Позволь моему миру вновь обрести цвета

      Напряжение, повисшее в воздухе между девушками, можно было резать ножом — настолько сильно оно ощущалось, давя собой на каждую из них. Адора успела уже тысячу раз пожалеть о своих словах, проклиная себя за сказанное. — Я…Э… — Паника и чистый страх загорелись в заметавшихся голубых глазах, сдавливая грудь. — Это… Я не это имела в виду… — Тут же начала отнекиваться Адора, резко отпуская ладонь Катры, будто та обожгла её, и начала нервно размахивать руками. — То есть, нет, я люблю тебя, н-но, но только как подругу! — Прерывисто воскликнула она, чувствуя, как сердце стучит в ушах. Святые звëзды, я что, правда сказала это?! — М-мне жаль, я не знаю, что на меня нашло, я… — Хэй, Адора? — Тихо позвала Катра, кладя руки подруге на плечи и глядя в голубые глаза с нежной улыбкой, когда поняла, что её подруга начала уходить куда-то не туда. — Дыши, хорошо? — Нервно сглотнув, блондинка кивнула, всё ещё выглядя очень неуверенно, но послушно выполняя просьбу. — Умничка. — Улыбнулась Катра, на мгновение чуть усиливая хватку на плечах. — Не нужно оправдываться, я всё понимаю. В конце концов, любовь бывает не только романтическая. — Сказала она, словно невзначай, пожав плечами. Адора согласно кивнула, потихоньку начиная расслабляться. — И если тебе от этого станет легче, то я тоже тебя люблю. — Фыркнула Катра, отпуская подругу и вновь пряча руки в карманы, совсем не для того, чтобы скрыть дрожь. — И мне очень приятно, что ты так думаешь обо мне. — Пробормотала она чуть тише, отводя смущëнный взгляд в сторону.       Адора ничего не ответила, ей было неуютно. Очень неуютно. Слова Катры помогли блондинке немного прийти в себя, но ей всё равно было неловко смотреть на девушку перед собой, которая, в свою очередь, сама смотрела куда-то в сторону, ковыряя носком пол. Затянувшаяся тишина начинала давить на уши, но у Адоры, как на зло, не получалось найти подходящих слов, чтобы наконец развеять её, к тому же, Катра, всё ещё ожидая хоть какого-то ответа, только нагнетала обстановку. — Д-да, я… Я бы ни за что не подумала о тебе плохо, я… — Неловко начала Адора, на что Катра тут же с интересом взглянула на неё, внимательно слушая. Находясь под таким взглядом, Адора почувствовала, как её сердце забилось сильнее, а те немногие слова, которые собирались слететь с её губ, тут же безнадёжно пропали. — Я…Я, пожалуй, п-пойду, мне… — Блондинка в панике отвела взгляд в сторону, пытаясь как можно скорее придумать причину для ухода. — Мне надо успеть на автобус! — Воскликнула она слишком громко и слишком радостно для данного разговора. — До встречи! — Запаниковав, девушка не придумала ничего лучше, чем просто быстро попрощаться и побежать на автобус, на который она действительно могла опоздать, за что точно получит от матери. Чуть ли не падая на повороте, Адора чувствовала, как Катра впилась взглядом в её спину, тихо шепча всего два слова, еле дошедших до ушей блондинки. — До встречи…       По пути к дверям, Адора не могла понять, действительно ли Катра сказала это, или же это просто фантазия её умирающего от стыда мозга? Выйдя из школы, девушка вздохнула полной грудью прохладный воздух и попыталась привести мысли в порядок, хоть и выходило это с трудом.

