать самые талантливые кадры на свете. В таком случае сломать систему связи без ведома корабля будет нереально, и нужно обдумывать другие планы, что было крайне затруднительно, учитывая те крупицы знаний, которые у него имелись о самой планете. Он не был уверен на сто процентов (А в чем вообще можно было быть уверенным в этой жизни?), но предполагал, что та самая “Гиперборея”, про которую ему писал Ёнджун-хён, могла находиться здесь. И если это было так, то они были в очень глубокой жопе. Хисыну оставалось только надеяться, что они летят куда угодно, но не на нее. В этот момент приборная панель замигала красным и выдала три громких сигнала об ошибке. - Ники, что происходит? - Джейк опередил его вопрос, едва ли не вскакивая с места. Ники передвигал руками по приборной панели, наверняка стараясь найти на него ответ. - Датчики сообщают об ошибке химического анализа, провожу проверку. После чего последовала пара минут напряженного молчания, закончившаяся тем, что Ники вздохнул и откинулся на спинку кресла. - Кажется, мы обнаруживаем некую неопознанную вариацию метана в атмосфере планеты. Ох, не было печали… - Бортовой компьютер дальше лететь не рекомендует.