Между сладким и горьким

День был сложным, впрочем не напряжных дней в работе не бывает. Как всегда, наша пара была занята своими мыслями. В перерыве между съёмками Ешилчай позвонил адвокат и они договорились о встрече. Исмаил в это время повторял текст. Сегодня съёмочный процесс затянулся до позднего вечера, так как нужно было заснять крупномасштабный пожар, случившийся в столице. Актеры устало попрощались друг с другом, желая доброй ночи. Решили не привлекать слишком много внимания к себе, поэтому старались держать дистанцию. POV Нургюль. Приехали с Османом к дому, припарковываясь. Захожу внутрь, закрывая за собой дверь и не чувствую того успокоения, которое обретала в этих стенах. Понимаю, что скоро это всё станет чужим. Мысленно прощаюсь с ними, а также с дверьми и зеркалами, которые вечно пробегала мимо. Ставим пакеты с продуктами и начинаем быстро доделывать ужин. Боюсь потерять доверие сына. Осознаю как никогда раньше что он — главный мужчина в моей жизни. Через пол часа уже ужинаем. Рассматриваю его черты и думаю о будущем. Восхищаюсь. Продолжаю есть, глядя в свою тарелку, чтобы не заметил моего пристального взгляда и не смутился. А он старается есть быстрее, чтобы получить заветное лакомство — уже видел как я доставала его из пакетов. — Осман, ешь медленнее, живот будет болеть. Твои орехи никто не съест, все они — твои до единого, — спокойно говорю ему, хотя сама прекрасно его понимаю. Внутри нехорошее чувство. Осознаю, что сейчас он снова задаст вопрос и деваться будет некуда. — О, мам, чуть не забыл. Ты обещала рассказать, что случилось? — Осман поднимает на меня свои карие глаза и моё волнение лишь усугубляется. Ну вот, этими словами он словно натянул луком стрелу мне в упор. Теперь нужно готовиться и мирно ждать финала. — Да, обещала, — опускаю взгляд, нервно отставляя вилку в сторону. Хочу помедлить, чтобы самой подготовиться и его как то подготовить к тому что сейчас скажу. — Ну и? Случилось что-то плохое, поэтому не рассказываешь? — снова нацеливает стрелу. Судя по всему, мне не уйти от этого поединка. — Нет, всё нормально, дорогой, всё путём, — лгу ему как могу, не хочу его впутывать в дела родителей. Хочу ещё потянуть время в этом доме. — А что тогда? — мальчик уже и сам заметно напрягся. — Я хочу пригласить к нам на ужин моего коллегу по съёмочной площадке, хорошего человека... — смотрю на его реакцию, чтобы высказать последнее, — и моего друга, — пожалуй, пока что остановимся на «друге». Как же исказилось его лицо... — Какого это друга, мам? — Осман нахмурил брови. — Исмаила Демерджи. Он играет Кеманкеша. — Мам, а он зачем тут нужен? «Действительно, зачем тут нужен...» — проносится истерично в моей голове, но на деле этого не показываю. Медленно беру сына за руку, продолжая разговор: — Осман, я хочу пригласить его, потому что он помогает мне сейчас. Мы с Хаканом разводимся и мне нужна помощь, чтобы отсудить часть имущества, которое по праву принадлежит мне. Я хочу, чтобы вы познакомились. Он хороший, правда. «Надеюсь, что он одобрит. О, Аллах, как будто перед родителями отчитываюсь.» — Мам, как друг пусть приходит, а как жених — нет, — я с удивлением посмотрела на своего сына. Подумать только, ему всего лишь одиннадцатый год пошёл, а выставляет свою точку зрения, как настоящий взрослый мужчина. — Я возле тебя никого не вижу. Внутри меня всё бурлило. Я и не думала, что всё будет так сложно. Знакомить сына с обычным другом — это одно, а вот знакомство с любимым человеком, который уже присутствует в моей жизни... Понимаю, что задумалась и быстро отвечаю: — Хорошо, родной, спасибо. Надеюсь, вы подружитесь, — натягиваю улыбку. — Посмотрим, мам, посмотрим. Если обижать тебя не будет. — Я тоже на это надеюсь, сынок, — мило ему улыбаюсь. Сын убежал в свою комнату, а я осталась на кухне, чтобы убраться и набрала уже знакомый номер. POV Нургюль. Исмаил, тем временем расхаживал по заметно опустевшим комнатам. Увидел полки на которых не хватало некоторых вещей, полупустой шкаф. Заметил отсутствие большей половины посуды... Раздумья прервал телефонный звонок. — Добрый вечер, Нур, — серьезно начал, хотя на лице заиграла улыбка. — Что-то случилось? — Добрый, Исмаил, — ответила на выдохе. В отличие от мужчины, её лицо было всё так же напряжённым. — Нет, всё хорошо. — Точно? — переспросил, чувствуя напряжение со стороны собеседницы. — Да, но у меня есть к тебе один вопрос. — Я тебя внимательно слушаю, дорогая, — смягчил свой тон, как будто чувствовал её волнение. Как не странно, ей это немного помогло. — Ты сможешь прийти к нам на ужин в среду? — быстро выговорила, заставляя мужчину задуматься. Через несколько секунд молчания он ответил: — Да, конечно, я смогу. Кто будет? — А тебе нужен кто-то конкретный? — немножко заигрывая спросила. Демерджи заметил изменения голоса женщины, ухмыльнувшись. — Я интересуюсь, чтобы знать, для скольких персон покупать угощение. — Для двоих. Мы с Османом будем ждать тебя. — С Османом? — теперь уже напрягся