Без обязательств с последствиями

Вэй Ин весело крутился вокруг плиты, напевая пришедшую на ум песню, руки ловко открывали разные баночки с дрянью, которую он до боли любит пить по утрам. Растворимый кофе, сахар, приправа… Усянь сам не заметил, как левая рука невзначай щедро сыпанула перца в кастрюлю с манной кашей. К счастью, завтрак его соседа — тыквенный пирог — прятался от поварского произвола в духовке и терпеливо ждал, когда же его, такого свежего и горячего, съедят. Ванцзи появился на кухне спустя пару минут и застал своего соседа сидящим за барной стойкой и лениво мешающим напиток. На загривке юноши, совсем близко к вороту растянутой футболки, притаился засос, наливающийся темно-фиолетовым. Лань Чжань тяжело сглотнул, подавив внутри себя животное желание прокусить белую кожу рядом до крови, чтобы оставить шрамы — признак принадлежности. Вчера Ванцзи щедро одаривал Вэй Ина синяками и засосами, метил поцелуями каждый сантиметр, вылизывал, хватал губами и оттягивал персиковую кожу под тихие всхлипы. Вэй Усянь, увидев своего соседа по квартире, приветливо махнул рукой, металлические глаза сверкнули безмятежной радостью. О, Вэй Ин был очень, очень доволен, затрахан, все тело приятно ныло, как после долгой тренировки. Даже говорить и дразниться хотелось не так сильно, как обычно. Отправив в рот ложку острой каши, юноша поздоровался: — Доброе утро, Лань Чжань! Ты как всегда прекрасен, даже невыспавшийся. — Доброе, Вэй Ин, — нейтрально ответил тот и полез за пирогом. Усянь не упустил случая ущипнуть округлую задницу, оказавшуюся в зоне доступа. Ванцзи, как всегда, даже не дернулся и вытащил горячий противень на разделочную доску. — Эр-гэгэ, вчера я не успел и шагу внутрь ступить, как ты затащил меня на кровать и съел. Оправдания будут? — Хм, — Лань Чжань ничего не сказал в ответ, но приподнявшийся уголок рта был для Вэй Усяня лучше всякого ответа. — Я понимаю, что горячий и красивый, прямо как твой пирог, меня нельзя не хотеть, но раньше ты не пытался наброситься на меня. Разве что потрахивал, чтобы закрыть мой болтливый рот. — Ты против? — Янтарный взгляд коротко скользнул по длинной шее Усяня, облизал яремную вену и спустился к острой ключице, которая оголилась и теперь вызывающе торчала на свету. Вэй Ин рассмеялся, размахивая ложкой в руке, его глаза изогнулись полумесяцем. — Разве я когда-нибудь отказывал моему Лань Чжаню? Ты — мой особый друг, которому позволено все. Ванцзи отвел взгляд, повел плечами, сбрасывая с себя изрядно бесившее обращение. Но не возразил, не открыл рот, чтобы оспорить. Внутри все сжалось от желания признаться и страха быть отвергнутым. Пусть лучше они будут друзьями, и в постели тоже, чем яркое солнце навсегда покинет эту небольшую квартиру и Ланя. К слову о постели… — Лань Чжань! — позвал Усянь, когда выпил свой кофе и проснулся окончательно. — Слушай, не хочешь сходить со мной по магазинам сегодня? Вчера скончались мои последние джинсы. — Парень показательно вздохнул, но ожидаемого эффекта — чувства вины — не получил. Ванцзи был богат, неприлично богат, и не столько из-за наследства, сколько из-за собственной работы. Потому он частенько позволял себе рвать одежду Вэй Усяня в порывах страсти, чтобы после отстранить любовника от кассы и заплатить за новые шмотки самостоятельно. Тот возражал, рвался заплатить сам, но совместные походы за одеждой начал устраивать чаще, пропадал на них дольше, водил с собой исключительно Лань Чжаня и примерял исключительно обтягивающие вещи. Он довольно редко покупал то, что выбирал. Вчера, из-за чертовых штанов и промокшей от