От мороженного до бездны
29 марта 2021 г., 21:05
Целую минуту Цзян Чэн неподвижно смотрел на красный шар.
Теперь, когда голос Вэй Усяня затих, в лаборатории было очень тихо, слишком тихо. Единственный звуком в комнате, кроме потрескиваний энергии возмущения в улучшенных компасах Зла, было его прерывистое дыхание.
Это был лихорадочный сон? Неужели дух настолько силён, чтобы пройти через могущественный барьер секты Лань? Был ли он истощен? Болен? Или же, может, это были его бесконечные сожаления, которые накладывались друг на друга, пока не сломали его ментальную систему?
В конце-то концов, скольких последователей темного совершенствования он замучил до смерти и убил, злясь из-за обстоятельств, которые он даже не понимал? Сколько он ненависти хотел привить Цзинь Лину к стороне своего дяди? Сколько раз он хотел наладить отношения с братом после храма Гуаньинь, пока всё ещё не сломалось к чертям? Просил ли добрый, не испорченный, духовный заклинатель Вэй Усянь у него помощь? Предлагал ли он шанс, чтобы искупить свою вину?
Слишком хорошо, чтобы быть правдой.
Как жестоко с его стороны представлять такое.
Он отдал бы всё, чтобы это было по-настоящему.
Но если путешествие во времени было действительно возможным, то значит ли это, что Вэй Ин…
— Хм? Цзян Чэн? — спросил голос позади него. Он повернулся, встретившись с серебряными глазами Мо Сюаньюя, которые блестели ярче прежней серости благодаря живой душе Вэй Усяня.
Слегка напрягшись, Вэй Усянь осмотрел комнату, анализируя каждую вещь, которую он видел: прототип улучшенной версии компаса Зла, специально выслеживающие карты, проверка, отчет о его духовной силе, сфера для путешествий во времени…
На руках у Цзян Чэна.
Вэй Усянь нервно взглотнул.
Разговоры с бывшим братом были ужасно неловкими в эти дни. Цзян Чэн имел право его ненавидеть, и ничто — даже слова Цзинь Гуанъяо — не должны были этого изменить. Хотя Вэй Усянь и пожалел о многих действиях, которые он сделал раньше, он лучше, чем кто-либо другой знал о чувствительных эмоциях Цзян Чэна. Иногда ему так не хватало того времени, когда они оба резвились и дурачились, но некоторые вещи не подлежат восстановлению…
Лучшим вариантом было избегать каких-либо взаимодействий.
— Цзинь Лин сейчас в библиотеке с Сычжуем, — произнес он наконец, надеясь, что шар не является такой большой проблемой. Возможно, если бы Цзян Чэн поговорил с Цзинь Лином и мирно ушел, они смогли бы избежать больших неприятностей. Со всеми хрупкими изобретениями в его лаборатории, вряд ли Облачные Глубины пережили бы столкновение с Цзыдянем!
Конечно, по иронии, во всем, где был замешан Вэй Усянь, происходило худшее. Как и сейчас.
— Что это? — потребовал ответа Цзян Чэн, указывая на шар, а потрескивающая пурпурная молния вспыхнула в его руках.
Вэй Усянь сжал кулаки, пытаясь сохранить спокойствие.
— Ах… Ну, я просматривал некоторые свои старые записи и объединил их с найденной мной курильницей благовоний и эмпатией, чтобы… Создать способ сохранить воспоминания вроде? И…
— С чем связаны эти записи?
— Время… С временем. Ничего плохого! Я даю слово, что наша реальность в абсолютной безопасности. Это что-то вроде начала нового времени…
— Путешествие? — предложил Цзян Чэн.
— Что?
— Я ведь прав?
— Эм… Да, но я имею в виду…
— Правда?
Вэй Усянь тут же начал колебаться. По тону, который использовал Ваньинь, он мог сказать, что этот вопрос был гораздо важнее, чем казалось, но он не мог понять почему. Что заставило Цзян Чэна сделать такой вывод:
— Ты совершил путешествие во времени, не так ли? Скажи мне правду.
— Я… Да, ты прав.
Окна внезапно разбились, когда вся мощь лидера секты хлынула в атмосферу, поджигая её энергией. Стены и пол задрожали, и талисманы, которые находились в комнате, начали ярко сиять.
Казалось, вся Земля задрожала от его гнева.
Напротив него Вэй Усянь замер. Ему потребовались часы научных разговоров, чтобы доказать Лань Чжаню и Сычжую, что он не врёт. Путешествие во времени было реальным, а не простым вымыслом.
Зачем Цзян Чэну это спрашивать?
— Э-э-э, Цзян Ч…
— Что ты изменил?
— Что?
— Ты сказал, что можешь путешествовать в прошлое и изменять события?
— Ну, это сложно…
Он прорычал:
— Ты… Ты стал причиной того, что лидер секты Не узнал о смерти Не Минцзюэ? Ты специально заставил Лань Ванцзи влюбиться в тебя? Убедился, что Цзинь Гуанъяо был пойман, даже если это сломало Лань Сичэня?! Ты можешь путешествовать во времени. Что. Ты. Изменил.
Он до сих пор не знал, почему Вэй Усянь решил вернуться к жизни только спустя тринадцать лет. Было ли это как-то связано с этим? Почему он ему ничего не сказал? Почему он никогда ничего не знает?!
— Что ты…
— Ты даже не пытался спасти А-Цзе?! — закричал он.
Рука Цзян Чэна дотянулась до глаз, и Вэй Усянь с ужасом осознал, что тот вытирает свои слёзы.
— Цзян…
— Нет. Конечно нет. Ты бы предпочел провести время, валяя дурака или развлекаясь с Лань Ванцзи и Вэнь Нином, как и всегда. Мы правда так мало значили для тебя?!
«Это была моя вина? Я причина того, что ты недостаточно заботился о нас, чтобы даже попытаться все изменить?»
— Цзян Чэн, о чем ты говоришь?! — голос Вэй Усяня тоже повысился, и его глаза приобрели лёгкий красный оттенок.
— Что бы ни случилось между нами двумя, я думал, ты, по крайней мере, любишь А-Цзе.
Земля у его ног раскололась, когда Вэй Усянь наконец сломался. Красная энергия возмущения в комнате с шипением ударила по наполненному электричеством воздух, ранее созданный Цзян Ваньином.
Фиолетовый свет и красная тьма яростно танцевали друг вокруг друга, пока Цзян Чэн не смог почувствовать силу в комнате.
Два брата встретились глазами, слезы блестели в их глазах, кулаки были стиснуты в ярости на другого, на себя и на весь этот глупый, тупой мир. Во внезапно наступившей тишине резко раздались чьи-то приближающиеся шаги.
— Вэй Ин! — крикнул Лань Ванцзи, подойдя достаточно близко, чтобы защитить своего мужа за собственной спиной и игнорируя его яростные возгласы остановиться.
Ханьгуан-цзюнь наблюдал за фиолетовый светом, готовый напасть любой момент, когда почувствует опасность. Трое самых могущественных мужчин в мире встретились лицом к лицу, образуя водоворот из темно-фиолетового, ледяного синего и демонически-красного цветов.
Облачные Глубины содрогнулись под их властью.
Вэй Усянь заставил себя сделать прерывистый выдох, отказываясь терять контроль, и оттолкнул энергию возмущения куда подальше. Чувствуя, как энергия рассеивается, Лань Ванцзи и Цзян Ваньинь оглянулись.
— Цзян Чэн, почему бы тебе не начать всё с самого начала?
своему брату Главе Ордена Цзян. — Извини, я… Я просто немного задумался.
К сожалению, Цзян Чэн только с подозрением сузил глаза:
— Я знаю этот твой взгляд. Что ты выяснил?
Заметив то же самое, Лань Ванцзи не удивился, поскольку сосредоточил свое внимание на Вэй Усяне и ждал ответа. На мгновение Вэй Ин задумал отрицать всё.
Затем он вспомнил, что никогда не сможет выиграть у своего мужа игру в терпение.
— У меня есть одна теория…
Мгновенно лица Цзян Чэна и Лань Ванцзи стали задумчивыми и мрачными, заметив нерешительность Вэй Усяня. На самом деле, они были такими разными в отношениях, но они, несомненно, знали Вэй Усяня лучше, чем кто-либо другой в мире. Его невысказанные слова были ясно слышны.
Он знал наиболее вероятных подозреваемых, и им бы не понравился его ответ.
— Лань Чжань, дети сейчас в библиотеке, да?
— Мгм. Если ничего ужасного не случилось.
— Отлично, давай их проведаем, — предложил Вэй Усянь, начиная путь, не дождавшись ответа. Без колебаний за ним последовал Лань Чжань, а вскоре к ним присоединился Цзян Чэн.
Напряжение между ними было очень ощутимым. Цзян Ваньинь смотрел на них с миллионом эмоций, скрытых за маской гнева. Лань Ванцзи оставался безэмоциональным, безразличие маскировало его раздражение, которое он испытывал к одному брату, и обожание, которое он испытывал к другому. Вэй Усянь повёл их к библиотеке, делая всё, что в его силах, чтобы не обращать внимания на хаос эмоций, кружащихся позади него как торнадо.
По мере того, как этот смерч стремительно рос, энергия в их окружении отвечала тем же. Дважды Вэй Усянь ловил себя на том, что энергия возмущения заставляет цветы на их пути вянуть. Точно так же и с духовной энергией: за ней образовывались лёгкие искры и кристаллы инея.
Молчание длилось недолго.
— Вэй Усянь.
Слегка сглотнув, Вэй Ин заставил себя не вздрогнуть при этих словах, ведь он их всё равно ожидал.
— Да?
— Если это действительно ничего не изменит в нашей текущей реальности, то зачем вообще беспокоиться?
После нескольких медленных успокоительных вдохов Вэй Усяню удалось спросить:
— Это имеет значение?
— А разве нет? Что ты получаешь, работая над тем, что не поможет в этом мире? Простое любопытство?
— Это такая проблема?
— Мы оба знаем, насколько хорошо это сработало.
Когда температура снова резко упала, Вэй Усянь разрывался между благодарностью и ужасом. В то время как его Лань Чжань защищался с достоинством, Вэй Усянь был слишком усталым для драки прямо сейчас.
— Это никогда не было просто любопытством, — напомнил Лань Ванцзи, словно Цзян Чэн мог забыть о своём участии в демоническом культивировании Вэй Усяня. При напоминании о золотом ядре его брата пурпурная молния вокруг Цзян Ваньиня на мгновение вспыхнула ярко как звезда.
— Ах, ну в любом случае, это было не простое любопытство. Мне было интересно, можно ли установить связь между нашим и другим измерениями. Ключом к большинству достижений является сбор идей от разных людей, поэтому возможность легко контактировать с большим количеством людей обеспечит гораздо более широкий обмен знаниями; особенно когда после начала любых изменений рождаются разные люди, — Вэй Усянь объяснил так, словно это не он в одиночку создал все достижения мира совершенствования за последнее тысячелетие (поскольку даже другие изобретения, такие как гвозди и печать Сюэ Яна, были просто слабой имитацией творений, к которым Вэй Усянь не записывал инструкции).
— Полагаю, это приемлемо, — решил Цзян Чэн.
Если бы он мог слышать реакцию Лань Ванцзи, фраза «Вэй Ин не нуждается в твоем одобрении» была бы невыносимо громкой. Маленькие приятности.
С каких это пор Вэй Ин был тем, кто уменьшал обострение ситуации?! Это была не та роль, которую он должен был играть! Судьба допустила серьёзную ошибку!
К счастью, к тому времени они уже добрались до библиотеки.
— А-Юань? Ты здесь?
— Сянь-гэ? — прошептал в ответ Лань Сычжуй, нервно оглядываясь по сторонам, даже несмотря на то, что их группа была единственной в библиотеке. — Что ты здесь делаешь?
Он замолчал, его глаза расширились, а Лань Цзинъи уронил свою книгу. Когда она с грохотом упала на пол, Цзычжэнь и Цзинь Лин уставились на пару, следовавшую за старшим Вэем.
Саньду Шэншоу, Ханьгуан-цзюнь и Старейшина Илина выступили перед ними единым фронтом. Даже если они и чувствовали странную силу ранее, никто не мог ожидать этого.
— Дядя! — Цзинь Лин первым отошёл от шока и поспешно встал. — Что происходит?!
— Ханьгуан-цзюнь? — Цзинъи не мог удержаться от вздоха. — Почему вы здесь?
— Что-то не так, старший Вэй? — добавил Оуян Цзычжэнь.
Улыбаясь слишком дразняще, чтобы они не могли расслабиться, Вэй Усянь шагнул вперёд и перегнулся через их стол.
— Я думаю, это я должен вас спрашивать. Понимаете, недавно кто-то ворвался в мою лабораторию. Если моя сигнализация не сработала, это, должно быть, были люди, которым я доверяю. Полагаю, вы четверо ничего странного не видели?
— Нет! — вскрикнул Цзинъи.
