Осколки прошлого/Наследники

До конца семестра оставалось всего 3 дня, приближались новогодние праздники: ученики помогали профессорам украсить замок, девушки обсуждали, в каких платьях они встретят предстоящий год и к кому пойдут на приём; нимфы прибыли в замок и готовились к выступлению на новогоднем пиру. Их поселили в красивом уютном домике, который располагался возле небольшого искусственного пруда и огромной конюшни. Нимфы — существа, которые привыкли жить на лоне природы. Дети, желающие узнать поближе этих удивительных созданий, вряд-ли могли застать их в домике: днём они уходили в рощи или ущелья гор. Но ближе к ночи занимали скользкие камни, покрывшиеся толстым слоем мха, возле самой кромки воды, и пели. Все преисполненные радости ждали новогоднего чуда. Но не Дженнифер. Она была очень зла и буквально влетела к себе в комнату. Громко хлопнув дверью, она запечатала её изнутри мощным заклинанием и поставила заглушку, чтобы никто не слышал, как она будет выплёскивать гнев. Небрежно швырнув сумку в сторону кровати, Дженнифер достала из кармана мантии письмо от родителей: " Дженнифер, Спешим сообщить тебе, что приём гостей ожидается 31 декабря с 20:00 до 21:00. Ты и Фрейя прибудете домой 30 декабря и сразу отправитесь к портному, он снимет мерки; а вы выберете цвет ткани для ваших платьев. Просим тебя самой донести до Фрейи, что она ни в коем случае не останется на праздники в Шармбатоне…» Не утруждая себя дочитывать последние строчки, я кинула письмо в камин, и яркие языки пламени тут же охотно проглотили дорогой пергамент. До сих пор помню, как Фрейя просила родителей ещё летом, оставить её на Новый год в Шармбатоне, и я её понимаю: встретить праздник с друзьями, никаких официальных приёмов, огромные столы, полные всего, что душе угодно; концерты прекрасных нимф, а главное — атмосфера, которая окутывает школу в преддверии праздника. Но мы должны вернуться домой и всю праздничную неделю принимать гостей, слушать разговоры о политики, улыбаться всем, кого видим и соглашаться со всем, что нам говорят, ведь спорить с кем-то категорически запрещено. Кипя от злости, я не заметила, как рядом со мной в щепки разлетелся письменный стол. Я едва успела выставить несильный щит, чтобы меня не задело обломками. Мгновение спустя меня уже не волновала мысль о тысячи заноз, которые могли вонзиться в моё тело. Новая волна непонимания захлестнула меня. Почему родители не могут уступить хоть раз? Я не хотела, чтобы Фрейя росла в тех же условиях, что и я. Меня взрастили на тренировках, правилах этикета и общение с высокомерными представителями знатный семей. Может они и носят дорогую одежду, их хранилища в банке полны денег, но это не говорит о качествах самих людей. Подлость и лицемерие — это для них залог успеха и богатства. Они пойдут на всё, чтобы сохранить своё положение в в кругах светского общества. Их не будет интересовать способы достижения цели. Новый год для большинства — это символ новых начинаний. Кто-то верит, что с приходом следующего года их проблемы канут в Лету. Но что делать, если с каждым годом проблемы лишь добавляются, а старые не уходят? Будто в трансе я медленным шагом подошла к окну и дёрнула на себя портьеры. Тяжёлая бархатная ткань не хотела поддаваться, но всё же сдалась и упала мне в ноги, подняв облачко пыли. Глубоко дыша, я вытянула руку над бархатистой портьерой, и она тут же начала полыхать. Огонь спокойно разрастался по всей поверхности, а я, как завороженная, наблюдала за этим. Когда пламя уже начало перекидывать на ковёр и распространяться дальше, я не обратила внимание. Лишь завалившись на бок, я осела на пол. Мне было всё равно на полыхающий огонь. Затуманенным взглядом я смотрела в окно спальни. Мысли в голове никак не хотели собираться в единую картину, и от этого я чувствовала себя ещё хуже. Хотелось кричать. Я свернулась калачиком на полу и,  положив руку под щеку, наблюдала за тем, как огонь довольно быстро охватывает комнату.                                    

