Темно-розовая линия

Темно-розовый шрам был длинным и тонким, тянулся от левой скулы, через щеку до уголка рта. Глядя на него, Майкрофт каждый раз вспоминал слова врача: «Вам еще повезло, что не задеты мышцы и нервы». «Повезло? — Он провел пальцами по щеке, осязая едва выпуклую линию. — Какое, к черту, везение! Уродство, вот что это такое!» Ему гарантировали, что шрам можно будет удалить при помощи лазера: «Не останется и малейшего следа», но только через два, а то и три месяца. А до этого Майкрофту придется либо маскировать этот кошмар косметикой, либо смириться с его наличием. Изучив информацию, Майкрофт дал поручение Антее купить все необходимое для макияжа. Конечно, ему абсолютно не по душе был подобный вариант, но появляться в обществе с таким ужасом на лице Майкрофт не собирался. Ничего, что с утра придется тратить больше часа на эту процедуру, главное, что шрам исчезал, хоть и на время. Верный себе, Майкрофт возвел процесс нанесения макияжа в ритуал, после многочисленных тренировок. Проснулся в половине седьмого, посетил ванную, побрился, затем устроился перед зеркалом, по периметру которого сияли яркие лампочки, обеспечивая идеальное освещение. На столике в строгом порядке располагались флаконы, палетки, тюбики. Майкрофт с ненавистью глянул на мерзкий шрам, перечеркивающий левую щеку. Очистить кожу, увлажнить кремом, нанести праймер, корректор, сверху тоналку, потом закрепляющую пудру. И так каждое утро. Удар нанес человек, который причислял себя к эко-активистам. Он собирался полоснуть ножом по шее министра по делам окружающей среды, но перепутал его с Майкрофтом. Или этому придурку было вообще все равно кто перед ним находится, лишь бы кто-то, похожий на чиновника из правительства. Псих был почти одного роста с Майкрофтом и точно бы достал до горла, если бы у него руки ходуном не ходили. В итоге он в последний момент изменил направление удара, проведя кровавую линию на левой щеке Майкрофта. Сначала боли не было. Майкрофт ощутил, как что-то чиркнуло по лицу, он машинально поднял руку, вжал ладонь в щеку. Потом пришла боль, нестерпимо острая, пронизывающая до костей, она явно не соответствовала тяжести повреждения, но Майкрофт был уверен, что нож пропорол кожу, мышцы и провалился в рот, наткнувшись на крепко сжатые зубы. Кровь потекла между пальцев, капая на пальто, впитываясь в шерстяную ткань, заструилась по кисти, попадая в рукав. Майкрофт боялся опустить руку, ему казалось, что если он так сделает, то лицо развалится пополам. Вся голова разойдется на две части, как если бы ударили ножом по арбузу. Кажется, Майкрофт едва не засмеялся от такого сравнения. Несомненно, это был шок. Позже он едва не стер кожу на руках, пытаясь отмыть кровь, его тошнило от металлического сладковатого запаха, который ему мерещился везде, даже от любимой туалетной воды несло этой мерзостью.

***

Вечером очередной пятницы сотрудники Грега собрались в пабе, чтобы как следует расслабиться после трудовых будней. В ход пошла уже третья пинта пива, когда Донован, проводив взглядом пижонистого мужичка в пальто, сказала: — Кстати, у фрика и старший брат ему под стать. Кто-то, кроме меня, заметил, что он пользуется косметикой? Коллеги ответили нестройным хором, что ни черта подобного не успели увидеть за те пять минут, пока Майкрофт Холмс уводил младшего брата с места тройного убийства. — А я вам говорю, что у него макияж, — у Донован азартно засверкали глаза, будто с ней кто-то спорил. — Причем шикарный, наверное, элитный косметолог поработал. — Вот нет темы интереснее, чем обсуждать брата Шерлока, — не выдержал Грег. — Салли, это как-то ниже плинтуса, тебе не кажется? — Да на кой черт нормальному мужику мазаться, как древней старушке? — Донован прыснула от смеха. — Ну точно! И как я сразу не догадалась! Молодится, хрен престарелый! Может, и белье носит женское? Я не удивлюсь, честное слово! Грег посидел с коллегами еще с полчаса и ушел. Он знал о нападении на Майкрофта Холмса, как знал и о том, что сверху велели не распространяться об инциденте. Поэтому догадывался о причине появления косметики на лице Холмса-старшего. Грег даже немного посочувствовал Майкрофту: все-таки не последний человек в правительстве, таким, как он, не стоило обзаводиться подобными отметинами на лице. Может, шрамы и украшают мужчину, но не в случае Майкрофта Холмса.