— Я, конечно, надеюсь, что нет. Там довольно много вещей, которые действительно могут навредить тому, кто не знает, чем заняться, не так ли?
— Конечно, — пробормотал Сычжуй, глядя вниз.
— Не говоря уже об экономическом кризисе, который случится, если мои изобретения сломаются.
— Тебе в любом случае наплевать на деньги! — Цзинь Лин запротестовал. — Разве ты не говорил, что пока у тебя было достаточно денег, чтобы жить, «глупая роскошь» моего Ордена…
— Цзинь Лин, — прорычал Цзян Чэн, заставляя детей замолчать. Одинаковые взгляды Цзян Чэна и Лань Ванцзи превратили и без того разрушительный ум Вэй Усяня в ещё более острый клинок.
— И даже игнорируя экономические последствия, мы все понимаем, насколько опасными могут быть мои изобретения. Фактически, одно из них разрывает пространство и время, помните?
— Я думаю, что это не проблема!
— Ты думаешь, и мой таинственный вор знал это?
— Вор? Мы ничего не крали!
Вэй Усянь молча наблюдал, как слова Цзинь Лина медленно доходили до детей.
— Подождите…
— Я имел в виду…
— Мы не…
— Мне очень жаль! — Сычжуй сдался, не в силах больше поддерживать игру. — Вы сказали, что всё будет хорошо, поэтому мы не думали о последствиях!
— Сычжуй! — закричали три возмущённых подростка.
— Цзинь Лин! Зачем ты сделал такую глупость?! — рявкнул Цзян Чэн.
— Он говорил, что ничего не произойдет!
Ханьгуан-цзюнь нахмурился:
— Сычжуй?
— Мне жаль! — беспомощно повторил мальчик.
— Мы просто…
— Возились с вещами, которые могли бы вас убить?
— Там есть вещи, которые могли нас убить?!
— Проблема в том, что сперва вы должны были спросить об этом!
Тщательно отруганный, квартет подростков опустился на свои стулья. Всё, что сказал Вэй Усянь, не было ложным или неправильным.
— Что-то… — Сычжуй сжал кулаки, боясь ответа. — Что-то пошло не так из-за того, что мы сделали?
— Ничего, кроме того, что главари Великих Орденов из другого измерения одновременно потеряли сознание, — хмыкнул Вэй Усянь.
— А? Ну, это ненадолго, правда?
— Конечно нет. По моим расчётам, это займёт всего несколько недель.
— Это правда должно занять так много времени?
— Что ж, вы бы знали ответ на этот вопрос, если бы сначала спросили меня, не так ли?
— Извините, старший… — пробормотал Цзычжэнь, пытаясь провалиться сквозь землю
Видя, что все они начали осознавать серьёзность своей ошибки, Вэй Усянь выдохнул и ослабил свою настойчивость. Самое главное, что нужно было выяснить — насколько серьёзным был беспорядок; и надеятся, что Цзян Чэн не убьёт его за то, что его изобретения снова начали создавать проблемы.
Глупый, его глупый и лишённый сна мозг.
— Итак: что, когда, кто и почему? — спросил Вэй Усянь, заставив подростков поднять глаза.
— О… эм-м, мы отправили некоторую информацию о причинах Аннигиляции Солнца и о том, что заставило всех от вас отвернуться, думаю в… около двадцати лет назад в прошлое… — начал Сычжуй.
— Ты думаешь?
— Нам помогли, — объяснил Цзинъи. — Кучка ближайших духов и несколько людей, которые были тогда живы, но умерли, были готовы помочь вам. Они сказали, что согласны с тем, что мы пытаемся сделать. Информация была отправлена в прошлое молодому Ханьгуан-цзюню, молодому Цзэу-цзюню, молодому Главе Ордена Не и молодому Главе Ордена Цзян и так далее.
— И моим родителям, — добавил Цзинь Лин. Как и всегда, оба его дяди по материнской линии слегка вздрогнули при упоминании его матери.
— Что касается того, почему. — добавил Цзычжэнь. — Мы просто… Мы чувствовали, что вы все заслуживаете лучшего!
— Мои мама и папа, и вы трое, и глава Ордена Лань, и братья Не должны были пройти через это. Если бы они знали всё с самого начала…
— Что бы они сделали? — прервал его Вэй Усянь. — Выследили бы и убили подростковые версии Цзинь Гуанъяо, Су Шэ и Сюэ Яна? Что именно это нам даст? Думаете, меня волнует месть? Хоть она и не идеальная, но я доволен той жизнью, которая у меня сейчас есть. Зачем создавать другое измерение, в котором вы что-то меняете? Вы так сильно хотите отомстить?
— Дело не в этом! — Цзинь Лин запротестовал, мысленно вздыхая о том, насколько всё было бы легче, если бы Вэй Усянь злился на пренебрежение к себе, как нормальный человек. — Мой… Цзинь Гуанъяо мог солгать о многом, но он был прав в одном: это, вероятно, произошло бы в любом случае.
— Все боялись тебя, и к тому времени мир совершенствования слишком привык к войне, — кивнул Сычжуй. — Если не они, возможно, кто-то другой в конце концов выступил бы против тебя. Вот почему это так важно! Твоим злейшим врагом был не Цзинь Цзысюнь, не Су Шэ, не Цзинь Гуанъяо, не Сюэ Ян и даже не Цзинь Гуаншань — им была готовность людей судить кого-то, не имея полной картины. Непостоянство людей и менталитет толпы, а не какого-то одного человека. Все эти люди просто использовали тебя, потому что всё равно тебя ненавидели!
— Маленькие кланы не могут выступить против Великого Ордена без поддержки другого Великого Ордена, — добавил Цзычжэнь, думая о маленьких кланах, сплотившихся с Орденом Цзян у горы Луаньцзан. — Мы послали воспоминания не для того, чтобы убивать людей — мы сделали это, чтобы заставить лидеров мира совершенствования понять, как легко ими манипулировать и как легко их обмануть! Потому что, прежде всего, именно общественность всегда была твоим злейшим врагом.
Через несколько мгновений подростки увидели редкий вид ошеломлённого Вэй Усяня. Затем он кивнул и сказал:
— Я понимаю вашу точку зрения, мои маленькие редиски, и я очень горжусь всеми вами. Вот почему вы будете писать каждое правило по двадцать раз.
— Что? — взвизгнул Цзинъи.
— Старший…
— Но ты сказал…
— На это уйдут месяцы!
— Осмысление политической ситуации не имеет никакого значения, если вы не понимаете, что изобретения этого идиота опасны, — чуть ли не кричал Цзян Чэн. — Вам вообще не следовало там быть!
— Ты не можешь меня наказать, — возразил Цзинь Лин, отводя взгляд от своего разъярённого дядюшки и уставившись на того, кто был ниже его ростом. — Я глава Ордена.
— А я твой дядя… Трижды: через Шицзе, Мо Сюаньюя и Лань Чжаня, чей брат был названным братом твоего дяди. Так что, основываясь на приёмной семье, крови и браке — да, я могу.
— Я… Это не в счёт.
— В счёт, — подтвердил Лань Ванцзи.
— И даже если этого не произойдёт, ты не убежишь от меня, сопляк! — добавил Цзян Чэн.
— Вы не мой дядя, — пробормотал Оуян Цзычжэнь.
— Женись на одном из этих троих, и я буду тебе дядей, — поддразнил он, отчего все четверо залились вишнёво-красным цветом. — В любом случае, нет. Это было очень опасно, и вы все понесёте наказание, независимо от семейных связей или их отсутствия. Верно, Лань Чжань?
— Мгм. Вэй Ин всегда прав.
— Лань Чжань!
Цзян Чэн только тяжело вздохнул, гадая, когда такие вещи как путешествия во времени, стали нормальной частью его повседневной жизни.
«Когда Вэй Усянь вернулся», — услужливо подсказал его разум.
***
Несколько зелёных листьев парили над чистым озером, перед тем как мягко опуститься на него. Рябь, появившаяся от приземлившихся листьев, искажала отражение облаков, словно ткань, развевающаяся на ветру. Не Хуайсан дрожал, пытаясь не вспоминать об ужасном существе, которое плавало в озере в прошлой сцене. Листья на воде плавно смещались, уступая плывущей лодке. Окружение наблюдателей изменилось: теперь перед ними стоял шумный и оживлённый город. Лодка прошла под мостом, а наблюдатели через туннель смогли распознать горы перед ними. — Цайи? — спросил Лань Ванцзи у своего брата. Сичэнь кивнул, но оба были напряжены, чувствуя, что красота перед ними — лишь затишье перед бурей. Раздался восторженный вздох: — Ручейки и мостики! Люди, которые живут рядом с такой красотой! Город Цайи прекрасен! Лань Сичэнь благодарно улыбнулся замечанию Не Хуайсана, мастерски скрывая свою тревожность. Приятный звонкий смех заставил город сиять еще ярче. — Вэй Ин, — Лань Ванцзи оживился, услышав знакомый голос, а затем заставил себя принять правильную осанку. — Ага! — снова засмеялся Вэй Усянь. — Нам действительно повезло побывать здесь. Раз уж удача с нами, то воспользуемся же ей по полной! Лань Ванцзи отчаянно пытался унять боль от слов Вэй Ина о том, что выход из Облачных Глубин считался удачей. На самом деле, это к лучшему: так он не рисковал унизить себя, выставляя свои мысли на показ. Насмехаясь над слишком бурной реакцией Вэй Усяня, Цзинь Цзысюань, закатив глаза, отошел от юноши из Ордена Цзян, который сидел напротив Цзян Чэна, наслаждаясь угощением. Цзинь Цзысюань снова почувствовал сожаление от своих действий. Если бы Цзян Чэн и Цзян Яньли не были такими безнадёжными, как он думал, ему могло бы понравиться проводить время в Пристани Лотоса. Он тут же отмёл эту мысль подальше. У него есть двоюродный брат, и хотя они и не были так близки, как брат и сестра Цзян, Цзинь Цзысюань всё равно мог составлять ему компанию. Радуясь как ребёнок, Вэй Усянь с наслаждением поедал мороженое. — Удача? Ты оскорбил клан Лань. Когда Лань Цижэнь вернётся, тебе несдобровать. — Вернётся? — переспросил Лань Цижэнь. — Ха! Ты прикрывал меня столько раз — если прикроешь еще раз, это не будет большой проблемой. К тому же, кого волнует то, что будет в будущем? Давай лучше наслаждаться каждым днем, пока мы можем! — Идиот, — не мог не пробормотать Цзян Чэн. Выражение лица его двойника говорило то же самое. Но если его мысли были заполнены любящим раздражением, то настоящий же Цзян Чэн был довольно искренен. Может быть, Вэй Усянь умер от того, что отказывался задумываться о будущем? Что такого ужасного совершил его брат, чтобы все в мире самосовершенствования сплотились против него? Почему он был настолько беспечным, чтобы заниматься демоническим культивированием? — Сейчас середина весны! — заявил Вэй Усянь, понятия не имея о мыслях Цзян Чэна. — А еще у нас есть мороженое. Почему бы просто не насладиться этим? С таким же энтузиазмом он съел еще один шарик мороженого. — Ты ведешь себя так, словно в жизни не ел мороженое. — Ну, в Облачных Глубинах я постоянно был голоден. Если бы я мог есть эти чудеснейшие десерты каждый день, я бы задержался в Гусу намного дольше. Лань Ванцзи оглянулся и запомнил название этой лавки. Конечно же, по чисто интеллектуальным причинам, ведь понимание культур довольно важно. Послышался длинный вздох. — Я действительно завидую людям, которые выросли в этом месте. — Ну конечно. Если бы я заставил тебя переписывать книги на протяжении месяца, ты убежал бы быстрее кроликов! Обиженно фыркнув, Вэй Усянь перегнулся через стол и показал язык своему брату. Их отношения очень отличались от показанного в будущем. Отличное времяпровождение вместе? Совместные перекусы? Поддразнивания? Показывание языков? Что могло привести эти отношения к тому, что один брат сбежал от другого, и тот выслеживал и убивал каждого, в ком подозревал воскреснувшего Вэй Усяня? Крепко стиснув зубы, Цзян Фэнмянь заставил себя снова дышать. Два брата молча смотрели друг на друга долгое время, пока Вэй Усянь снова не улыбнулся. — Бьюсь об заклад, это мороженое понравится Шицзе! — подал он голос. — Мы можем позже вернуться сюда снова и купить несколько домой. Цзян Чэн закивал в ответ, выражая согласие. Цзян Яньли радостно засмеялась, увидев своих братьев такими милыми. Даже Юй Цзыюань не могла не фыркнуть от веселья. Цзинь Цзысюань неловко закашлялся и заставил себя подойти к Цзян Яньли. — Т-ты бы хотела пойти туда вместе со мной? — прошептал он, когда она повернулась, чтобы взглянуть на него. — Я имею в виду, когда симуляция закончится. Только если ты захочешь. Не то чтобы нам обязательно нужно идти туда, я бы мог купить сколько понадобится… — Я была бы рада пойти с тобой, — ярко улыбнулась Яньли. Цзинь Цзысюань поспешил вернуться на свое место, пытаясь не визжать от радости. Двое