***

Не знаю, сколько времени прошло, но меня отвлёк резкий стук в дверь. Я даже голову не повернула. Моё заклятие не позволит огню и запаху гари выйти за пределы комнаты. Но стук становился всё настойчивее. — Дженнифер, я знаю ты там! Пожалуйста, открой дверь! Джен, пожалуйста! — услышав обеспокоенный голос Элизы, я, подперевшись рукой, приподнялась. Прошептав заклинание, я наблюдала, как дверь медленно открывается, а на пороге застывает объятая ужасом девушка. По щекам подруги текли слёзы, но она не решалась сделать шаг в охваченное огнём помещение. Только сейчас обвожу взглядом, что натворила: от портьер остались лишь обгоревшие лоскутья ткани, тумбочки и столы выглядели как огромные угли, а от постельного на кроватях остались лишь ошмётки. Огонь уже ели-ели полыхал по всему деревянном полу. Но я удивилась другому. Вокруг меня огонь полыхал сильнее и, переливаясь красно-зелеными цветами, собирался в кольцо, а словно неким начертаная граница мешала пламени приблизиться ко мне. Желание прикоснуться к пламени исчезло, как только я услышала судорожно всхлипы со стороны двери. Я с сожалением смотрела на подругу. — Я всё исправлю. — ели встав на ноги, я медленно подходила к девушке, у которой, судя по всему, вот-вот начнётся истерика. Блондинка, не обращая внимания на приближавшуюся подругу, не отрываясь смотрела в центр комнаты, где остался не тронутый пламенем тлеющий круг. — Что это? — тихим голосом выдавила из себя девушка. — Я не знаю, Элиза. Давай ты сейчас выйдешь, я всё исправлю, и мы поговорим, хорошо? Подруга смотрела на меня неосмысленным стеклянным взглядом, но спустя минуту всё же кивнула, и закрыла дверь. Я  начала повторять заученные на зубов слова, и комната начала принимать прежний облик. Сейчас мне хотелось убежать из этого места как можно дальше, но я обещала Элизе поговорить. Открыть дверь я все же не решалась, но, видимо, Элиза устала ждать и ворвалась в комнату, а поток слов сразу обрушился на меня: — Какого чёрта я только что видела, Дженнифер?! Почему ты избегаешь меня весь день, а потом я прихожу и вижу это? — она указала рукой в направлении,  где совсем недавно находился истлевающийся круг. Видимо её подступающая истерика уступила место гневу. Но она имела право злиться, и я это прекрасно понимала. — Сегодня,  когда ты ушла с обеда, я думала ты в библиотеке,  но тебя там не оказалось. Мне сказали, что ты шла в гостиную факультета. А когда я пришла дверь была запечатана, и я не смогла открыть ни одним известным мне заклинанием. Потом я вижу, как наша комната сгорает, и ты лежишь на полу. Может объяснишь, что с тобой происходит? — Хочешь знать, что происходит, Элиза? Я и сама ничего знаю! Не знаю, как объяснить произошедшее. Я сама хотела бы знать… — мой голос срывается, так и не закончив мысль. Ноги подкашиваются, и я чувствую всепоглощающую слабость во всем теле. Я почти падаю, но Элиза вовремя ловит меня и, придерживая одной рукой, ведёт к своей кровати. Блондинка садится напротив меня в своей постели и крепко берёт за руку. — Джен, я хочу помочь. Но если не хочешь говорить — не нужно. Просто знай: я всегда тебя выслушаю. И в следующий раз, когда захочешь устроить подобное,  лучше найти меня, ладно? Она пытается поймать мой взгляд,  но я понимаю,  что сейчас она может увидеть в нём многое, поэтому упрямо смотрю куда угодно, но ни на неё. — Хорошо. Спасибо тебе, правда. Не знаю, чтобы я делала без вас. Элиза крепко прижимает меня к себе, и я чувствую её слёзы, стекающие мне на шею. Порой мне хочется с ней поделиться хотя бы малой частью своих тайн, но понимаю: это может подвергнуть опасности её жизнь.                                   

