#12 Кюри: Тайны "Бессмертных"

Свобода?

Безопасность? Зона номер два, — центральный командный узел «Сигма», — одна из напрямую подчиненных зон содержания самому Ордо Миггэ, — хранителю порядка внутри коллектива, ответственному лицу за соблюдение протокола содержания, использование, изучение аномальных объектов согласно всем пунктам правил. Именно здесь занимаются аналитикой, считыванием, проекционированием, распределением сотрудников и… массовым производством нейроботов. Именно по этой причине сюда часто заглядывает Опус Геверман, чтобы лично проследить, что все идет так, как должно. С момента краха проекта «Запуск» и завершения проекта «Чистый лист», прошел почти целый год. Земля продолжала вращаться вокруг солнца, а миллиарды людей, проживающих во всех четырех федерациях, продолжали заниматься своими делами. Продолжали жить. Тотальный контроль, хоть и был установлен, все же, работал не так, как того хотели Вышестоящие. На очередном собрании, Ордо Миггэ, Опус Геверман, Протектор Квайлфрид и Дюкс Петрарх — собрались перед локальным телеэкраном. Несколько черных силуэтов, как всегда, появились на изображении. В огне тускло мерцающей свечи, они неясно изгибались, будто готовились окончательно исчезнуть, раствориться в пространстве. Говорила всегда только одна тень, сколько бы их не объявлялось. Бывало, что силуэт был только один. Бывало, несколько. А бывало и так, что на одной записи можно было насчитать с несколько десятков. Вышестоящие, — закон, которому должно подчиняться беспрекословно, не задумываясь. Темные силуэты по ту сторону экрана, — Вышестоящие, которые правят всей организацией через своих главных представителей, — всех собравшихся. Редко когда они являют себя кому-либо другому, посему о них по всем зонам витают, в целом, одни лишь слухи. Никто по-настоящему не знает, кто они такие, эти Вышестоящие. Никто не знает точно, сколько их вообще. Однако, все точно знают одно, — их следует слушать.

31 декабря

2050 год. Именно в этот день о себе заявила некая личность, называемая Кибердемоном. На собрании он предстал перед советом вместо Вышестоящих, однако, в том же амплуа. Один единственный темный силуэт человека, сидящего спиной к множеству ярко светящихся мониторов. Неизвестный перебивал собой связь с руководством. Сначала он молчал, а на фоне были слышны лишь звуки перебирающих по клавиатуре пальцев и обрывки странных гудков. Весь специализированный персонал «Сигма», включая Гевермана, пытался отследить его местоположение, но, пока что, все было тщетно. Все члены совета, без исключения, были в ярости. Но они так же испытывали и другое чувство. Чувство, которого Кибердемон и хотел добиться. Страх. Несколько минут спустя звукопередача была налажена. Первым вступил неизвестный: — Я все знаю, — голос его звучал специально устрашающе, — проходя через цифровые фильтры, — он действительно звучал, как «электро-демонический». От лица «Сигма» обычно выступал Опус Геверман, но в этот раз первым ответил Ордо Миггэ: — Кем бы ты ни был, — мы это скоро узнаем. Советую тебе подумать о своей безопасности… — он пытался было угрожать ему, но вскоре понял, что разговаривает не с тем человеком, которого можно так просто задавить. — Я хочу, чтобы вы предельно ясно понимали, что ваши действия никогда не будут забыты. Я, мои люди, приложим все усилия, чтобы однажды весь мир вспомнил… Его перебил Геверман: — Это поразительно! Я пока не знаю, кто вы, но уже сейчас могу похвалить вас! Таких сложных методов шифрования я еще не встречал! — Опус похлопал в ладоши, отодвигая от себя ноутбук, принимая поражение в сетевой баталии, — Это все, что вы хотели нам сказать, уважаемый? Человек по ту сторону некоторое время молчал, не двигаясь, а потом сказал: — Власть — это асимметрия знаний. Я давно за вами наблюдаю, директор. Наблюдаю за действиями вашей организации. На каждый ваш шаг — я смогу найти два ответа, — Геверман отправил какое-то сообщение через свой ноутбук, затем продолжил пристально глядеть на экран, — Вы можете логично предположить, что все камеры, компьютерные устройства, цифровые базы данных, — все у меня, как на ладони. И вы будете правы, — Миггэ нервно метался по комнате из одной стороны в другую, — Даже если вы замените и полностью перевернете вашу систему — вам это не поможет. Просто знайте, что вы всегда будете у меня на виду. Вы — будете под моим присмотром, — от подобной дерзости у Гевермана задергался глаз, а Дюкс Петрарх злобно выругался, — Думали, что вы единственный игрок на этой сцене, верно? Я хочу открыто дать вам понять, что со мной стоит считаться, и я, в ответ, могу быть к вам в достаточной мере благосклонен… — Что-нибудь получается? Я готов действовать… — прошептал на ухо Геверману Петрарх, но тот отрицательно помотал головой. — Вы не сможете меня найти и вы не поймете, кто я. В моем организме абсолютно отсутствуют ваши любимые нейроботы. В моем, и в моих людях. Отныне, мы для вас, — Кибердемон. В этот конечный день две тысячи пятидесятого года, по окончанию собрания, две стороны пришли к соглашению. По всей Западной Федерации стали появляться развлекательные комплексы под единым названием, — Киберутопия. С самого начала нового года «Сигма» пришлось работать осторожнее. Любой человек, который не попадал под «статус» аномального объекта, отныне мог откупиться от любых притязаний со стороны сотрудников «Сигма» и представителей органов порядка и закона, если скажет одно простое ключевое слово, — Кибердемон. Теперь, прежде, чем кого-либо задерживать, агенты должны были на все сто процентов убедиться в том, что цель действительно представляет собой аномальный объект. Со временем это становилось сделать тяжелее, из-за стремительно развивающихся технологий, лидером которых на рынке выступал «RC». Все началось с линейки гаджетов, а после переросло в робототехнику, биологическую девастацию, развитие имплантации. Главный руководитель «RC», — Терри Уайт, — заявлял, что уже через каких-то пятьдесят лет, — наш мир преобразится до неузнаваемости. Вышестоящие «Сигма», конечно же, не сидели сложа руки. Мировой суперорганизации, которая тайно, по сути, поработила человечество, не шибко сильно нравилось действовать под ступней неизвестного, который действительно может угрожать их системе, главным доказательством чего, является взлом локального телеэкрана. Поэтому, спустя еще один тяжелый год, тщательно подготовившись, — они решились на новый шаг.