мужчин рядом с братьями спорили о цене товара; Вэй Усянь, заметив это, недоверчиво хмыкнул: — Люди из Гусу так мягко говорят. Как это вообще может считаться спором? Лань Сичэнь и Не Минцзюэ рассмеялись от чётко слышимого замешательства в его голосе. И если первый нашёл реакцию Вэй Усяня забавной, то второй вспомнил, что задавал точно такой же вопрос раньше. Цзян Чэн, заметив взгляд Вэй Усяня добавил: — Если бы они услышали брань в Юньмэне, то испугались бы до смерти. Юй Цзыюань приподняла бровь, глядя на сына, который наверняка подразумевал под этим высказыванием её. Как и ожидалось, Цзян Чэн приблизился к своей сестре, почувствовав взгляд своей матери. По крайней мере, она утешала себя мыслью о том, что Цзян Яньли могла обеспечить брата, не устраивая сцен. В этот момент Вэй Усянь остановился и принюхался. Он повернулся и с чистой неподдельной радостью глядел мимо той ругающейся парочки. — Это же рисовое вино! Цзян Чэн, глядя на брата, который небрежно прыгал из одной лодки в другую, закричал: — Не спеши так! Ты же в воду упадёшь! Вэй Усянь ответил лишь простым «спасибо за заботу» и, схватив бамбуковый шест, подтолкнул лодку к мосту. Цзян Яньли не знала, смеяться или плакать, видя пренебрежение брата к своей безопасности. Ну, не то чтобы это было в первый раз… Лань Сичэнь, Не Минцзюэ и Вэнь Цин засмеялись, разделяя одинаковые чувства насчёт своих младших. Вэнь Жохань кротко взглянул на Вэнь Цин, и она тут же заткнулась, мысленно ругая себя за беспечность рядом с главой своего клана. Два Нефрита клана Лань стояли на мосту, через которую проплыла лодка. — Брат, — спросил Лань Ванцзи. — Почему ты им разрешил пойти вместе с нами? Нечисть — не повод для шуток. Лань Сичэнь угукнул один раз и перевёл взгляд на младшего брата. Их окружение снова поменялось: теперь это были гостевые комнаты для приглашённых адептов Ордена Лань. За пределами этих комнат раздался счастливый возглас. — Вэй-сюн, Вэй-сюн! — крикнул Не Хуайсан, захлопывая дверь. — Сегодня тебе действительно повезло! Выражение лица Не Минцзюэ было поистине устрашающим. Он любил своего брата всем своим сердцем, но он знал, что означает такой восторг Не Хуайсана. Их взор наконец прояснился и они поняли, что находятся в комнате Вэй Усяня. Упомянутый парень моргнул и сел, услышав это заявление. Лань Ванцзи резко отвернулся от этой сцены. Из всех возможных сцен, симуляция показала, как Вэй Усянь расслабляется в своей постели. Неужели симуляция знала, какие сцены нанесут наибольший удар, и специально показывала их? Лань Ванцзи крепко сжал кулаки, уверенный в том, что создатель симуляции — настоящий демон. Губы Вэй Усяня скривились в весёлой ухмылке, и он спросил: — Правда? Что такое? — Никакой учёбы в ближайшие несколько дней! Старик прошлой ночью отправился на дискуссионное собрание в моём Ордене Цинхэ Не! — О нет, — прошептал Цижэнь, наконец поняв, почему они были так рады в предыдущем фрагменте. — Неужели? Это же замечательно! Если старый ворчун уйдёт, то о младшем ворчуне можно и не беспокоиться! Не Хуайсан пытался медленно и незаметно приблизиться к Лань Ванцзи в надежде, что ледяная аура того умерит взрывной пыл его брата. Но, к его удивлению, ни Не Минцзюэ, ни Лань Цижэнь не высказали ничего против него. Неужели они действительно решили не наказывать за то, чего ещё не произошло? Хотя это вряд ли. Не Хуайсан метнул взгляд по старшим, пытаясь понять, что у них на уме. Сами того не зная, они оба были поглощены одинаковыми волнами меланхолической печали. Будущего Не Хуайсана ещё не показали, но они всё ещё могли видеть будущего Вэй Усяня. Он по-прежнему дразнил всех и веселился с обыкновенной невинностью и незрелостью на лице, чего в будущем у него явно не было. Цижэнь не думал ни о чём, кроме как направить мальчика на верный путь, искоренив тёмный путь в его мыслях, но даже он был обескуражен такой разницей в выражении лица. Мальчик, который веселился тем, что поменял местами книгу стихов и порнографическую книгу, исчез. Стал жертвой войны. Вэй Усянь поспешно встал с кровати и, натягивая на себя сапоги, пропел: — Мне и в самом деле сегодня везёт! Даже сами небеса благословили меня! Его звонкий смех раздался по всей комнате. Лань Ванцзи в жизни не слышал такого прекрасного звука. Если моряки терялись в водах оттого, что слышали хотя бы приблизительно такие завораживающие звуки, тогда Лань Ванцзи мог их понять. Даже так, Лань Ванцзи не хотелось, чтобы Вэй Ин называл его «младшим ворчуном». Он бы не знал, как ответить на такие слова, но то, что он оказался рядом со своим дядей, которого всегда ставил в пример для подражания, оставило кислый привкус в его рту. — Не могу поверить, что я не нашёл ни одного фазана на горе Ордена Лань! Окружение изменилось и они увидели жалующегося Вэй Усяня. — Говори тише! — шикнул Цзян Чэн. — Ты в любом случае понесёшь наказание, когда он вернётся в Орден. — Зачем живому беспокоиться о своей загробной жизни? Я бы предпочёл жить свободно как можно дольше. «Что за невероятно оптимистичный юноша!», — удивился Не Минцзюэ. Даже если на протяжении тринадцати лет имя Вэй Усяня очерняли, что поначалу могло бы опровергнуть это утверждение, то Вэй Усянь никогда не вёл себя так, словно его огорчали или обижали чьи-то слова. Похоже, он и правда не заботился о своей репутации. Через коридор подошли две фигуры: Лань Ванцзи и Лань Сичэнь. За исключением выражений лиц и немного различающегося цвета глаз — глаза у Лань Ванцзи были ближе к золотому цвету, а у Сичэня — светло-карими — два брата выглядели как близнецы. Самым заметным различием для многих было то, что один хмурился, а другой постоянно улыбался. Но не для всех. — Хм? — начал Вэй Усянь, когда его взгляд упал на братьев. — Я вижу… два Лань Чжаня. Лань Ванцзи посмотрел на него. И Цзян Чэн, и Цзинь Цзысюань хихикнули при описании близнецов Лань, а Не Хуайсан начал открыто смеяться. Братья Вэнь фыркнули от презрения, но все остальные подростки, похоже, были весёлыми. Особенно Сичэнь. — Ты отвернулся, — прошептал Лань Сичэнь, наклоняясь к брату. — Есть ли здесь что-то… — Нет. Лань Сичэнь приподнял бровь, скорее удивлённый, чем испуганный резкой настойчивостью брата. — А вы, господа? — спросил виртуальный Лань Сичэнь. — Цзян Ваньинь из Юньмэна. — Вэй Усянь из Юньмэна. — Брат Сичэнь, — с лёгким поклоном поприветствовал Не Хуайсан. — Хуайсан, — ответил Лань Сичэнь. — Недавно, когда я посетил твоего брата в Цинхэ, он интересовался твоими оценками. Как твои оценки? Как ты думаешь, ты сможешь сдать экзамен в этом году? — Э-э-э… наверное. Вэнь Сюй фыркнул, вспомнив о довольно позорной академической истории наследника Ордена Не. Со старшим братом могут быть проблемы, но избавиться от младшего брата будет легче лёгкого. Он тут же пожалел о своём поступке, когда его отец кинул на него тяжёлый взгляд. Вэй Усянь улыбнулся ответу своего друга, прежде чем спросил: — Цзэу-цзюнь, что вы двое собираетесь сейчас делать? — Мы собираемся истребить водяных гулей, — ответил Сичэнь. — У нас было недостаточно людей, поэтому я вернулся за Ванцзи. — Хах, водяные гули, конечно, — насмешливо заметил Цзян Чэн. Судя по более ранним сценам, было очевидно, чем окажутся так называемые водяные гули. — Брат, не надо тратить время на разговоры, — прервал его Лань Ванцзи. — Дело не допускает ни малейшего промедления. Мы должны немедленно отправиться туда. Лань Ванцзи слегка расслабился и кивнул, соглашаясь. Хорошо, да, ему следует уйти на второй план как можно дальше, пока он ещё может. До того, как другие люди, кроме его брата, начнут понимать его эмоции. — Подождите, подождите! — крикнул Вэй Усянь. — Мы могли бы помочь! Незаметно тревожась, Лань Ванцзи молча умолял своего брата не давать этому прекрасному юноше разрешение пойти с ними. Вэнь Жохань молился об обратном. — В Ордене Юньмэн Цзян мы всё время ловим водяных гулей! — произнес Вэй Усянь. — Кроме того, у нас нет никаких уроков в ближайшие дни. Цзэу-цзюнь, вы могли бы взять нас с собой? — В этом нет необходимости, — настойчиво возразил Лань Ванцзи, стоящий рядом с Лань Сичэнем. — Орден Гусу Лань также… — Тогда конечно можно. Большое спасибо за вашу помощь, — прервал его Сичэнь. Даже самые дисциплинированные наблюдатели не могли удержаться от легкого хихиканья из-за совершенно одинаковых предательских взглядов, которыми оба Лань Ванцзи одарили своих братьев. Это было самое эмоциональное и заметное выражение лица, которое они видели у него, не считая того момента, когда он кричал на Вэй Ина. Для Лань Цижэня, который за последний час видел, как его племянник терял контроль над своими эмоциями чаще, чем за последнее десятилетие, этот разговор сопровождался изнурёнными вздохами. — Вы можете пойти подготовиться, — сказал Лань Сичэнь. — Мы можем пойти вместе. Хуайсан, ты тоже хочешь? — Я, наверное, просто побуду в Цайи. — Вместо того, чтобы учиться? — спросил Минцзюэ, приподняв свою бровь. — Ты не можешь меня за это винить, да-гэ! Это будущий я, а не настоящий! — Тогда погнали! Пора готовиться ловить водяных гулей! — заявил Вэй Усянь, приобняв Цзян Чэна за плечо. Все трое мальчиков возвращались в свои комнаты, на их лицах читался очевидный восторг. Воспоминания исчезли, вернув наблюдателей к мосту в городе Цайи. Подумав мгновение над своим ответом, Сичэнь наконец произнёс: — Цзян Чэн и Вэй Усянь имеют хорошую репутацию в Юньмэне. Они очень способные заклинатели. Цзян Чэн слегка покраснел, удивлённый такой искренней похвалой от уважаемого Цзэу-цзюня, и покраснел еще сильнее, когда Цзинь Цзысюань и Цзян Яньли захихикали от его реакции. «Я не согласен с этим», написанное на лицах обоих Лань Ванцзи, казалось, удвоило их веселье. Лань Сичэнь улыбнулся и продолжил: — И разве ты сам не хотел, чтобы он пошёл с нами, а? Я согласился только потому, что ты выглядел так, как будто очень хотел, чтобы Вэй Усянь пошёл с нами. Лань Ванцзи задумался, его уши начали пылать и стали розового цвета. — Он этого правда хотел? — спросил Цзян Чэн, не заметив на лице Лань Ванцзи ничего, кроме раздражения. Его отец же слегка засмеялся, кивнув Лань Сичэню. — Вы довольно хорошо умеете читать своего младшего брата, — улыбнулся Фэнмянь. Лань Сичэнь поклонился главе ордена, не обращая внимания на озабоченный хмурый взгляд дяди. Были ли усилия Цижэня спасти своих племянников от участи их отца напрасными? Будущий Лань Ванцзи, который затащил Вэй Усяня обратно в Облачные Глубины, ещё сильнее подтверждал эту теорию. Услышав журчащий шум воды, Лань Ванцзи взглянул на лодку Вэй Усяня, которая только что прошла под мостом. Он посмотрел на него мгновение, затем снова повернулся к своему брату. — Это не так. Несмотря на то, что он ответил так уверенно, тот факт, что он быстро отошёл от брата, заставил усомниться в правдивости этих слов. К тому же, розовый оттенок на его ушах становился более красным. Впервые за это время, Не Хуайсан, Цзинь Цзысюань и Цзян Чэн посмотрели на Лань Ванцзи с чем-то вроде понимания. До сих пор он всегда был — как сказал Хуайсан — прекрасным примером «чужих детей». Нефрит, что не имел эмоций и сочувствия, и действовал только по правилам своего ордена. Настоящее раздражение, вызванное Вэй Усянем, было неожиданностью, но ничем сильно не отличалось от недовольства Лань Цижэня. Однако, может, он просто не показывал, что чувствовал. Ванцзи уставился на своего брата со всей смущённой яростью, которую он только мог показать, и удвоил её, когда его брат пытался подавить веселый смех. В мгновение ока, наблюдатели были оторваны от сцены с мостом и зависли над водой — рядом с Вэй Усянем, который был в поисках вина. «Где же это находится?» — подумал он про себя. Затем, ещё раз принюхавшись, ускорился. — Молодой