Убийственное прикосновение

Открыв глаза, она все еще чувствовала теплые мужские руки, и томное дыхание на себе, шевелиться не хотелось до последнего, но дела не ждут. Девушка убрала с себя тяжелую руку парня и села на кровать потирая уставшие глаза. Захотелось вдруг взглянуть на него, на маньяка в бездействии — такой беззащитный, спокойный, темная бровь слегка подрагивала, наверно, снится что-то. Тонким пальчиком, она провела по его щеке и улыбнулась, Пятый не вздрогнул. — Обманщик, обещал разбудить меня, а сам спит. — пододвинувшись прошептала она на ушко, ехидно улыбаясь. Реакции не последовало. — Надо же, как крепко спит, ладно, попробуем вот так. — Рия наклонилась к шершавой мужской щеке вплотную, аккуратно касаясь губами и оставляя поцелуи, от самого виска и до обнаженного плеча. Пять спал, не дёрнув и глазом. — Ну и соня ты Пятый, просыпайся, ну же. — Ри ткнула парня в бок пальчиком. Но на его лице снова не дрогнуло и нерва. Пульс участился. — П…пятый. если ты решил так подшутить надо мной, то шутка уже вышла из-под контроля. — дрожащим голосом вторила девушка, медленно вставая с кровати и отходя чуть назад, но лишь тишина последовала ей ответом. — Пятый, Пятый открой глаза. — в панике, девушка перевернула обездвиженное тело на спину и начала трясти за плечи, что лишь поддались махинации. — Черт, черт, черт это не может быть правдой, нет-нет-нет, только не он, прошу! Не снова. Темноволосая подлетела к его лицу, закрывая руками собственный рот, чтоб не закричать от подбирающейся волны истерики. Парень неторопливо вдыхал воздух и еле выдыхал его через приоткрытые губы, но казалось, он вовсе не шевелиться. Приложив ухо к груди, а пальцы к шее, его сердце пропустило удар, а пульс еле уловимо сделал пару толчков. — Фух, хотя бы жив. Я должна позвать на помощь, но кого? Кто поможет мне, боже. КЛАУС! Еще слишком рано, он должен спать в своей комнате. — тараторила девушка. Трясущимися от волнения руками, она начала натягивать на себя одежду, ком к горлу подходил с периодическими всхлипами, а слезы понемногу застилали глаза. — Так, а ну успокойся, ты должна спасти его — себя пожалеешь потом. В доме было совсем тихо и пусто, но в ушах ужасно звенело, как от гулкого шума, пройдя по длинному коридору нашлась нужная дверь. Что сказать она совсем не знала, паника и волнения делали кульбиты в голове, вмешивая мозг в фарш. — Клаус, эй Клаус, проснись прошу, мне нужна твоя помощь. — прошептала девушка, просовывая голову в приоткрытую дверь. — Клаус открой глаза, умоляю. — она подбежала к кровати кудрявого, а слезы уже текли градом и срывали голос. Хотелось толкнуть друга в бок, но в голову пришла мысль, что и его угробить своими прикосновениями — будет лишним. — Клаус, очнись! Кажется, что-то срочное, ее так трясет. Боже. — прошептал рядом сидящий парнишка в черной кожаной куртке. Клаус приоткрыл глаза. — Ри? Что с тобой? Ты плачешь? Что случилось? Бен, а ы чего? — он потряс головой сбивая сонливость, и присел на край кровати, вглядываясь в маячащую женскую фигуру. — Пошли со мной, я не знаю, что мне делать, боже, скорее прошу! — разговаривать было совсем сложно, поэтому девчонка просто выбежала из комнаты, махнув Клаусу рукой, чтобы тот бежал за ней. Забежав, Пятый оставался в том же положении, что и был, а она так сильно надеялась, что все это — очередная неудачная шутка и парень сейчас стоит в своей комнате, подслушивая ее истерику через стенку «ну так, чтобы не расслаблялась». Ри упала на колени, и стиснув зубы, что сдерживали крик — плакала у самого порога, давая Клаусу подбежать к телу. — Ри, так что все-таки. — забежав за девушкой в комнату, Клаус оборвал предложение. — Клаус. — прошептала она, закрывая лицо руками. — Пятый? Что