дождя рубашки, нефрит не сдержался и набросился на соседа, стаскивая с него холодные тряпки, а с себя теплые пижамные, чтобы прижаться к гибкому телу и согреть собой. Получилось то, что получилось: Вэй Ин сидит весь в пятнышку, а его джинсы с дырками на заднице и без пуговицы валялись в прихожей. — Мгм, сходим, — кивнул Ванцзи, планов у него на сегодня не было. Встречу с дядей можно перенести — слишком подозрительным был его голос по телефону, чтобы Лань Чжань осмелился явиться на глаза родственника. Не тогда, когда под мочкой уха медленно светлел засос. — Но, запомни, гэгэ, что сегодня я не позволю тебе быть моим папочкой и водить меня в дорогущие бутики! — Вдруг начал угрожать ему ложкой Усянь, а потом опустил прибор в тыквенный пирог и ловко увел кусочек себе в рот. Проглотил, заловил второй и сунул в рот Ланю. Последний не нашелся, что сказать, и молча жевал. — В конце концов, я состоятельный молодой человек, почти закончил универ и уже официальный работник на полставки! Ты не можешь лишать меня возможности спустить всю зарплату за один день. — Мгм. — Лань Чжань едва сдержал желание закатить глаза: Вэй Ин очень часто так говорил. Ванцзи вдруг вспомнил, что рядом с любимым магазинчиком Усяня есть секс-шоп. То ли случайно, то ли специально, но Вэй Ин постоянно проходил мимо него и лукаво сверкал глазами на Ланя. Может быть, настала пора посетить непристойное заведение и купить Вэй Усяню ядовито-розовый дилдо? Мысль показалась очень заманчивой. До магазина они добрались после обеда, к четырем часам, чтобы после шопинга отдохнуть в ближайшем ресторанчике и поужинать. Совсем как свидание. Даже если оно и не было таковым, Ванцзи все равно не мог не насладиться обществом Вэй Ина, его мягким смехом и теплом руки. Однако в процессе что-то пошло не так. Вернее, Лань Чжань отлично знал, что именно пошло не так: Вэй Ину в голову пришла гениальная идея, которую он, не подумав, начал воплощать в жизнь, не понимая, чем это может закончиться. В магазине Усянь набрал кучу вещей: футболки, толстовки, джинсы разных цветов. В огромной куче затесались брюки и рубашки, в левой руке Ванцзи, к своему удивлению, обнаружил мягкие тапочки в виде кроликов. — Это тебе, — заявило солнышко и спряталось в примерочной, чтобы выглянуть оттуда с потерянным видом и раздосадованным лицом. — Лань эр-гэгэ, я опять забыл свой бумажник. Ванцзи знал. Конечно, он знал, потому что когда они уходят куда-то вместе, Лань Чжань всегда замечает что горе-кошелек валяется на горе-тумбочке, а его собственное горе луковое с шилом в красивой попке совершенно о нем забыло. Сегодня нефрит поленился напомнить о потеряшке специально, о чем Вэй Усянь ни за что не должен догадаться. — Я оплачу. — Ответил Лань уверенным тоном и вольготнее расположился на мягком диванчике: Вэй Ин любил устраивать для него дресс-шоу. — Не зря я сегодня вспоминал о sugar daddy… — Растерянно почесал затылок Вэй Ин и пожал плечами. Ему не впервой, рядом с Лань Чжанем он вообще редко о чем-то вспоминал, не говоря уже о такой простой вещи, как кошелек. Весь мир крутился вокруг Ванцзи и мир Вэй Ина тоже. Усянь поднял голову, встретился ртутью взгляда с янтарем и подмигнул. — Для моего папочки я устрою незабываемое представление. Ванцзи молча моргнул и оправил длинный свитер медленным, уверенным жестом. Издалека послышался чей-то мечтательный вздох. Шутки шутками, а Вэй Ин серьезно показывал Ланю каждую примерянную вещь, иногда составляя целые наряды. Ванцзи кивал, отвечал, оставлял комментарии, мочки ушей краснели, когда Вэй Ин подходил ближе, называл его папочкой и