Точка невозврата

Около часа назад.

      От недавно захлопнувшейся двери до сих пор несло некой прохладой и отстранённостью, доставшейся от хозяина. Блондинка не могла сказать, что его резкий тон ее не задел, но и сильного значения мужскому поведению она не придала. Все же в этом мягком неуверенном взгляде не было и капли жестокости или раздражения.       – Братик немного не выспался сегодня, – покачала головой малышка, скрещивая руки на груди. – Я уверена, что в итоге он придет раньше, чем планировал.       – Обычно этот парень придерживается своих планов... – на короткий миг в золотистых глазах можно было увидеть оттенок грусти и непонимания. – ... Итак, чем ты хотела бы заняться? Офицер Альберих накупил много сладостей и скоро на этом канале начнётся мультфильм. Мы можем посмотреть его или...       – Люмин... – маленькие ручки обвили женскую талию, некрепко сжимая мягкую ткань рубашки. – Давай просто поговорим. Думаю, что завтра на разговоры не хватит времени, да и брат будет рядом...       Звонкость в голосе неожиданно сменилась на тихую мольбу, в округлых глазах виднелся потухающий огонёк. Сомкнув губы, студентка опустилась на колени, прижимая кроху к себе. Она понимала, что чувствует Кли – сложно отпускать человека, к которому привык, не зная, встретишься ли ты с ним снова. А этого, к сожалению, не знал никто, даже ветер, грозно бродивший по округе.       – Хорошо... – бороться с подступившим к горлу комком было трудно, но девушка благополучно справилась, отбрасывая негативные эмоции на второй план. – Но разговор завязывается быстрее, когда под рукой есть что-нибудь сладкое.       Люмин и понятия не имела, о чем именно у них пойдет беседа – тем было предостаточно, учитывая обширный кругозор малышки и свободное общение. Блондинка боялась, что в один день девочку сломают. За светом всегда следуют завистливые тени, таков закон не только природы, но и человеческого общества. И да, они сделают все, что угодно, дабы потушить столь опасный для них огонёк.       – "Хотелось бы быть рядом с ней, чтобы помочь, когда такое случится..."       В голове всплыли мысли о вчерашнем вечере, когда девушка полностью признала свою привязанность к этому месту, в частности к молодому человеку, что, видимо, решил отстраниться от неё. Решение здравое, да только весьма запоздалое. Было столько возможностей, но парень всегда оставался рядом, оказывая поддержку и внимание, будто не понимая, к чему это может привести...       А может и понимая, все же с самого начала он обращался к ней неформально, как только они оставались наедине. Возможно, с самого начала это был хитрый и коварный план, только вот в этом не было смысла, да и не в характере саркастичного профессора. Люмин хотела все прояснить сегодня, в последний раз заварить яркий апельсиновый чай, удобно расположиться на приятном, в меру мягком, диване и просто... поговорить. Видимо, умная сестрёнка решила заменить своего брата в этом деле, запрыгивая на большую подушку и дожидаясь, когда няня разольет горячий напиток по кружкам.       – Сестрёнка, прежде всего пообещай говорить правду и ничего кроме нее!       Девушка замерла, обдумывая неожиданную просьбу со стороны малышки и вспоминая, лукавствовала ли она когда-либо при разговоре с ней. Не договаривать – это не врать, верно? Студентка думала так же, поэтому легонько пожала протянутый мизинчик в качестве согласия. Обещания она давала редко, потому что понимала свою неспособность контролировать ситуацию. Лучше не давать лишних надежд, чтобы после не лезть из кожи вон, дабы их оправдать, либо не корчиться в муках собственной совести.       – О чем же ты хочешь поговорить, раз просишь меня о подобном? – тарелка с пирожным невесомо опустилась на край стола.       – Этот вопрос будет личным... Но я очень хочу получить на него ответ, – детские пальцы скомкали подол алого сарафана, а пухлые щёчки залились краской. – Ты... Что ты чувствуешь к моему брату?       Тишина. Реакции не последовало и малышка осторожно подняла голову, надеясь не увидеть на женском лице гримасу разочарования или злости. Стоило спелым мандаринкам пересечься взглядом с лучистым янтарем, как в душе будто расцвела весна. Девушка сияла, бледную кожу заполонил лёгкий румянец, выдавая неконтролируемое смущение. Кли задержала дыхание, стараясь не взвизгнуть от восторга, не веря, что это происходит.       – П-прежде всего я благодарна профессору за предоставленную работу, – студентка, выйдя из транса, поспешила расставить все по полочкам, видя безудержное сияние в детских глазах. – Также я испытываю к нему уважение... и, думаю, что доверие.       – И любовь!!! – перебила ее счастливая кроха, спрыгивая с дивана и радостно размахивая руками.       – Влечение, симпатию, в-влюбленность, но не любовь!.. – глубокий вздох и блондинка полностью осушает кружку, стараясь отвлечься от ноющей боли в груди. – Я хотела обсудить все с профессором, но, видимо, будет лучше промолчать...       – Нетушки! Вы обязательно должны поговорить!       Сейчас кроха вела себя так, как обычно ведут себя дети ее возраста, что не могло не улыбнуть. Но детское любопытство как обоюдноострый меч – оно может и спасти, и погубить.       – Кли, тебе стоит быть аккуратнее с подобными вопросами. Далеко не каждый человек любит, когда его спрашивают о подобном.       – Да, я знаю, братик уже предупреждал... – девочка ненадолго скуксилась, но поспешила сменить тему, дабы не расстраивать няню. – Но Люмин, почему ты не обращаешься к брату по имени??? Он старше тебя всего на два-три года.       Девушка потупила взгляд, а после перевела его к окну, всматриваясь в зимний мрак и трясущиеся крохотные снежинки, что размывались под сильным потоком ветра.       – ... Я не хотела привязываться к нему. Поэтому сразу же обозначила дистанцию, которую он успешно проигнорировал.       Даже в мыслях студентка не осмеливалась обратиться к парню по имени, боясь треска установленных границ. Но пару раз запретное слово все же выскользнуло из уст, да ещё и так свободно, будто она произносила его по сотню раз на дню.       – Кли, ты скорее всего не знала, но обращение к человеку по имени – это самая простая манипуляция из возможных. Таким образом ты снимаешь напряжение и располагаешь собеседника к себе, а чем чаще ты его зовёшь, тем сильнее эффект... – губы расплылись в многозначительной усмешке. – Конечно, есть также другие, не менее важные факторы, как внутреннее восприятие человека и действия по отношению к нему.       – Н-нет, братик ни за что бы...       Малышка остановилась, понимая, что сказанное девушкой вполне могло оказаться правдой – раньше Альбедо не интересовали методы достижения поставленной цели.       – Все в порядке, – женская ладонь нежно коснулась пухлой щёчки, согревая прохладную кожу. – Нам... Мне и профессору о многом предстоит поговорить.       На кухонном столе внезапно раздалась слабая вибрация и девушка поспешно поднялась, заглядывая в горящий экран. Ее номер знали лишь трое человек и любое сообщение становилось автоматически важным.       – "... Сахароза? Уже довольно поздно." – увидев сообщение от своей подруги, которая перед уходом сказала, что будет писать только в экстренных случаях, студентка напряглась. – Кли, можешь, пожалуйста, пока посмотреть телевизор?       Девочка, недолго думая, кивнула и даже сделала звук погромче, увидев мелькнувшее волнение в золотистых глазах. Открыв смс-ку, близняшка облегчённо вздохнула и мягко улыбнулась.