***

Я стояла на заднем дворе Академии и ждала сестру с директором.  Родители, конечно,  предложили отправить за нами карету, но я категорически была против. Мне больше нравится трангрессировать, нежели проводить 5 часов в душной кабине экипажа.  Даже Фрейе уже наскучили однообразные пейзажи полей и маленьких поселений маглов, над которыми мы пролетаем. Я разглядывала пруд, стоя на единственным не поросшем мхом валуне. Ветер трепал мои волосы и мантию, и я наконец расслабилась. Мне нравилась тишина, которая царица на заднем дворе. В самом Шармбатоне сейчас было слишком шумно, ведь все готовились к предстоящему празднику. Но мысль о том, что я еду домой вспыхнула в моём сознании, и я непроизвольно поёжилась. Хотелось бы хоть раз провести Новый год не в окружении знатных аристократов, а с друзьями. Понять, какого это, чувствовать искреннее веселье на празднике. Стоило мне заметить приближавшихся из далека, как я спрыгнула с камня на твёрдую землю и зашагала к директору с сестрой. Только я вышла с территории сада, как мне в лицо дунул холодный ветер, и снег захрустел под ногами. Ещё одна причина, по которой я любила сад — это вечный тепловой барьер. Там никогда не бывало холодно, и не выпадали осадки.  — Здравствуйте, мадам Максим! Фрейя, — я вежливо кивнула сестре. — Оу, Дженнифер,  здравствуй! Ты уже здесь давно? Прости, если заставили ждать, но ученики с Метриза устроили шоу с фейерверками, пришлось их остановить. — Ничего страшного,  я была в саду.  Мы можем идти? — Конечно,  девочки,  идёте. Мадам Максим пошла впереди, а Фрейя сравнялась со мной. — Нам правда так нужно домой? — в её голосе слышалась неприкрытая надежда. Но это был глупый вопрос. Разве я бы сейчас была здесь, если б могла что-то изменить? — Ты сама знаешь,  Фрейя, родители так сказали,  и мы не можем ослушаться, — холодно ответила я. Но увидев её накатывающиеся слёзы, смягчилась. — Послушай,  я так же, как и ты не рада этому, но что мы можем сделать? Если не прибудем домой в ближайшие 3 часа, за нами всё равно пришлют людей и заставят явиться на торжество. Только потом мы выслушаем ещё лекций от родителей. Давай не будем портить и без того испорченный праздник. Фрейя уже хотела что-то сказать,  как директор обернулась и поманила нас рукой. — Девочки, давайте только побыстрее,  мне уже надо идти, — с этими словами женщина подняла руку, и бывший до этого невидимый барьер, окружавшый Академию пошёл рябью. Она тихо шептала давно известные мне слова, и в барьере начал проявляться проход. — Быстрее, давайте. — Спасибо вам! И с  наступающим праздником! — с этими словами я первая нырнула в открывшийся проход. Следом за мной прошла сестра и попрощалась с директором. Стоило барьеру исчезнуть вместе с замком, как мы оказались на пустом горном ландшафте, который был от и до покрыт толстым слоем снега. Пройдя метров 20 я резко остановилась, и сестра пискнула, едва не врезавшись мне в спину. — Дай руку. Фрейя послушно тянет ко мне руку, попутно снимая перчатку. — Будет как в прошлый раз? — сестру передернуло, едва воспоминания о нашей первой совместной трансгрессии пролетели у неё перед глазами. Да, в прошлый раз вышло не очень.  У меня никогда не было  проблем с перемещением таким путём.  