***

Через месяц Майкрофт обнаружил шелушащиеся пятна на лице и сразу обратился к дерматологу. Вердикт был более чем удручающим: аллергическая реакция на какой-то компонент косметики, сложно вычленить раздражающий элемент, нужна серия тестов, это затянется надолго. Майкрофту выписали антигистаминные препараты и строго-настрого запретили наносить макияж. Теперь, когда к следу от пореза добавились розоватые пятна, Майкрофт был готов упасть духом. К счастью, пятна вскоре исчезли, чего нельзя было сказать о шраме. Майкрофт научился выбирать такие места в помещениях, чтобы свет выгодно освещал только правую сторону лица, наловчился отворачиваться в нужный момент, чтобы собеседник не увидел этот треклятый шрам. И постоянно ощущал дичайший дискомфорт. Шрам был настолько неправильным, что Майкрофт был готов терпеть беспорядок в доме, грязную машину, нечищеную обувь или «траурную» каемку под ногтями. Но только не эту гадость на лице! Ему казалось, что все вокруг смотрят только на шрам, что эта темно-розовая линия сияет на щеке, привлекая всеобщее внимание. Умом Майкрофт понимал, что он ошибается, что шрам малозаметный, к тому же, Холмс-старший не женщина, чтобы заморачиваться подобным до такой степени. Но он уже ничего не мог поделать с собой. Дошло до того, что даже сидя в машине, где кроме него и водителя больше никого не было, Майкрофт закрывал щеку ладонью. Ему было тяжело бриться, не было сил смотреть на себя в зеркало. Это было наваждением, одержимостью, безумием и мешало жить.

***

Во время очередных посиделок в пабе случилось настоящее ЧП. Подвыпивший Андерсон, разошедшийся не на шутку, стал изображать, как Майкрофт Холмс наносит на лицо макияж. Закончил он достаточно неоднозначным жестом, имитирующим натягивание чулок. Грег молчал долго, стиснув свой стакан. Пока Андерсон не подошел к нему, подсев рядом, и фальцетом не пропел: — А вы, инспектор, не считаете, что мой тональник слишком светлый для этого времени? Он и не размахивался сильно, просто ударил, не рассчитал — так бывает. Нанес короткий резкий удар, каким осаживал зарвавшихся гопников. Андерсон стал медленно оседать на пол, ахнула Донован, в пабе повисла гнетущая тишина. Грегори было плевать. Он допил свое пиво, дожидаясь прибытия патрульных. Прятаться за значком он не умел и не любил. — За что боролся, на то и напоролся, — негромко сказала Донован, когда у Грега брали пояснения тут же, за барной стойкой, но сразу же издевательское выражение на ее лице сменилось тревогой: — Ох, его теперь уволят? — Она явно переживала за Андерсона, будто это он врезал инспектору, а не наоборот. — Никто никого не уволит, — безразлично пообещал Грег. — Ну что встали? Представление закончилось! Хоть он и выглядел спокойным, но ситуация виделась ему наподобие кругов на воде от брошенного камня. Вопрос времени, когда эти круги дойдут до начальства и прессы. Явно же в баре кто-то был с телефоном и фотографировал. К удивлению Грега, утром по прибытии в Ярд его не ждал выговор от суперинтенданта, и он решил принимать все по принципу «будем решать проблемы по мере их поступления».