25 ноября

2051 год. Электронные часы слабо мигали в такт времени. Терри Уайт стоял напротив той же оконной стены, что и год назад, когда все началось. Что бы он сейчас не чувствовал, — его выдавала легко заметная улыбка и хитрый насмешливый взгляд. — Он прибыл, — раздался голос зам начальника охраны Тзона по каналу внутренней сети «Robotics Corporation». — Что я могу для вас сделать? — дружелюбно поздоровался Терри с Миггэ, которого должен был не знать. — Вы наверняка меня не помните, но мы с вами встречались несколько лет назад на собрании директоров в Таласси… — его глаза странно светились фиолетовым, и вообще весь он был какой-то не такой, каким он его видел в живую в последний раз. Секунды молчания и тишины. По необъяснимой причине ему и правда начинало казаться, что все на самом деле было так, как ему говорил этот Миггэ. Если бы не вживленный в мозг триггер, посылающий направленные электрические импульсы, — ему точно удалось бы запудрить ему голову. А так… устройство раз за разом приводило его в чувство. — Правда? Если честно, то не могу точно вспомнить… — отвечал Терри. — Ничего-ничего, понимаю! Мы люди занятые и в голове такое долго не держим, но все-таки… Я бы хотел обсудить с вами мое предложение… — Какое предложение? — продолжал разыгрывать представление тот. — Моя смежная компания, — «Miggestrizz» — честно, нуждается в поддержке. Как вы смотрите на то, чтобы мы объединили свои средства и продолжили работу вместе? — глаза его, казалось, стали светиться еще ярче. Уайту было действительно мерзко находится рядом с ним. Он думал, как вернее всего будет разыграть свои карты. Как поступить? Дать волю эмоциям? Или, быть может, продолжать притворяться, подавляя собственную волю? Как всегда, у него было подготовлено два варианта. Оставалось лишь выбрать путь… — Что вы скажете? — приподняв брови, Миггэ продолжал сверлить взглядом. И тут он дал волю улыбке, которую он так упорно скрывал. Подумать только… Он был готов умереть, лишь бы об него не вытирали ноги. Был готов так просто похоронить свои амбиции, отбросить все планы на будущее. Отбросить все, лишь бы не упасть. — Я хочу сказать… — он прекрасно понимал, что Миггэ всего лишь наживка, что прямо сейчас несколько агентов держат его на прицеле и готовы действовать по первому сигналу, и все же, — Я хочу сказать, что на каждый ваш шаг у меня есть два ответа, директор. Как только он дал волю эмоциям — ему сразу стало легче. Миггэ невольно сделал шаг назад, а его лицо искривилось в отвращении и злобе. Он хотел что-то сказать, но Терри успел первым: — Вы рассчитывали стереть мне память. Вы рассчитывали, что я не узнаю, что вы наделали сразу после неудачи «Запуска». Мне пока не удалось выяснить, кто такие эти ваши Вышестоящие, но знайте, — я знаю, что это они отдали приказ о зачистке персонала в нулевой. На жилых уровнях была моя жена, — ждала меня. Я… — Хватит слов… — презрительно фыркнул Миггэ, — Теперь все ясно. Кибердемон, значит? Пора тебе отравиться в самый настоящий ад! — он махнул рукой и в тот же момент раздался выстрел. Концентрированный лазерный луч прошел сквозь стекло, как сквозь масло, а затем прошил главному руководителю «RC» голову. Затем Миггэ прошелся по каждому работнику корпорации лично, — используя свои способности, — незримыми для обычных людей прозрачно-фиолетовыми лапами, он стирал их память. Так, на всякий случай. Теперь оставалось лишь ждать. Если у Кибердемона и была команда, — она себя покажет, и они будут к этому готовы. Всю важную информацию они уже хранили на съемных носителях, а весь специализированный персонал был на своих местах двадцать четыре на семь. Но команда себя не показывала… Было решено, что с Кибердемоном окончательно покончено, однако, Вышестоящие «рекомендовали» за сетью развлекательных клубов «Киберутопии» приглядывать, на рожон не лезть. Новых правил работы не менять. Людей, предоставляющих ключевое слово, — так же отпускать. Много позднее все это переросло в условное соглашение между скаттерскими группировками и «Сигма». Они не лезут туда, — куда им не следует. Это правило работало для обоих сторон. Нужно было понимать, что проект «Лабиринт» не идеален, и нейроботы не во всех случаях работают корректно. Нельзя было слишком часто корректировать общество. Нельзя было трогать значимую ее часть, потому как могла случиться самая настоящая война, что было недопустимо для «Сигма».