разбрасывался слащавыми словами. В штанах стало совсем тесно, когда из-за дверцы примерочной высунулась рука и поманила его войти. Лань Чжань осмотрелся и ловко проскользнул внутрь. Заперев за собой дверь, он прижал Вэй Ина голой грудью к холодному зеркалу и зафиксировал собой задрожащее тело. Наглые руки сжали напряженные соски, ртом Ванцзи прикусил загривок, чтобы Вэй Усянь не сильно дергался. — Папочка, — захныкал Вэй Ин, а взгляд у него шальной, потерянный, член тоже стоит, взбугрившаяся ткань боксеров выглядывает из-за расстегнутой ширинки черных джинс. — Прошу тебя, я был таким хорошим, показал тебе столько красивых нарядов… Ты буквально трахал меня своим взглядом, я видел, я так хочу тебя сейчас, хочу ощутить внутри себя тебя, твой член, хотя бы раз, прошу, пожалуйста… Ванцзи толкнулся бедрами в чужой зад через ткань, пальцами ловя сорвавшийся с чужих губ нетерпеливый стон, но не спешил выполнить желание Вэй Ина: он возьмет свое в постели, с тщательной подготовкой, большим количеством смазки и терпения. Усяню не должно быть больно. Никогда. Лань опустил правую руку и накрыл ей промежность Вэй Ина, сильно потирая. Пальцы другой сильно сжали сосок и потянули, рот погрузил мочку уха внутрь. — Дома, Вэй Ин, мы… не сейчас. — Так же сбито и возбужденно осадил его Лань Чжань. — Будь… кх-ах… Будь хорошим мальчиком. Усянь всхлипнул и откинулся назад, в сильные объятия соседа, позволяя дрочить себе сильно, с оттяжкой. Кожу едва-едва тянуло, смазки не хватало, и ощущать чужую руку на себе было немного больно, но от того не становилось хуже, возбуждение накатывало все сильнее, стоны становилось тяжело сдерживать, дыхание Лань Чжаня над ухом заставляло колени дрожать. Когда музыкальные пальцы накрыли его горло, Вэй Усянь не сдержался и кончил, содрогаясь. Вэй Ин открыл глаза и тут же закрыл их, лишь бы не видеть собственный помутившийся взгляд, красные щеки и припухшие, покусанные им самим губы. Позади на него глубоко и властно смотрел Лань Ванцзи, будто хотел вытащить светлую невинную душу, вывернуть ее наизнанку, затянуть в пучины удовольствия и порока. — Ха… — хрипло выдохнул Усянь, поворачиваясь к зеркалу спиной, проходясь лаской по крепкой шее и выше, под подбородком. Нефрит тяжело сглотнул. — Папочка, я был хорошим мальчиком? — Да. — Лань Чжарнь горячо поцеловал тонкую кожу на загривке. Вэй Ин захрипел. — И ты, конечно, любишь меня? -…Мгм. — мочки ушей заалели. Вэй Ин вдруг надул губы. — Нет, эр-гэ, скажи это. Полностью, вслух, чтобы твой мальчик был уверен. -…Люблю Вэй Ина. Серые омуты перед покрасневшим Ванцзи засияли глубже, но Лань так и не смог понять, что именно написано на лице юноши. — Этот мальчик тоже любит своего папочку, — промурлыкал Усянь и опустил руку на все еще твердый член Лань Чжаня. — Позволь я помогу тебе… Выйдя из примерочной, Лань Ванцзи и Вэй Усянь расплатились с отчаянно красневшим консультантом на кассе, и лишь на выходе ухмыляющийся охранник с сальной ухмылкой сказал, что звукоизоляция в этих примерочных никакая. Громкий смех Вэй Ина и злобное шипение Лань Чжаня было слышно во всем торговом центре. В тот же день, лёжа на диване с каким-то фильмом на фоне, разморенный Вэй Ин отдыхал в тепле и нежился в объятиях «папочки». Ванцзи рядом почти не шевелился, но, когда в очередной раз зазвонил его телефон, он вздохнул и взял трубку. Усянь узнал голос шифу и вздрогнул от злобы в голосе. — Ванцзи, почему ты не явился на встречу?! Вэнь Жохань меня с потрохами съел, пока мы сидели там, как три идиота! Лань Чжань странно скривился, будто хотел закатить глаза, но изо всех