Волчья песнь

Жизнь меня ничему не учит. Я — та, кто стучится в закрытые двери и падает, спотыкаясь об один и тот же собачий корень. Не посчастливилось мне отрастить в голове осуждающе-риторическое: «А что подумают люди?!» И слава богам. Если бы я хоть сколько-нибудь об этом волновалась, так и сидела бы с тёткой до самой её смерти, не набралась бы решительности в своё время, не стала наглой и, как порою свойственно дуракам, везучей. Я ни за что бы не заявилась в Йоррваскр, но вот я здесь, совсем близко. Готовая к вызову. Зал Соратников находился на возвышении, отделённый от площади в Облачном районе Вайтрана массивными каменными ступенями. У Йоррваскра был собственный дворик — довольно миленький: тут тебе и тренировочные манекены, и мишени, и даже местечко для отдыха — столы под навесом у входа, где можно пожевать хлеб, любуясь на тренирующихся неудачников. Преисполненная небывалого трепета, я толкнула дверь. И не зря впечатлилась заранее. Зал был невероятен. Наверное, так должен выглядеть пиршественный зал в Совнгарде — несметное количество еды и выпивки, кубки, манящие подойти, схватить и осушить пару-тройку залпом. Красота, одним словом. Тем временем в небольшом отдалении от столов происходил махач — остервенело дрались женщина в шлеме и рыжий данмер, и за ними ещё наблюдали несколько мужиков — один из них, седой и лысеющий, с сухим жёстким лицом, в повелительно-снисходительном тоне давал советы: — Следи за глазами. Держи руки выше, — я так и не поняла, кому из бойцов, но в конце концов женщина победила. Не особо меняясь в лице, она подошла к столу, уселась за него, а данмер, сплюнув кровью, занялся своими делами — и никаких обид. Кто же тут, интересно, за главного? Эта девка в шлеме? Её соперник, тёмный рыжуля-эльф? Или блондинчик запойного вида, на протяжении драки невнятно выкрикивавший что-то вроде: «Да, да! С разворота ударь! Ух, ёбаны в рот!» Я поставила на седого. — Ну приветствую. — Впервые вижу тебя. Учти, я за тобой слежу, — бросил он, начав от меня уходить. Я застыла в подобии ступора — ну и мутный же народ эти Соратники. Ладно, раз уж я здесь… — Эй, постойте. Вы что же, спиной собрались следить?.. Ахаха… — Я могу и так, — мужчина сложил руки на груди, а я, подобравшись ближе, заметила на его щеках полоски боевой раскраски, а также то, что один из его глаз явно незрячий, уж больно мутный и белый. — Что ты здесь делаешь? — Да вот подумываю присоединиться к вам. — Думаешь, тебе это по плечу? — мужчина хмыкнул — видимо, я рассмешила его. — Тебе повезло, что решаю не я. Поговори с Кодлаком. Как знать — может быть, он пребывает в великодушном настроении. Выпытав, где искать этого Кодлака, я спустилась в жилые помещения. Во мне всё нарастал, обретая впечатляющие масштабы, нетерпеливый интерес — если этот устрашающий сухарь не главный, то кто же у них за главного? Какой-нибудь великан-людоед? Я дошла до комнаты Кодлака и замерла на пороге. Там, при тёплом свете свечей, за столом сидели двое — могучий на вид старик с белыми, как снег, волосами, и темноволосый мужчина, на вид угрюмый и чем-то встревоженный. — Но я по-прежнему слышу зов крови, — удручённо вздохнул второй. Очевидно, я стала свидетельницей какого-то важного разговора — и, хах, мне аж жаль, что с такого непонятного места, а не с самого начала. — Как и все мы — такова наша ноша. Но мы можем выстоять, — отозвался пожилой воин. Его голос звучал спокойно и уверенно, сходу внушая почтение и восторг. — Мы с братом, безусловно, на Вашей стороне, но не уверен, что с остальными всё будет так же просто. — Оставь это мне, — уверил мужчину Кодлак — не оставалось и тени сомнения в том, что передо мной глава Соратников. — В нашем зале посторонний. Девочка, подойди. Сраные хоркеры… Мне-то казалось, что я притаилась бесшумно, как тень. Хороша его воинская сноровка. М-да, если мне хочется однажды стать столь же бдительной, придётся у них задержаться, ахах. Я поспешно подошла