господин, куда же вы так быстро убегаете? — окликнула женщина сбоку. — Не хотите ли вы попробовать моей свежесобранной мушмулы? — Я ценю ваше предложение! — крикнул Вэй Усянь. — Я попробую, когда вернусь! — О, мы должны пойти туда все вместе, — прошептал Не Хуайсан, взглянув на Цзинь Цзысюаня и Цзян Чэна, стоящих рядом с ним. Они оба удивлённо моргнули, но тщательно обдумали идею. — Если мы поедем в Цайи, было бы неплохо найти гида. — Верно, — кивнул Цзинь Цзысюань. — Лучшими гидами всегда являются местные жители. Несмотря на то, что Лань Ванцзи услышал их разговоры, он не сказал ни слова, чтобы принять их очевидное предложение. Сичэнь слегка нахмурился из-за отчуждённости своего брата, а его взгляд заставил прекратить попытки дальнейших предложений. Одновременно наследники Цзян, Не, Цзинь и Лань осознали одно и то же: если бы Вэй Усянь был с ними, он бы бесстыдно дразнил Лань Ванцзи, пока не получил бы личное приглашение. Вместо него с ними был сопевший Вэнь Чао, которому было слишком всё равно, чтобы обращать внимание на ситуации, связанные с чужими кланами. Вэй Усянь открыл рот, чтобы продолжить говорить, но заткнулся, когда его лодка врезалась в лодку Цзинь Цзысюаня. Увидев, что на его другую версию брызнула вода, Цзинь Цзысюань не мог не быть благодарен, что все элементы симуляции проходят сквозь наблюдателей. — Ах… — Вэй Усянь притих, извиняясь и кланяясь. — Прошу прощения, господин Цзинь. Промокший наследник Ордена Цзинь лишь посмотрел на другого парня. Вода, возможно, на самом деле и не тронула его, но настоящий Цзинь Цзысюань все ещё был раздражён беспечностью Вэй Усяня. Затем Яньли слегка рассмеялась и тоже поклонилась, её щеки тут же залились румянцем. — Примите и мои извинения, господин Цзинь. И после этого Цзинь Цзысюань внезапно не смог больше злиться. — Вэй Усянь! Ты сделал это намеренно? — потребовал ответа Цзинь Цзысюань. — Заткнись! — Цзинь Цзысюань зашипел на другого себя, мысленно умоляя симуляцию не разрушать этот момент, который только что произошёл между ним и Цзян Яньли. Увидев его реакцию, Цзян Чэн почувствовал, что раздражение, начавшее нарастать в его разуме, немедленно исчезло. Мадам Цзинь удовлетворённо кивнула сыну. — Эта река такая широкая. Тебе действительно нужно было в меня врезаться? — Я просто не заметил. Если хочешь, я могу принести тебе еще рисового вина! — пообещал Вэй Усянь, глядя на Цзинь Цзысюаня, который пытался выжать воду из своей мокрой одежды. — В этом нет необходимости. — Хорошо… Тогда, если это всё, чего ты хочешь, я… — Просто позаботься о том, чтобы Орден Юньмэн Цзян держался от меня подальше. При этих словах и Цзян Яньли, и Цзян Чэн повернулись к нему. В их взглядах не было ни презрения, ни обиды, они просто внезапно забеспокоились о том, что, возможно, их присутствие рядом было нежелательным для Цзинь Цзысюаня. Если бы они попытались помочь, тем самым неосознанно ухудшив ситуацию, они бы просто подтвердили его недовольство ими. — Э-э… нет. Нет, эм-м, я… — начал Цзинь Цзысюань, но не мог никак продолжить. «Я хочу сблизиться с вами, — должен был сказать он. — Я хочу поблагодарить вас за оказанную вами поддержку. Я хочу узнать вас обоих. Я хочу, чтобы родился Цзинь Лин.» Вместо того, чтобы что-либо объяснять, он просто стоял и таращил глаза как идиот. Иногда он действительно ненавидел себя. — Что ты хочешь этим сказать? — наконец спросил Вэй Усянь. Когда он повернулся посмотреть на наследника Ордена Цзинь, его глаза были в тени, потому что солнце светило позади него. Впервые наблюдателям показали Вэй Усяня из прошлого без улыбки на лице. Цзян Фэнмянь кивнул: даже несмотря на то, что это был жених Яньли (и на предупреждающий взгляд, с которым Юй Цзыюань смотрела на симуляцию), Вэй Усянь имел право защищать Орден Цзян. Где-то в стороне Хуайсан нервно сглотнул, задаваясь вопросом, будет ли заверение Лань Сичэня в отношении мастерства Вэй Усяня показано самым худшим из возможных способов. Цзинь Цзысюань медленно повернулся, с презрением глянув на сжатые кулаки Вэй Усяня. Они встретились глазами, и напряжение в воздухе резко возросло. Над ними появлялись тучи. — А-ах, — неуверенно рассмеялся Не Хуайсан, двигая свою лодку так, чтобы встать между ними. — Успойкойтесь. Просто успокойтесь. Брат и сестра Цзян всерьёз задумались о том, чтобы уйти, а смущённый Цзинь Цзысюань не мог вымолвить ни слова. — Хуайсан, вот совет: если ты будешь общаться с «собаками», то рано или поздно закончишь как они. Теперь беспокойство Цзян Чэна сменилось резким гневом, особенно из-за конкретного сравнения Вэй Усяня с «собакой». Он кинул гневный взгляд на Цзинь Цзысюаня. — Будь осторожен с теми, кого называешь друзьями, — продолжил симуляционный Цзинь Цзысюань, ещё глубже копая могилу настоящему Цзысюаню. — Не пренебрегай своей учёбой. У твоего брата всегда найдутся слова для тебя. Хоть Не Минцзюэ и присоединился к Цзян Чэну, пристально глядя на Цзинь Цзысюаня, он обнаружил, что тому было всё равно. Вместо этого он осознал, что люди, с которыми он начал сближаться как с равными — Не Хуайсан, Цзян Яньли и Цзян Чэн — были отчуждены из-за слов симуляционного Цзинь Цзысюаня. И самое худшее заключалось в том, что на их месте он поступил бы так же. — Прошу прощения, молодой господин Цзинь, — прорычал Цзян Чэн, отходя от него дальше. — Пошли отсю… Приказ Цзысюаня был прерван, так как его лодка внезапно затряслась, и он чуть не упал. — Вэй Усянь! Да как ты смеешь! — А? Это был не я! Он правда не врал. Из-за их споров, Не Хуайсан поместил свою лодку между их лодками. После этого все три лодки начали дрожать. — Происходит нечто странное! — заявил Цзинь Цзысюань. — Что? Что происходит? — спросил Хуайсан, не заметив, как мощная волна стремительно поднималась позади него. — Хуайсан! — Минцзюэ чуть ли не закричал, прыгая между своим братом и волной. Однако из-за того, как была устроена симуляция, волна прошла сквозь него, словно наблюдателя и не было. Цзысюань пересмотрел своё мнение о неприкасаемости, проклиная её в уме. Из воды прыгнул безногий водяной гуль, бросился вперёд и собирался схватить Хуайсана. Он в ужасе закричал. Не Минцзюэ почувствовал, как его сердце замерло. Вэй Усянь успел ударить шестом по голове гуля, и тот снова упал в воду. Не Хуайсан отступил назад, а мирные жители бросились в разные стороны. — Водяные духи! Это водяные духи! — попутно кричали они. Продавщица лотосов бежала слишком медленно, поэтому гуль успел схватить её за лодыжку. Однако, меч Вэй Усяня в следующую секунду красной полосой рассёк руку гуля пополам. Сам Усянь приземлился с боевой стойкой и серьёзным выражением лица. Лань Ванцзи удивлённо моргнул, впечатлённый его навыками. Увидев это, Сичэнь слегка хихикнул. Огромный водяной гуль выскочил из воды и забрался на лодку Хуайсана. Не Минцзюэ проклинал своё бессилие, до сих пор стоя между ними и не имея возможности помочь. Тяга продолжалась, в конце концов лодку опрокинуло и наследник Не был вынужден вцепиться в поручень. Хоть Цзинь Цзысюань и хотел помочь — он был в ловушке, окружённый толпой гулей: он убивал одного, а на его место приходил другой. Затем две дуги ярко-синего света прорезали воду. Поднялись огромные волны. Сичэнь мягко приземлился на лодку Хуайсана, его мантия развевалась на ветру. — Спасибо, Сичэнь-гэгэ, — пробормотал Хуайсан. Медленно выдохнув, Не Минцзюэ повернулся к Сичэню и кивнул в знак благодарности. Вэй Усянь же, благодаря своему опыту, с лёгкостью продолжал рассекать водяных гулей. Справа от него Цзян Чэн приземлился на крышу пустой лодки. Из-за спины Вэй Усяня вылетели пять талисманов, и все они достигли своих целей, убивая гулей. Он посмотрел в ту сторону, откуда прилетели талисманы, и увидел стоящего Лань Ванцзи. Осознав, насколько их превзошли в силе, оставшиеся гули быстро сбежали с места происшествия. — Отличная работа, — мягко похвалил Цзян Фэнмянь. Лань Цижэнь разрывался между гордостью за комплимент и раздражением из-за того, что он тоже должен похвалить других в ответ. — Ваши мальчики также преуспели, — наконец произнёс он. Похвалив их вместе, он избегал похвалы отдельно Вэй Усяня, а Цзян Чэн определённо был учеником с навыками выше среднего. К счастью для него, хотя Цзян Фэнмянь слегка улыбнулся очевидному конфликту, происходящему в голове Лань Цижэня, он просто кивнул в ответ, скрывая свое веселье. Заклинатели-подростки вернулись на свои лодки, проклиная гулей, которые прямо сейчас пытались уплыть как можно дальше. — Они ушли, — сообщил Вэй Усянь, наблюдая, как последние силуэты исчезают из поля зрения. Лань Ванцзи слегка нахмурился, когда повернулся к брату: — Я думал, что в озере Билин не было никаких монстров. Сичэнь кивнул, соглашаясь, и повернулся, чтобы осмотреть более затенённый участок воды. — Дела обстоят серьёзнее, чем я ожидал. Вэнь Цин слегка выдохнула через нос, снова напомнив себе, что действия случайных членов её Ордена не касались лично её. Но голос в её голове продолжал предательски спрашивать о том, сколько ещё жертв принесут действия её клана. — Хуайсан, ты должен просто подождать нас здесь, — посоветовал ему Сичэнь. — Остальные пойдут со мной на озеро Билин. Не Минцзюэ с самого начала этих сцен не расслаблялся ни на миг, но после этих слов его плечи опустились совсем на чуточку. Сичэню понадобилось всё его самообладание, чтобы не засмеяться над такой мелочью. Оттуда наблюдателей потянуло вдоль реки, они быстро устремились вслед за уже далёкими лодками. — Цзэу-цзюнь? — спросил Вэй Усянь. — Это соответствует сообщениям о речной тропе? Лань Сичэнь кивнул. — Водяные гули не посещали Цайи более десяти лет, но в последнее время и люди, и корабли начали загадочным образом тонуть. — Были ли установлены ловушки для ловли водяных гулей? — Да, — ответил Сичэнь, — несколько дней назад я установил сети. Я думал, что поймаю максимум одного или двух, но их было больше дюжины. Слушая своё объяснение, Сичэнь пожалел, что изобретений Вэй Усяня ещё не существует. Это могло бы спасти столько жизней… Или просто «может спасти», если им удастся уговорить Вэй Усяня разработать их, как только они смогут выйти. — Тела, найденные вами, — это люди, которые жили здесь? — спросил Цзян Чэн. — Боюсь, что нет. Мы нашли трупы, привезли их в город и поспрашивали всех в округе, но было много трупов, чьи тела никто не забрал. Вчера мы снова установили ловушки и поймали больше трупов, чем раньше. Вэй Усянь задумчиво промычал. Наблюдатели уже видели навыки Вэй Усяня в разгадывании загадок во время расследования на горе Дафань, но в этот раз наблюдатели имели больше зацепок, чем он сам. Он предполагал, что эти гули не из здешних мест, так как они обитают в местности, которую хорошо знают и не уходят далеко. Группа, обитающая в этом городе, была точно не из Цайи. Но если считать, что их отправил вниз по реке Орден Вэнь, ответ был бы очевидным. Словно отвечая на их мысли, Вэй Усянь продолжил: — То, с чем мы только что боролись, может быть и не водяными духами. — Ни тебе, ни Ванцзи не удалось их поймать, — согласился Сичэнь. — Это довольно необычно. Не реагируя на подразумеваемую похвалу, Вэй Усянь наклонился и окунул руку в воду, вытаскивая запутанные грязные пряди, схожими с теми, что он нашёл во время битвы. Внезапный холод охватил тело Цзян Фэнмяня, он повернулся и увидел, как Вэнь Жохань наблюдает за его подопечным с вниманием, с которым обычно рассматривают драгоценные вещи. Вэнь Жохань больше интересовался не его внешними данными — слава богу, он не повторяет слова Цзинь Гуаншаня — а интеллектуальными. Он интересовался его умом, его навыками. Что же движет Вэнь Жоханем? Чего он пытается достичь? К сожалению, это было даже хуже, чем интерес Цзинь Гуаншаня. Глава