сил сдерживался. — Дядя, мы уже обсуждали. — Мало ли, что ты обсуждал, договор был подписан за месяц до твоего рождения! — Будь учитель Лань тут, он бы снова начал размахивать конечностями и плеваться слюной. Ванцзи сбросил трубку и кинул телефон подальше: заебал. — Это из-за меня твой дядя ругается? — Немного грустно спросил Вэй Ин. — Отчасти. Не переживай, — Лань Чжань нежно пригладил чужую макушку. Вэй Ин не ответил и прикрыл глаза, пытаясь выкинуть из головы чужой ор, который казался оглушающим даже через телефон. -Ты завтра надолго? — Спросил Ванцзи. -Ага. Один проект обновился, нужно его начать и закончить. — Уже сонным разморенным голосом сообщил ему Усянь. -Мгм. Я тебя заберу. — Лань Чжань вслед за Вэй Ином сладко зевнул: пора спать На следующий день Ванцзи, как и обещал, приехал забирать его с работы: Вэй Ин закончил отрисовывать последние главы манги ближе к шести вечера и потратил бы час на то, чтобы своим ходом добраться до квартиры. Лань Чжаня и просить не пришлось: он приехал сам, по пути заехал за легким ужином. Тот даже остыть не успел, как Вэй Ин уже вовсю поедал вредный гамбургер, сидя на переднем пассажирском сидении. Янтарный взгляд Ванцзи, до этого немного злой после напряженного рабочего дня, смягчился. Нефрит поднял салфетку и ласково стер острый соус с уголка губ. Усянь совсем разомлел и довольно прикрыл глаза. — Домой? — Спросил Ванцзи, на что получил согласный кивок. По пути Вэй Ин увлеченно разболтался: начал с новеллы, которую сейчас переводит в мангу, и закончил старой яойной работой. — Ты представь себе, такая редкость — найти в яой-манге одинаковых по комплекции гг, но та работа была одной из таких. Это раритет… — Вэй Ин вдруг развел руки, что-то нарисовал в воздухе, но Лань, конечно, этого не увидел, так как смотрел на дорогу. — Пока я ее отрисовывал, много раз менял свое мнение о главных героях. Знаешь, чем кончилось? Лань Чжань, конечно, не знал. Он вообще мало знал о манге и аниме, пока не познакомился с Вэй Ином. Сначала ненавязчиво, Усянь лишь вскользь упоминал о своих увлечениях, а когда не увидел отрицательной реакции на бл-новеллы расслабился, и начал просвещать тогда еще одноклассника по полной программе. Когда они съехались два месяца назад, потому что мадам Юй выгнала Вэй Усяня из дома — тот не расстроился, обзавелся телевизором, усадил Ланя на диван и устроил с ним трехнедельный марафон с перерывами на сон и работу. Нефрит первое время бесился, а потом привык, и совместные киновечера считал лучшими вечерами в своей короткой жизни. Но манги он прочитал намного меньше Вэй Ина и с удовольствием слушал монологи соседа, когда тема поднималась. — Разошлись! — слегка повысил голос Усянь и затараторил. — Они довольно долго пытались осознать, что любят друг друга, спали вместе, потому что физически их друг к другу влекло, но, в конце концов, им стало слишком тяжело молчать, и они, струсив, расстались. Лань Чжань немного нахмурился и дернул уголком губ: печальный сюжет, до боли похожий на их с Вэй Ином отношения. Разница одна: Вэй Усянь вряд ли полюбит его — скучного и занудного заучку. Милость, что ему досталась — пробовать персиковую кожу на вкус долгими ночами — уже величайшая драгоценность, терять которую он не готов. Впервые эгоизм так громко говорил в его сознании, имел вес и управлял им. Признавать, что он лицемерный трус, не хотелось. — Мораль такова, — уже тише продолжил Вэй Ин. — Что умные люди признаются в любви сразу, как в омут бросаются. — Тогда я не умный, — признался Лань Чжань тихо, но Вэй Ин услышал и мягко засмеялся, переместив руку