***

«Явился не запылился», — мелькнуло в голове у Грега, когда после окончания рабочего дня он вышел из Ярда и увидел черный «Ягуар». Водитель распахнул перед ним дверь, Грег на секунду представил, как проходит мимо, но это было бы чистой воды ребячеством. Поэтому он сел в машину и вопросительно взглянул на Майкрофта. — Добрый вечер, детектив-инспектор, — произнес тот. — Думаю, вы знаете, по какой причине я хочу с вами побеседовать. Грег успел заметить тонкую темно-розовую линию, перечеркивающую левую щеку Майкрофта. Холмс-старший проследил за его взглядом и быстро повернулся. Теперь он сидел вполоборота, что было несколько неудобно в первую очередь для него самого. — Добрый вечер, мистер Холмс. Вы по поводу? — Я хотел бы услышать объяснения. Неформально. Лично от вас. Относительно инцидента в баре. — Да какой там инцидент, — Лестрейд махнул рукой. — Обычное выяснение отношений между двумя мужиками. Случайно оказавшимися в форме. Не повезло. — Я против рукоприкладства, — перебил его Майкрофт, — но иногда люди нуждаются в том, чтобы их щелкнули по носу. — Это был не щелчок, а полноценный удар. — Это было лишним, — голос Майкрофта звучал неуверенно, и Грегори это услышал. — Сильно в этом сомневаюсь. — Он наблюдал за тем, как Майкрофт пытается поудобнее устроиться, при этом не потеряв достоинства. — В любом случае гарантирую, что вы не понесете ответственности за случившееся. — О как, — кивнул Грег. — Отличная новость. Но на будущее буду вам признателен, если вы позволите мне решать подобные проблемы самостоятельно. В кармане пальто Майкрофта заиграл рингтон. Холмс достал телефон, но из-за того, что маневрировал, не желая показывать Грегу шрам, умудрился его выронить. Телефон продолжал звонить, Майкрофт сидел как ни в чем ни бывало. Грег хмыкнул и наклонился. — Прошу. — Он протянул Майкрофту телефон: — Пожалуйста, давайте хоть сейчас выключим ваши нормативы и предрассудки. Нас никто не видит. Майкрофт взял телефон и, не глядя, нажал на отбой. Сейчас он смотрел прямо на Грега, и блики от фар проезжающих мимо машин выхватывали из тени линию на бледной коже. — Еще через месяц вы сможете удалить шрам, — неожиданно для себя сказал Грег. Майкрофт дернулся как от удара. — Это не ваше дело. — Не мое, — согласился Грег. — Вы слишком много внимания ему уделяете. Он того не стоит. — Да неужели? — голос Майкрофта источал яд. — С вашим лицом все в порядке. — Поверьте, я вас понимаю. Ощущение неполноценности, страх перед тем, что кто-то обратит внимание. — Грег говорил спокойно, со знанием дела. — Такое зудящее чувство, словно все смотрят, обсуждают, насмехаются. Майкрофт с силой сжал телефон в руке. — Вам, знаете ли, повезло, ваш шрам поддается коррекции. Я уверен, что от него не останется и следа. — Я не хочу... — начал Майкрофт, а потом положил телефон на сиденье рядом с собой. — Зачем вы это все говорите? Кто вас просит? — Да никто. Но вы сейчас извелись, чтобы спрятать половину лица в тени. Я в курсе, что с вами произошло. У Майкрофта слегка порозовели щеки и кончик носа. — Всего хорошего, детектив-инспектор. Грег протянул руку и коснулся плеча Майкрофта, с той стороны, где был шрам. Майкрофт словно превратился в статую, даже дышать перестал. — Вы не в состоянии понять то, что я чувствую, — наконец сказал он. — Вам, как и Шерлоку, важно оставить последнее слово за собой? — Грег криво улыбнулся. — Нет? Вот и отлично. Всего хорошего, мистер Холмс.

***

Майкрофт сидел перед туалетным столиком, включив лампы на зеркале, уставившись на уродливую розовую линию на собственном лице. Он пытался проанализировать то, что сегодня случилось в машине, и не мог, слишком много эмоций мешало трезвому анализу. Но он был уверен, что требовалось жестко осадить Лестрейда с его сочувствием. Сбить на подлете, если подобная аналогия была уместной. Но кроме этого было еще что-то, похожее на непонятый намек. Мысли Майкрофта вернулись в недавнее прошлое: «Банальная драка в баре — явно не в стиле инспектора. Что именно вывело его из себя настолько, что он опустился до потасовки, да еще и со своим сотрудником?» Майкрофт должен был выявить этот пусковой момент, для чего было необходимо побеседовать с жертвой нападения. Не лично, этот человек был мелковат для того, чтобы с ним беседовал сам Майкрофт Холмс. На следующий день ему донесли о более чем недостойном поведении криминалиста по фамилии Андерсон, которое и спровоцировало Грега. «Выходка мерзкая, но все же... Он оскорбил, по сути, постороннего для инспектора человека, но реакция была такой, будто лично его высмеял. С чего бы инспектору так реагировать, мы ведь не родственники, не друзья». Майкрофт ненавидел что-то не понимать.

***

Когда через день Грег опять увидел машину Майкрофта, то уже не колебался, садиться в нее или нет. Попав в салон, он некоторое время помолчал, словно обдумывая, с чего начать разговор: — Приношу извинения за то, что позавчера позволил себе вольность. — Вы думали, что я оскорбился? — Майкрофт поднял перегородку, отделяющую салон от водителя. Грег кивнул. — Отнюдь. — Хорошо. — Вы правы, лазерная коррекция полностью это уничтожит. — Майкрофт заставил себя сидеть ровно и не отворачиваться. — Удар был недостаточно сильным, чтобы повредить мышцы или нервы. Так что да, мне повезло. — Хорошо, — повторил Грег. — Но то, что вы сказали... Вы словно прочитали мои мысли и чувства. Не ожидал такого. — Не ожидали в целом или именно от меня? От другого человека? От полицейского? — Это результат тренингов по психологии? Или у вас слишком развита эмпатия? Или начитались статей в глянцевых журналах? — До свидания, мистер Холмс.

