Я тебя как минимум люблю

«Я смотрела на всех этих глупых девчонок, выскакивающих за первого встречного, с которым, как им казалось, они смогут жить. И, видимо, ждала человека, без которого жить не смогу» Нора Дойл, 1917–2007 гг.

Когда Тэхён сказал парню о том, что хотел согласиться на предложение сходить на свидание, то тот действительно собирался сводить сразу же как выздоровеет, но что-то пошло не так. Можно ли сказать, что единственные мысли, которые могли вымещать картинки любимого из головы, это мысли о дебильном свидании? Безусловно. Каждая попытка воплотить задуманное в реальность проваливалась, не успев начаться. Ким, оказывается, очень занятой парень, которого сложно выдернуть куда-то, а друзья полнейшие уёбки, мешающие каждый раз. Тэхён почему-то выбирает собраться компанией, если у него в этот день выходной. Чонгук вылавливает его на учёбе, не настаивая завалиться к нему с ночёвкой, не давит, чтобы тот переехал к нему, тогда он бы смог уволиться с одной из работ. Чонгук терпеливо ждёт, когда ему соизволят открыть свои мысли. Тэхён старается, и это видно, поэтому второй и держится. Провожает его до дома каждый раз, внутрь не напрашивается. Он лишь долго обнимает, дыша чужим запахом, чтобы засыпать с его присутствием. Если ему не сказать, что от него хотят, то будут лишь догадки в голове, никаких шагов вперёд. И если бы кто-нибудь сразу сказал об этом Киму, он был бы несказанно рад. Но, к сожалению, он целых полтора месяца мучил Чона. Тэхён в отношениях бывал не часто, а если и бывал, то в основном партнёры действовали сами, не дожидаясь мнения самого парня. Наверное, именно поэтому надолго он с ними не оставался. Не нравилось. Чонгук для него новое открытие. Парень, ждущий желаний возлюбленного, а не исполняющий исключительно свои. Целое сокровище. Когда до него стало доходить, что что-то не так, то было принято решения взять всё в свои руки. Свидание свиданием, ещё сводит, а вот близости Киму искренне не хватало. Ему было мало украденных Чонгуком объятий в институте, после работы, в выходные, которые они крайне редко проводили лишь вдвоём. Он буквально чувствовал физически необходимость в прикосновениях к парню. — Чонгук, — тихий шёпот раздаётся где-то в области груди, когда Ким прижимается к нему, не желая снова прощаться до утра. Сомнения огромные в своём предложении. Может, он его не так поймёт? Почему-то думается о том, что парень подумает о его словах в сексуальном характере. Он, конечно, был бы очень не против, но, чтобы менялось мнение о себе, не хотел. Сверху слышно мычание, чтобы продолжал говорить, что его внимательно слушают. — Может быть, переночуешь у меня? — поднимает голову, говоря с надеждой в голосе. А вдруг он сейчас решит его бросить и вообще сомневался в своих чувствах? И именно поэтому не делал никаких продвижений в плане развития отношений! Какой ужас. Теперь Тэхёну страшно, почему он об этих глупостях думает, Чонгук ведь им одержим и это все знают. — Переночевать? — удивлённо вскидывает брови. Это Ким Тэхён, наконец, сделал шаг и показал одно из своих желаний? А почему смотрит как на дурака? Первые пару попыток Чонгука, когда он предлагал то же самое, получали отказ, поэтому он и не давил, думая, что тому неприятно, и поэтому терпеливо ждал сам. И Ким Тэхёну бы память освежить, потому что если ему напомнить, то он совсем не вспомнит подобных предложений с его стороны. — Ты этого хочешь? — всё-таки интересуется Чон. — Хочу, — широкая улыбка появляется на уставшем лице. Нет, этот парень действительно загадка, которую Чонгуку надо разгадать. Почему на него смотрели так, словно он какую-то несусветную дичь спросил? Чон подозрительно смотрит на парня со спины, щуря глаза, когда тот идёт перед ним, поднимаясь на нужный этаж, и тянет за руку, словно убежит и не дойдёт до квартиры. Что сейчас в чужой голове происходит? Тэхён сегодня ведёт себя иначе, прям как до того, когда они начали встречаться, словно всё это время и не он вовсе был. Светловолосый из наглого упрямого парня