«Люмин, ты забыла у меня свою тетрадку, я решила ее принести. Можешь спуститься вниз?»

      – Ох, она как всегда слишком ответственна... – хихикнув, первокурсница накинула на себя куртку. – Я выйду ненадолго, мне нужно кое-что забрать у подруги.       – Хорошо!~       Закрыв за собой дверь на ключ и положив телефон в карман куртки, девушка бодро пробежалась по лестнице. Каждый шаг отдавался эхом и звучал слишком громко в ночной тишине. Студентка была уверена, что некоторые соседи уже легли спать, несмотря на выходные. Обычно Сахароза тоже была одной из таких – ранняя пташка, по сравнению с Люмин.       – "И все же уже так темно, идти обратно одной будет слишком рискованно. Но и приглашать ее в чужой до..."       Побледневшая рука не успела скоординироваться с мыслями хозяйки, отворяя массивную металлическую дверь и впуская внутрь, леденящий тело и душу, морозный воздух. По коже табунами прошлись крупные мурашки от осознания того, какой необдуманный поступок она сейчас совершила.

"Сахароза не знает... адрес профессора..."

      Люмин не успела закрыть дверь, когда чья-то рука грубо схватила ее за запястье, силой вытягивая на улицу. На коже после такого явно останутся позорные отметины. Собравшись с силами, студентка выдернула руку из цепкой хватки, скалясь и хмурясь.       – Какая прыткая, посмотрите на неё!       Знакомый ядовитый тон раздался впереди, заставляя близняшку сморщиться от отвращения и закипающей злобы. Каштановые волосы развивались на ветру, словно змеи, пока зелёные глаза прожигали ненавистную однокурсницу.       – Сара... Действительно, кто же ещё способен на подобную подлость...       Ярость не позволяла здраво оценить ситуацию, волнение о подруге, с чьего телефона ее сюда вызвали, и об оставшейся в квартире крохе, сказывалось на рациональном мышлении. Хотелось сломать этой ненормальной лицо, но марать руки о подобную дрянь...       – "Оно того не стоит... Нужно позвонить офицеру, интересно, будет ли слышно через такую плотную ткань?.."       – Заходишь сюда, как к себе домой. Что, нашла себе богатенького клиента?       Держа руки в карманах и надеясь, что пальцы попадают по нужным кнопкам, блондинка усмехнулась, смотря на свою собеседницу свысока и пытаясь вывести ее из себя.       – Ты настолько ненормальная, что каждый день караулишь этот подъезд? Боже, да ты натуральный сталкер, как ни посмотри. Понятно, почему профессор тебя избегает.       Этого было достаточно, первокурсница никогда не отличалась терпением или благоразумием. Стиснув зубы, шатенка что-то прошептала парню, стоящему рядом, и тот, кивнув, сел в небольшую машину. Короткая вибрация дала знать, что блондинка успешно дозвонилась, и теперь оставалось надеяться на то, что ответившим был именно Кэйа, ведь если кто-то другой... можно было считать, что все кончено – от человека, стоявшего напротив, можно было ожидать чего угодно.       – Садись в машину.       Тон властный, раздраженный. Видно, что была бы ее воля, то она бы прямо сейчас попросила водителя хорошенько избить хрупкую фигуру, а после скрыть избитое тело где-нибудь на окраине города.       – Что вы сделали с Сахарозой?       Дурное предчувствие разрасталось каждую секунду, а ответный смех только всколыхнул тревогу и страх. Девушка подошла вплотную, возвышаясь и скалясь, словно гиена, нашедшая падаль. Подловив момент, когтистая ладонь вцепилась в запястье, впиваясь ногтями в самые вены, а после рывком доставая то из кармана.       – Ого, а нас оказывается кто-то подслушивает. Мерзавка!       Секунда и телефон разбит, аппарат был отброшен в стену и сенсорный экран раскололся на мелкие кусочки, рассыпаясь в стороны. Памятный подарок, который блондинка собиралась беречь, был уничтожен в одно мгновение. Единственного средства связи, которое могло ее спасти... больше не существовало.       – Садись. В чёртову. Машину. Иначе твоей подружке точно не поздоровится.       – Бешеная дрянь...       Эмоции кипели, бушевали, метались из стороны в сторону, пытаясь вырваться из алмазной хватки рациональности. Не получится, не в этот раз. Если поддастся, то все пропало. Да, сломанный нос точно украсил бы змеиное лицо, но девушка предпочла успокоиться и все же сесть в машину – тревога за Сахарозу, не способную постоять за себя, была сильнее страха вновь оказаться в ловушке.       Дорога была не слишком долгой, примерно минут 15, учитывая огромную скорость, на которой они ехали. И все время Люмин пыталась запомнить маршрут, отмечая знакомые строения или яркие вывески. Сара молчала, лишь изредка кидала раздраженный взгляд и цокала, закатывая свои ядовито-зеленые глаза. И вот они прибыли, а Люмин обдало новой порцией ярости, смешанной с закрадывающимся тихим ужасом.

«Подожди, я также хотел пригласить тебя на вечеринку в субботу.»