Не надо было так убегать, это было некрасиво…

      Тут же начала корить она себя. Сейчас, после того импульсивного побега, девушке было стыдно, причём очень сильно. Катра всё это время поддерживала её, защищала её, всегда была на её стороне, а что Адора? Просто сбежала при первой возможности, не желая решать проблему словами, предпочитая спрятаться. Я такой идиот…       Ещё и мысли о том, что Катра оказалась…лесбиянкой никак не покидали бедную блондинистую голову. Как такое вообще может быть? Катра же такая классная, она совершенно отличается от того описания, которое ей давала мама. Так почему же Адора не может избавиться от этого противного чувства в груди? Почему её сердце буквально разрывается от противоречий?       Да и ко всему остальному, она наговорила Катре в лицо столько всего… Могут ли они теперь считаться друзьями? А что, если Катра заразит её? И в самом деле… После того, как они снова начали дружить, блондинка чувствовала себя странно — как никогда раньше, даже ненормально, как-то неправильно…

Но… так ведь и правда неправильно… Девочки должны быть с мальчиками, не наоборот…

      Её мать всегда твердила ей, что однополые отношения — зло. Что все, кто любит свой пол, отравляют своим существованием обычных людей, нормальных людей, что они ошибка и что Адора ни за что не должна стать как они. И Адора верила ей, и она не собиралась стать как они, потому что мама так сказала, а мама всегда права.

Права ведь?..

      Адора остановилась на месте. Её мысли и чувства не давали ей покоя. Всю жизнь она считала себя нормальной, такой, какой её хотела видеть мать, она была уверенна в своей нормальности, но всего одна девушка и пара мгновений рядом с ней заставили её уверенность дать трещину.

Почему я сказала именно «люблю»? Существует так много слов, почему именно «люблю»?!

      Это было слишком неловко, блондинка словно не контролировала тот момент, злощастное слово будто само по себе вышло из её рта и это было… так правильно. Как бы абсурдно это сейчас не звучало, и даже несмотря на всю тираду ранее, Адора не могла отрицать, что тогда говорила от чистого сердца, она чувствовала это: каждое слово означало именно то, что она имела в виду. Но тогда почему она стала оправдываться?

Как же всё сложно…

      Жалобно простонав, Адора сунула руки в карманы куртки и ускоренным шагом направилась к остановке. Автобус не будет ждать.

***

      Это было… неприятно. Лёжа у себя в комнате на кровати и вспоминая тот разговор в коридоре, Катре было, честно говоря, неприятно. То, как Адора переменилась в лице после того, как узнала о её ориентация и как потом убежала после «признания в любви», вызывало у девушки грусть и, откровенно говоря, разочарование. Девушка понимала причину такого поведения блондинки и не обижалась на неё, потому что прекрасно знала, что в такой семье трудно вырасти более-менее адекватным (с чем Адора по большей части справилась). Как она могла злиться на такое светлое и невинное создание? Адора не виновата в том, что в родители ей достался такой ужасный человек.

Аргх, что же за мать у неё такая?!