31 декабря

2101 год. Кюри, измученный и смертельно уставший, возвращался домой. — Вам просто невероятно повезло, молодой человек! — говорили врачи, осматривая его тело. Ему пришлось провести несколько часов в областном медицинском центре, потому как на своих двоих он уйти не мог. Его оттуда вытащили передовые агенты, предъявив удостоверение «S», которое гласило, что представитель любой структуры должен был подчиниться требованию предъявителя. Предлагали подвезти, — отказался. Сказал, мол, хочет пройтись, подумать. Его отпустили. Но, он был уверен, не надолго. Вызванный им переполох совершенно точно приведет к самым нежелательным последствиям. Завтра-послезавтра с ним обязательно свяжутся. Будет это Янов или Вышестоящие? Вот, в чем вопрос… Дверь в квартиру была не заперта… Кюри насторожился и достал револьвер. Он был уверен, что дверь, уходя, закрывал. Опустив изорванный и немного подгоревший капюшон, вскинув оружие, он медленно вошел внутрь. Ступал тихо, осторожно. С виду все смотрелось нетронутым. Оставалась последняя комната, — спальня. Еще несколько шагов, — и он уже был там. Пусто. Никого и ничего. — Что у меня можно было украсть? — подумал Кюри, но ничего не приходило в голову. Квартира выглядела так же, какой он ее оставлял. Вдруг послышался слабый треск и непонятно откуда раздался голос: — Опусти пистолет. — Что?! Кто здесь?! — вздрогнул Кюри, разочаровавшись в своей бдительности. Он мотал головой в разные стороны и не мог ничего понять. Когда понял — было поздно. Оружие выбили из рук со страшной силой. Кисти рук были сломаны, но он почти ничего не почувствовал. Прямо перед ним стал появляться человек. Похоже, он использовал какое-то стелс-поле, чтобы скрыть свое присутствие. Он наверняка был одним из этих модернизированных уродов… Рельефные мышцы пробивались сквозь его боевую униформу. Неясно, зачем ему нужна была легкая броня. Судя по цвету его кожи, — сама кожа была его броней. С виду — робот, но не такой, как все остальные. Этот был слишком похож на человека. В его глазах теплилась жизнь. В его, хоть и слабо светящихся в темноте, но все же, человеческих глазах. Лицо было открыто. Средней длины волосы собирались к верху. Тонкие губы ровной линией опирались друг на друга. Вживленные в его сероватого цвета кожу длинные шипы, — слабо шевелились. Казалось, они все одновременно собирались вылететь во все стороны. Кюри узнавал материал: шипы были сделаны из титана, окрашенного в густо-черный цвет. Он не сразу заметил, но у этого чудовища не было рук. Вместо привычных ладоней, пальцев и ногтей, были две похожие на кистень детали с ровным круглым углублением. Скорее всего, из них можно было весть огонь или использовать какие-нибудь выдвижные лезвия, — что приходило ему сразу на ум. Он оценивал противника. Думал, как его можно победить в сложившихся обстоятельствах. Думал, — как на него вообще вышли. Однако, на размышления оставалось слишком мало времени. — Ты идешь со мной. Сейчас, — сказал тот, и Кюри пришлось подчиниться.