      Перед ней предстал клуб, двухэтажное здание, из окон которого то и дело вспыхивали разноцветные вспышки, а музыку можно было услышать даже в соседнем квартале. На проходе промелькнуло несколько смутно знакомых лиц, и девушка подтвердила свои догадки о месте – именно сюда ее хотел пригласить Джейк. И, видимо, своей цели он решил добиться другими методами.       – Пошли! – шатенка грубо толкнула студентку в плечо, а после влетела внутрь.       В нос ударил отвратный запах алкоголя и сигарет, хотя скорее кальяна, но разница была неощутима. Вибрации от колонок больно били по ушам и блондинка поморщилась, закрывая их. Людей было много, оглушительно звонкий смех сопровождал девушек до самого второго этажа, где на удивление было потише и поспокойнее. Проходя мимо закрытых дверей, из которых доносились приглушённые звуки, Сара остановилась у самой последней, немного отстраненной от других.       – Я привела ее.       Из прохода показался шатен и студентка сжала ладони, лишь бы прямо сейчас не отвесить ему несколько пощёчин. Его самодовольная улыбка раздражала, но помутневшие глаза, в которых ничего не отражалось, заставили девушку замереть, тревожно ускоряя сердцебиение.       – Давно не виделись, Люмин.       Его низкий голос в сочетании со сладкой усмешкой вызвали в первокурснице неконтролируемое чувство страха. Хотелось убежать, но путь перекрывал высокий и достаточно крупный парень, что привез их сюда. Она точно знала, что нельзя заходить в комнату. Нельзя оставаться с ним наедине. Но тело стало ватным, когда Джейк схватил ее за руку, плавно утягивая в свою обитель.       Страх. Такой знакомый. Шестое чувство бьёт тревогу, истерично стучит по стенкам сознания, отдавая команду "Беги!". А она не может пошевелиться, когда студент откидывает ее на большую кровать, склоняясь над ее парализованным телом и усмехаясь, сощуривая свои карие глаза.       – Такая послушная...       Мысли перемешались в голове, спрятались кто куда, оставляя свою хозяйку на растерзание хищнику, чья рука медленно, играючи, расстёгивает черные пуговицы на хлопковой рубашке. Аромат свечей дурманил, доставляя головную боль и слабость. Сделав глоток вина, бутылка которого стояла рядом с кроватью, шатен склонился над женским лицом. Не успев отвернуться, мужские губы грубо сталкиваются с женскими и бордовый напиток тоненькими дорожками скатывается вниз по шее, марая ворот рубашки.       – ТЦ!       Парень резко отстраняется, вытирая потекшую с нижней губы кровь, пока Люмин злобно скалиться.       – Убери от меня свои руки, гребанное животное...       Попытка вырваться из стальной хватки провалилась и однокурсник просто заломил девушке руки, удерживая остальное тело под собой.       – Наконец-то проявила свой характер, ха-ха! Да, такой ты мне нравишься гораздо больше... – мужские пальцы скользнули по щеке, собирая оставшиеся бардовые капли. – А теперь пей!       Горлышко стеклянной бутылки уткнулось прямо в сухие губы, но блондинка активно вертела головой, разливая дорогой напиток и пытаясь скинуть с себя шатена, который только наслаждался представленным шоу.       – Мои дружки ещё не далеко ушли от дома той зеленоволосой шавки... – зрачки в золотистых глазах шокированно сузились. – Ты правда не хочешь пить?       По вялому телу прошлась дрожь. Ей нельзя пить, она просто не может себя контролировать после алкоголя. Хоть один глоток и она уже знает, чем закончится данная ночь. Однако... разве у нее есть выбор?       – Я ненавижу тебя и всю грязь, подобную тебе. Если твои дружки или кто-либо ещё коснутся хоть одного ее волоса – клянусь, что заставлю тебя гнить в тюрьме всю оставшуюся жизнь. Чего бы это не стоило.       Сквозь злобную усмешку, Люмин сделала первый глоток, а после ещё... и ещё... Раскатистый смех бил по ушам, горло горело от выпитого алкоголя, прожигая за собой и лёгкие. Холодные чужие пальцы скользили по коже меж ребер, но все это уже было неважно. Последняя мысль, посетившая голову, была о Кли, что осталась одна дома на всю ночь и о профессоре, которого теперь она будет избегать всю оставшуюся жизнь.       – "Как же глупо... было надеяться на другой исход..."       Веки слипались, становясь невыносимо тяжёлыми и перед самой отключкой сознания кто-то выбил дверь.