к столу. — Приветствую тебя. Если у тебя к нам какое-то дело, говори, — мягко велел мне сладкий могучий дед. Я прочистила горло. — Меня зовут Никандра, и я наёмница. Собственно… Я бы хотела присоединиться к Соратникам. Хех. Ну вот… — Даже так? Ну-ка, дай мне взглянуть на тебя, — Кодлак задумчиво нахмурился. — Хм-м. Да, возможно, ты бы могла. Я вижу, ты сильна духом. — Господин, — прошипел мрачный мужчина, до того проедающий моё симпатичное лицо ядом крайне презрительного взгляда. — Вы же не собираетесь и впрямь принимать её? — местоимение было выделено особо выразительным тоном, как будто бы он лучше старого воина чувствует, из какого я теста. Ну-ну. — Я никому не господин, Вилкас. Насколько я помню, в Йоррваскре всегда есть место для тех, в чьих сердцах горит огонь. Ах, красиво уделал. И самооценку приподнял… Под прямым неотрывным взглядом Кодлака Вилкас заметно сник — сложил руки на груди и опустил голову. — Простите меня, — сказал он уже мягче, хмуро, но с искренним уважением глядя исподлобья, как волк, признающий безусловную правоту вожака. — Но, возможно, это не тот случай… Я никогда раньше не слышал об этой чужачке. Аргумент блистательный, ничего не скажешь. Можно подумать, сама я хоть краем уха слыхала об этом Вилкасе — да я если бы и услышала что, от души посмеялась бы над его глупым именем. Как бы там ни было, будучи свидетельницей данного спора, я пыталась понять, стоит ли эта затея того. Стоит ли мне, одиночке, присоединяться к уже устоявшейся группе людей и учиться командной работе. Пока чувства были противоречивыми — Вилкас вносил свою чёрную лепту. Но что же я, откажусь от возможности испытать себя из-за кислой рожи?! Да шло б оно всё. Он такой же наёмник, как я — разве что поважнее, да и то, по большей степени, благодаря впечатляющей предыстории Соратников — не его лично. Зато этот Кодлак… — Иногда к нам приходят прославленные люди, а иногда — люди, ищущие славы. Это не имеет значения. Важнее то, силён ли новобранец сердцем. — И насколько тверда его рука, — кивнул Вилкас. — Верно, — Кодлак тепло прищурился. — Какова ты в бою, девочка? — Мне ещё многому надо научиться, — признала я, но без неохоты — с улыбкой. Пусть видит, что я не боюсь своих недостатков и готова работать над ними — в конце концов, так оно и есть. Всегда помни, что тебе есть, к чему стремиться — один из ценнейших уроков Иддара. — Молодец, — к моему удовольствию похвалил меня Кодлак. — Вилкас поможет тебе с этим. Мы с Вилкасом незамедлительно переглянулись. Справедливости ради — наше нежелание иметь дело друг с другом было взаимно и, стало быть, одинаково велико. — Вилкас, — продолжил Кодлак, — иди с ней во двор и проверь, на что она способна. — Да… — без энтузиазма отозвался Вилкас, после чего поднялся из-за стола. Я удивилась — подумать только, какой он, оказывается, маленький. Вполне себе среднего роста, но сухопарый такой — по сравнению со своими доспехами уж точно… Я чуть было не усмехнулась от самодовольства, чувствуя себя самкой саблезуба, вступающей в заведомо выигранный бой с волчонком, но вовремя одёрнула себя — заранее праздновать победу не только глупо, но и опасно. Неправильно расценив мой долгий взгляд на него, Вилкас кинул: — Не здесь. Во дворе. Пошли. И вот настал момент истины… Мы вышли во двор, под свод тёмного неба и набирающий силу дождь. Вилкас встал напротив меня, выставив перед собой щит, подхваченный им где-то по пути. — Старик велел мне оценить тебя. Что ж, начнём. Ударь пару раз, а я посмотрю, в какой ты форме. Не переживай, я выдержу. Насмешливые нотки в его голосе раззадоривали. Будь мы в иных обстоятельствах, я бы с удовольствием подралась с ним — хоть на мечах, хоть на кулаках, лишь бы кровь кипела и только крепчал этот ярый весёлый огонь в груди. Но сейчас нужно было не перегнуть палку — всё же хорошая драка как секс, без взаимного согласия теряет свой изначальный смысл. Обнажив меч, я нанесла эту самую пару