с ним? — мужчина подбежал к бледному телу брата и начал трясти его, хватая на руки, словно плохо сделанное пугало. — Пятый, пятый, очнись! Очнись же! — парень присел на кровать. — Не работает, я так уже делала. — прохрипела Ри, сидела на полу. — Как долго вы контактировали?! — Клаус слегка прикрикнул. — Всю ночь. — Всю ночь?! Ты вообще думала своей головой?! Рия, я не хочу винить тебя, но какого хрена?! — подавив крик, грозно проговорил кудряш. — Он сказал, что с ним все в порядке. — девчонка начала безостановочно всхлипывать. — А теперь, есть вариант, что он больше никогда ничего не скажет. — Прости, Клаус, я.я не. Прости-прости- прости. Как мы можем привести его в чувства? В больнице ему вряд ли чем помогут. — Ри подползла на коленях чуть ближе, стирая об пол старые ранки. — Для начала, успокойся, все будет хорошо, я тоже переживаю, но он сильный, он справится. Просто дадим ему время. — неожиданно, Клаус посмотрел в ее сторону и тепло улыбнулся, все еще удерживая в руках тело брата. — А что если нет? Что если не справиться? Значит, я убила еще одного человека.? — Малышка, перестань, все будет в порядке. — парень уложил Пятого на кровать и повернул лицо к ней. Брюнетка подняла глаза на Клауса, что, укладывал на колени дрожащие руки и шептал: — Все будет хорошо. После того, что произошло с ними, после всего того, что произошло с Пятым, — этот апокалипсис, от которого он спас целую семью, потратив на задание целую жизнь, эти перепалки с ними, это новое подростковое тело, что совершенно не дотягивало до прежней физической подготовки киллера, хоть и было молодо. Пятый ни разу так и не рассказал им ни одной веселой истории, он так и не обмолвился о тех ужасных годах одиночества, так и не сказал, что чувствует, оставаясь одиноким и обиженным мальчиком, в теле подростка, но с умом старого ученого. А потом появилась Рия, забитая серая девчонка, что он притащил домой за шкирку, крича о том, какая она обуза, но продолжая оберегать и тратить на нее свое время. Клаус не знал о вкусах родного брата, поэтому строго не судил, да и вообще не делал выводов, ожидая от него чего угодно. Он лишь видел, как меняется это черствый и суровый маньяк, как становится мягче и начинает разрешать себе улыбаться, хоть и изредко. — Нет. — отрезала Ри так строго, как могла. — Что? — Клаус взволнованно перевел взгляд на неё, стараясь разглядеть в сумраке женское лицо. — Нет! Не будет, пока я здесь, ничего не будет хорошо. Я должна уйти! Я же говорила с самого начала, мне здесь ни место. — Рия, прошу, ты думаешь, Пять бы стал жертвовать собой, если бы ты ничего не значила для него? Но как будет чувствовать себя человек, который готов отдать жизнь, лишь для того, чтобы коснуться тебя, а придя в себя понять, что ты сбежала. Девушка молча встала с колен, сменив эмоцию скорби на безразличие, хотя соленая вода, все еще, медленно стекала по красным щекам. Спасибо родителям, что научили ее переключать рычажок с «очень эмоционально», на «совершенно плевать», Ри в этом деле была есть и будет, потрясающе запрограммированным роботом. — Подумай о нем. — прошептал Клаус. — Я думаю, думаю только о нем. И то, что я сейчас сделаю тоже ради него. Как очнется скажи, что я вернусь, мне нужно уехать. — Рия, ну же. — кудряш закатил глаза. — Я вернусь, не думай, что я сбегу. Скажи, чтоб не искал, и сам не смей. — девушка схватила рюкзак, лежащий на полу рядом с чемоданом, обувь, и выбежала из комнаты, натягивая на ходу тонкую ветровку. Клаус вскочил с места, направляясь за ней. — Куда ты пошла? Как я должен объяснять это Пятому? РИ, не смей сдаваться, это лишь первая трудность, ты справишься. — Ты прав, я справлюсь, и сейчас, это лишь одна из первых ступеней моего пути. — прокричала