***

Проверив личное дело инспектора, Майкрофт ощутил что-то вроде шока. Семь лет назад очередной псих (и откуда они только берутся?), следуя голосам в своей голове, решил, что необходимо бороться с властью, и начал с полицейских. Он успел напасть на двоих констеблей, используя соляную кислоту, а в третий раз — серную. Вот под эту раздачу и попал инспектор. От большего ожога спасла кожаная куртка, но из-за того, что она была полурасстегнутой, кислота угодила на грудь и живот. В интернете было много фотографий с ожогами кислотой, каждый раз разные, в зависимости от концентрации, скорости оказания помощи и площади поражения. О том, что носит на груди Грегори, оставалось только догадываться, зато Майкрофт теперь понял причину рукоприкладства в баре. Оскорбление Майкрофта Грег спроецировал на себя, хотя злосчастный криминалист и не подозревал о шраме на лице Холмса.

***

Грегу совершенно не хотелось разговаривать с Майкрофтом, но он все же не смог проигнорировать распахнутую дверь «Ягуара»: «Это уже становится привычкой». — Здравствуйте, — почти радушно произнес Майкрофт. — Позвольте предложить вам ужин. — Зачем? — Я настаиваю. — Хм, соглашусь, — Грег был голоден и не видел смысла ломаться. — Понимаю, вам неловко. — Майкрофт немного подался вперед. — Но я благодарен за щелчок по носу. И я в курсе, что с вами случилось. Не скажу, что я в восторге от полученного урока, но всяко лучше, чем те переживания, которые докучали мне с момента, когда сняли швы. — Проще скажите, что вы порылись в моем личном деле. Я не в обиде, это справедливо. Я ковырнул вашу ранку, вы — мою. Стоит ли об этом говорить? — Нет. — Вот и хорошо. Майкрофт выбрал ресторан, в котором Грег не должен был почувствовать себя некомфортно. Дорогой, но в меру, чтобы не проделать брешь в бюджете инспектора (Майкрофт знал, что Грег не позволит ему оплатить весь ужин). Публика респектабельная, но без смокингов и вечерних платьев. Ознакомившись с меню, они сделали заказ. — Признаю, что ваши слова упали на благодатную почву, — сказал Майкрофт. — За последнее время я получил поддержку только от лечащих врачей, да и то, это дежурная поддержка. Вы же были искренни. Грег кивнул. — Вам бы сменить профессию, — попробовал пошутить Майкрофт. — Из вас бы получился отменный психотерапевт. — Это вряд ли, — усмехнулся Грег. — Но спасибо за совет. Буду знать, чем на пенсии заняться. Если до нее доживу. Майкрофт слегка нахмурился. Джаз-бэнд на небольшой сцене перестал играть, к микрофону подошел мужчина средних лет, держа в руках саксофон, откашлялся, привлекая внимание публики. — Добрый вечер, дамы и господа, — произнес он хорошо поставленным голосом. — Меня зовут Хесус Франко, это мои музыканты. Мы рады приветствовать вас в нашем уютном ресторане, надеемся, что время, проведенное здесь, принесет вам немало позитивных эмоций. Бэнд заиграл Night and Day. — Интересное совпадение, — сказал Майкрофт. — Саксофонист назвался именем испанского режиссера, причем не самого лучшего пошиба. — Боюсь, что мои познания в кинематографе не настолько обширные, — усмехнулся Грег. — Может, это его псевдоним, или вообще настоящее имя? Майкрофт неторопливо ужинал, рассматривая посетителей, подмечая разные забавные мелочи. Мимо проходили официанты, то унося посуду, то принося тарелки с заказами. На бейджах, как положено, значились имена. «Мурнау». Майкрофт моргнул от удивления, заметив «Феллини» и «Пазолини». Грег проследил за его взглядом, и Майкрофт ответил на невысказанный вопрос: — Не хочу показаться параноиком, но мне кажется странным то, что на бейджах указаны фамилии известных режиссеров. Если только это не задумка владельца заведения... Шум зала перекрыл какой-то странный звук, мало похожий на человеческий голос, так могло кричать смертельно раненое животное. Позади Майкрофта, в дальнем правом углу поднялась суматоха, некоторые посетители повскакали со своих мест. Крик не прекращался, теперь все обернулись в ту сторону, пытаясь выяснить в чем дело. Официант — «Дауни-старший», который подошел к соседнему столику, ловким движением вылил содержимое соусника прямо на пожилого мужчину. Тот вскочил, упал обратно на стул, лицо и руки, которыми он пытался стереть прозрачную жидкость, покрылись красными пятнами, от одежды пошел пар. Майкрофт схватился за телефон, но увидел, что связь отсутствует. Он глянул на Грега, тот не сводил глаз с мужчины, который повалился на пол, к нему кинулась его спутница, но официант оттащил ее за руку. Мужчина задыхался, дергался всем телом, а тем временем кислота — Майкрофт это понял — разъедала кожу и мышцы. Грег взял графин с водой и бросился к пострадавшему, но не успел ничего сделать. «Дауни-старший» достал из-за пазухи пистолет и приказал: — Сидеть! Грег подчинился. Майкрофт отвернулся, от вида ужасных ран на теле мужчины его сильно замутило. — Простите за беспорядок, — раздался голос Хесуса со сцены, — но нам пришлось пойти на крайние меры. Если вы будете сидеть тихо и не геройствовать, то у вас появятся