      Кулаки Катры непроизвольно сжались при мысли о матери Адоры. Девушка ни разу не встречала эту женщину лично, но та вызывала у неё жгучую неприязнь, граничащую с ненавистью. В тот же момент ей было невероятно жаль подругу, которой приходиться каждый день находиться рядом с матерью, которая больше смахивает на диктатора, чем на любящего родителя. — Привет, ты кушала? — Приоткрывшая в её комнату дверь женщина будто вырвала девушку из невесёлых раздумий. — Просто в холодильнике ещё осталась твоя порция. — Привет, мам, прости, я не слышала, как ты пришла. Так бы помогла с продуктами. — Сев на кровати, Катра посмотрела на маму с нежной улыбкой, чувствуя, как пелена негатива от недавних мыслей потихоньку начинает рассеиваться. — Всё в порядке, твой папа помог. — Ответила Кира, открывая дверь шире и проходя в глубь комнаты. Она оглянулась по сторонам, обречённо вздыхая на беспорядок вокруг. — Он сегодня рано. — Немного задумчиво пробормотала Катра, с интересом глядя на маму. Её отец был хирургом, а мама — шефом полиции. Да, на первый взгляд, звучит круто, но мало кто знает, что это несёт за собой постоянное пропадание на работе. Но что поделать? Катра благодарна им за всё, что они для неё делают, и она искренне ценит их труд, поэтому всегда старается им помогать хотя бы с домашними делами.       Кира Д’риулт, как уже было сказано ранее, шеф полиции, так что характер у неё был соответствующим. Нет, что вы, она была очень доброй, да ещё и потрясающей матерью, просто иногда, слишком заработавшись, она могла включить свой режим босса в не самые удачные моменты, что вполне спокойно могло выливаться в ссоры. Но даже несмотря на это, их семья всё ещё оставалась любящей.       Катрен — доброй души человек. Да, иногда он бывает слишком наивным, но всё ещё имеет трезвую голову на плечах. Он забавный человек, и всегда пытался поднять Катре настроение, когда видел, что её что-то гложит. Жаль, что в последнее время они видятся не так часто, как хотелось бы. — Всё в порядке? — Спросила Кира с интересом, сжимая ладони в кулаки, дабы не сорваться и не поднять с пола футболки, мимо которых она прошла, чтобы сесть на край кровати. Как бы она ни старалась, у неё никак не получалось отучить свою дочь от неряшливости. Но в последнее время она просто смирилась. — Всё в порядке, не переживай, просто завал в школе. — Катра слегка улыбнулась, пожимая плечами в попытке заверить маму в том, что всё вправду в порядке. — Я попозже спущусь и возьму что-нибудь перекусить. — Ну, как скажешь. — Сказала Кира, и они обе знали, что ложь Катры была раскрыта. Она встала на ноги, поднимая руки и потягиваясь. — Я сделаю твою любимую лазанью. — С улыбкой сказала женщина, ещё разок внимательно осматривая дочь, решая не допытывать её расспросами. Если она захочет поговорить, то придёт сама. — Люблю тебя. И помни, что мы с папой всегда будем рады выслушать тебя и дать совет. — Спасибо, мам, я тоже тебя люблю. — Брюнетка ответила ей ответной улыбкой, после чего та с любовью взглянула на неё и вышла из комнаты, закрыв за собой дверь. Катра ещё пару секунд смотрела ей вслед, после чего её лицо приняло хмурое выражение, вспоминая то, о чём она думала ранее.

Адора не заслуживает такого отношения к себе… Она заслуживает лучшего.

      Катра хотела, чтобы Адора была счастлива. Её чуть ли не до костей пробирало то, что прямо сейчас блондинка находится в одном доме с человеком, который за любую провинность избивает её, а Катра не может с этим ничего сделать.

Ничего, я могу поддерживать её. Я помогу её миру вновь обрести цвета.

      Улыбнувшись своим мыслям, Катра поднялась с кровати и направилась на выход из комнаты, чтобы спуститься вниз и провести время с семьёй.

Да, я буду рядом с ней, чтобы не случилось.