Рия сбегая вниз по ступеням. — Значит, я отправлю с тобой Бена! — крикнул Клаус, подходя к лестнице. — Чего? — свел друг к другу брови, парень рядом. — И как же он меня остановит? — Кричала Рия, продолжая оббегать мебель старого дома. — Ну, главное, что он будет там же, где и ты. — Клаус подбежал почти к лестничной перегородке, видя, как отдаляется его собеседник. — Прекрасно, в следующий раз расскажешь. — девушка махнула рукой и рванула дальше. — Что происходит? Что за крики? — из комнаты вылетела испуганная сонная женщина. — Ничего, все в порядке иди спи, Эл. — Клаус прошел мимо нее, следуя на первый этаж. — Клаус, куда ты? А это кто такая? — она заметила бегущий к выходу женский силуэт, потирая глаза руками. — Мы еще успеем познакомиться, не переживай. — крикнула брюнетка, хлопая огромной деревянной дверью, за которой ее ждали новые трудности. Железные ворота закрыты на нехилый такой замок. Черт. Но подойдя ближе, Ри коснулась холодного металла пальчиками, и от него осталась лишь серая пыль, которая тут же разлетелась. — Так-то. — она была горда собой. Она совершенно точно, так сильно гордилась собой, в этот момент. Столь качественно просрать последний шанс на нормальную жизнь — это ведь еще постараться надо. Рия кричала внутри так громко, что ушные перепонки давно лопнули бы от этого звука, а легкие разорвались, как воздушные шары от переизбытка кислорода. Ненависть к себе, еще никогда не была столь сильной. Из здания выбежал Клаус. — Рия, если ты сейчас уйдешь, это может быть ваша последняя встреча. — кричал он. — Значит, так тому и быть. — прошептала девушка, и рванула в рандомно выбранную сторону, лишь бы не оставаться здесь, ни на секунду больше. Слезы разлетались от холодного утреннего ветра, что неприятно бил по коже. Внутри горел каждый орган, заставляя девушку бежать и бежать, чтобы измотать последнюю живую мышцу, а сердце жгло выше 40 градусов по Цельсия — точно. Не чувствуя ног, она продолжала путь еще около часа, без остановки ища пересохшими глазами хоть какое-то пристанище, но увы, все было не тем. И вот, ноги привели куда и следовало, оказавшись возле входа в их лес для тренировок. Темноволосая глубоко вздохнула, стирая пальцами следы подсохших слез, и медленно зашла вглубь. — Ну давай. Давай же. Где ты? Я знаю, ты следишь за мной. Этого ты добивалась?! Этого ты хотела?! Я УБИЛА ЕГО! ТЫ СЛЫШИШЬ?! Я УБИЛА ПЯТОГО! — обычная громкая интонация переходила в истерический крик. — Я СОГЛАСНА УЙТИ С ТОБОЙ! ГДЕ ТЫ?! Я СДЕЛАЮ ВСЕ ЧТО ХОЧЕШЬ, ТОЛЬКО ИЗБАВЬ МЕНЯ ОТ ЭТОГО! Я СОГЛАСНА! СОГЛАСНА. — девушка упала на колени и схватившись за голову кричала во всю глотку, надеясь на то, что кислород в легких выйдет и заберет с собой всю боль. Душераздирающий вопль разогнал всех птиц в радиусе нескольких километров, волосы подлетали в воздух, напоминая языки пламени, а каждая вена засветилась ярко синим, выдавая энергию всего хрупкого тела. — ЗА ЧТО?! ПОЧЕМУ Я?! ПОЧЕМУ ЕГО?! ЗА ЧТО?! ЗА ЧТО?! ЗА ЧТО?! — Не так громко, дорогая. — из воздуха появилась она, равнодушная не только в чужим, но и к своим истерикам. Рия подняла глаза и в момент, подавив крик и слезы, встала с колен. Она снова сделала это, как делала в детстве, вереща и топая ножками так громко и сильно, как заблагоразумится, но заприметив за углом подглядывающий глаз, или чужую тень, что вот-вот окажется рядом — замолкала, словно перекрывая доступ кислорода в мозг, она на несколько секунду отключала себя, научившись этому трюку еще в школе. От сильного крика давление во всем ее хрупком теле, выдавало синеву энергии, поэтому, резко задержав дыхание и напрягая что-то глубоко внутри, а затем вновь запустив процесс жизни, весь ее организм терялся, заставляя голову