превратился в нежного и неестественного. Чонгуку действительно иногда было даже страшно, что тот вовсе не питает взаимных чувств и совсем скоро уйдёт, оставив давиться чувствами. А что произошло сейчас? — Объяснишься? — прилетает Киму в спину, на что он хмурится. В чём он должен объясняться? Останавливается как раз перед нужной дверью. — О чём ты? — разворачивается, заглядывая в чужие глаза, находя в них любопытство и серьёзность. Не шутит. — Твоё поведение сегодня отличается, о чём ты думаешь? — его взгляд бегает по лицу, а рука осторожно убирает выбившуюся прядь волос за ухо. Невероятно красивый. — Ах, ты об этом, — снова улыбка на лице и камень с души. Такой серьёзный Чон его каждый раз заставляет начать нервничать. Почему-то его серьёзность пугает. — Просто устал ждать, когда ты сам проявишь инициативу и завалишься ко мне, — Тэхён ведёт ладонями по плечам, в глаза не смотрит, а те вообще-то очень удивлены. — Что? — на выдохе и с усмешкой. — То есть хочешь сказать, что я не предлагал? — А разве предлагал? — поднимает взгляд и тут же оказывается прижатым к стене, не больно ударяясь головой о стену. Чонгук смотрит так жадно, что ноги дрожат, а тело обволакивает возбуждение. — Что хочешь сделать? — голос любопытный, очень низкий и Чон готов поклясться, что слышал звон цепей, которые упали на бетонный пол лестничной клетки за ненадобностью. Это были его и он в этом уверен. — Может быть, научишься всегда озвучивать свои желания самостоятельно, а не чтобы я гадал, что можно и что нельзя? Вот, например, сейчас самое время. Мне без разницы, взять тебя прямо в подъезде или ты всё-таки предпочтёшь открыть нам дверь, — горячее дыхание обжигает кимовы губы, а взгляд заставляет плавиться. Честное слово, ему сейчас тоже без разницы, можно прям на сухую, прямо в подъезде. От такого Чонгука ведёт и он готов подчиниться. Готов, но не будет. Улыбка превращается в хитрый оскал. — Хочешь услышать мои желания? — он хватает Чона за загривок, оттягивает голову, ведёт носом по открывшейся шее. — Тебе нужно было всего лишь это, чтобы начать действовать? Чтобы я был как раньше, наглым и грубым? — прямо на ухо раздаётся шипение. Тэхён ведёт свободной рукой по торсу, опуская руку на пах. Он его довёл. До боли довёл. — Ключи в правом кармане, — шепчет. Чонгук реагирует мгновенно: вытаскивает связку, пока ему вырисовывают цветы на шее; слышит, что на нижний закрыто, и, к счастью, открывает первым же ключом, не мучаясь с подбором. Тэхёна втаскивают в квартиру сразу же, спасая от ударов об стены и впиваясь в губы. Светловолосый над ним издевается, Чонгук это понял. Закрывает дверь на замок, скидывает обувь, не забывая о любви парня к порядку и чистоте, не выпускает из жаркой хватки, не отстраняется от губ. Они добираются до спальни вслепую, ни на секунду не отлипая друг от друга. Сейчас кислород друг для друга — они сами. Тэхён снимает с Чона худи, развязывает шнурки на спортивках и опускается на колени, не позволяя парню даже сесть на кровать. Он устраивает своё шоу прямо у дверей комнаты. Единственное, за что можно держаться, это дверные косяки и чужая голова. Ким превращается в исчадие Ада, когда поднимает свой невинный взгляд наверх, одновременно погружая головку в рот. Он смотреть не перестаёт, изучает чужие эмоции, касается самого себя, когда Чонгук запрокидывает голову назад, хватаясь за светлые волосы, не находя сил и желания, чтобы не начать управлять процессом. Тэхён чувствует, как в уголках глаз скапливаются слёзы, когда его горло насаживают на член до упора, а сам стонет, пуская вибрацию. Если у Кима и есть фетиш на парня, то теперь на первом в списке месте стоят его стоны. Иначе по-другому он не может объяснить, почему кончает себе прямо в штаны, когда в его глотку изливаются, сопровождая это всё полустоном. Всё-таки не надо было рассказывать, что у соседей есть дети, тогда бы не сдерживался. Чонгук поднимает его с колен рывком за волосы. Не сдерживается, впивается в губы и толкает на кровать, перешагивая свою одежду, оставаясь