актёр. —Ты в итоге решила ему признаться? — Я думаю, что нужно это сделать сейчас, пока не стало слишком поздно. — Ты думаешь, он готов? — Исмаил, я не знаю, слышишь, не знаю! — в голосе снова слышались нотки волнения и раздражения. — Но и обманывать я его не могу! Я не хочу чтобы он считал, что я к нему плохо отношусь. — Хорошо, я тебя услышал. В любом случае мы будем стараться вместе. Но я думал, ты прежде просто познакомишь нас, и мы проведём время, чтобы немного друг другу привыкнуть... — У вас будет это время, дорогой. Пока что он тебя знает, как моего друга и коллегу по работе. Большего я ему не говорила. — Ага, понял, — ответил согласно. — Кстати, скажи что любит Осман? — Исмаил, не стоит... — Если ты мне запретишь, я не прийду, — пытался сделать голос серьезным, но не получилось. — Ладно, убедил, — закатила глаза, ухмыльнувшись. — Орехи очень любит. Ну и мороженое. Игры... — устало выдохнула. — Хорошо, понял, — усмехнулся. — Я слышу, что ты уже устала, поэтому не буду больше тебя допрашивать, отдыхай. До завтра, солнышко. Целую тебя, — проговорил с улыбкой на лице. — Спасибо, дорогой, и я тебя целую, — так же улыбаясь, тихо ответила, поглядывая на лестницу. Не хотелось сейчас услышать снова распросы от сына. POV Исмаил. Положив телефон на тумбочку, я стал задумываться о сказанном. Почему Нур так торопит события? Ведь очевидно то, что Осман не примет меня, не захочет слушать, мы ведь даже не знакомы! С другой стороны, она меня представит как своего друга. Аллах, Аллах... Что ж, посмотрим, что из этого выйдет. POV Нургюль. Легла спать вся на нервах из-за предстоящего ужина. Удивлять то особо некого, готовкой с Османом займёмся вместе. Но как же произойдёт эта встреча? Не могу уснуть, представляю как это будет. Стараюсь отвлечься, раз за разом повторяя сценарий. Вспоминаю приснившийся сон и не могу понять, что он значит. Решительно откладываю текст и ищу сонник. «Видеть во сне своего ребёнка значит, что взаимоотношения с ним...» — значит он отдалится от меня. — «Свет во сне является признаком доброго предзнаменования. Белый яркий свет сулит духовное взросление, лучшее понимание многих жизненных аспектов...» — это уже радует, интересно, что же значит красный. — «Красный — беспокойство и тревога за близких... » — Ну, тут не прогадали.. Но кого же я видела? — уже задаю вопрос в слух. Из-за каши мыслей в голове, сама не замечая как засыпаю. Просыпаюсь по назойливому рёву будильника. Начинаем собираться в ещё один будний день. Чувствую себя лучше, но голова начинает болеть в разных местах, будто на них поочерёдно давят. Стараюсь выглядеть сильной и позитивной. Через 20 минут мы с Османом уже завтракали. — Мам, а вы давно с ним знакомы? — опять целится мне в упор. — С кем? — Ну с этим твоим друго по площадке. — Да, давно сынок... — отвечаю на выдохе и продолжаю громче. — Знакомы давно, как-то дружили, а потом судьба нас развела. Сейчас вот, вновь свела наши дороги и теперь мы снова дружим, — рассказала ему почти всё. Хвала Аллаху, что больше не задавал вопросов по поводу Исмаила. POV Нургюль. На следующий день съёмки шли полным ходом. Удалось заснять большое количество эпизодов, поэтому актёрам был назначен перерыв в два часа. Пока Нургюль была свободна, решила поехать на встречу с адвокатом, чтобы выяснить новые возможности своего дела. Он назначил её в восточной части города и отправил адрес по смс. Пока она шла по коридору за одеждой, её нагнал Исмаил. — Госпожа, можно узнать, куда вы так торопитесь? — начал игру мужчина. — К собранию дивана, Кеманкеш, — оба рассмеялись. Женщина зашла в свою гримёрку, за ней последовал Демерджи. — Ну, а если серьёзно? — спросил, закрывая за собой дверь. — А если серьезно, то к адвокату. Хочу узнать свои шансы. — Понял, тогда не мешаю. — Ты вроде как тоже куда-то собрался? Куда? — увидев у актёра в руках ключи и кошелёк, вопрошала Ешилчай. — По магазинам. Хочу воспроизвести впечатление, — ответил, ухмыльнувшись. — У тебя это и без подарков неплохо получается, — подойдя ближе к нему, произнесла шепотом ему на ухо. — Рад это слышать, — улыбнулся и нежно поцеловал её в губы, приобнимая за талию. Для актрисы его прикосновения были словно гипноз. Она сразу же отключала свои мысли, переносясь в другую вселенную. Через несколько мгновений, Демерджи оторвался от губ любимой. — Ну и что это было? — сделав свой взгляд серьезным, нахмурив брови, вопрошала Нургюль. — В народе это вроде бы называют «поцелуй», — сделав задумчивое лицо, ответил. — Очень смешно, — закатила глаза, ухмыльнувшись. — Ну, а что? Ещё скажи, что ты сильно противилась, — тоже ухмыльнулся. — Дурак, — она легко стукнула его по плечу. — Не делай так больше, пожалуйста. Я не хочу, чтобы нас кто-то увидел. — Хорошо, я тебя понял, — он понимающе посмотрел на неё. Приехав в указанное адвокатом место, актриса была приятно удивлена красотой здания. Рядом стояли машины люксовых марок — Ferrari, Lexus и Mersedes. «Осману бы понравилось» —пронеслось в её мыслях.