кружиться, делая конечности ватными, но давая хитрюге время. Это как быстро бежать и резко затормозить. Тело поддастся данному трюку, но мозгу нужны ещё пара минут, чтобы стряхнуть резкий стресс. — Здравствуй. — проговорила Рия, ухмыляясь и попутно поправляя волосы. — Здравствуй, вижу, ты обдумала мое предложение. — куратор, словно и не видела всего происходящего сейчас, мило улыбаясь и поправляя свою одежду. — Да, я согласна. — голос Ри был с хрипотцой, выдавая тот факт, что пару минут назад та вопила во всю глотку. — Согласна на что? — уточнение было действительно важной частью. — Работать на тебя, стать киллером, агентом, перекладывать бумажки — неважно. Просто дай мне возможность уйти отсюда. — Что ж, тогда идем. — она протянула руку, расплываясь в довольной улыбке и ощущая вкус победы на губах. Подняв одну бровь Ри удивленно окинула ее взглядом. — Уверена? — Милая, я не так слаба, как Пятый. Сердце пропустило удар, в него словно ткнули тупым ножом, плоть он не пробил, но оставил огромную ссадину. Медленно проглотив накатывающиеся слезы, она открыла рот. — По рукам. — протянув ей кисть, они тут же перенеслись в большой и светлый кабинет. — Можешь немного осмотреться, время свободное от миссий, ты будешь находиться здесь. — куратор сразу отошла немного в сторону, ища глазами что-то на заваленном столе. Но девчачьих сил не хватало ни на что, не поднимались даже глаза, все забрала гребаная истерика. Она успела заметить лишь огромное пространство и изобилие ярких цветов, в купе с до тошноты вульгарными декоративными мелочами. Вся комната кричала «через чур», но кажется, это только забавляло куратора. — Да, спасибо. Расскажи принцип моей работы, что именно я должна делать? — Рия упала на сзади стоящий мягкий стул, что больше напоминал мини версию опошленного трона. — Сразу к работе? А ты мне нравишься. Смотри, я даю тебе координаты, говорю, что требуется, а каким образом ты исполнишь задание — мне нет дела. — она провела ногтями по огромному рабочему столу и села за него, хватаясь за бумаги. — Ясно? — слово разлетелось эхом по пустой голове, ударяясь об стены, а затем о слабое тело. — Ясно, но как это поможет мне? — Чем чаще ты используешь силу, тем опытней в ее применение ты становишься, разве нет? А тренироваться на листиках и деревьях не то, что тебе нужно. Не думаешь? — она измывалась, чувствуя горечь противника. Каждое ее слово наполнялось серной кислотой, а затем брызгалась в лицо оппоненту, заставляя его корчиться от боли каждой буквы. — Не думаю, когда первое задание? — но сжечь все до тла, Ри смогла сама, отвечая сухо и абсолютно невозмутимо. — Уухх, надо же. Для начала ты должна пройти небольшое обучение, идем за мной. — она наконец встала с места, прихватив с собой какие-то листы, и выходя из кабинета махнула девушке рукой, чтоб та последовала вперед. Они двигались по длинному коридору, с огромнейшими потоками, вокруг, словно муравьи, бегали людишки, все в официальных костюмах, аккуратно убранные волосы и идеально строгие лица. Рия смотрела на каждого, и вспоминала первую встречу с Пятым, как в момент, смогла разнести толпу, точно таких же работников, не прилагая особых усилий. И как плакала на пороге Амбреллы, только переступив дверной проем, и как… Куратор остановилась, прервав водопад ее тоскливых воспоминаний. — Вот, этот кабинет. Ри медленно прошла в маленькую комнатку, что была похожа на типичный школьный класс, с одиночными деревянными партами, небольшой зеленой доской по середине и проектором. Рядом стоящий мужчина, в деловом костюмчике и очках, указал куда девчонка может сесть. — Мы киллеры или школьники? Она покорно опустила голову вниз, и прошла за один из столов. Куратор, в пороге помахала ей