на чужое бедро. — Не прибедняйся, родной, ты же такой смелый и честный. Уверен, влюбись ты в кого-нибудь, тут же признался бы на каком-нибудь романтическом свидании или в постели. Хоть Ванцзи и не был согласен с этими словами, он все равно кивнул и вдруг спросил. — А Вэй Ин? Тот смеяться перестал, ногти впились в бедро Ланя, царапая, но не сильно. — Понятия не имею, — скользким тоном ответил юноша и отвернулся к окну. Тема завяла, атмосфера в машине заметно изменилась. Недосказанность повисла в воздухе, но ни один из них не решался обратить на это внимание. Лань Чжань полностью сосредоточился на дороге, Усянь рассеянно поглаживал Ванцзи через джинсы, шаловливая конечность неосознанно полезла в промежность. Совсем скоро рука спряталась в трусах, сжимая член. — Вэй Ин. — Зарычал нефрит, сворачивая к подъезду. По его телу разлилась нега, теплые сухие пальцы на коже чувствовались слишком ярко. — Я, — со смешком ответил тот, и, не вынимая руки, скользнул ниже, к яичкам, начиная играть с ними. — Ну же, эр-гэ, я так по тебе соскучился… — Я взял тебя утром. — Так давно! — Усянь ухмыльнулся и заерзал на месте: серые глаза потемнели от возбуждения — Гр-р-р. — Сильные руки Лань Ванцзи сильнее сжались на руле, выворачивая баранку на повороте. — А знаешь, я внутри все еще влажный. Хотя нет, сначала я хочу встать перед тобой на колени, расстегнуть ширинку и… Договорить Усяню не дали: Лань Чжань буквально выпрыгнул из машины, обошел ее, открыл пассажирскую дверь и вытащил оттуда Вэй Ина. Бегом, пока терпение не кончилось. Нефрит был готов взять этого наглеца с развязным языком здесь же, на виду у всех. Но нет, это слишком красивое зрелище, чтобы делиться им с кем-то. Хлопнула дверь, до спальни идти далеко и долго: им хватило и прихожей. Ванцзи скинул с себя кроссовки, а Вэй Ин и это поленился сделать: он толкнул любовника к стене, пару раз поцеловал-укусил шею и спустился вниз, чтобы зубами расстегнуть пуговицу и ширинку. Руки резко дернули штаны вместе с боксерами. Длинный, чуть изогнутый член освободился наружу. Вэй Ин громко сглотнул и высунул язык, чтобы пару раз лизнуть кожу у основания. Вкусно. Черт побери, как же пьянит чувство власти, когда над головой ломается ледяная маска Лань Чжаня, делая его еще сексуальнее. Усянь что-то пробормотал, поднялся выше и в два толчка принял половину члена в рот. Лань Чжань откинулся головой на стену и намотал длинный хвост волос на кулак. Он пока не тянул, просто придерживал, но от мысли, что его в любой момент могут насадить на член и начать властно толкаться внутрь, Вэй Ин заскулил и заерзал коленями по полу. Член толкнулся глубже в рот, дальше. И чем дальше он проходил, тем крепче Лань Чжань сжимал волосы Усяня, тем сложнее ему было просто стоять и не двигаться. У Вэй Ина был рвотный рефлекс, но он никогда не мешал полностью заглатывать длинный орган и пропускать его в глотку. После первого минета Лань Чжань еще долго пил уксус: значило ли это, что у Вэй Ина раньше был опыт горлового минета? Ревность снова взыграла в горле, вырвалась наружу тихим стоном и движением руки — Вэй Ин прижался носом в пах, его губы были растянуты вокруг члена, в уголках глаз скопились слезы. Сдержать их было трудно, воздуха тоже категорически не хватало. Серые глаза, сейчас потемневшие до цвета грозовой тучи, поднялись вверх и закатились, когда нефрит размашисто двинул бедрами внутрь и наружу. Сразу же зашипел от боли: зубы немного задели крайнюю плоть. — Еще пара таких заходов, и я потеряю голос! — Возмутился Вэй Ин, отстранившись на мгновение, но после с новыми силами задвигал