А Фрейю вывернуло наизнанку, стоило нам в сентябре приземлиться возле Академии. Наверное,  она уже 10 раз пожалела, что мы не позволили отправить за нами карету. — Во второй раз должно быть не так плохо, — вместе то, чтобы взять её за руку, я лишь притянула сестру к себя и крепко обняла. Представив поместье Каррингтонов, я трансгрессирова. Пока мы с Фрейей шли до заветной территории, на которой нам предстоит прочитать заклятие, чтобы родовое поместье  проявилось, я думала о том, что осталось перетерпеть неделю, и мы снова вернёмся в уже ставшую вторым домом Академию, где наш ждут друзья. Я вздернула рукой, и мы с Фрейей замерли. — Здесь уже можно. Мы одновременно проговорили слова, и перед нами возникли высокие кованые ворота. На прутьях левой часть которых красовался фамильный герб Каррингтонов. Трёхглавый ворон, изображенный на гербе, казалось, смотрел прямо на нас, а тяжёлые створки в миг отворились, пропуская нас внутрь. Пройдя на убранную от снега каменную тропу, я остановилась. Перед нами стоял украшенный к Новому году огромных размеров замок. Между резными балконами и стрельчатыми окнами висели новогодние венки. А ярко-жёлтая гирлянда тянулась от массивных дверей входа в замок до застекленной оранжереи. За одной из башен мне было плохо видно замковой парк, но там тоже полыхали огни и стояли различные украшения. — Ничего себе! Я хочу посмотреть задний двор, — восторженно произнесла Фрейя, явно впечатленная от увиденного. — Занеси вещи и иди. А я узнаю о том, как продвигается подготовка к празднику и выясню, куда нам идти к портному. Сестра тут же рванула по тропе к каменной арке, от которой проложены дороги в 3 замковых парка и одна широкая сильно освещенная вела прямиком к огромному входу в сам замок. Я не спеша дошла до открывшихся дверей, и передо мной тут же возник домой эльф. — Госпожа, добро пожаловать. Чем Гарольд может быть полезен? У вас нет вещей, которые нужно доставить в комнату? — Рада тебя видеть, Гарольд. Отнеси вещи в мою комнату и позови в малую кухню Шарля. Я скоро подойду. — Будет сделано, госпожа, — я передала эльфу свою сумку и прошла в холл. Ступая по начищенному паркету, я подняла голову к высокому потолку. Огромная хрустальная люстра всегда пугала меня. Она была настолько массивная, что небольшая цепь, на которой та была подвешена к потолку, грозилась вот-вот оборваться. На стенах холла была итальянская роспись, а огромные картины известных художников висели вдоль белоснежной мраморной лестницы. Только я поднялась на второй этаж и свернула в западный коридор, ведущий в сторону малой кухни и пары рабочих кабинетов, как до меня начали доноситься возгласы с портретов, на которых были изображенны представители рода Каррингтонов.  — Она вернулась! — Что-то в этом году ты поздно, успеешь подготовиться к приёму? — Как прошёл семестр? Я игнорировала все вопросы и упрямо шла к кухне. Наконец достигнув цели, я дернула медную ручку на себя, и дверь бесшумно отворилась. Освещение было хорошим, и мне на глаза сразу попался мужчина в возрасте, который уже не одно поколение работал в этом замке. Кинув быстрый взгляд на буфет возле стены, я тут же поняла, что сегодня даже не завтракала,  а сейчас уже около трёх часов дня. Мой живот недовольно заурчал. Сглотнув, я направилась к концу обеденного стола, что стоял посреди малой кухни. Обычно в этой комнате ела прислуга, но я тоже часто забегался сюда, чтобы взять что-нибудь перекусить. Шарль тут же подорвался со своего места и застыл в поклоне. — Рад вас видеть,  госпожа. Надеюсь, добрались без происшествий? К сожалению, ваши родители не смогли вас встретить. — Благодарю, Шарль, добрались лучше чем в прошлый раз, — дворецкий отодвинуть мне стул, а я, сняв мантию, села. — Родители сильно заняты перед приёмом,  они предупреждали, что до завтра их не будет. Но в письме мне сообщили, что сегодня нас ожидает портной, хотелось бы знать, где он? — Он уже ожидает вас на третьем этаже в самом первом от лестнице кабинете. — Гарольд! Воздух заискрился, и передо мной появился эльф. — Что желаете, госпожа? — Найди Фрейю и скажи, чтобы шла в кабинет лорда Тарфея,  