шансы уйти живыми. Пострадавшие были выбраны рандомно, поэтому всем лучше вести себя примерно и не провоцировать моих людей. Сейчас вы отдадите гаджеты, и не стоит сопротивляться. Майкрофт пожалел, что охрана осталась снаружи. Грег смотрел на стол, все еще удерживая графин в руке. Пожилой мужчина перестал дергаться и неподвижно застыл, его спутница приглушенно рыдала, зажав рот руками. Крики из дальнего угла зала перешли в протяжные стоны. К столику Майкрофта и Грега подошла девушка — «Кэмпион», на сгибе локтя висела плетеная корзинка, где уже лежало с десяток телефонов, вопросительно глянула на клиентов, получив требуемое, изобразила что-то вроде книксена. — К сведению, в ресторане включены глушители сигнала, не пытайтесь вызвать помощь. Сейчас все вы — заложники. Мои представители снаружи будут вести переговоры. Среди вас есть телохранители, но никто не знает, что именно в руках моих людей, и кто именно из официантов работает на меня. Поэтому повторяю, сидите тихо и не усложняйте ситуацию. Как только переговоры закончатся, вам будет позволено уйти. — Чтобы немного развеять образовавшийся туман, — снова заговорил Хесус после небольшой паузы, — я в общих чертах объясню, зачем это все. Правительство не хочет решать проблемы экологии... Майкрофт вспомнил о шраме, до чего же невероятное совпадение! Том Браун, напавший на него, тоже считал себя борцом за экологию. Он посмотрел на Грега: тот сидел, вжимая побелевшие пальцы в графин, взгляд стал отсутствующим, лицо сильно побледнело, он дышал поверхностно и очень часто, будто бежал. «Паническая атака? Этого еще не хватало!». Майкрофт медленно протянул руку и попытался забрать чертову посудину. Для этого ему пришлось немного отогнуть указательный палец Грега, потом средний. Грег перевел взгляд на Майкрофта и, шумно выдохнув, наконец оставил в покое графин. Вопреки угрозам люди потихоньку переговаривались, до Майкрофта долетали обрывки фраз. Некоторые сорвиголовы планировали добежать до дверей на кухню и забаррикадироваться там. Очевидно, Грег тоже это услышал, потому что на его лице появилось выражение досады. Ничем хорошим попытки бегства не могли закончиться. К тому же, Майкрофт небезосновательно предполагал, что посетители, включая его и инспектора, — потенциальные смертники. Все они видели террористов, и неизвестно, имеет это значение или нет. Если да, то никто, кроме пособников Хесуса, не уйдет живым. Через три столика от Майкрофта и Грега медленно поднялась рослая дама и дрожащим голосом попросилась в туалет, ее поддержал кавалер. Женщину и его усадили на место. Когда она снова вскочила, то стоящий позади официант ударил ее ножом в шею, потом еще и еще, пока женщина, цепляясь руками за стол, не упала. Послышались испуганные крики, но когда официант достал пистолет и снял его с предохранителя, люди замолчали. Майкрофт был не в силах отвести взгляд от крови, которая заливала желтую блузку, растекалась по полу. Его даже не затошнило, он будто попал под воздействие гипноза. — Надеюсь, то, что принесено ранее, наполнено не кислотой, — Грег поднял металлическую крышку, закрывающую блюдо. Майкрофт посмотрел на него. — Надо было поужинать дома, — заметил он, немного удивившись тому, что говорит вполне спокойно. — Надо было, — согласился Грег, наливая себе вина в бокал. Официант с бейджем «Корман» шагнул к столику. — Я не могу выпить? — осведомился Грег. Майкрофт сомневался, что сможет сделать хотя бы глоток, но по примеру инспектора тоже наполнил бокал и осушил его одним махом, чего обычно не делал. — Добавим патологоанатомам работы. — Грег, как ни в чем ни бывало, продолжил ужин. — Ну же, Майкрофт, все равно за это не надо платить. Это было похоже на шутку, и Майкрофт нервно улыбнулся. Комок все еще стоял в горле, поэтому еда была исключена. — Как они это сделают? — спросил он. — Должно быть что-то, способное убить всех сразу. — Взрывчатка в разных углах зала? Отравляющий газ в вентиляции? — Боже мой, Грегори, вы умеете вести светскую беседу. — Или сюда бросят пару гранат, — не унимался Грег. Майкрофт видел, что они оба привлекают внимание и посетителей, и террористов. Ему совершенно не хотелось умирать, но если выбирать между кислотой, ударом ножа или выстрелом, он бы предпочел два последних варианта. Поэтому, превозмогая тошноту, положил в рот пару кусочков непонятно чего, вкуса он не разобрал. Это могли быть овощи или мясо, бог его знает. Снова глотнул вина, тоже не понимая, белое или красное, или вообще виски. Хотя виски он бы отличил. Наверное. И ему совсем не понравилась работа мысли, проявившаяся на лице Грега. Инспектор точно что-то задумал, и Майкрофт только хотел остановить его, как Грег резким движением поднес ко рту ворох салфеток, второй рукой смахнув на пол часть посуды. На шум повернулись все, включая официантов. Хесус на сцене даже приподнялся на цыпочки, чтобы разглядеть, что же такое творится в зале. — Да уберите его отсюда! — с отвращением приказал он при виде того, как Грега начало выворачивать.

