credence

Вызов на миссию приходит неожиданно, среди ночи, когда Какаши почти провалился в сон. Приятное, туманное марево усталости от дневных тренировок, смешанное с теплом Ируки под боком, мгновенно рассеивается тревожным призывом АНБУ: «срочно». У Какаши - около пяти минут. Он не хочет будить Ируку, но знает, что сообщить - важно; что сам на его месте предпочёл бы вовсе не спать, чем не попрощаться, не напомнить беречь себя , не поцеловать - на удачу - в лоб, и потом - с обещанием - в губы. Ирука просыпается сам - несмотря на относительно спокойный образ жизни, он обладает чуткостью настоящего шиноби. Ирука открывает глаза, когда ступни Какаши бесшумно опускаются на пол. Трёт покрасневшие веки, следит за тем, как джонин натягивает водолазку и штаны, бормочет - вообще не вопросительно: - Срочная, - и кивает сам себе. Какаши кивает эхом. В коридоре Ирука стоит, оперевшись о косяк дверного проёма, - тёплый и несуразный, вечно сонный из-за двух работ и собственной чрезмерной ответственности, - у него дурацкие синие трусы и прядь распущенных волос выбилась из-за уха. Ирука не наседничает, не спрашивает, всё ли взял, просто - стоит рядом, сонный, несуразный, самый прекрасный на свете. - Возвращайся, - канцелярская фраза в его устах звенит настоянной, плотной и терпкой искренностью. Ирука - солнечный луч после недель штормовой погоды. Его изнеможение от двойных смен в штабе, его гордость достижениями учеников, его гнев на несправедливость, его отвага, его ласковость - то, чем Какаши наслаждается каждый день. Какаши просто нравится быть рядом. Со-переживать, со-радоваться, ловить его, уставшего, в объятия, гладить его, расстроенного, широкой ладонью по спине; прижиматься к нему, засыпающему, горячим телом плотно и надежно. Согревая, защищая, укутывая. Ирука умножает желание Какаши жить на пять, на десять - недаром учитель - и смущенно смеётся в ответ на любую похвалу. Ирука улыбается широко и искренне, и только Какаши знает другую его улыбку - грустную, нежную, - ту, которая глазами и самыми уголками губ. Какаши хочется сказать об этом. Сказать - что рядом с ним вещи обретают смысл; сказать - что чувствует невероятную интимность, когда Ирука читает ему вслух классические хайку; сказать - кажется, нет ничего важнее (ни прошлое ни миссии ни стратегии нападений ни учебные планы ни испытания ни тренировки ни джонины ни хокаге ни сам чёртов дайме), нет ничего важнее, чем обнять тебя, спящего, со спины. Какаши не знает, как сказать - столько всего обычными человеческими словами - и просто кивает, ссутулившись. У него в запасе - около пятнадцати секунд. Ирука смотрит исподлобья, из-за близкого расстояния слегка скосив глаза. Целует в лоб. Понимает.