#12 Кюри: Тайны "Бессмертных"

Поток информации. Бесчисленное число тайн, нежелательных секретов, убийств, предательств. История стремительным течением проносилась сквозь Кюри, оставляя свой отпечаток в памяти. Чем дольше это продолжалось, тем сложнее ему было воспринимать себя, воспринимать все происходящее. Все, что он мог определенно чувствовать, — руки Мелоди, которые расположились у него на плечах. Лица получали свои имена, а воплощенное в порядке зло, сменив облик, — свое, настоящее лицо. Вечность. Озеро тянуло к нему свои невидимые руки. Тихий голос звал его за собой. Теперь ему было ясно, что Кибердемон пытался ему сказать. Правда — это еще не истина. У каждого она своя. Каждый принимает за правду то, что ему ближе, то, что ему доступно. И каждого это полностью устраивает. Так все устроено. Так легче. Ренегат верил в праведность системы. Он верил, что «Сигма», — орган, который принесет в мир порядок, установит мир. Знал ли он, что «Сигма» и была всему виной? Разве может управляющая верхушка, преследующая свои коварные, алчные цели, принести миру мир? У всего есть своя простая, распутанная основа. Все новые и новые нити, закрывающие собой основу, создают люди со своей правдой. Они делятся между собой, образуя бесконечные сплетения. Объединяются в узлы, разрывают старые, утратившие актуальность, нити. Но основа уже навсегда остается погребенной под количеством все сильнее искажающих ее идей. Янов, как и большинство сотрудников и агентов, работает на благо «Сигма», попутно оберегая всех обманутых и ослепленных, руководствуясь идеей. Он верит, что система — ключ к спасению. Находящиеся в камерах содержания объекты вряд ли будут с этим согласны. Лишенных свободы, о которой они даже не знают, лишают свободы еще раз, запирая их разум еще в одной клетке. Возникает один вопрос: — Во что верить мне? «Мне пожали руку и поблагодарили за работу. Сказали, что могу быть свободен до поступления следующей задачи. Меня освободили от всей отчетной составляющей и отправили отдыхать домой. Так просто. С каменным лицом и холодным голосом.» — Спасибо. Можете быть свободны. «Я ничего не сказал в ответ. Даже не кивнул. Не шевелился полностью. Хоть я активно и теряю второстепенные чувства, что я постоянно замечаю, — это дело заставило меня понервничать. Я получил координаты, взял в дорогу еды и несколько капсул. Взял свой револьвер и даже удостоверение, на всякий. Да, конечно, в маргинальных поселениях за пределами мегаполисов, — там, где последствия Третьей мировой не могут быть, пока что, полностью сведены на нет, — вряд ли найдутся те, кому эта пластиковая карточка хоть что-то скажет.» Дикие, лишенные контроля люди, которые представляют какую-никакую опасность для «Сигма», не входят в регистрационный учет системы и не могут стать ее частью, собственно, не пройдя регистрацию. Цена на это дело установлена достаточно высокая, потому каждый, прежде чем попасть в мегаполис, — должен украсить процесс тысячей-другой кредитов. Скаттеры прямо мечтают удалить свои данные из общей базы. Иногда им это сделать удается, — потому ходит мнение, что, если перед тобой человек без регистрации, — он скаттер. Преступник. Он опасен для всех остальных, нормальных людей. По этой причине к людям, которые выходят за пределы власти федераций, отношение соответственное. Так уж вышло, что большинство статичных аномалий, — аномальных зон, — пришлось именно на вольные, лишенные отпечатков системы территории. Именно поэтому передовых агентов, как и оперативные группы, часто отправляют на разведку, чтобы потихоньку составить полную картину настоящих реалий. «Все ради будущего. Настанет час и придет закон в их дома. Накроет порядок их землю.» Пока серебристый мобиль несся по воздуху на автопилоте, Кюри подробнее знакомился с делом. На титульном листе, красным по белому, расположился значок в форме круга с крестиком внутри. «В небольшую деревушку Виллцтриг был отправлен отряд из десяти человек во главе с капитаном Мортиггером. Их сигнал пропал сразу по прибытию. Назад не вернулся никто.» — Если не вернусь и я, тогда отправят отряд зачистки… — подумал Кюри. «Главная задача состоит в том, чтобы найти причину, установить ее принадлежность, по возможности разобраться на