***

      Бросаться громкими словам девушка не хотела, но кроме как нарочным избеганием она не могла объяснить поведение Адоры. С первой же встречи, когда девушки столкнулись около входа в школу и Катра попыталась завязать разговор, Адора промямлила что-то про подготовку к урокам и быстро скрылась за дверями здания, оставив Катру с недоумением смотреть ей в след.       Тогда она ещё не придала особого значения такому поведению, мало ли к чему её подруге нужно было подготовится, может она домашнюю работу не сделала? Такими мыслями Катра успокаивала себя всё оставшееся время до звонка и весь урок, но первые подозрения возникли уже во время перемены, когда она помахала стоящей в другом конце коридора Адоре, надеясь провести оставшееся время до следующего урока вместе, а та лишь неловко покачала рукой в ответ и быстро скрылась за углом.       В тот момент сердце девушки кольнуло чувство обиды. Катра не понимала причину такого поведения подруги, она же не сделала ничего плохого по отношению к ней, так почему она уже второй раз убегает от неё?       Брюнетка провела всю оставшуюся перемену в удручающих мыслях, стараясь найти Адору и попытаться поговорить с ней, но та, как только замечала надвигающуюся к ней девушку, делала вид, что не видит её и чуть ли не убегала в другую сторону. Всё это чуть ли не кричало о том, что Адора избегает её, но Катра до конца хотела верить в то, что это всё просто наиглупейшие совпадения.       Верила она до тех пор, пока в один прекрасный момент она всё же не смогла подловить Адору и та отскочила от неё как от огня, когда Катра попыталась взять девушку за руку. Эта реакция вызвала у девушки натуральный ступор, чем и воспользовалась блондинка, быстро покинув место происшествия.       После этого Катра приняла тот факт, что Адора всеми силами избегает её общество, что не могло не причинять боль девушке. Когда Адору отдёрнула от неё руку, у Катры будто что-то оборвалось, причиняя неприятные ощущения в груди. Во второй раз смотря в след уходящей подруге, Катра пыталась справится со своими тупыми чувствами. Так прошла половина уроков и на одной из перемен Катра всё же смогла выцепить Адору. — Адора, что не так? — Недовольный голос Катры прозвучал настолько неожиданно, что блондинка чуть не выронила учебники, которые складывала в шкафчик.       Прижав к груди оставшиеся книги, девушка повернулась к брюнетке, которая стояла в метре от неё и смотрела на неё хмурым взглядом, от которого Адора непроизвольно попятилась назад, из-за чего она чуть не врезалась в шкафчик. — В-всё хорошо, правда! — Запнувшись в начале, Адора постаралась сделать свой голос как можно более непринуждённым, но он получился скорее взволнованным. — Ага, тогда я балерина. — Саркастично сказала Катра, закатив глаза. — Я же вижу, что что-то не так — Брюнетка скрестила руки на груди и выжидающе посмотрела на девушку перед собой, которая замерла на месте и смотрела себе под ноги, держась при этом за книги так, будто от этого зависит её жизнь. — Адора, пожалуйста, поговори со мной. — Увидев реакцию блондинки на её сердитый тон, Катра сделала свой голос мягче, унимая своё недовольство. — Это из-за слов тех придурков? — Нежно спросила она, подходя ближе к Адоре и стараясь заглянуть той в лицо, которое та старательно отворачивала от неё. — Ты боишься меня? Боишься заразиться лесбиянством? — Вместе с этим вопросом Катра попытался взять блондинку за плечо, но та, как только почувствовала прикосновение, тут же одёрнула его, что вызвало у Катры неподдельную боль. Не на такую встречу с Адорой она рассчитывала сегодня. — Н-нет! Нет, Катра, это не так! — Воскликнула девушка, уходя чуть в сторону, чувствуя себя некомфортно, будучи зажатой между шкафчиком и Катрой. — Тогда в чëм дело? — С возмущением спросила девушка, хмуря брови. — После того разговора ты сама не своя. — Брюнетка в недоумение развела руками, желаю услышать ответ на своей вопрос, понимая при этом, что прекрасно