ручкой, довольно улыбаясь, словно мать привела ребенка в первый школьный день, и тут же скрылась. — Добрый день, я, мистер Гарсия. Перед началом вашей карьеры, мы должны посмотреть фильм, чтобы вы имели представление о том, чем мы все занимаемся. — Ох, Люси-Люси. Что же мы наделали? — задавала она вопрос подруге, которая уже давно не желала отвечать ей даже в собственной голове. Это и стало началом мучительного трехнедельного обучения. Теоретическое занятие рано утром, затем тренировка, больше похожая на охоту, завтрак, теория, обед, небольшой перерыв и вечерняя тренировка. Их проверяли на все — начиная от внимательности и выносливости, заканчивая аппетитом и идеальностью почерка. Но постоянные тренировки она особо и не замечала, Пятый воспитал в своей ученице характер, силу духа и испытания с ним, временами казались куда хуже, чем этот детсад. — Все-таки закалил. Говнюк Да и мысли ее были вечно не здесь, они были с Пятым. Как он? Проснулся ли? И если да, то что он чувствует? Думает ли о той, кто снова чуть не угробила его? Боль, выкопала себе ямку в маленьком сердце, поселилась там и не давала покоя, постоянно тыкая в один и тот же синяк. На свое первое задание Рия попала через пять дней, после своего нахождения — то была проверка ее сил и реакции. Одну, конечно, темноволосую никто не пустил, но и напарник нашёлся не самый лучший. Им стал низкорослый пузатик по имени Шон, что глупо шутил и неуклюже пытался показать свое превосходство над девушкой, то и дело вставляя меж строк длинные словечки или рандомные факты. Да и сам он, не особо был рад, увидев в лице своего помощника хилую девчонку, что казалось, и на ногах то еле стоит. — Слишком хорош для нее. — так считал пухляш, но он и представить не мог, на что та способна. На одном из химических заводов произошел взрыв, что уничтожил огромную лабораторию по созданию очередного дорогущего лекарства, являвшегося, по сути, лишь горьким плацебо. Это действие понесло за собой тьму ненужных событий, которые не должны были произойти, поэтому киллерам пришлось разобраться с этим. — И что же здесь не так? — оглядываясь в полупустом огромном помещении, хмурилась брюнетка. — Пфф, а ты разве не видишь? — закатив глаза и вскинув руками, проговорил Шон. — Ох уж эти новенькие, за мной! Я все решу, постоишь в сторонке. — самодовольно направляясь куда-то вглубь, пробубнил он. — Шон, мне кажется, мы здесь не одни. — прошептала Ри. В тот день у Шона появилась первая залысина — надо было быть аккуратней, и все же доверять своему напарнику. Компания, что устроила взрыв, напала на тех двоих совсем неожиданно, силы были не равны, но Ри испепеляла каждого, кто попадался под руку, оставив при этом Шона в живых. — Кто притащил мне новую игрушку? Ты пухляш? Ладно, тогда можешь жить. Я кажется уже видел подобные костюмчики, у вас что, одни дети работают? Сначала мальчишка, что был меньше моей ноги, теперь эта. — огромные мерзкие пальцы потянулись к ее хрупкому телу, а мускулистый потный мужик, что являлся продолжением пальц, лишь облизывая губы — ржал. — Да я лучше сдохну. — звонкий выстрел вслед за тонким голоском. Она прострелила мускулистому бедро, тряся в руках пистолет. Сердечко вырывалось из груди в истерике, понимая, что Шон ее явно не спасет, да и кажется, он сам скоро умрет. Только коснись её, и эта груда мяса тут же исчезнет, не оставляя даже праха, как он этого и заслуживает, но слова буйвола напротив, по описанию напомнили ей кого-то. Здесь был Пятый? Хлесткий удар пощечины привел ее в себя, когда женское тело отлетело на несколько метров в сторону и ударилось о бетонную стену, отколов пару кусочков. Отталкиваясь от опоры и стирая с шеи кровь, что тут же заструилась из огромной раны в голове, девушка