***

В туалете парни запихнули инспектора в одну из кабинок и приказали поторопиться. Сами отошли к выходу, но когда Грег издал особенно характерный звук, оба шагнули за дверь. Он нашарил в кармане куртки ручку, набросал максимум информации на салфетках. Окно в туалете было приоткрыто на проветривание, но даже если бы оно было полностью распахнутым, Грег не смог бы выбраться, впрочем, он и не собирался изображать Спайдермена. Просунул руку в щель и выбросил салфетки, затем вернулся в кабинку, нажал на кнопку слива. Официанты, войдя в туалет, застали Грега за тем, как он сосредоточенно смывал что-то с рубашки. — Да хватит уже, — сказал один из них. — Давай, выходи!

***

Майкрофт выдохнул с облегчением, увидев Грега, которого сопровождали официанты. — Извините, — сиплым голосом сказал он, падая на стул. — Вы в порядке? — Майкрофт видел, что Грег довольно взвинченный, но это не имело отношения к панике. Скорее, это была боевая готовность, ранее он уже наблюдал это у своих охранников. — Вполне. В зале то поднимался неясный шум, то под действием окриков прекращался. Майкрофт наблюдал за окружающими, внося их в своеобразный каталог: кто уже сломался, кто на грани, кто готов сражаться. Многие сидели с таким видом, будто ничего не происходило, некоторые усиленно прикладывались к алкоголю. От его взгляда не ускользнуло то, что Грег тоже осматривался, будто что-то искал. — Хотите определить, где находятся заряды? — поинтересовался Майкрофт. — Под нашим столиком нет. — И на том спасибо. — Кроме кислоты террористы вооружены. Три «Глока», и неизвестно, что у музыкантов. — Час от часу не легче. Казалось, что воздух в зале стал осязаемым, тяжелым, мерзким на вкус, пропитанным животным ужасом. Майкрофт взял графин, налил в бокал, но перед тем как выпить, заколебался. Грег сунул в стакан край бумажной салфетки и кивнул: «Вода». Майкрофт не хотел пить, ему надо было чем-то себя занять. Он распрямил сбившуюся скатерть, поставил ровно тарелку, рядом положил столовые приборы. И запретил себе думать, остановил все мысли, дожидаясь или штурма, или взрыва. Особенно он старался не смотреть в сторону мертвеца, лежащего неподалеку. Грег крайне медленно поднялся и пересел на стул рядом с Майкрофтом. Увидев, что одна из официанток вскинула голову, угрожающе глядя на него, Грег поднял руки, демонстрируя, что не представляет никакой опасности. — Дальше что? — устало спросил Майкрофт, когда Грег пододвинулся слишком близко. — Сидите спокойно, — посоветовал он. Майкрофт потерял счет времени, от неудобной позы заныла спина, и немного затекли ноги. Он даже не нервничал, просто сидел и ждал, когда же все закончится. Мелькнула неуместная мысль: «Хорошо, что у меня нет собаки, кто бы за ней потом присмотрел?» И он переключился на обдумывание того, какую бы породу завел. Крупную? Вряд ли. Но не мелкую. Может, лучше кот? — Дамы и господа! — зычный голос Хесуса заставил всех почти одновременно вздрогнуть. — Нам поступило предложение. В качестве жеста доброй воли мы, так и быть, отпустим пятерых человек. Поэтому я должен выбрать кого-то. В зале есть беременные? Только чтобы это было видно, а не «я вчера потрахалась и сразу залетела». Ну? Нет? Диабетики? С проблемами сердца? И тут кулак Грега впечатался в левый бок Майкрофта с такой силой, что у Холмса перехватило дыхание, вопреки воле он навалился на инспектора, пытаясь совладать с болью. — Сэр! — крикнул Грег, удерживая Майкрофта. — Моему другу плохо! Инфаркт месяц назад! Боюсь, что опять... Пожалуйста, сэр! — Он говорил непривычно жалобным голосом, в котором слышалось что-то вроде слез. Хесус махнул рукой, и двое официантов, те же, что водили Грега в туалет, выволокли Майкрофта к выходу, бросили на пол. К нему подвели трех пожилых женщин и одного мужчину, у которого перекосилось лицо — то ли сроду, то ли от инсульта. Майкрофта заставили подняться и, прикрываясь им и другими заложниками, вытолкали из ресторана. За ним несся голос Хесуса, усиленный микрофоном: — Жест доброй воли, господа! Как видите, мы не террористы! Мы всего лишь хотим... Майкрофт не стал вслушиваться в очередную порцию лозунгов, сосредоточившись на том, чтобы спуститься с крыльца, пройти по дорожке и не споткнуться, не упасть. Как только он прошел за кольцо полицейских, как его немедленно проводили к медикам, рядом организовано суетилась помощница. — Поздравляю, братец! — Шерлок появился словно из ниоткуда, в сопровождении встревоженного Джона. — Ты прямо второй раз родился. Повезло, нечего сказать! И ты должен Лестрейду до конца своих дней. — Ты о чем? — прошипел Майкрофт, которого пытались осмотреть парамедики. — Когда разведывали обстановку вокруг здания, нашли салфетки. На них инспектор указал количество террористов, а также их оружие и тактику поведения. Это значительно облегчило планировку штурма. «Так вот зачем он рвался в туалет». — Оставьте меня, — потребовал Майкрофт, и парамедики отступили. — Со мной все в порядке. Это было ложью: боль в боку не стала менее интенсивной, но он отложил решение этой проблемы на завтра. Сегодня было необходимо дождаться штурма, а после его окончания Майкрофт собирался популярно объяснить инспектору, что так дела не делаются. Грег выпихнул его, как немощную старуху, как тяжелобольного. Избавился как от ненужного балласта, да, конечно, Майкрофт не был бойцом, и, если рассуждать здраво, он действительно являлся лишним. Но все же Майкрофта до глубины души возмутила выходка Грега, при том, что он осознавал: именно благодаря этому удару гарантированно остался в живых. Просто он не хотел быть в числе тех, кто первым покидает тонущее судно, и Грег не имел никакого права решать, умрет Майкрофт Холмс или останется в живых.