ударов. Щит громыхнул раз, громыхнул второй — Вилкас с явным усилием остался на месте, не сдвинувшись — я ощутила сопротивление его тела. — Неплохо. Но в следующий раз будет сложнее. Может быть, от тебя будет толк, но пока ты ещё щенок, свежая кровь, и делать будешь то, что мы скажем, — Вилкас небрежным движением отстегнул ремешок, закрепляющий ножны на его поясе. — Вот, возьми мой меч и отнеси его в кузницу к Йорлунду, пусть заточит. И аккуратнее с ним, он стоит дороже тебя. Не удостоив меня возможности внятно ему ответить, Вилкас ушёл. Нет, ну какой же он высокомерный ублюдок, подумать только. А мне бы, вообще-то, не помешало уточнить, где конкретно находится кузница — к счастью, её я нашла очень быстро — кузнец всегда там, где шумно, а дуэт стали и наковальни трудно с чем-либо спутать. Я вспорхнула победоносной орлицей по очередным ступеням, чтоб их! Небесная кузница оказалась зрелищем впечатляющим, не говоря уже о самом Йорлунде — я слыхала, что этот кузнец самый сочный и непревзойдённый в городе. Красивый мужик, эталонный норд, я аж рот раскрыла от изумления. — Что привело тебя сюда? — спросил меня Йорлунд. — Да… Вилкас, собственно говоря. У меня его меч. — Я так полагаю, ты здесь недавно? — он забрал меч, попутно смеряя его оценивающим взглядом — чутка нахмурился. Понял, видимо, что для него нашлась работёнка. — Именно так. Скажи, а Вилкас всегда гоняет новеньких по своим поручениям, или это я ему так приглянулась? Йорлунд насмешливо хмыкнул. — Не переживай. Все они когда-то были щенками, просто не любят вспоминать об этом. И не нужно всё время делать то, что тебе говорят — у Соратников нет господ со времён Исграмора. — Ну а Кодлак?.. — Кодлак — Предвестник, что-то вроде советника для всех, но, тем не менее, каждый здесь сам по себе. А вот это мне нравится. Даже очень. — Ты тоже один из Соратников? — полюбопытствовала я. — Нет, но никто из них не умеет работать с молотом, а для меня честь — работать у них, — Йорлунд пристально смотрел на меня, как будто прикидывал, стоит ли говорить мне… что-то ещё. И сказал наконец: — У меня к тебе просьба. Я работал над щитом для Эйлы — если вы пока не встречались, ты легко узнаешь её по рыжим волосам и боевой раскраске на лице. Я буду благодарен тебе, если ты отдашь ей этот щит, раз уж ты всё равно направляешься в Йоррваскр. Мне бы хотелось пораньше вернуться домой к скорбящей жене. — Разве не ты говорил мне, что я не должна делать то, что мне говорят? — улыбнулась я, решив не уточнять, что случилось. Не хотелось соваться в чужие дела и давить на больное. — Это не приказ, это просьба старого кузнеца. Я усмехнулась и без дальнейших вопросов забрала щит — мне не жалко. Вскоре я уже с глупым видом блуждала по жилым помещениям — к счастью, старушка-служанка вскоре мне подсказала, где я могу найти эту Эйлу. Дверь в комнату Эйлы была приоткрыта, и я хотела было зайти, предварительно постучав по дверному косяку для приличия, как вдруг услышала уже знакомый мне голос — суровый, мрачный и размеренный. — Толкаются тут эти рекруты. — Боишься, что кто-то из них посягнёт на твоё место, Скьор? — откликнулся женский насмешливый голос. — Могут попытаться. Но меня не это волнует. — А что? — То, что смерть они найдут раньше, чем попытаются. Ого… Кажется, с этим мне следует держать ухо востро. — От твоей руки? — Это если им повезёт. … Рано я напрягла жопу. Бывалый боец просто-напросто беспокоится о щенках, пусть и подаёт это не в самой дружелюбной форме. Что ж, это по-своему мило. Скьор, значит? Надо запомнить. Я постучалась и тут же вошла. На меня обернулись двое — уже знакомый мне Скьор и… Исмир, Йорлунд оказался прав. Такую женщину трудно не узнать, даже располагая самыми обобщёнными приметами: она и впрямь была огненно рыжей, и на лице её вызывающе красовалась нордская боевая раскраска. Высокая пламенная Эйла без лишних вопросов приняла щит из моих рук. — Мой щит… Отлично, а я как раз ждала его. Ты