ухмыльнулась, пошатывая поднимаясь на ноги. — А ты живучая, мразь. — просмеялся мускулистик подходя ближе. — Ничего, так даже интересней. — взя небольшой разбег, он мужик несся на свою соперницу так грозно, словно перед лицом стояла целая толпа. Огромный кулак полетел прямо к лицу, но она успела перехватить его, когда волосы тут же подлетели, разгораясь синим. Обвив обеими ладошками пальцы, она ухмыльнулась, а мужик замер, обреченно глядя в глаза хрупкой убийце, а затем падая на колени, но не успев приземлиться до конца, разлетелся в воздухе, как остатки жженого мусора. Подняв голову на остальных, брюнетка улыбалась, пощечина переключила что-то в голове, и теперь это была не Ри. Она в секунду поняла, что устала бороться с собой на протяжении всей жизни, устала держать в себе эмоции, постоянно молчать, и робко просить не трогать ее, волнуясь не о своем комфорте, а об очередной смерти. Ее сила — это и есть она, и Рия могла либо принять это, либо убить себя и не мучиться. Но наконец, все встало на свои места, как становилось ещё в доме Академии Амбрелла, хотя Пятый упорно будоражил что-то внутри, не давая девушке стать равнодушной, но где он сейчас? Остальные террористы пытались убежать, выстрелить, ударить первым и даже умоляли, понимая, что назад пути не будет, но Ри уничтожала всех, не поведя и глазом — лишь с еле заметным оскалом. В итоге: разбитая губа, пару ссадин и выжженные волосы напарника, но она все же справилась, предотвратив чертов взрыв. То, как темноволосая действовала, четко и точно, хватаясь за чужую огромную руку, что замахивалась на маленького противника, в попытке не оставить от него и мокрого места, быстрые увиливания и абсолютное спокойствие. Все это понравилось куратору, что разглядывала их со стороны и довольно улыбалась, понимая, какую ценную игрушку заграбастала в цепкие лапы. Конечно, внутри Рия верещала как забитый в клетке хомячок, боясь пропустить удар и остаться в мертвых, но выбор стоял между тем: потратить ли энергию на переживания и слезы, или потратить ее на борьбу с угрозой. Так что, показав себя, как неплохого работника, задания стали появляться чаще, оставив Шона в стороне. Способность Ри была совершена в своей мощи, она позволяла не оставлять следов, грязи, отпечатков, человек просто испарялся в секунду, как и не было. Особого счастья это девчонке не приносило, но с каждым заданием принять способности удавалось все больше, хоть и простить себя за все сделанное, она так и не смогла. И вот же счастье, изобилие работы, прекрасно действовало отвлекающим маневром. Задания отправляли Ри в разные места и абсолютно разное временя, но на каждом приходилось убивать, на одном из таких, блондинка приказала украсть маленького ребенка, а родителей убить. Кажется, куратор искала что-то очень важное, шагая прямо по головам и не останавливаясь ни перед чем, но конечно же, делая всю грязную работу чужими руками и загружая темноволосую работой все больше. А в последнее время поток перевалил за 3 миссии в день, что давалось с трудом, но зато вымотанное к вечеру тело, не крутило в голове пластинку из воспоминаний, от которых становилось еще хуже. Время вне работы, Рия всегда торчала в кабинете куратора, испаряла некоторые вещи, хотя старалась этого не делать, наблюдала за другими, деловито шагая по ступенькам сквозь толпу, словно она здесь главная, хотя от части, всем казалось, что это так, и разглядывая блестяшки, от которых уже тошнило. Куратор, на удивление, была вовсе не строга и требовательна, она заботилась о Ри — своими методами. Разрешала ей убивать на задании так, как ей только захочется, позволяла пользоваться чемоданчиками времени, чтобы та пила кофе на завтрак в 50-х, а ужинала уже в 