***

В результате штурма четверо из девяти террористов были убиты, погибло еще трое заложников, многие получили ранения, взрывчатка не сработала, а позже ее вообще не обнаружили. Человек, назвавшийся Хесусом Франко, получил две пули в живот, и его под усиленной охраной увезли в хирургию. Майкрофт, не замечая осеннего холода, хотя пальто осталось в раздевалке ресторана, стоял, прислонившись к чьей-то машине. Шерлок попытался попасть в здание, но, увидев взгляд старшего брата, почему-то стушевался и куда-то делся. Майкрофт рассматривал заложников, которых выводили из ресторана, но среди них не было Грега. На минуту ему подумалось, что инспектор остался там, среди трупов, или что его вынесли в черном мешке, и Майкрофту стало до того тоскливо, что хоть волком вой. Он даже не смог вспомнить, когда в последний раз его посещало такое человеческое чувство. Наверное, никогда. Голос Антеи заставил его очнуться. — Детектив-инспектор сейчас в машине скорой помощи, я вас провожу. И Майкрофт с несвойственной ему поспешностью последовал за ней. «Поблагодарить и сразу поставить на место, но повежливее. Все же он хотел как лучше». Нагнувшись, Майкрофт поднялся в скорую помощь, ему было неудобно стоять из-за низкого потолка, к тому же он мешал двоим парамедикам — они как раз заканчивали накладывать повязку чуть ниже левого плечевого сустава инспектора. Грег увидел Майкрофта и машинально поднял здоровую руку, будто хотел прикрыть грудь и живот, что в принципе было нереально. У Майкрофта так и не сложилось окончательного представления, что оставляет после себя кислота, поэтому он прикипел взглядом к неровной конусообразной поверхности коричнево-серого цвета, которая начиналась чуть ниже горла и тянулась почти до пояса брюк. Он понимал, что неприемлемо так пялиться на подобные повреждения. Но Майкрофт ничего не мог с собой поделать, даже не обратил внимания на хамский тон одного из парамедиков: «Свалите отсюда!» Он стоял и смотрел, будто пытался запечатлеть в памяти этот огромный рубец, даже не рубец, выжженную пустыню. Грег опустил руку, отвернулся. Наконец Майкрофт вышел из оцепенения, пробормотал что-то вроде «извините» и выскочил из машины. Теперь все части мозаики сложились воедино: и слова Грега, которые Майкрофт посчитал жалостью, и драка в баре, и приступ паники в ресторане, когда Грег увидел, как кислота убивает человека, проедая дыры на лице. И даже то, что Грег его ударил, чтобы Майкрофта выпроводили из здания. Не дал ему права выбора, потому что знал: Холмс не крыса, сбегать не станет. «Он испытал этот ужас на себе. Не захотел, чтобы я повторил его участь. Боже, я не понял очевидного, не сделал никаких выводов, имея всю информацию». Уже в своей машине на Майкрофта навалилось осознание того, что он сегодня перенес. Он посмотрел на руки: тряслись не только пальцы, подергивались мышцы кистей. Майкрофт пару раз сжал и разжал кулаки, потом привалился к окну, вздрогнув от боли: возможно, от удара пошла трещина в ребре. Но сейчас эта боль отрезвляла, не давала Майкрофту погрузиться в переживания. Он должен был отсортировать события в ресторане и поместить их в отдельную комнату Дворца памяти. Все это нужно было принять, но не запереть на ключ, просто не заглядывать в этот уголок.