из новичков, ведь так? Выходит, старик считает, что ты не из робкого десятка. — Я видел, как она тренировалась во дворе с Вилкасом, — сказал Скьор Эйле. — А-а, да. Я слышала, ты задала ему трёпку, — усмехнулась Соратница. Скьор усмехнулся тоже: — Ты только Вилкасу не говори об этом… — Как думаешь, ты бы смогла одолеть Вилкаса в настоящем бою? — обратилась Эйла ко мне. — Не люблю хвастаться, — ответила я, пожимая плечами. — А! Женщина, предпочитающая дело слову? Не зря ты мне нравишься, — Эйла улыбнулась мне и перевела взгляд на дверной проём за моей спиной. — Фаркас покажет тебе, где ты можешь поспать. — Фаркас! — крикнул Скьор, и я услышала шаги в коридоре. — Вы звали меня? — спросил низкий хрипловатый голос, и я наконец соизволила обернуться. И прихренела, надо сказать. В дверях стоял… Вилкас? Нет. Этот выглядел внушительнее — тот же рост, но широченные плечи, плотно сколоченная фигура, мощные руки. Волосы подлиннее, почти до плеч, ну а так… почти Вилкас. Те же черты и глаза. — Конечно, звали, отморозок, — снисходительно, но в целом довольно тепло отозвалась Эйла. — Покажи новичку, где спят остальные щенки. — Идём со мной, свежая кровь, — позвал меня Фаркас, и я последовала за ним. Наши шаги разносились эхом по коридору. — Скьор и Эйла любят дразнить меня, но они хорошие люди. Они побуждают нас становиться лучше, — так вот просто и радушно, без нотки уязвлённости сообщил Фаркас. Нет, как бы ни был он схож с Вилкасом, их не перепутаешь — и дело вовсе не в отличающихся габаритах. — Приятно видеть новое лицо, а то иногда становится скучно. Надеюсь, ты у нас останешься — тут бывает тяжело. Казармы вон там, — Фаркас остановился у одной из дверей и кивнул в её сторону. — Выбирай кровать и падай туда, когда устанешь. Ну… — он немного растерянно усмехнулся. — Можешь идти, познакомься с ребятами. Если будет нужна работа, поговори со мной или Эйлой. Когда заработаешь себе имя, тобой займутся мой брат Вилкас и Скьор. Удачи. И добро пожаловать к Соратникам. Фаркас опустил свою тяжёлую ладонь мне на плечо, крепко сжал и тряхнул. Я неловко ответила ему тем же, что, кажется, повеселило его. М-да… Брат Вилкаса… Близнец, по всей видимости. Вилкас, вроде, упоминал брата в разговоре с Кодлаком, а у меня это как-то из головы вылетело. Провожая Фаркаса взглядом, я улыбалась — какой славный малый. Ему, по всей вероятности, перепало всё то дружелюбие, которое они должны были разделить с Вилкасом пополам в материнской утробе… Ну да ладно. Приятно познакомиться с кем-то, кто не занудничает и не задаётся. Да, кстати, об этом… Ребята, встретившие меня в комнате, особого энтузиазма не выказали — если, конечно же, не скрывали его из стеснения, я же такая крутышка… — Я всё пытаюсь понять, почему Скьор вообще тебя впустил, — едко фыркнула на меня баба в шлеме. Кстати, судя по горизонтальным полоскам на щеках, она явно косила под этого самого Скьора. Воздыхательница, что ли? — Не бойся, он не впустил… пока, — пробормотала я, ухмыляясь, но сестра-нордка уже отошла к кровати и не могла оценить по достоинству уровень моего остроумия. Впрочем, ко мне моментально шагнул тёмный эльф. Только для того, чтобы выдать презрительное: — Я-то переживал, что меня не примут в Соратники, а они, оказывается, всех подряд набирают. Я терпеливо тяжко вздохнула. — Ты сомневаешься в решении Кодлака? — уточнила я, решив, что так будет проще закончить спор. Эльф насупился, и от дальнейших разборок меня спасла смуглая болтливая девушка — Рия, как вскоре выяснилось. До того, как я пополнила ряды этой славной компании, она была "младшей" здесь и теперь горела желанием поболтать со мной, рассказать о своих достижениях и о том, как здесь, в самом-то деле, не страшно и интересно. Милая девочка. Подводя итоги, скажу, что из всех присутствующих один лишь блондин-пьянчуга, пригубив за раз полбутылки эля, не обращал на меня никакого внимания, и, честно говоря, я была ему благодарна за это.