90-х. Блондинка меняла личности как змеиные шкурки, она была омерзительна в своих поступках, но ласкова в своем отношении к ней, не ругала за неудачи или вырывавшиеся временами слезы, советовала найти друзей среди всех работников и проводить выходные дни так, как заблагорассудится. Рия уже начала задумываться временами «А та ли эта стерва, о которой говорил Пятый? Она так добра ко мне». Обойдя всё здание от и до, оно оказалось не таким уж и большим. Несколько сотен кабинетов, пару десятков спортзалов, огромная столовая, с еле живой скрипящей кофемашиной, и лестница с коридором, что объединяли все эти пути. — Когда же я смогу вернуться? Этот вопрос был самым громким в крохотной в голове, и только на него Рия не имела ответа, каждый раз закрывая глаза ладонями и представляя, что это Пятый прячет ее от всех невзгод. Однажды, смиренный ручеек, что вел малышку к скорейшей гибели, среди ночи прервала вредная блондинка. — Новое задание, вставай. — грозно прорычал непослушный цербер, открывая настежь дверь комнаты. — Какое задание? — потирая глаза, Ри сразу вскочила с кровати, заимев рефлексы солдата, что-то в голосе куратора выдавало её тревогу, она ещё не была так груба. — На столе конверт, у тебя 2 часа. — отходя от стола, проговорила женщина, по лисьи улыбаясь и явно ожидая, когда девушка откроет сверток и застынет в немом шоке. Ведьма. — Поняла. — стряхнув сон до конца, Ри все же взяла лист бумаги со стола. — «…убить обоих…девчонку не трогать…» — выдирая некоторые словосочетания вслух, читала Ри. — Боже, я ведь убью родителей маленькой девочки. — опустив конверт, брюнетка подняла глаза вверх и молча уставилась в мерзко-зеленые шторы. — Ну, чего стоим? — ухмыльнувшись проговорила за спиной блондиночка. — Что они тебе сделали? Зачем я должна убить родителей маленького ребенка? — Ри повернулась к ней лицом, выражая полнейшее недоумение. — Мы теперь задаем вопросы? — куратор удивленно приподняла брови, не упуская злобного оскала. — Знаешь, я заметила небольшую схожесть твоих указов. — ее верная слуга свернула письмо обратно, немного помяв его в руках. — Надо же, хотелось бы узнать, но вслед за ответом полетит и твое увольнение. Так что, милая, не суй свой нос, куда не просят, собирай манатки и отправляйся на задание. — отчеканила хозяйка так, как не говорила никогда прежде, словно готовила эту речь заранее, и стряхнув пару пылинок с юбки, пошагала в сторону выхода. Её речь ощущалась такой сухой и уставшей, словно всё это время, Рия готовилась именно к этому дню. Ри открыла рот, чтобы в очередной раз огрызнуться, но ведь и правда, какое бедняге дело до ее выходок? Уговор есть уговор, Ри — молча работает, куратор — дает возможность учиться и жить. Комок внутри немного покрутился, едва дошёл до середины горла и спустился обратно в желудок, даря привычную тяжесть внизу живота. Хозяйка сказала молчать, и девушка, буквально, как послушный солдат замялась в своих мыслях не желая получать выговор. — Уже иду. Сняв со стула строгий костюм, рабочая форма как никак, она натянула на тело белую выглаженную рубашку и черные широкие в щиколотках брюки. Перекинув через согнувшуюся руку пиджак, Ри подошла к зеркалу, чтобы завязать длинный галстук, он казался гораздо толще ее шеи. От всего стресса и постоянных тренировок Рия скинула еще больше, и теперь, миловидная худощавость превратилась в торчащие кости при каждом движении, в пугающие бугры нечеловеческого хвоста, что рос от самого спинного мозга, а на деле, был лишь ярко выраженным позвоночником, и впалые ямы, что когда-то были глазками. Но из-за того, что ходячий труп каждый день обедал и ужинал чужой энергией тела, цвет ее кожи стал здоровее, волосы блестели даже в тени и прекрасно поддавались любой