Ордена Цзян глубоко вздохнул, напоминая себе, что нужно беспрестанно сохранять бдительность. — Цзэу-цзюнь, водяные это гули или нет, — они действительно умны. Если мы будем использовать такие лодки, разве они не смогут прятаться под ними и отказываться выходить? Что, если мы не сможем их найти? — Мы будем ждать, пока не найдём их. В конце концов, мы должны делать то, что можем, — ответил Лань Ванцзи. Цижэнь кивнул в ответ на слова племянника, показывая редкий вид безмолвной похвалы. — Используя простые сети? — Вэй Усянь переспросил. — Верно, — кивнул Сичэнь. — В Ордене Цзян используют другой метод для поимки гулей? Видя, что Вэй Усянь не собирался отвечать, наблюдающие взглянули на Цзян Фэнмяня, который немного смущённо улыбнулся. — Мы, конечно, тоже используем сети. Однако Вэй Усянь — исключительно хороший пловец и всегда предпочитал прыгать в реку и вытаскивать водных гулей голыми руками. Этот метод довольно опасен, чтобы использовать его наравне с другими, поэтому мы пытаемся отучить его от этого. Слегка пыхтя, Мадам Юй закатила глаза и пробормотала: — Он всегда ведёт себя так, словно у него аллергия на выполнение задач с простой инструкцией. Брат и сестра Цзян слегка усмехнулись, вспомнив похожие происшествия, и Цзинь Цзысюаню снова захотелось подойти к ним. Вэй Усянь, не обращая внимания на разговоры, ушёл в свои мысли, рассуждая вслух: — Вот бы кто-нибудь придумал компас, который указывал бы на местонахождение монстров… — Что? Вспомни, кто изобрел Компас Зла! Я никогда не слышал о чём-либо, что могло бы помешать его работе! — Я знаю, что это был Старейшина Илина, но он ведь не мог сделать всё идеально, не так ли?! — А? — пробормотал Цзинь Гуаншань. — Он думает об этом даже сейчас? — Конечно. Это звучит реалистичнее той теории, что он просто от скуки в свободное время создал талисман, который изменил мир самосовершенствования. Чего вы ожидали? — фыркнула Юй Цзыюань. — Мои извинения. Вы, конечно же, правы. Это были просто мысли вслух. Но смысл был ясен для всех: если Вэй Усянь уже создавал теории, то сейчас он был так же ценен, как и тот, который был показан в будущем. Возможно, даже больше, поскольку он ещё не мог никуда убежать. Вэнь Жохань ухмыльнулся. — Наблюдай за водой и сосредоточься на их поиске. Ты снова слишком замечтался. — Самосовершенствование и полёты на мечах тоже раньше были просто безумными мечтами, — поддразнивающе ответил Вэй Усянь. Нервно сглотнув, Цзян Чэн поблагодарил другого себя за то, что он сменил эту тему безумных теорий своего брата (которые, как оказалось, не были такими безумными, как все они думали). Лёгкое раздражение, промелькнувшее на лице Вэнь Жоханя, только усилило его облегчение. Вэй Усянь перевёл взгляд на безупречную осанку Лань Ванцзи, отложив эти мысли на более свободное время. Второй Нефрит отвернулся, отказываясь думать об этом слишком глубоко. Взгляд Вэй Усяня стал еще глубже, а его улыбка сменилась серьёзным выражением лица, которое они видели у него всего несколько раз до этого. Затем… — Эй, Лань Чжань! — кричал он, подпрыгивая на месте. — Посмотри на меня! Ну же, посмотри на меня! — Вэй Ин! — смущённо прошипел Цзян Чэн, находясь в нескольких метрах от Цзинь Цзысюаня. Чтобы не тратить своё раздражение на Павлина, он решил позлиться на своего брата. Реагируя точно так же, другой Цзян Чэн в шоке разинул рот, а затем устало закрыл своё лицо руками. После того, как он немного потёр виски, чтобы избавиться от усталости, его тут же охватил гнев. — Эй, Вэй Усянь! Ты не можешь хоть раз жизни побыть серьёзным? Напряжение, вызванное предыдущей схваткой, мгновенно рассеялось. И главы кланов, и наследники сочли подобное общение весёлым; но, несмотря на улыбку Вэнь Жоханя, его глаза оставались холодными, всё так же прикованными к будущему Старейшине Илина. Всё ещё смеясь про себя, Вэй Усянь подтолкнул свою лодку ближе к лодке Лань Ванцзи. Наконец, когда они были всего в нескольких метрах друг от друга, Второй Нефрит кинул взгляд на главного ученика Юньмэн Цзян. Шест Вэй Усяня с треском столкнулся с водой. — Что за… — Эй! Наблюдатели, подошедшие к паре, инстинктивно отпрыгнули, чтобы избежать всплеска воды, а некоторые из них завизжали. Неудивительно, но Не Хуайсан так запаниковал, что потерял равновесие и упал на невидимый пол под наблюдателями. Взметнулась огромная волна воды, почти вдвое выше подняв лодки, и тут же упала. Лань Ванцзи поспешно убрал рукав от брызг и успел прыгнуть в лодку брата. — Что он делает?! — потребовал ответа Цзян Чэн и посмотрел на сестру в надежде, что она знает, что происходит. — Ты… — начал Лань Ванцзи, но остановился, когда Вэй Усянь прыгнул на крышу своей лодки и с помощью своего шеста перевернул лодку Лань Ванцзи. За перевёрнутый борт лодки цеплялись несколько искривлённых и грубых рук. Почти все наблюдатели отреагировали точно так же, как и братья Лань из симуляции. Распахнутые глаза, открытый рот и внимание, которое было приковано к существам под лодкой Лань Ванцзи. — Оу… — Водяные гули, — понял Лань Ванцзи. И действительно, три или четыре утопленника были перевёрнуты вместе с лодкой, и Лань Ванцзи немедленно избавился от них. — Как… — Ему просто повезло, — заявил Вэнь Чао, пытаясь быть похожим на отца, когда тот противостоял другим Орденам. Сичэнь тепло улыбнулся, один раз поклонившись Вэй Усяню. — Господин Вэй, как ты узнал, что они были на дне лодки Ванцзи? Вэй Усянь взволнованно приземлился, затем повернулся к братьям Лань с улыбкой, полной радости. Лань Чжань сглотнул. — Легко, — заявил Вэй Усянь, постучав по своей лодке два раза. — Проблема в осадке его лодки. На лодке был только один человек, но осадка была ниже, словно вместе с Лань Чжанем на ней был кто-то ещё. Поэтому я подумал, что должно быть кто-то прицепился на дно его лодки. Вэнь Жохань и Цзинь Гуаншань недооценили юношу, которым они интересовались. Они уже знали его ценность как Старейшины Илина и добавили к этому его изобретательный ум, аналитическую смекалку и общую начитанность. Тем не менее, они забыли, что, помимо всего вышеперечисленного, он был также необычайно опытным. С каждым воспоминанием Вэй Усянь становился всё более заманчивой наградой. — Вы действительно эксперт, молодой мастер Вэй. Чтобы поддержать слова своего будущего «я», Лань Сичэнь почтительно поклонился Цзян Фэнмяню и Мадам Юй. И если глава Ордена Цзян с теплотой ответил ему, то Юй Цзыюань была вынуждена поклониться в ответ. Если так будет продолжаться и дальше, могущественные люди мира самосовершенствования будут знать Орден Юньмэн Цзян лишь из-за их подопечного Вэй Усяня, а не законного наследника. Она сердито стиснула зубы. — Лань Чжань! Я правда не хотел обрызгать тебя водой, — извинился Вэй Ин. — Водяные гули довольно хитры. Если бы я сказал тебе, что они под твоей лодкой, они бы успели уплыть. Эй, ты меня слышишь? Лань… Объект внимания лишь поднял руку, чтобы оборвать разговоры Вэй Усяня. Мимолётная вспышка разочарования задела сердце Лань Ванцзи, но он быстро подавил её. Он точно не был расстроен ни тем, что Вэй Усянь прекратил выкрикивать его имя, ни тем, что симуляция фокусировалась на задании с гулями, а не на его отношениях с Вэй Ином. Совершенно точно нет. Когда Вэй Усянь повернулся, чтобы посмотреть на то, что привлекло внимание Лань Ванцзи, его улыбка исчезла. Тёмная тень виднелась в воде, приближаясь к лодкам и создавая волны на озере. Оба брата Не были молча благодарны за то, что Не Хуайсан остался в Цайи. В это время вернулась игривая ухмылка Вэй Усяня. — Оно приближается! — заявил парень. Вода приняла форму руки и замахнулась на лодку Двух Нефритов Ордена Лань. Одновременно два сияющих белых меча покинули свои ножны. Лань Ванцзи и Лань Сичэнь начали кружить друг вокруг друга, позволяя своим белым одеждам развеваться вокруг них. Светло-синяя духовная энергия заставила их клинки сиять как драгоценности, прежде чем они вылетели в сторону тёмной тени. Энергия возмущения была отброшена назад светлой энергией. Лань Цижэнь кивнул своим племянникам, довольный их быстрой реакцией и невероятной силой. Ванцзи нанёс ещё несколько мощных ударов, прорезав «руку», что была слева, и оставил лишь растекающиеся «пальцы», которые вцепились за борт лодки. С правой стороны нападала точно такая же «рука», но перед тем, как он успел что-либо сделать, пронёсся красный свет, а меч Вэй Усяня уже был в ножнах. Цзинь Цзысюань моргнул, а его глаза расширились, когда необычная мысль, словно струйка благоговения начала подкрадываться в его сознание. Он знал, что Вэй Усянь печально известен своими навыками; всем было известно, что каждый член пятёрки самых желанных молодых господинов, кроме Вэй Усяня, был наследником своего Ордена и унесёт с собой всё наследство — но всё же было поразительно видеть его навыки так близко. Укол вины снова поразил его, но когда он взглянул на всё ещё отвернувшихся брата и сестру Цзян, вся накопленная им храбрость мгновенно испарилась. Никаких извинений из его уст всё ещё не прозвучало. — Хороший меч, — с уважением похвалил Лань Ванцзи. — Как он называется? — О нет, — прошептал Цзян Чэн. — Какая Разница, — небрежно ответил Вэй Усянь, поднимая меч и готовя его к новому удару. Даже Вэнь Жохань приподнял бровь из-за неуважения к такому мечу. — У твоего меча есть душа, он заслуживает собственного имени, — поучал Лань Ванцзи, приказывая Бичэню следовать за клинком Вэй Усяня. Однако Вэй Усянь в ответ слегка усмехнулся. — Когда дядя Цзян подарил мне меч, я придумал более двадцати имён, но меня не удовлетворило ни одно из них. Я подумал, что пусть дядя Цзян назовёт меч, как он захочет, поэтому ответил на его вопрос «Какая разница». Кто же знал, что они действительно отчеканят иероглифы «Суйбянь»? — Его меч вернулся в ножны и он показал его Лань Ванцзи. — Вот, видишь? Я не лгу тебе. Лань Цижэнь не мог не нахмурить брови, глядя на слегка посмеивающегося лидера Ордена Цзян, в то время как Не Минцзюэ сердечно и от души хохотал. Ни один из других кланов не ожидал этого, всегда наблюдая спокойствие и безмятежность на лице Фэнмяня, которые, казалось, не совпадало с природой его Ордена, но никогда не замечая его истинных мыслей в стиле Ордена Цзян. Вэнь Жохань был очень доволен тем, как многому его научила симуляция. Между тем, среди бесконечного закатывания глаз Цзян Чэна, возмущённого замешательства Лань Ванцзи и озадаченного удивления Цзинь Цзысюаня, Не Хуайсан усмехнулся и пробормотал: — Вэй-сюн, а ты действительно подарок. — Вздор, — заявил Лань Ванцзи, вызывая ещё больший смех. — Почему это? Как по мне, так подходящее имя. Таких людей, как ты, всегда легко одурачить. Удивившись самому себе, Вэнь Жохань обнаружил, что продолжающиеся подшучивания между парой сопровождались волной взаимопонимания. Вэй Усянь был вундеркиндом, когда дело касалось совершенствования, превосходя почти всех, с кем встречался; он с лёгкостью сохранял свой титул главного ученика Ордена Юньмэн Цзян. Сколько заклинателей могло сравниться с ним в силах — а особенно заклинателей его возраста? Первый бой между Вэй Усянем и Лань Ванцзи был нелёгким для обоих, и наверное поэтому Вэй Усянь заинтересовался Вторым Нефритом Ордена Лань. С того времени их связь только росла. Но, хотя Вэнь Жохань и понимал отсутствие заклинателей равных Вэй Усяню, он был недоволен этим наблюдением. Если Вэй Усянь был одновременно талантлив и всегда вкладывался в духовное совершенствование, вероятно, было бы слишком трудно убедить его перенаправить своё внимание на культивирование энергии возмущения. По крайней мере, симуляция покажет ему причину, по которой он стал Старейшиной Илина, и даст ответы на все вопросы. Щупальцы плыли в глубинах под лодками, а затем