там нас ждём портной, — эльф тут же испарился, а я встала со стула с мантией в руках и обратилась к Шарлю: — Прежде, чем я уйду, мне надо знать: как идёт подготовка к приёму? — Всё хорошо,  госпожа… — Шарль,  я же не раз просила. Зови меня Дженнифер. — Конечно, — мужчина явно был смущен моей просьбой, но он знал меня с самого детства,  и мне бы хотелось, чтобы он звал меня по имени. Слово «госпожа» звучит не очень в наших с ним довольно тёплых отношениях. –Дженнифер, всё идёт по плану, мы успеваем. Ваш отец призвал прислугу из поместья в Чехии для помощи на кухне и в уборке замка. — Прекрасно. — Вы разве не хотите есть? — Сейчас нет времени, надо решить дела у портного и тогда попрошу эльфа принести еду мне в комнату. — Как пожелаете. Я быстро зашагала к выходу, намеревался первой снять мерки и выбрать ткань, чтобы скорее отправиться к себе. Но так же я старалась быстрее уйти от приятного запаха еды, окутавшего малую кухню. Когда я зашла в кабинет, портной раскладывал ткани на столе. Услышав шаги, он обернулся. — Мисс Каррингтон, проходите, –мужчина лет 30 окинул меня быстрым взглядом и кинулся к своему чемоданчику. — У меня остались ваши прошлые мерки, но думаю стоит проверить ещё раз. Сняв мерки, портной указал рукой на стол, на котором в ряд лежали образцы ткани. — Выбирайте. Мой взгляд сразу нашёл серебристую атласную ткань, на свету она переливалась золотистым оттенком и словно искрилась. — Я думаю эта, — я коснулась серебряной гладкой поверхности с глянцевым блеском. — Хороший выбор. Ваше платье будет готово завтра днём. Его сразу доставят вам в комнату эльфы. Тут в кабинет входит сестра, и вижу счастливую улыбку на её губах. — Что, приём отменили? — Нет, просто я побывала в двух парках и там так красиво! Тебе стоит взглянуть, Дженнифер, — последнее предложение прозвучало, как ответ на мой сарказм. Я не ответила. Даже если там красиво, вряд-ли это поднимет мне настроение. В отличии от меня, моя сестра видит счастье в мелочах. А я никак не забуду для чего нужны все эти украшения. Кивнув портному, я направилась к себе в комнату. Наконец поднявшись на третий этаж, я пошла к самому дальнему коридору и, оказавшись возле двери в свою комнату, позволила себе расслабиться. Комната встретила меня лёгкой прохладой. Двери балкона были слегка открыты, и ветерок трепал одеяло на заправленной кровати. Я прошла к туалетному столику, и тут же осмотрела себя в зеркале. Светло-русые волосы были растрепаны, кожа лица была мертвецки бледная, а под глазами залегли тёмные впадины. Да уж, не лучший вид. В отражении мои серо-голубые глаза на миг приняли какой-то лаванловый оттенок, но сколько бы я не вглядывалась, больше такого не повторилось, и решив, что мне показалось, зашагала к своей мягкой кровати. Только я опустилась на нежно-розовое одеяло, как в комнате материализовался мой личный эльф. — Тони, как я рада снова тебя видеть! — Здравствуйте,  хозяйка. Тони тоже соскучилась по вам! Что-то желаете? Я задумчиво посмотрела на молодую эльфийку в новогоднем одеянии. Каррингтоны никогда не удерживали эльфов насильно, поэтому каждый из них получал специальную одежду, и эльфы решали сами, остаться им в замке или же жить свободно. — Приноси мне что-нибудь горячее поесть. Эльфийка исчезла, а я блаженно откинулась на подушки. Хотелось провалиться в сон и проснуться, когда всё закончится. Через минут 5 на тумбочке рядом с кроватью стоял поднос с едой. Стоило мне унюхать запах кассуле, как мой живот тут же заурчал, требуя еды. Я с удовольствием накинулась на суп из фасоли и мяса. Запив всё стаканом обычной воды, я решила, что поспать часок-другой не будет лишним.                                  

