Всё равно люди

Очередное утро очередного серого дня настигло Элис как бандит жертву в узком переулке. Голова болела, отчего хотелось как можно скорее выпить обезболивающего или просто выпить. Опять. Но разве может быть мера в мире, где есть бескрайнее страдание и безграничное счастье? Если шутеры от первого лица начинаются с того, чтобы посмотреть, есть ли у тебя ноги, девушка решила посмотреть в зеркало, чтобы понять, что у неё сегодня вместо нормального человеческого лица и направилась, шаркая тапочками по линолеуму, в ванную. Элис, встав перед зеркалом, наклонилась к нему и почти вплотную посмотрела, оттянув опухшую щёку, на мешок под правым глазом. – Здравствуйте, я панда, и я советую вам бухать только в случае крайней необходимости… – печально на выдохе прошептала и наконец выпрямилась. Отражение казалось размытым, и это не говоря о том, что мир не только фигурально потерял краски, выгорел: всё действительно казалось серо-коричневым. Элис закрыла глаза и помассировала веки круговыми движениями. Наконец девушка открыла глаза и вскрикнула. За спиной её отражения возвышался он. Её Фред. Как на той фотографии, которую она так любила. За левым плечом ведь стоял. И за зад держал, а ей в это время нужно было сохранить хоть сколько-нибудь пристойное выражение, пока техника не управится с захватом момента… Губы сложились в улыбку, но горло почти мгновенно сдавило, а из закрытых глаз скатились слёзы. – Мне тебя так не хватает… Отражение Фреда кивнуло. – И мне тебя. Вроде бы шёпот, но оглушил сильнее рёва пожарной тревоги. Как удар по черепу. Накрыв руками голову, Элис, осела на пол. «Нет-нет-нет-нет-нет», – неслись мысли в голове, дыхание участилось, закололо сердце. Вокруг головы будто был опаляющий венок, выступила испарина. Не открывая глаз, девушка поднялась, опираясь на дверь, и вышла из ванной, только после этого она позволила себе тревожно оглядеться и поплелась на кухню. «Озноб и бред. Срочно нужно принять что-то… жаропонижающее… Здесь могла быть ваша реклама, – улыбка тронула самые краешки губ. – А ведь это может быть и та инфекция. Что ж… Как бы то ни было. Несколько таблеток. Или лучше сразу всю пачку? Чтобы не болела уже никогда». Элис опрокинула весь пузырёк в ладонь и поморщилась. – Ну, и как это, блин, запивать? Я подавлюсь или усну, пока их по одной начну… И тут же усмехнулась: бояться умереть во время самоубийства – это так логично, так по-человечески. – Я запрещаю тебе это делать, – раздался над ухом суровый голос. От неожиданности Элис не только вскрикнула, но и подпрыгнула, автоматически разжав руки. Бутылёк и белые таблетки градом попадали на пол. Девушка развернулась и перевела обречённый взгляд с усыпанного линолеума на мужскую фигуру в сером плаще поверх простенького рыжего свитера. Фред. Конечно же, Фред. Только бледнее обычного и будто бы выше. – Чего встал? – усмехнувшись, обречённо спросила девушка. – Раз уж привиделся и заставил рассыпать, помоги собирать. Он молча кивнул. Опустившись на колени, двое начали методично поднимать и возвращать в бутылёк таблетки. Одну за одной. Вдвоём. Будто возвращают время из разбитых песочных часов по песчинке назад в колбу. Элис почувствовала, что голова у неё тяжёлая, ватная, а лоб горел. «Да вы больны, девушка. Смертельно. И не только Фредом. К радости или горю». Усмешка переросла в кашель, после которой Элис наклонила голову и улыбнулась. Зубы были в крови, и она это знала. Значит, всё-таки инфекция. И быстро же она развилась. Вчера ещё не ощущалось симптомов, кроме лёгкого головокружения, которое можно было легко списать на алкоголь. – Поцелуй же кровавые губы Королевы, идущей на плаху! – продекламировала девушка, выпрямив спину, и тут же чуть не упала. Но сильные руки на плечах не дали этого. – Тихо-тихо-тихо… – произнёс Фред обеспокоенно. – Ты пришёл слишком рано, дорогой, – с полуприкрытыми глазами прошептала Элис. – Конечно, я заразилась, и лекарства от инфекции чуть ли не опаснее её самой, но… разве уже тот час, когда мы снова будем вместе? Улыбка. – Я помогу… Вампир встал и помог Элис подняться. – В чём? Я не боюсь смерти. Или ты станешь моим проводником на небеса? – Она облизнула губы. – В последний раз? – И взяла Фреда за руку, после чего быстро отдёрнула ладонь. – Лёд! Лёд! Лёд! – Сама поняла, что предложения слишком простые, слишком рубленые. Слишком… Слишком соответствовали её путающимся мыслям в слабеющем, затуманенном сознании, будто сотрудники полиции остановили движение на трассе и пропускали в плотную молочную белизну лишь редкие автомобили аварийных служб. Впрочем, скоро ведь она перестанет дышать.