медленно поднимались на поверхность. Наблюдатели смотрели на угрозу за спиной Цзян Чэна, что становилась лишь больше. Сердце Цзян Фэнмяня ёкнуло, когда Юй Цзыюань чуть ли не побежала в сторону настоящего сына, словно это защитит симуляционного. Его единственным утешением в этой ситуации было то, что симуляция уже показала Цзян Чэна, что жив спустя двадцать лет и является главой Ордена. Мысль об этом только напомнила ему о его детях, которые, наоборот, не выжили. К счастью, небольшие всплески воды предупредили Цзян Чэна о присутствии угрозы позади него, и он осторожным движением поднёс руку к рукоятке меча. Он замахнулся, и тени исчезли. Они снова погрузились под воду, не желая вступать в бой с ним. Было немного радостно от того, сколько людей вздохнули с облегчением. Расслабилась не только его семья, но и Не Хуайсан, Лань Сичэнь, мадам Цзинь и даже, что удивительно, Цзинь Цзысюань. Ни он, ни Яньли ещё не простили Цзысюаня за то, что он сказал об их брате, но Цзян Чэн начал задаваться вопросом, не отреагировал ли он слишком остро на заявление виртуального Павлина. — Будьте осторожны, — предупредил остальных Цзян Чэн. — В воде что-то есть! Что-то начало трясти его лодку, и Цзян Чэн слегка ахнул, успев восстановить равновесие. В следующее мгновение наблюдатели снова оказались под водой, следуя за путешествием щупальцев. Хуайсан моргнул и огляделся, увидев воду в точности так, как и ожидалось, но без проблемы нехватки кислорода. Воздух был такой же температуры, как и раньше, и на его коже не ощущалось ни холода, ни сырости, ни тени от солнца. Его одежда также оставалась сухой, несмотря на то, что они буквально были под водой. Это было невероятно. Кто бы это ни сделал, он был гением. Или ужасающим обиженным духом, но со временем Хуайсан больше склонялся к первому варианту. К этому моменту, каждая лодка сильно качалась на воде, точно так же, как и другие лодки в предыдущих сегментах. Хоть теперь все присутствующие и были заклинателями, неизвестно, не потопит ли лодки это существо. Их видение изменилось, сосредоточившись на лицах Лань Ванцзи, Цзинь Цзысюаня, Вэй Усяня и Цзян Чэна. — Что это было? — потребовал ответа Цзинь Цзысюань. Лань Ванцзи в ответ безмолвно вытащил меч и направил его в тёмные глубины, управляя им под водой. Через несколько секунд тряска лодок прекратилась, а его меч вернулся в ножны. Вместе с мечом на поверхность воды всплыл сгусток тёмных завитков, напоминающих волосы. — Это… Оборвав его, ученик с другой стороны закричал «он вернулся» и тоже вытащил свой меч, направив его в сторону тени. Однако после того, как его меч ушел под воду, он исчез из их поля зрения. Ученик попытался призвать свой меч, но из воды ничего не показалось. Словно его меч поглотило озеро и он бесследно в нём исчез. Ученик побледнел и не мог вымолвить ни слова. Сичэнь подошел ближе, наконец узнав этого человека. Он был немного удивлен, что его будущий «я» выбрал Су Шэ, учитывая навыки этого человека, но предположил, что его выбор был ограничен из-за отсутствия его дяди, что находился на собрании. Старший ученик рядом с парнем сказал: — Су Шэ, мы ещё не определили, что это за штука в воде. Почему ты действовал так импульсивно, отправив свой меч под воду? Слегка взволнованный Су Шэ возмущённо ответил: — Я видел, что Второй молодой господин… Он замолчал, запоздало осознав, насколько нелогична была отговорка, и покраснел от смущения. Цзян Чэн отвернулся, слегка нахмурившись. Он очень хорошо знал, каково это — пытаться последовать чьему-то примеру и оказаться совсем на другом уровне. Хотя, он должен был признать, что он был далеко не настолько глуп, чтобы попробовать то, что сделал Су Шэ; особенно если первым пробовал Лань Ванцзи. Вид внутреннего смятения Цзян Чэна заставил шёпот в голове Цзинь Цзысюаня стать невыносимо громким: «Просто извинись! Помоги же им, как они помогли тебе». «Наследник Ордена Цзинь должен делать всё с гордостью, — он слышит в голове голос матери. — Никогда не показывай свою слабость в этом доме». — Поднимите сеть, — приказал Лань Сичэнь. Лодки разошлись в стороны и заклинатели подняли сеть, но кроме нескольких тёмных прядей, на ней ничего не было. «Хм? — подумал Сичэнь, смущённо потирая лоб. — Очевидно, в сети должны были быть пойманы водяные гули. Так что же случилось?» Вспышка чего-то вроде вины снова ворвалась в разум Вэнь Цин. С одним успокоительным вздохом она приложила все усилия для того, чтобы скрыть все следы своего гнева от Вэнь Жоханя. На самом деле, Лань Ванцзи был ровесником её брата! Как он умел так хорошо скрывать все свои эмоции? Наступила тишина, и по озеру распространилась зловещая тень. Казалось, что сейчас самое подходящее время, чтобы снова спрятаться, поэтому Хуайсан снова подошел к Не Минцзюэ и прошел сквозь него, спокойно отдыхая внутри неосязаемой груди своего такого же неосязаемого старшего брата. Здесь, по крайней мере, он ничего не видел. Кроме этого, из-за того, что Цзян Чэн поссорился с Цзинь Цзысюанем, казалось, временная дружба, которую они создали, не протянет долго. Печально, но Хуайсан был далеко не таким дружелюбным, как Вэй Усянь, и он не думал, что он действительно всемогущ, чтобы попытаться восстановить десятиминутную приятную дружескую атмосферу. — Хэй, Лань Чжань, что-то явно не так, — сообщил Вэй Усянь. На мгновение нахмурившись, Лань Ванцзи посмотрел на воду. Затем… — Разворачивайтесь. — Что? — спросил его брат. — Нам нужно немедленно вернуться. Он заманил нас сюда. «Довольно проницательно», — признала Мадам Цзинь, нервно сглатывая. Пока что единственное, что их действительно успокаивало, — это сила демонического культивирования Вэй Усяня против Призрачного Генерала. Было очевидно, что причиной внезапного неестественного напряжения у наблюдающих была растущая энергия возмущения из бездны под ними. Если воспоминания, из-за которых они оказались в ловушке, действительно исходили от призраков, Мадам Цзинь была искренне рада, что они не были где-то рядом с горой Луаньцзан, полной энергии негодования, способной придушить даже самых сильных совершенствующихся. Она не сомневалась, что такое мерзкое место заставит их всех упасть на колени. Звук воды, бьющей о деревянную лодку, становился всё громче и громче по мере того, как волны становились всё сильнее и сильнее. Мгновение спустя из озера вырвались циклоны воды, обвивавшие лодки и раскалывающие хрупкое дерево на мелкие щепки. Два заклинателя внутри закричали, когда их подбросил в воздух кружащий вокруг торнадо. — Это водная бездна! — осознал Лань Сичэнь, и волнение нахлынуло на него. Из своего укрытия внутри брата Не Хуайсан заметил, что брат сдвигается вперёд, пытаясь утешительно положить руку на плечо друга. Конечно, они не могли дотронуться, но Хуайсан оценил его усилия. Пять лучей духовной энергии атаковали циклон, по очереди вспыхивая синим, красным, пурпурным и жёлтым светом. Атаки Наследников Великих Орденов и будущего Старейшины Илина заставили циклон отступить, сбросив предыдущих двух жертв и то, что осталось от их лодок, обратно в воду. Какая-то часть Вэнь Цин постоянно спрашивала, сколько людей погибнет из-за её Ордена. К счастью, Су Шэ и старший ученик довольно скоро выскочили из воды. Старший ученик быстро присоединился к остальным в воздухе, но Су Шэ, который уже был без меча, пришлось пробраться к одной из целых лодок. Наверху парили наследники Орденов, и Сичэнь заговорил: — Это существо больше, чем мы можем себе представить. Сосредоточьтесь на безопасном выходе отсюда, нам с ним не справиться. Увидев лёгкое напряжение в наследнике Лань, Цзян Фэнмянь посмотрел в глаза Лань Сичэню, пытаясь передать своё согласие с его действиями. Мадам Юй фыркнула, гадая, когда же он начнёт так беспокоиться о собственном наследнике. Вэй Усянь и Цзян Чэн пролетели мимо, затем первый внезапно дёрнулся назад. Тёмные лозы взметнулись в воздух, потянувшись к ним, словно щупальца. Они двое умело уворачивались, демонстрируя скорость и опыт, которые намного превосходили почти всех других заклинателей в их возрасте. Что про них сказал Цзинь Цзысюань? «Если ты будешь общаться с «собаками», то станешь одним из них», не так ли? И всё же, основываясь на том, что он видит сейчас перед собой, он не мог отрицать, что обладатели четвёртого и пятого места в списке самых красивых молодых господинов были такими же способными, как и обладатели первого, второго и третьего места. Пусть Вэй Усянь и не имел титула Наследника Великого Ордена, который продвигал бы его вверх, — он получил место благодаря своим усилиям. «Гордись своим положением», — напомнил ему голос матери. Пара из Юньмэн Цзян двигалась быстро, но их продолжали преследовать. Увидев это, Вэй Усянь внезапно кинулся к воде. Когда он вынырнул, он стал парить над озером, практически катаясь по бурным волнам вокруг него: он направлялся к Су Шэ, который застрял на лодке без своего меча. — Ах, — обратился Сичэнь к Цзян Фэнмяню, — спасибо. Вы достаточно хорошо обучали своих учеников. — Нет нужды в благодарности. В этом играют роль также ваши руководства и суждения. Цзян Чэн закатил глаза: «Я рад, что Суйбянь хорош в скорости. Этот идиот слишком рискует, с мечом ему хоть получше будет». Несмотря на скорость меча, Вэй Усянь начал уклоняться всё менее интенсивно по мере приближения тьмы. Резким прыжком назад он едва избежал внезапной атаки сверху. Цзян Яньли нервно сжала руки. Через секунду Вэй Усянь схватил Су Шэ, а мгновение спустя тьма разорвала лодку в мелкие клочья. Они были на волоске от того, чтобы быть пойманными ею. — Меч несёт двух человек! — Хуайсан пискнул, высунув голову из своего старшего брата, и услышал вздох облегчения. При этих словах Цзян Чэн уставился на него, скрывая нервное напряжение. Су Шэ буквально стал балластом для его брата! Его симпатия к этому человеку упала и вовсе. Теперь выражение лица Вэй Усяня было значительно менее игривым, и тьма была близка к тому, чтобы словить его. Вскоре тело Вэй Усяня закрутилось в разных формах, но он всё ещё успевал избегать контакта с водой. — С водными безднами так сложно справляться, — зашипел он. Однако, когда он посмотрел на парня, которого нёс, он сжал кулаки с вновь обретённой решимостью. Лань Сичэнь вздохнул. Су Шэ собирался немало отплатить Вэй Усяню, когда всё закончится. — Вэй Усянь! Здесь! — крикнул Цзян Чэн сверху, быстро приближаясь, чтобы оказать брату поддержку. Лицо Вэй Усяня расплылось в божественной улыбке. Вдобавок к тому унижению, которое он испытал, отвлёкшись на середине битвы на прекрасную улыбку, Лань Ванцзи мысленно добавил еще три пункта своего наказания, которое он получит после того, как выберется из этого места. Вэй Усянь взлетел вверх, и его рука потянулась к протянутой руке Цзян Чэна. Однако в этот момент тьма вырвалась из воды, обвивая вытянутую ногу Су Шэ. — Глупый бесполезный груз! — Цзян Чэн не смог удержаться от проклятья. — А-а-а! — закричал Вэй Усянь. Его протянутые пальцы едва коснулись пальцев Цзян Чэна, когда он потерял равновесие и упал со своего меча. — Вэй Усянь! — крикнул Цзян Чэн. — Вэй Ин! — послышался испуганный вздох. Цзян Чэну потребовалось некоторое время, чтобы понять, кто это сказал; потому что когда он повернулся, всё, что он увидел, — это безэмоциональное лицо Лань Ванцзи. Он был единственным, кто называл его брата Вэй Ином. Под водой тёмные щупальца покрывали дно, словно водоросли, и Вэй Усянь постепенно опустился к ним. Вскоре щупальца медленно поднялись вверх, обвивая его руки, ноги и лицо, пока не вошли в его рот, пытаясь изнутри разорвать его на части. В неестественной тишине из приглушенных звуков Вэй Усянь медленно приоткрыл глаза. Яньли вздохнула с облегчением. — Не смей умирать, — прошептал