***

Я уютно посапывала в гнездышке из множества своих подушек и тёплого одеялка, когда в комнату ворвалась сестра. — Подъём, соня! Родители ждут нас в главной столовой, чтобы рассказать о всех прелестях сегодняшнего дня, — она легонько потрепала меня за плечо, но я лишь отмахнулась. И тут же меня дошёл смысл её слов, и я подскочила на кровати. — Который час? — Десять часов утра тридцать первого декабря, — Фрейя посмотрела на меня своими выразительными зелёными глазами. — Не ожидала, что ты проспишь так долго, мне сказали, ты уснула вчера часов в пять. Я быстро встала с кровати и начала собираться. Сестра всё время стояла и наблюдала за моими метаниями по комнате. Я же быстро нацепила на себя домашние широкие штаны и футболку. Фрейя тоже была в легком розовом платье, ведь дома было тепло благодаря специальным чарам. — Нас убьют за наш внешний вид. Родители всегда говорили, что даже дома мы должны выглядеть, как представители достойной семьи, а не маггловские отбросы. Мы с сестрой успешно игнорировали данные слова. Когда мы спустились в главную столовую, я замерла на месте. Во главе длинного стола сидел отец. Его тёмные жидкие волосы были занесены назад, а карие глаза с интересом блуждали по строчкам газеты. Мама завтракала рядом с ним. Выглядила она как всегда прекрасно: каштановые волосы были собраны аккуратным косами по бокам, а сзади были распущенны, светлое платье с вышитыми цветами ей отлично шло, а когда голубые глаза нашли меня взглядом, на её губах расцвела улыбка. — Дженнифер, Фрейя, так счастлива видеть вас вновь! Отец повернул голову в нашу сторону и окинув неодобрительным взглядом, лишь кивнул в знак приветствия. Мы с Фрейей подошли к маме и крепко её обняли. — Мы тоже скучали, ‐ тихо проговорила я. Не взглянув на отца я села на своё место подле него и принялась завтракать. Но аппетит пропал, стоило отцу заговорить: — Сегодня вечером я ожидаю от вас приличного поведения. Этот приём очень важен, к нам приедут знатные аристократы и министры из разных стран. Также нас посетят директора лучших магических школ, и, как я знаю, некоторые из них возьмут по одному из своих лучших учеников, чтобы помочь им завести нужные знакомства. — Мы точно говорим о празднике? — мой ледяной тон явно не устроил отца, но он лишь окинул меня раздраженный взглядом и продолжил: — Вам тоже следует познакомиться с иностранными гостями, это может быть полезно вам в будущем. Со всеми говорите вежливо, если задали вопрос — отвечайте, думаю, все правила этикета вы помните. Вместе с нами встречаете гостей у входа. К 7 вы должны быть собраны. Поняли? — Да, отец, — Фрейя начала спокойно есть, но по её напряжённым рукам я поняла, что ей тоже не нравится, как встретил нас отец. — Как пошёл семестр, у вас всё хорошо? — участливо поинтересовалась мама. Фрейя тут же начала рассказ о школьной жизни. Быстро доев,  я поднялась со стула и обратилась  к родителям: — Я пошла в библиотеку, Тони доложит мне, когда надо начать собираться. — Да, хорошо, иди, — мама смотрела на меня так, словно извинялась за поведение отца.                                  

***

Когда эльфийка появилась передо мной и объявила, что моё платье доставлено в комнату и пора собираться, я сидела в мягком кресле и внимательно вчитывалась в страницы книги по истории магических государств. Я с хлопком закрыла старую потрепанную книгу и решила, что возьму её к себе. Посмотрев на длинные ряды книжных стеллажей, я решительно встала. Стены помещения были украшены замысловатыми узорами и картинами. В нашей библиотеке были собраны древние и очень ценные книги, сюда они попали с разных концов света. Именно это я любила в домашней библиотеке. В моей комнате служанки даже не дали мне взглянуть на платье, а лишь пробормотали что-то наподобие «осталось мало времени «, усадили перед зеркалом и начали красить. Через час мои светло-русые волосы были собраны на голове в виде короны, глаза подведены чёрной подводкой, губы накрашены в нежно-розовом оттенке, а на щеки нанесены румяна. Наконец, мне выносят платье, а я успеваю лишь мельком взглянуть на роскошную ткань, как с меня срывают халат и просят протянуть руки. Я с недовольством что-то бурчу себе под нос, пока не вижу в зеркале своё отражение. Рукава на платье почти отсутствуют, вместо них прозрачная чёрная мантия, на краях которой расшиты серебряные маленькие звёзды, мантия прикрывает плечи и руки, а дальше уходит вниз и тянется шлейфом. Платье оформлено вырезом в зоне декольте и спускается резными полосками к