головой, двигаясь в удобном ему ритме. Ванцзи помогал ему рукой, ощущая, как чужая рука нагло лапает его за ягодицу: Вэй Усяню очень нравилась эта часть его тела. Они оба потерялись в мгновении, слившись в одном ритме друг с другом, ощущая лишь тяжелое дыхание, разделенное на двоих, едва слышные стоны… Входная дверь медленно открылась, и внутрь весьма уверенно шагнул Лань Цижэнь. Мужчина был спокоен до тех пор, пока не увидел, чем занимается в прихожей его собственный племянник. Лань Чжань вздрогнул, Вэй Ин подавился и его горло сжалось на члене: ему и в голову не пришло отстраниться и сделать вид, что он просто развязывал шнурки на кроссовках или вроде того. Ванцзи из них двоих сдвинулся с места первым: он протянул руку к вешалке справа от себя, дернул пальто (отодрал вместе с крючком) и накрыл им Вэй Ина и свой пах. После этого почувствовал себя достаточно уверенно, чтобы наехать на дядюшку с претензиями. — Кхм, дядя… Под пальто раздался влажный звук, что-то смачно хлюпнуло — Вэй Ин выпустил член изо рта, с трудом проглатывая остатки спермы: Лань Чжань кончил в момент, когда повернулась ручка на входной двери. Лань Цижэнь задохнулся, покраснел, замахал руками на манер мельницы и… сбежал. Его буквально сдуло из квартиры с таким видом, будто перед ним вызвали Сатану или принесли в жертву маленького ребенка. Ванцзи выдохнул. Вэй Ин сначала странно захрюкал, сверкая глазом из-под пальто, а потом истерично рассмеялся, лежа на полу и хватаясь за живот. — Ох, Лань Чжань… Дого-догони его, а то вдруг старик шлепнется на лестнице, собирай его потом по частям. Тот кивнул, поправил штаны, куртку, и кинулся следом. Вэй Ин, кряхтя, поднялся, почесал поясницу, посмотрел на испачканные джинсы и пошел в душ. Прошло три дня, а Лань Чжань так и не появился на пороге дома. Усянь старался поддерживать чистоту в квартире, но еда стремительно кончалась, диван складывать и раскладывать лень, а стиралку он включать как не умел, так и не умеет. Пришлось утащить пару толстовок соседа. На парах в институте Вэй Ин был непривычно молчалив и прятался в капюшоне очевидно большой ему кофты, пахнущей сандалом, отчего на него все время оглядывался Вэнь Нин, сидящий за партой спереди. Усянь все вздыхал, едва ли слушая учителя, постоянно строча в телефоне тысячи сообщений в секунду. Бедный Цюнлинь, когда заметил на экране стикер с презервативом и слово «взять» в следующем сообщении, отвернулся и не решился спрашивать об этом на лекции. Вместо этого он выловил Цзян Чэна с Вэй Ином после пар и утащил в ближайшее кафе. — И на кой ты нас сюда привел? — разворчался Ваньинь, который, впрочем, первый же заказал кофе с маршмеллоу и теперь вылавливал лакомство по одной штучке. Иногда он протягивал руку и кормил зефиром Усяня. — У меня полно дел. — Ага, и мне на работу через час, надо забежать домой, — согласился с братом Вэй Ин, коротко взглянув на наручные часы. Он кофе не заказал, чего прежде никогда не случалось. Усянь вообще выглядел как подъеденный вороненок. Даже волосы торчали в разные стороны, будто перья, а вокруг глаз залегли тени недосыпа. Вэнь Нин их проигнорировал и пристально вгляделся в серые глаза друга. — Вэй Ин, что-то случилось? Ты всю неделю ходишь, как зомби. Тот растянул губы в вынужденной улыбке, глаза забегали по сторонам: он, определенно, что-то натворил, но что — не признавался. После такой очевидной реакции на прямой вопрос даже Цзян Чэн пододвинул кофе к брату и наклонился ближе. — Давай, рассказывай. Это Лань обидел тебя? Если да, то ты можешь переночевать у меня денек, а на утро вместе сходим и