полностью раздетым. Теперь очередь Тэхёна раздеваться. Нежность сливается воедино, когда чужие формы, наконец, показали любопытным глазам. Ким под этим взглядом плавится ещё сильнее. На него так никогда не смотрели в постели, никогда не показывали столь сильного восхищения. Начинает даже казаться, что Чонгук откажется его трогать. Он своей любовью одержим и Тэхён уверен, что она заразна. Светловолосый раздвигает ноги в призывном жесте, показывая себя целиком. Чонгук смотрит ему в глаза, чувствуя, как вокруг всё темнеет, оставляя лишь тело, освещённое поздним вечерним светом. В тех омутах, в которых он тонет каждый раз, сегодня черти пляшут, утягивая за собой. И он соглашается, добровольно следует. Руки нежно скользят по талии, заставляя чужое тело реагировать на прикосновения. Тэхён жадно выдыхает, втягивая живот. Не позволяет самому себе глаза в наслаждении закрыть — внимательно следит за чужими действиями, оставляя на подкорке сознания эту картину. Чонгук обводит ягодицы и спускается до колен. Прижимает их к тяжело вздымающейся кимовой груди и разводит в стороны. Чонгук нависает сверху, оставляет мокрый след от языка на шее, лижет нижнюю губу и целует. Больше не сдерживается — вгрызается жадно, сталкиваясь с чужим языком. Мокрые звуки поцелуя сопровождаются тихими стонами, когда Чонгук вводит один палец, смазанный лишь естественной смазкой, потому что даже не хочет отвлекаться на вопрос о наличии чего-то похожего на смазку или даже о ней самой. Он постарается хорошо растянуть, постарается не причинить боли. В стену стучат, что не отвлекает ни одного. Они очень заняты и им глубоко плевать, если надо будет извиниться, то сделают это завтра, но точно не обещают. Ещё они не извинялись за секс, которого оба еле дождались. — Иди на хуй, — терпение у Тэхёна каменное, нерушимое. Именно из-за этого он после второго удара в стену орёт на всю квартиру одновременно с добавлением третьего пальца, срываясь на стон. От Чонгука реакции ноль, он полностью сконцентрирован на том, чтобы у Тэхёна всё гладко проходило, чтобы не навредить. Выцеловывает чужую грудь и ключицы, вылизывает свои же цветы, которые расцветут на утро, наслаждается блуждающими руками по своей спине. Ким что-то любовное ему шепчет, показывая, что готов и его хорошо растянули. Чона дважды просить не нужно, он парень умный, всё с первого раза прекрасно понимает. Приставляет головку сочащегося смазкой члена к колечку мышц и, внимательно заглядывая в любимые глаза, толкается осторожно. На пробу. Тэхён в ответ на такую медлительность его сам до упора притягивает, обвивая ногами бёдра. Он мальчик не нежный, с ним можно и погрубее, именно это он и показывает, намекая, чтобы не сдерживался. Тэхён прекрасно понимает, что завтра его выебут уже соседи, но ничего не может с собой поделать, когда Чонгук наращивает темп, проходится по простате. Он стонет громко, кусает ребро ладони, чтобы заглушить хоть как-то, но бесполезно. Его молодой человек просит его не сдерживаться, как он в таком случае может ослушаться? В этом и проблема. Не может! Чонгук переворачивает его на живот, ставит в коленно локтевую и снова толкается, не скупясь на боль. Раз нравится, то он с удовольствием предоставит. Ускоренный темп и время приближают обоих к разрядке и грязному постельному. Что-что, а второе уже не из приятных. Тэхён сил стоять дальше на коленях не находит, загнанно дышит и сваливается на бок вместе с Чоном, прижимаясь к нему ближе спиной, размазывая между ними сперму. — А на свидание сводишь? — шепчет сонно Ким, возмущаясь мысленно, что всё еще не сдержали данное обещание. — Нет, ну ты издеваешься, — втягивает жадно воздух, утыкаясь носом между лопаток. Чонгуку кажется, что он определённо шутка. Иначе он действия Тэхёна никак объяснить не может. Но раз у него проблемы с памятью, то теперь он будет ставить его перед фактом, что они вот идут гулять, идут в кино, идут на свидание, и всё это без его друзей. Он устроит всё, что тому в голову взбредёт, просто пусть уточняет. Пусть говорит.