Цзян Чэн. Вместо того, чтобы пытаться всплыть на поверхность, как хотел Цзян Чэн, глаза Вэй Усяня посмотрели вниз — туда, куда Су Шэ уносила бездна. Он протянул туда руку, когда ученик Ордена Лань исчез из поля его зрения. Незаметно для всех, кроме его брата, дыхание Лань Ванцзи стало прерывистым от беспокойства. Бездна втянула его, и он вошёл в затишье под циклоном, где бурлило огромное скопление энергии возмущения. Вскоре облако тьмы начало расширяться и окружать его. Даже Цзинь Цзысюань начал дрожать от беспокойства. Хотя никто не дрожал так сильно, как Хуайсан. Даже если он на самом деле никогда не встречал Вэй Усяня, было невозможно не привязаться к нему благодаря симуляции. И что ещё хуже: всех медленно пробирал холод. Духи, на которых держалось Сочувствие, могли ощущать подавляющую энергию возмущения в этой области. Энергия извивалась вокруг них и втягивала так же, как это было с Вэй Усянем. Глаза Вэй Усяня метались по облаку, отчаянно ища бессознательное тело Су Шэ. Затем среди воспоминаний они услышали его голос: — Обида и гнев — тоже энергия. Почему мы не можем их использовать? Если бы мы использовали её, то многие места, наполненные энергией возмущения, больше не были бы опасны для нас. — Нет, — прошипел Лань Цижэнь, когда к нему пришло осознание настоящего ужаса. Цокнув языком, Мадам Юй не могла не согласиться: она всегда знала, что мальчик станет катастрофой для Ордена Цзян, и первые отрывки воспоминаний подтвердили это. Было ли это началом его нисхождения во тьму? Надо было тогда оставить его гнить на улице. «Обида», — подумал Вэй Усянь, силой заставляя глаза открыться. Он медленно протянул руку, пытаясь прорваться сквозь массивный водоворот тьмы, окружавший его. Попытка чего-то ещё: Демоническое совершенствование. Конечно же. Поскольку Цзян Чэн был слишком медленным, слишком слабым, слишком нерешительным, чтобы помочь ему подняться, брат начал искренне задумываться об использовании энергии возмущения. Поскольку он не смог помочь, Вэй Усянь думал, что его единственный выход — положиться на демоническую энергию. Он заставил себя расслабиться. Конечно, его другое «я» осознало это и с этого момента будет поддерживать Вэй Усяня. Но тогда почему Вэй Ин умер в двадцать один год? Звук оставался полностью приглушённым из-за воды, и постепенно свет начал угасать, оставляя Вэй Усяня в полной пустоте. Щупальца подобрались ближе, но произошло заметное движение в этой энергии. Он сам ещё не понял этого, но Вэй Усянь пытался. Ухмыляясь, Вэнь Жохань шагнул вперед, пока не оказался менее чем в метре от Вэй Усяня, подняв руку, как будто хотел погладить его щёку. Он прошёл сквозь него, но все же это дало Вэнь Жоханю возможность посмотреть прямо в глаза Вэй Усяня. Цзян Фэнмянь почувствовал, как его сердце остановилось. — Вэй Усянь! — крикнул откуда-то сверху приглушённый голос. — Вэй Усянь! — прозвучал громче голос Цзян Чэна. Затуманенный взор наблюдателей прояснился, и они увидели, как за Вэй Усянем прыгнул белый силуэт. Только когда они увидели два конца ленты Ордена Лань, они поняли, кто это был. Рука протянулась вперед, схватив Вэй Усяня за воротник. Наконец его голова поднялась над водой, и он вдохнул воздух, пригодный для его лёгких. Лань Ванцзи спокойно смотрел вниз, всё ещё держа Вэй Усяня за воротник. — Спасибо, второй молодой господин Лань, — мягко произнесла Цзян Яньли и поклонилась, явно всё ещё потрясённая опасностью, в которой только что находился её брат. С самого начала было очевидно, что Вэй Усянь выживет, а эта попытка использовать энергию возмущения была первым шагом в цепи событий, которые в итоге привели к его смерти. Страх разъедал её сердце. — Лань Чжань? — всё ещё кашляя, мокрый Вэй Усянь пробормотал спасителю. Ответа не последовало. Цзян Чэн отвернулся, стараясь не обижаться на тот факт, что именно Лань Ванцзи был тем, кто спас Вэй Ина. Лань Ванцзи, который раньше был так непреклонен в том, чтобы избежать брызг от Вэй Усяня, всё же нырнул в озеро, чтобы спасти его. — Почему ты держишь меня за воротник? Я не могу дышать, — сообщил ему Вэй Усянь, слабо улыбаясь. — Я не трогаю чужаков. «Но ты отлично справился, схватив его за запястье и затащив его в Облачные Глубины?», — подумал Лань Сичэнь, глядя с понимающей улыбкой, на мгновение забыв, что это произошло в будущем. — Мы знаем друг друга уже так долго. Почему ты считаешь меня чужим? — засмеялся Вэй Усянь. — Мы не знаем друг друга. Если раньше эти слова воспринимались как ожидаемое поведение Второго Нефрита Лань, то ещё более ранний комментарий Лань Сичэня показал это в перспективе. Сколько действий Лань Ванцзи было достаточно эмоциональными, но незаметными из-за его вечно спокойного лица? Цзинь Гуаншань слегка усмехнулся, и Лань Сичэнь запоздало пожалел, что симуляция не показала никакого понимания истинных эмоций его брата. Сцена с водой исчезла, и солнце двигалось к закату. Перед ними Вэй Усянь сидел на краю лодки, торжественно глядя на своё отражение в воде, вытягивая руку, которой он пытался управлять энергией возмущения. На короткое время они вернулись к этой сцене. Вэй Усянь долго обдумывал свои действия. — Недостаточно хорош, — прошипел Лань Цижэнь. Несколько человек обратили на него взгляды, удивлённые шипучей ненавистью в словах этого человека. — Простите? — переспросил Не Хуайсан. В ответ Лань Цижэнь обратил свой взор на Цзян Фэнмяня и яростно сказал: — Я надеюсь, вы понимаете, что он пытался сделать. Ничего подобного нельзя просто так списать со счетов. Слегка посмеиваясь, Цзинь Гуаншань открыл ответный огонь: — Хотя он и ученик Ордена Цзян, он пытался делать такие вещи только под руководством вашего праведного Ордена Лань. Возможно, это о чем-то говорит… — Мы здесь не для того, чтобы переводить друг на друга стрелки, — встрял Цзян Фэнмянь. — А почему бы и нет? — потребовала его жена, и Мадам Цзинь кивнула, соглашаясь со своей подругой. — Ты слышал, что они сказали в начале. Этот сын слуги собирался уничтожить семью Цзян, потому что он не может держать свои руки при себе и продолжает заниматься опасными делами. На данный момент, лучшим вариантом для всех будет его исключение из Ордена. — Мама! Он. — Не пытайся защищать этого монстра! — прервал Лань Цижэнь Ваньиня, сверкнув гневом, наложенным поверх страха. — Он почти без всякой причины управлял энергией возмущения! — Насколько я помню, — холодно возразил Цзян Фэнмянь, — он сделал это, чтобы спасти вашего ученика. — О, конечно, ты его защищаешь… — Моя госпожа… — Ничто не оправдывает демоническое культивирование, — не согласился Цижэнь. — Но… Неужели бездействие не нарушает наши правила? Спасать невинных, защищать слабых… Он был обязан хоть что-то попробовать, не так ли? — спросил Сичэнь в ответ, переглядываясь с братом. Впервые за много лет Два Нефрита обнаружили, что они оба не согласны со своим дядей. Этого не происходило с тех пор, как их мать… — Возможно, тут потребуется помощь извне, — снова предположил Цзинь Гуаншань. — Я уверен, — Вэнь Жохань ухмыльнулся, — что в наших сокровищницах есть несколько предметов, которые могут вывести парня из строя, не убивая его, если вы этого хотите. — В этом нет необходимости, — фыркнула Мадам Юй. — Если дело до этого дойдёт, мы в первую очередь покончим с ним. Цзян Чэн и Цзян Яньли вздрогнули, повернувшись к своей матери со священным ужасом на лице. — Я считаю, что вы слишком остро реагируете, — подал голос Не Минцзюэ. — Вот так сюрприз, — насмешливо протянул Вэнь Сюй. — Я думал, что Орден Не является лучшим, когда дело касается борьбы со злом. — Его намерения были праведными, — не согласился с ним Минцзюэ, к облегчению своего младшего брата. Но Не Минцзюэ должен был поверить в это, так как его собственное совершенствование было гораздо больше похоже на культивирование энергии возмущения, чем у других кланов. Он доверил своему Ордену эту силу, потому что они сражались за добро и порядок, но почему же это не относится к Вэй Усяню? — Это все еще не… — Я согласен с главой Ордена Не, отец, — сказал Цзинь Цзысюань, возможно впервые в жизни открыто выступая против Цзинь Гуаншаня. Удивлённый взгляд Цзян Яньли остановился на нём. — Он пытался кого-то спасти, и ему даже толком не удалось управлять этой энергией. Он… Он кажется праведным совершенствующимся. По крайней мере, мы можем подождать до того, как выберемся отсюда. Цзян Чэн и Цзян Яньли сразу расслабились, и их переполнила благодарность. Это ни на чуточку не было извинением, но пока этого было достаточно. Они встали рядом, и Цзысюань старался не показывать неистовые счастливые салюты, взрывающиеся в его голове. Вэнь Жохань весело хмыкнул, но позволил дискуссии завершиться. Пока Вэй Усянь продолжал сидеть в созерцании, Лань Ванцзи из ближайшей лодки повернулся к обломкам на воде. Доски и брёвна, которые когда-то были частью лодок, теперь безвольно плавали на поверхности воды. — Брат, — начал он, — Водяная Бездна всё ещё здесь. Местные жители могут из-за неё пострадать. Выпрямившись, Лань Сичэнь продолжил осмотр выживших и ответил: — С Водными Безднами чрезвычайно трудно справиться. Мы должны временно запечатать её в озере Билин и составить дальнейшие планы, когда дядя вернётся. Лань Сичэнь на мгновение нахмурился, понимая свою логику, но тем не менее разочаровавшись таким решением. Увидев это, Не Минцзюэ подошёл к нему и прошептал: — Ты сделал правильный выбор. Удивлённо моргнув, Сичэнь нерешительно повернулся к главе другого Ордена, прежде чем снова обрести свою обычную тёплую улыбку и кивнуть в знак благодарности. Не Хуайсан очень гордился своим братом. Наконец-то тот осваивал социальные навыки, используемые в повседневной жизни! Вэй Усянь, сидя на другой лодке, продолжал смотреть на реку, не замечая приближения Цзян Чэна. Внезапно тот протянул ему Суйбянь. — Вот твой меч, — сказал Цзян Чэн. Спустя мгновение Вэй Усянь вырвался из своего созерцательного состояния и схватил Суйбянь, поблагодарив Цзян Чэна. — О чём ты думаешь? — Ни о чём важном, — ответил Вэй Усянь. — Лишь про Водную Бездну. Цзян Чэн нахмурился, недовольный тем, что Вэй Усянь скрывал от него что-то столь важное. — Такой монстру нужно потопить огромное количество лодок, чтобы вызвать столько энергии возмущения. Все в Цайи умеют плавать. Здесь нет причин для образования Водяной Бездны. — Верно, — подтвердил Сичэнь. — Бездну в будущем уже нельзя будет искоренить, если не осушить всю воду и не достать всех людей и товары, которые затонули, и если не подвергнуть воздействию солнечного света в течение долгого времени. Однако есть более простой способ решить проблему: прогнать Бездну в другое место. — Умный малый, — пробормотал Вэнь Жохань достаточно тихо, чтобы это услышали только люди Ордена Вэнь. Вэнь Цин стиснула зубы, стараясь не вздрагивать. — Брат, — Лань Ванцзи повернулся к Сичэню, нахмурившись еще больше. — Ты знаешь место, где недавно видели Водяную Бездну? — Мгм, — мрачно кивнул Сичэнь, затем молча указал на заходящее перед ними солнце. Орден Вэнь. Слегка усмехнувшись, Вэнь Чао фыркнул, позволяя Ордену Лань поднять из-за этого шум. — Это возмутительно, — пробормотал кто-то. — Они не смогли разобраться с этим сами, поэтому просто вытолкнули её сюда, позволив причинить вред другим! — Поскольку это именно Ордень Вэнь, обвинять их будет бесполезно, — вздохнул Вэй Усянь. — Во-первых, они этого точно не признают, — кивнул Цзян Чэн. — Во-вторых, мы всё равно не получим от них никакой компенсации. Вэнь Жохань взглянул на Цзян Чэна, словно насмешливо поздравляя того с его умозаключением. Слегка нахмурившись, Цзян Фэнмянь встал между Вэнь Жоханем и своим сыном, а затем продолжил наблюдать за симуляцией, как будто не обращая внимание