месте, вернуться с докладом.» — Капитан Мортиггер… Это далеко не молодой отряд, опытные бойцы. «К делу прикреплены фото всех членов отряда. Фото капитана было обведено в кружок. Похоже, его важнее прочих, если это возможно, вернуть живым. Я понял, что приближаюсь к месту, когда плеер подал короткий сигнал, сообщающий о том, что все каналы были утеряны. Глянул на телефон, — тоже самое. Оставил мобиль чуть поодаль от самого Виллцтрига. Хоть у меня и было чувство, что все может статься так, что мне придется делать ноги, — решил транспортом не рисковать.» День только-только начинался. Бесконечные зеленые леса, которых Кюри уже давно не видел, скрывали за гущей листвы деревню. Лежала она в низине, меж земляных холмов, которые укрывали ее от взгляда с небес. Кюри так и продолжал идти в сторону координат поселения, пока не увидел импровизированный спуск, который жители, видимо, сами сделали из поваленных деревьев. Хаты были деревянные, с редкими, выходящими наружу мутными окнами. Сверху удалось насчитать домиков восемь, и в одном, судя по клубам черного дыма, выбирающегося из трубы, кто-то до сих пор топил. — Странно. Плюс двадцать восемь на улице, — подумал Кюри. Ухоженные улочки пустовали. В деревушке было тихо. Подозрительно тихо. Если бы не чувство, что за ним из всех окон следят, он бы мог предположить, что здесь и нет никого, кроме того, что топит. В гости не ломился, страха не подавал. Вел себя естественно, хоть постоянно и думал о том, чтобы, в случае чего, быстро достать револьвер и выстрелить кому-нибудь в голову. Прогулявшись по песочным дорожкам, ничего не обнаружив, Кюри решил заглянуть в постройку, похожую на какой-то сарай. Он был спрятан в глубине за деревянными домиками. Судя по тому, как скрипнули ворота, сюда давно никто не заходил. Зайдя внутрь, он ощутил удар неприятного запаха сырости и разложения. Несколько банок с молоком, которое давно превратилось в скисший кефир, мешки со сгнившими овощами и два вольера, в которых когда-то находились живые лошади. Вроде. Сейчас они больше походили на иссохшие доли мяса, прилипшего к серым костям. Кюри сразу приметил что-то странное. Это мухи. Мухи вели себя как-то не так. Они перемещались по строгому маршруту, каждый раз, делая круг, повторяли его вновь. Он решил покинуть сарай и заглянуть в один из домов. Пообщаться с жителями. К его удивлению, на выходе его уже ждали. Старая, с морщинистой кожей, женщина в белом сарафане и соломенной шляпе. Она смотрела на него и улыбалась, обнажая довольно ровные и белые зубы. — А вы кто? Что-то я вас тут не видела, — вежливо спросила она, ожидая ответа с явным интересом. Деревушка неожиданно оживилась. Жители, будто только проснулись, — выполняли каждый свою роль, то и дело посматривая на гостя. Две молодые на вид девушки позади бабули, собирали растущие вокруг скромные цветочки. Их сосед напротив, — тот, что топит, — вышел нарубить своим огромным топором дровишек. Несколько снаряженных мужчин покидали деревню тем же путем, которым пришел Кюри. Они, наверное, шли на охоту. Кюри видел в лесу оленя… — Сивуля! Сивуля! — встревоженно звал кого-то еще один старец, проходя мимо сарая, он растерянно оглядывался по сторонам. Агент нахмурился, осматривая бабушку. Удостоверение решил не доставать. Ответил: — К вам, еще до меня, приходила группа людей. Я их ищу. Что вы можете мне рассказать? — умеренным тоном, со всем уважением, говорил он. — Приходил кто-то, да? — со странным непониманием продолжала бабуля, — Так ты поищи у нас, в Виллцтриге. Городок у нас малюсенький, не потеряешься… — Сивуля! Сивуля! — продолжал жалобным голосом звать старик. Мужик продолжать колоть дрова, девушки молча срывали цветы. Мимо прошли еще двое. Мужчина и женщина. Они явно что-то друг другу говорили, но делали это беззвучно. Их губы, глаза, руки шевелились, но слов не было. Они будто притворялись, что ведут беседу. Коротко покосились на гостя, проходя мимо, заворачивая за угол хаты. Обстановка казалась ему ненормальной от слова совсем. Он невольно потянулся к револьверу, когда старушка вдруг пошла прямо на него. Бодрым таким шагом, будто она и не останавливалась вовсе. Кюри сделал шаг в сторону и сказал: — Вы уверенны, что хотите туда войти? — Надо покормить лошадей…