укладке, если бы Ри их делала, конечно, а глаза, хоть и потеряли свою жизнь, но сохраняли блеск способности. Завязав волосы в тугой привычный хвост, брюнетка вышла за дверь. Куратор поселила ее в комнате какого-то старого отеля, с мерзкими желтыми стенами и зелеными занавесками, место было так себе, но ее как-то совершенно это не волновало. В руках большой черный чемоданчик, для телепортации, маска надменности — все как положено. Тот день, когда она впервые встретила человека в таком же костюмчике, запомниться ей как начало жизни, и ее же конец. И как бы сильно она не терла веки пальцами, стараясь смыть с них отпечаток этой черно — белой формы, все привело к тому, что эта форма теперь на ее собственном теле — вот же ирония. — Ахах, видели бы меня сейчас родители, они бы так гордились тем, какая я серьезная. — выдохнула девушка, а пар изо рта лишь подхватил ее слова, разнося по коридорам дряхлого отеля. — Боже, еще и дождь. Оказавшись на улице, брюнетка подняла лицо к небу и закрыла глаза, мелкие холодные капли разбивались о кожу — это бодрило и успокаивало одновременно. Выдыхая теплый воздух, изо рта снова выходил пар, такая погода ей даже нравилась, шум дождя заглушал мысли, а запах мокрого асфальта перебивал вкус отчаяния и горечи во рту, что теперь стали вечными спутниками. Наслаждаясь прекрасным, она вдруг почувствовала приток чего-то теплого, что коснулось сердца, а теперь расплывается по всей грудной клетке. Резко опустив голову вниз, она смахнула воду с кожи, проведя по ней рукой. — Фу…- молчание, а за ним усмешка. — И давно я стала такой озлобленной к миру, кажется, ах, уже месяц как. Ладно, пора идти. Введя координаты на чемоданчике, она телепортировалась к небольшому домику, выглядел он потрепанно и ничем особо не выделялся. Грязный район с сухими полупустыми улицами, по которым летал мусор из квартала в квартал, будто общаясь секретным мусорным шифром. — Что же все-таки надо этой злыдне от них? — почему-то эта миссия совсем не давала ей покоя, хотя их прошло более чем достаточно, да и подобное задание уже отмечено галочкой в ее списке. Вопросы в голове всплывали все чаще, но затуманенный болью рассудок, не давал возможности построить единую цепочку. Подойдя к двери, навстречу вылетел старый седой мужчина, с усами и в странной шляпке. Толкая хрупкую брюнетку в плечо, он и не собирался извиняться, но словив ее взгляд — замер, возле самой подъездной двери. — Аккуратней. — пригрозила Ри, поправляя одежду. — А ты еще кто? — лысик явно хотел накричать на нее, что попалась под ноги, но вместо этого лишь обвел глазами ее костюм. — Что? — следя за его действиями спросила брюнетка. — Нн…неважно, нет времени. — попятившись назад, он испарился в воздухе. — Странный. Ри зашла внутрь подъезда, старые стены, полуразбитые ступени, запах чего-то отсыревшего и не очень приятного. Небольшая деревянная дверь — все, что отделяло киллера от новых жертв, но вспоминая о маленькой девочке решиться было сложно. За месяц пребывания здесь, брюнетка успела убить многих, старых, молодых, кто-то спал и умер даже не зная об этом, кто-то кричал о помощи или молил о пощаде. Рия оставалась непоколебима в своем деле, после Пятого, что-то сломалось внутри и чужая жизнь перестала иметь значения. Да и любая — любая жизнь. Но сейчас, ноги словно залило цементом, воздуха стало так мало и слегка подташнивало. — А ну соберись! — прокричала она, не открывая рта, и по маленькому лицу тут же прилетел хлесткий удар от собственной руки. И еще, затем, с другой стороны. Щеки уже покрылись румянцем и немного загорели, обжигая нервные окончания неприятной болью. — Я сказала соберись, не делай вид, что тебе страшно! А по ту сторону творился не менее жуткий кошмар.