***

Грег находился в палате, в голове шумело от анальгетиков, в ушах звучали выстрелы, рука болела, хоть и намного меньше. Вдобавок к этому Грег не мог забыть то, как Майкрофт смотрел на него в скорой помощи. Грег положил ладонь поверх больничной рубашки, ощущая под пальцами бугристую кожу, точнее то, что ее заменяло. Он давно смирился с этим кошмаром наяву, но когда принимал душ, то старался лишний раз не прикасаться к груди или животу. Он не осуждал жену, которая все же не выдержала и ушла. Конечно, Грег остался бы с ней, если бы, не приведи господь, она получила бы такую травму. Но люди разные, не все способны на подвиг. И Майкрофт, который тяжело переживал росчерк ножа на щеке, увидел этот ужас во плоти. Разумеется, он был шокирован, потому и выскочил из скорой, будто за ним черти гнались. Грег закрыл глаза, пытаясь уснуть, при этом точно зная, что без снотворного ничего не получится. Организм до сих пор переживал адреналиновый шок. Грегу не хотелось прибегать к помощи искусственного сна, но пролежав час, он все же вызвал медсестру. Вместо нее в палату вошел Майкрофт, успевший сменить одежду. Он сел на стул рядом с кроватью, поставил на тумбочку стакан с водой и протянул Грегу таблетку. — Позвольте заменить медсестру, она и так с ног валится, в отделении полным-полно пострадавших, — сказал Майкрофт. — Сходили, называется, поужинать, — усмехнулся Грег, беря снотворное. — После такого я в рестораны ни ногой. — Пожалуй, соглашусь. Следующий ужин исключительно в домашних условиях. Грег проглотил таблетку, запил ее, немного помолчал и произнес: — По поводу того, что вы увидели в скорой помощи… — Я поступил крайне невежливо, ворвавшись без спросу, — перебил Майкрофт. — Подобное поведение недопустимо. Грег удивленно покосился на него. — Вы спасли мне жизнь, за что спасибо. Но впредь советуйтесь со мной по таким поводам. — Надеюсь, что таких поводов больше не будет. — Грег повернулся на правый бок, оказавшись лицом к Майкрофту. — Вам не нужно здесь дежурить, я не умираю. Пуля прошла навылет, сухожилия или крупные сосуды не повреждены. Я хорошо высплюсь и отлично отдохну. Если вы внимательно читали мое дело, то знаете, это не первое мое ранение, и, как понимаете, не последнее. Он заметил, что у Майкрофта дрожат пальцы рук. — Вам не мешает отдохнуть. Поезжайте-ка вы домой. — То, что я увидел, — Майкрофт указал себе на грудь, — не вызвало во мне отвращения... — Хорошо, — прервал его Грег. — Спасибо. Майкрофт положил ему на плечо руку, словно возвращая прикосновение. — И вы все-таки избавьтесь от шрама. — Постараюсь. Доброй ночи, Грегори. — И вам того же, Майкрофт.