знает ответ, и легче от этого не становилось. Катра даже не знала, что больше причиняет ей боль: то, что её ориентация вызывает неприязнь у Адоры или то, что она не честна с ней. — Моя ориентация не должна влиять на нашу дружбу. — Услышав это, Адора попыталась сказать что-то в ответ, но у неё получилось только беззвучно открывать рот. Так и не вымолвив ни слова, девушка стыдливо опустила голову, принимая поражение, стараясь спрятать лицо за книгами. — Просто мне становится больно, когда ты так шугаешься от меня из-за любого прикосновения. — грустно проговорила Катра, понурив голову. — Я не хочу, чтобы между нами были какие-то непонятки, а особенно я не хочу, чтобы мы перестали дружить из-за каких-то придурков-гомофобов. — Последнюю часть девушка практически прорычала, ощущая, как гнев кипит внутри неё. — Я…Катра, мне так жаль… — Голосом на грани слëз пробормотала Адора, с силой закрывая глаза, дабы сбросить хотя бы пару слезинок. — Я не хотела сделать тебе больно… — Отчаянно прошептала блондинка, опираясь о стену и скатываясь на пол, тут же обнимая себя за колени и пряча голову в ногах, разбрасывая державшие до этого книги по полу. Взглянув на подлетевшую к её ноге книгу, Катра перевела взгляд на осевшую на пол девушку, в удивление приоткрывая рот, её сердце просто разрывалось от вида того, как страдает её подруга, на это было просто невыносимо смотреть. — Я просто… Так напугана. Мне страшно, что если кто-то скажет моей маме, она точно разозлиться и запретит нам общаться. — Призналась девушка, впиваясь пальцами в кожу. — Я так не хочу терять тебя, Катра. Ты буквально самое лучшее, что было в моей жизни. — От этих слов сердце брюнетки пропустило удар, а гетерохромные глаза защипало от слëз. Она в одно мгновение подошла ближе к Адоре и присела рядом с ней, тут же налетая с крепкими объятиями. Блондинка замерла в шоке, было слышно, как с её губ сорвался прерывистый вздох, перешедший в рваный всхлип. С трудом выбравшись из своего клубочка грусти, Адора обняла Катру за спину, цепляясь за неё, как за спасательный круг.       Её разум начали поглощать мысли, что в последнее время она слишком сильно эмоционирует. Ей просто невдомёк, что это лишь последствия многолетнего сдерживания эмоций и чувств, что у неё наконец-то появился человек, которому не всё равно на неё и её проблемы, что её готовы выслушать и поддержать. — Адора, я не какой-то маньяк — то, что мне нравятся девушки не значит, что я добра к тебе только потому что хочу затащить тебя в постель. — Пробормотала она тихо, продолжая утыкаться в плечо подруги. — Я правда забочусь о тебе, и не хочу, чтобы кто-то делал тебе больно: особенно ты. — Адора шмыгнула носом, на мгновение усиливая свою хватку. — И что бы не случилось, я буду рядом, чтобы разобраться в этом. — Я… — Голос ломался и хрипел, но, сглотнув, блондинка продолжила. Нужные слова было так трудно произнести — эти мысли буквально съедали её изнутри. — Мне страшно, потому что… Потому что рядом с тобой я чувствую себя очень странно, меня терзают сомнения, ненормальные желания и…влечение… — Теперь у Адоры дрожал не только голос: буквально всё её тело пронзила дрожь, из-за чего Катра прижала девушку ещё ближе к себе, словно пытаясь защитить от всего мира. Сами слова заставляли сердце брюнетки пропускать удары, а в горле образовывался ком. Она уже поняла, что имела в виду её подруга, и это не могло её не настораживать. — Катра, я не знаю, что со мной происходит… — Отчаянно прошептала Адора, ещё сильнее утыкаясь в сильное плечо. — Я чувствую себя неправильно, не так, как нужно. Я просто заметила, что это началось именно с того момента, как мы снова встретились, и мне показалось хорошей идеей начать избегать тебя, дабы «вылечиться». — Призналась блондинка, стыдливо закрывая глаза. Сейчас она чувствовал себя ещё хуже, ведь прекрасно понимала, что снова напортачила, снова сделала Катре больно. — Но теперь я понимаю, что ошибалась: я не должна была тогда убегать. Мы должны были обсудить это и найти решение, а я вновь струсила. — Она говорила, глотая слёзы, чуть ли не задыхаясь от эмоций. — Мама была права: я никчёмная, глупая, я только и умею, что есть и спать — я ничего не стою... — И вот теперь у Катры сдали нервы. Эти слова ранили её до глубины души, дыхание буквально спёрло, а глаза защипало от надвигающихся слёз.       