талии, юбка не пышная, а струится в пол, на подоле так же расшиты звезды и луна. Мне нравятся переливы из светящегося серебристого к более тёмному оттенку. В дополнение мне приносят серебряные серьги-гвоздики с сапфировым камнем, серебряное колье и пару колец. Причёску мне украшают шпилька с маленькими звёздочками по краям. Только я собралась, как дверь в мою комнату отворяется, и входит сестра. Она одета в пышное сиреневое платье с длинными рукавами. В зоне декольте ткань фиалкового оттенка и почти прозрачная, но под ней ей телесная подкладка. Волосы Фрейи заплетены в ели растрепанную косу украшенную маленькой фиолетовой снежинкой, что прекрасно подходит её блондинистым волосам. — Поспеши, Дженнифер.  Нас уже ждут внизу. Я вступаю в свои чёрные открытые туфли на высоком каблуке и шагаю к двери. — Выглядишь так, будто сошла со страниц модного журнала, — сквозь улыбку проговорила Фрейя. — Даже лучше! — смеясь, отвечаю сестре. — Ты тоже прекрасна. Несмотря на румяна, её щеки становятся ещё более пунцовыми, а я мысленно даю себе подзатыльник за то, что так редко делаю сестре комплименты. Родители уже ждали нас внизу и, когда мы спустились, отец окинул нас взглядом. Я с удовольствием замечаю восхищение в его глазах. Редко, очень редко от него можно добиться такого взгляда в сторону нас с сестрой, обычно такими взорами он одаряет лишь успешно заключённые договоры. Сам же отец одет в строгий чёрный костюм, и я неодобрительно качаю головой, праздник как-никак. На маме же было белое бархатное платье с вышитыми серебряными снежинками по бокам и мантией на оттенок темнее платья. Волосы она оставила распущенными, а на шее у неё красовалась фамильная драгоценность — ожерелье из золота и турмалиновых камней. Под волосами было не видно, но я знала, что на одном из дальних камушков есть выгравированный трёхглавый ворон. — Девочки, вы выглядите потрясающе! — мама смотрела на нас с гордостью. — Осталось, чтобы вели себя так же… — пробурчал отец. Мать шикнула на него, и он развернувшись на каблуках, пошёл к торжественно украшенный дверям ведущим во двор. — Пошлите, уже пора, — бросил он через плечо. Мы с Фрейей переглянулись и пошли за ним. — Так, девочки встаньте слева от меня, помните, когда войдут гости сначала вас представит отец, затем вы поздороваетесь сами, — сказала мама слова, которые мы слышали уже миллион раз. Первые гости прибыли около восьми, мы следовали указаниям, и делали всё,  как говорили родители до этого. Я не особо вслушивалась в имена гостей, лишь когда их уходила провожать до Банкетного зала прислуга, с интересом вглядывалась в стеклянный потолок холла и наблюдала, как снежинки тают, едва коснувшись стекла. — Осталась ещё пара гостей и пойдём, — сказал папа смотря, как Фрейя с нетерпением разглядывает подъездную дорожку. Мне было неудобно стоять целый час на каблуках, и только я хотела облокотиться на стену, как услышала папин голос: — Гораций Слизнорт, рады Вас видеть! — я тут же выпрямилась и натянула приветливую улыбку, за сегодняшний вечер она должна была уже прирасти к моим губам. — Это ваш ученик? Мистер…? Из-за плеча мужчины лет 45 вышел парень примерно моего возраста с чёрными уложенными волосами, он был довольно хорош собой: тонкие черты лица, впалые щеки, острые скулы и прямая осанка. Думаю, он был из какой-нибудь аристократической семьи. — Реддл, сер, — сам представился парень. — Мистер Реддл, — отец кивнул ему и вернул взгляд на мужчину рядом с ним. — Рады видеть Вас на нашем торжестве. Это моя жена Джозет и две дочери, — он по очереди указал на каждую из нас. — младшая Фрейя и старшая Дженнифер. Мужчина окинул нас изучающим взглядом и остановился на мне. — Дженнифер? ‐ я утвердительно кивнула. — Мадам Максим часто мне о тебе рассказывает в письмах. Лучшая ученица с курса? — Мадам Максим слегка преувеличивает. А вы…? — я слегка замялась, ведь до сих пор не поняла, кто этот мужчина. — Я профессор по зельеваренью со Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс,  а так же отвечаю за факультет Слизерин. Директор Диппет сейчас сильно занят, поэтому отправил меня. Думаю, вам с моим учеником мистером Реддлом сегодня найдётся о чем поговорить, он тоже лучший ученик своего курса. Надеюсь, вы сможете подружиться. Я перевела взгляд на черноволосого парня и поняла, что он всё время с интересом меня разглядывает. Когда наши взгляды встретились, всё внутри меня похолодело. Это был точно не зимний мороз, что-то было в этом Реддле, и это что-то подсказало мне держаться от него подальше.