***

— Молодец, Исмаил! Столько времени прошло, а ты никак не можешь выбрать! — ругался про себя брюнет, направляясь к своему другу Али, у которого, к счастью, тоже был перерыв. Они встретились в кафе, заказали по чашке кофе, начиная вести диалог. — Слушай, самый традиционный подарок, который ты можешь приподнести женщине — это цветы, — отвечал Исмаилу, сидящий напротив мужчина. — Ну допустим. А что я подарю её сыну? Я знаю только, что он любит орехи, мороженное и игры. Но какие игры? Настольные? С диском? Приставка? Понятия не имею, — проговаривал актёр, потирая ладонью лицо, заодно проглаживая угольную бороду. — Ты увидишься с ним в первый раз, поэтому я думаю он простит тебя, если ты купишь не то, что он хочет, — смеясь, ответил ему друг, а потом продолжил: —  Не переживай по поводу подарка, купи что-то нейтральное — мороженое с орехами и, например... Настольную игру.

***

— Госпожа Ешилчай, мне нужно знать, кому принадлежит земля на котором стоит дом? — Земля принадлежит Хакану. Когда я переезжала, он говорил это. — Значит, мы имеем большую вероятность проиграть. Сами понимаете, что дом — это не почтовый ящик, его не выдернешь и не унесёшь. Однако, у вас же есть брачный договор? Скажите, на каких условиях он был заключён? — В том то и дело, что брачный договор у нас — делить быт, постель и общую территорию. По сути, он принял меня. Но за 10 лет этот дом очень изменился: мы построили гараж, бассейн на заднем дворе, изменили планировку дома и количество комнат. Я думаю, что я могу потребовать эти комнаты себе, ведь я принимала прямое участие в их становлении пока мой бывший муж был на съёмках, — она закатила глаза и перевела их в сторону, по привычке Кёсем Султан.