Она тут же отстранилась от подруги, хватая её за плечи и заглядывая в голубые заплаканные глаза. — Не говори так. — Чуть ли не прорычала брюнетка, чувствуя, как чистая ярость бурлит в её венах: она была так зла на эту проклятую женщину. — Адора, прошу, не надо. — Умоляла она, приобнимая девушку за щёку и вытирая горячие слёзы. — Всё, что сказала тебе эта сумасшедшая — полнейший бред. Она манипулировала тобой, заставляла тебя чувствовать себя никчёмной, ненужной, бесполезной. — Голубые глаза распахнулись в явном шоке, а сама Адора затаила дыхание, словно не веря услышанному. — Адора, она ошибается. — Отчаянно прошептала брюнетка, обхватывая ладонью и вторую щёку подруги. — Она так сильно ошибается, потому что ты буквально самый сильный человек, которого я только знаю. — Заявила Катра, серьёзно хмуря брови. — А моя мама работает в полиции, так что мне есть, с чем сравнивать, поверь. — Чуть тише добавила девушка, вызывая у подруги слабую улыбку. — Адора, ты умная, трудолюбивая, находчивая, забавная и невероятно сильная духом девушка. — Эти слова словно выбили весь воздух из лёгких блондинки. — И я просто не могу позволить тебе так о себе думать. — Новые слёзы потекли рекой из голубых глаз, но на этот раз это были не слёзы боли — совсем наоборот. — Ты даже не представляешь, насколько ты невероятна. Я буквально не могу выкинуть из головы мысли о тебе, о том, что происходит у тебя дома, и как ты справляешься со всем этим. — Вновь заглянув в эти родные глаза, Катра обречённо вздохнула, опуская щёки подруги и сутулясь на своём месте, опуская взгляд в пол. — Я понимаю, что это сложно, когда весь твой мир рушиться у тебя на глазах, но прошу, просто поверь мне, — Вновь начала умолять она, беря обеими ладонями блондинку за руку и поднимая голову. — Этот мир намного больше и ярче того, в который тебя загнала твоя мать. Адора, позволь мне помочь твоему миру вновь обрести цвета.       Блондинка сидела с приоткрытым ртом, глядя на подругу сквозь пелену слёз. Каждый раз Катра заставляет её поверить в то, что, возможно, мир не так плох, как она могла подумать, что действительно есть люди, которые готовы тебя поддержать.       И Катра — прямое тому доказательство. Даже просто находясь рядом с ней, Адора наконец чувствовала себя живой, чувствовала, что, возможно, она не так уж и никчёмна, как ей говорила мать. Так может Катра права? Пришло время вырваться из этой клетки правил и ожиданий, угнетения и боли, нужно двигаться дальше, и когда, если не сейчас?       Вместо какого-либо ответа, Адора вырвала свою руку из хватки подруги, слыша, как у той срывается с губ прерывистый вздох боли, но быстро сменяется на удивление, когда блондинка налетела на Катру, крепко обнимая за талию, чуть ли не опрокидывая их на пол. Сумев удержаться в сидячем положении, брюнетка удивлённо выдохнула, обнимая подругу и прижимая как можно ближе.       Им было плевать на то, что кто-то из учеников стоял и глазел на них, кто-то открыто смеялся над очередной драмой, а кто-то просто шёл мимо. Единственное, что сейчас волновало Катру, это бешеный темп её сердца, который буквально сливался со стуком сердце Адоры, окутывая девушек единым ритмом. — Катра? — Тихо позвала Адора, не двигаясь со своего места на плече подруги. — Кажется я люблю тебя. По-настоящему. — Немного дрожащим голосом призналась она, сжимая пальцы на фирменной кожанке брюнетки. — Да, я знаю, Адора. — С едва уловимой ноткой боли, тяжело вздохнув, пробормотала Катра, прижимая блондинку ближе. — Я тоже тебя люблю. И я помогу тебе с этим справиться, обещаю.