набьем ему морду. Усянь хохотнул и отпил глоток из пластикового стаканчика. Покачал головой, его плечи опустились, расслабляясь. Вэнь Нин успокаивающе положил руку на плечо друга. — Дело действительно в Лань Чжане, но не конкретно в нем, а… кхм… — Давай по порядку! — Ваньинь нетерпеливо хлопнул по столу ладонью. Вэй Ин совсем грустно вздохнул и начал рассказывать. — Началось все с того, что Лань Чжань послал шифу… — Рассказ занял не много времени. -…И с тех пор я на пороге квартиры не видел ни одного Ланя. — Совсем грустно заключил Вэй Ин, пока Цзян Чэн и Вэнь Нин молчали. Молчать было с чего: важной новостью являлась не пикантная ситуация со стариком Лань, а факт того, что Вэй Ин вот уже два с половиной месяца не покидает постели Лань Ванцзи и говорит об этом, как о чем-то неважном, обыденном! — Господи боги всевышние, так он тогда не убить тебя хотел, а обесчестить… — Совсем убито зашептал Ваньинь, в чьих воспоминаниях Лань Ванцзи не один раз провожал Вэй Ина «злобными» взглядами. А он еще думал, почему в раздевалках после физкультуры и в жаркие летние дни, янтарные глаза сильнее пылали ненавистью к Усяню. — Твою ж мать, кто-нибудь, отмотайте время назад, я больше не хочу знать, хочу удавиться… — Бедняга уставился в пустоту с таким несчастным видом, что Вэй Ину стало смешно. Со смешком он обернулся к Вэнь Нину. Друг улыбался и выглядел довольным. — Удивительно, что вы так давно встречаетесь, а ты не рассказал нам об этом. — Незло укорил его Вэнь Нин. Вэй Ин моргнул.  — Мы не встречаемся. Мы… Э-э-э… По дружбе. Цзян Чэн уронил голову на стол и завыл. Цюнлинь открыл рот, чтобы сказать глупому другу что-то несомненно важное, но Цзян Чэн вскинулся, дернул его за запястье и покачал головой. — Просто заткнись, Вэнь Нин. Пускай они сами разбираются. Видишь, они уже далеко продвинулись, глядишь, лет через тринадцать сообразят. — Эй! — Вэй Ин возмущенно вскинулся, краснея: и ничего они не идиоты! Лань Чжань бы давно признался, если бы любил, он сам же это сказал. Цзян Чэн остановил возмущения взмахом руки. — Ты это…если совсем плохо будет, приходи в гости, звони там… Мне или сестренке, а то ты совсем из семьи выпал с тех пор, как…съехал. Янли скучает. — Цзян Чэ-э-эн, — растроганно заломил руки Вэй Ин и кинулся обниматься к брату на шею. Ваньинь, хоть и дернулся и заворчал, поднял руки в ответ. Вэнь Нин неловко улыбался рядом. — Вэй Ин. Усянь вздрогнул и обернулся. Светлые глаза Лань Чжаня буквально прожгли его насквозь, остановившись на руке Ваньиня на ребрах. Конечность тут же исчезла. — Лань Чжань! Ты вырвался из плена страшного и ужасного учителя Лань, я так рад, так рад, что ты жив и даже не ранен! — затараторил ему Вэй Ин и бросился к соседу. — Ох, позвонил бы мне, я бы встретил, тебе же пришлось искать меня по всей округе… — Мгм. Твой телефон выключен. — Тихо ответил ему Ванцзи, его рука вдруг оказалась там, где до этого была ладонь Цзян Чэна: на ребрах Усяня. Янтарь глаз насквозь прожег сводного брата Вэй Ина. Сам объект приступа собственничества вообще ничего не заметил, выискивая в карманах учебной сумки телефон. — Нашел! — Блять, Вэнь Нин, уходим, пока он не сделал из меня отбивную, — Ваньинь торопливо распрощался с двумя пи…просто двумя и поспешил скрыться с глаз Лань Ванцзи. — Поехали домой? — Совсем счастливо спросил Вэй Усянь, просмотрев пару сообщений и один пропущенный от Лань Чжаня. — Я купил тесто и изюм, мы могли бы испечь булочки… К черту работу, завтра туда схожу. — Мгм. — Нефрит мимолетно прижался губами к виску Вэй Ина и потянул его к выходу: недалеко отсюда осталась машина.