на то, что он сделал. Мадам Юй, стоявшая рядом с Мадам Цзинь, повернулась к мужу и удивлённо посмотрела на него. — Но если мы позволим им и дальше избегать наказаний, рано или поздно случится катастрофа! Лань Цижэнь вздохнул, чувствуя, что дела обстояли намного сложнее, чем Вэй Усянь себе представлял. — Пусть будет так, — ответил Сичэнь. — Господин Вэй хорошо подметил, но сначала мы должны вернуться. Давайте разберёмся с этим, когда дядя вернётся. — Ха, господину Вэю легко сказать, — едко заявил ученик Ордена Цзинь. — Если они не выносят, когда их задевают, почему бы просто не дать отпор. Зачем тащить за собой другие кланы? Мадам Юй выпрямилась, чувствуя себя оправданной после этих слов, но, как и всегда, её муж не выказывал никакого желания наказать юношу. Что с ним не так? Разве в самом начале не говорилось, что разрушение Ордена Цзян произошло по вине Вэй Усяня? Именно такие слова были причиной! Это было сильным и сбывающимся пророчеством. Все остальные, однако, чувствовали, что Вэй Усянь больше походил на предостерегающего пророка, зная теперь, что Аннигиляция Солнца произойдёт. Трудно сказать, что вызвало такой спор, но никто не мог сказать, что Вэй Усянь ошибался в своих суждениях. К всеобщему удивлению, Цзинь Цзысюань в симуляции не согласился со своим соклановцем: — Если все беспокоятся только о спасении своей шкуры, то боюсь, что скоро все кланы будут служить Ордену Вэнь. Яньли повернулась к Цзысюаню с лучезарной улыбкой, понимая, что её жених был достаточно зрелым, чтобы это объяснить, даже не имея рядом человека, перед которым он бы вёл себя так объективно. Увидев это, Цзян Чэн благодарно кивнул, и Цзинь Цзысюань был вне себя от радости — состояние, в котором Цзысюнь и другие его двоюродные братья никогда не смогли бы увидеть его. В отличие от себя настоящего, Цзян Чэн из будущего нахмурился, когда подошел к Вэй Ину, напоминая: — Стрела всегда попадает в человека, который идёт спереди. Больше никогда не говори ничего подобного. «Сломать им ноги? Разве я тебе не говорил, что имея дело с людьми без чести, просто убей их и скорми своей собаке». Что, чёрт возьми, с ними случилось? Казалось, что ничто не могло разорвать их крепкую связь. «Он наконец понял правду о Вэй Усяне», — подумала Мадам Юй. — Знаю-знаю. Просто заниматься своими делами, верно? — Вэй Усянь ответил, смеясь. — Но даже если я ничего не скажу, это скажет кто-то другой. — Ради бога… — Молодой господин, возьмите! — крикнули сбоку от него. Вэй Усянь повернулся и поймал полную мушмулы корзину, что бросила в него торговка, которую он спас ранее. — Это совсем немного, — крикнула она, — но это небольшой знак благодарности за то, что вы спасли нас! — Большое спасибо! — ответил Вэй Усянь, а затем подмигнул. — Если это дала мне сестрица, то я точно хочу их! Ты такая же милая, как эта мушмула! Тёмный голод, который он отказывался называть ревностью, разъедал сердце Ванцзи. Не обращая внимания на недоверчивое выражение лица Цзян Чэна, девушка ответила: — Но не такая милая, как ты! Ни Лань Сичэнь, ни Лань Ванцзи не могли удержаться от того, чтобы не покраснеть при виде этой сцены: так не привыкли они к такому способу взаимодействия с другими людьми. Никто не мог отрицать, что наблюдать, как Вэй Усянь так общается и улыбается, было довольно интересно. Не Хуайсан даже благодарно вздохнул. Среди самых желанных молодых мастеров Лань Сичэнь всегда держался на вежливой дистанции, Лань Ванцзи держал холодную неприкасаемую дистанцию, Цзинь Цзысюань держал высокомерную дистанцию, а Цзян Чэн держал злую дистанцию. Возможно, отчасти из-за своего более низкого статуса, Вэй Усянь был единственным из пятёрки лучших, кто был готов флиртовать в ответ. Лань Ванцзи тут же передумал: он никогда не пригласит туда Вэй Усяня, независимо от того, как сильно тот хочет мороженого. — Опять флиртуешь? — нахмурился Цзян Чэн. «Опять?» — мысленно крикнул Лань Ванцзи. Как обычно, Вэй Усянь только посмеялся над этим обвинением и беззаботно обернулся. Когда он это сделал, его взгляд остановился на Лань Ванцзи, и на лице появилась озорная улыбка. — О нет, — тихо прошептал Цзян Фэнмянь, слегка посмеиваясь. — Сестрица, тебе не кажется, что он хорошо выглядит? — крикнул Вэй Усянь, указывая на Лань Ванцзи. — Так и есть! Он даже чуточку красивее тебя! — ответили несколько девушек, и диалект Гусу зазвенел в ушах наблюдателей, как колокольчики. — Тогда не переставайте льстить ему, — игриво заскулил Вэй Усянь, когда Лань Ванцзи отвернулся от них, а Цзян Чэн снова хмыкнул. — Видите? Разве он не милее? Сестрица, может ты дашь и ему корзинку? Если ты дашь только мне, я боюсь, он будет завидовать, когда мы вернёмся назад. Как и его симуляционное «я», Лань Сичэнь улыбнулся этому поддразниванию, и Не Минцзюэ не мог не почувствовать уважение к бесконечному бесстыдству Вэй Усяня. — Вот она — сила природы, — пробормотал он, вызывая смех у своего брата. — Лань Чжань, мне очень нравится диалект Гусу, — продолжил Вэй Усянь. — Можешь ли ты научить меня, как на нём произносится «убожество»?» Его единственным ответом был свирепый взгляд, который он послал Вэй Усяню, пока тот корчился от смеха. Отвернувшись, Лань Ванцзи вздохнул и тихо пробормотал на диалекте Гусу: — Убожество. Между восхищённым хихиканьем Не Хуайсана, забавным закатыванием глаз Цзян Чэна, приятной улыбкой Цзян Яньли и неожиданным фырканьем Цзинь Цзысюаня, по комнате разнёсся смех. Обычно, Цзян Чэн отреагировал бы на неловкую ситуацию, в которую Вэй Усянь поставил Орден Цзян, продолжая беспокоить тех, кто его ненавидел, как и его симуляционное «я»: вздохами, фейспалмами, оскорблениями и ворчаньем. Мадам Юй определённо так думала. Однако благодаря словам Лань Сичэня он начал лучше читать Лань Ванцзи. Если Вэй Усянь на самом деле налаживал контакт с другими (и только Мадам Юй была раздражена), то у него не было причин не посмеяться над этой нелепой сценой. Лань Цижэнь, который первоначально был против Вэй Усяня, находился в недоумении. Пусть это и правда, что Вэй Усянь заставил его младшего племянника впервые пообщаться со своими сверстниками, однако он всё-таки был демоническим культиватором. И всё же, оба его племянника вступились за юношу, выступив против него самого. Ему есть, о чём подумать. Несмотря на его решительное отрицание, взгляд Лань Ванцзи продолжал скользить по локве в руках братьев Цзян. — Ванцзи, ты хочешь мушмулу? — тихо спросил Сичэнь. — Мы можем купить целую корзину. — Я не хочу. Сичэнь повернулся к брату, в сомнении приподняв бровь, и получил в ответ лишь холодный взгляд.***
Отрывок воспоминаний закончился, и их окружение снова стало белым. Собрать все мысли воедино было более успокаивающе, чем продолжать смотреть будущее, но в комнате отчего-то стало ещё напряжённее. Аннигиляция Солнца не была внезапным событием — она начиналась постепенно; все убедились в этом здесь. И несмотря на массовые опасения и угрозу человеческим жизням, Орден Лань ничего не мог сделать в ответ. — За все эти годы клан Лань никак не изменился. Зачем быть такими вежливыми? Нелепо! «Это другое», — сказал себе Сичэнь. Сычжуй и Цзинъи были ложно обвинены, поэтому, хотя отсутствие их ответной реакции было ожидаемой реакцией, участие Вэй Усяня было вполне себе правильным. Скорее всего, правильным действием было бы сообщить Мадам Мо, что она кричит безосновательные обвинения, даже если бы при этом он не проявил особой вежливости. Его собственное молчание по поводу дерзости Ордена Вэнь также было правильным, поскольку они не могли рискнуть навлечь гнев такого могущественного клана на Орден Лань. Оскорбление какой-то госпожи, не занимающейся самосовершенствованием, сильно отличалось от оскорбления Главного Совершенствующегося. — Но если мы позволим им и дальше уходить от ответственности, рано или поздно случится катастрофа. Но всё было иначе. Аннигиляция Солнца не была результатом ответной реакции (или её отсутствия) какого-либо Ордена. Это было просто ступенькой для вершины власти Вэнь Жоханя. Ни для кого из глав кланов не было лучшего варианта. Даже Не Минцзюэ, ненавидевший этот Орден, не мог действовать опрометчиво. Они все приняли правильное решение, учитывая обстоятельства. Верно? Верно. Приблизительно через минуту тишину нарушил нервный смех Не Хуайсана. — Ах, это было довольно интересно. И было приятно немного посмотреть Цайи, — начал он, а затем сделал паузу, ожидая ответа от окружающих. Без всей информации люди не стали бы всё слишком глубоко анализировать. В своё время они получат ответы; волноваться сейчас, когда они ничего не могли сделать, было бессмысленно. — Ах, верно, — кивнул Цзян Фэнмянь, понимая намерения наследника Ордена Не. — Спасибо, что взяли их с собой, Лань Сичэнь. Несмотря на… непредвиденные обстоятельства, это было ценным опытом. — Демоническое культивирование… — зарычал Лань Цижэнь. — Полностью можно будет судить позже. Спасибо за добрые слова, Глава Цзян, — прервал его Лань Сичэнь. В очередной раз! Может они сейчас и не в Облачных Глубинах — на самом деле, он понятия не имел, где они, — но его племянники начали показывать своё бунтарство и непослушание. И всё из-за сына Цансэ Саньжэнь. Лань Цижэнь почувствовал, как закипает его кровь. — Конечно, — ответил Цзян Фэнмянь, разок кивнув. Никто не прокомментировал то, как все осторожно обходили тему Водной Бездны. Глаза Верховного Культиватора бродили по толпе, словно призывая кого-то начать про неё разговор. Повисла неловкая тишина. — А-а, ну… — Хуайсан снова вошел внутрь в своего брата, но заставил себя заговорить. — Цзысюань-сюн, у тебя есть такое же мороженое в Ланьлине? Также стремясь увести разговор подальше от темы Бездны, Цзысюань поспешил ответить: — Не совсем такое, каку них в Гусу, но у нас есть несколько других вариантов вкуса…***
Пока глава Ордена Цзян Чэн объяснял то, что он только что видел, Вэй Усянь возился с руками, а его разум превышал скорость света, когда он рассматривал различные возможности исхода событий. Если то, что видел Цзян Чэн, было правдой, значит, кто-то проник в лабораторию Вэй Усяня и использовал его изобретения. А он этого даже не заметил. В отличие от других его теорий, Вэй Усянь держал в секрете его исследования путешествий во времени. Насколько он знал, единственным, кому он рассказал об этом, был Лань Чжань — Вэй Усянь имел склонность бормотать свои теории в полусне. Из-за серьёзности проекта он старался держать секрет только между ними двумя. Поскольку Лань Сичэнь всё ещё был в уединении, Лань Чжань был единственным человеком, от которого требовалось разрешение на начало исследования. Естественно, он его получил. Только после того, как он подтвердил, что «незначительные детали» о стирании людей из жизни и разрыва реальности на части невозможны, он ослабил свою секретность. Но он всё ещё не мог думать ни о ком другом, кому он мог бы рассказать… — Сянь-гэгэ? — спросил Лань Сычжуй. — А-Юань, это ты? Входи, входи! Мне есть что тебе показать! — Вэй Ин, — сказал Лань Чжань, прерывая ход мыслей Вэй Усяня. — А? Ой! — он слегка покраснел, повернувшись к
Примечания:
От Автора: Нравятся ли вам сцены с Cornetto? Я писала обо всем, что видела, пока не поняла, что это было о мороженом, и подумала:
— Было ли у них мороженое в древнем Китае? А потом я увидела название бренда. Между прочим, оказывается, что самые ранние записи о чем-то похожем на мороженое относятся ко второму веку до нашей эры, что кстати, намного позже того периода времени, в котором происходит эта история. Но не то, чтобы у них были также летающие мечи в древнем Китае, так что не будем об этом много думать.
От переводчика: Извиняюсь за отсутствие главы так долго, я просто узнала, что скоро в школу.
