Без обязательств с последствиями

А-Юаня забрали в понедельник, ранним утром, когда Вэй Ин, великий прогульщик, благополучно просыпал первую пару. Лань Чжань не стал будить соседа, когда увидел сообщение о том, что водитель заедет за мальчиком в половине восьмого. Нефрит сам поднялся, накормил и собрал маленького Вэня, выдал ему перекус в школу (пару бутербродов и бутылку с чаем) и передал с рук на руки водителю. Внутри машины он увидел и Вэнь Жоханя: тот сидел, раскинувшись на два сидения и внимательно смотрел в сторону Ланя. Никаких хороших намерений на его лице написано не было. — Скоро встретимся, — хохотнул он, даже не поздоровавшись, и отвернулся, уделив все внимание племяннику. — Теперь ты замолчишь и не будешь капризничать? Иначе я сдам тебя им насовсем, — угроза не очень хорошо сработала: любопытные, немного сонные серые глазки заблестели, А-Юань влюблено помахал маленькой ручкой Лань-гэ. Ванцзи махнул в ответ и ушел только тогда, когда машина скрылась за углом. Будто и не хватило приключений на одно маленькое утро, до Лань Чжаня дозвонился его собственный дядюшка. — Ты один? — Спросил Цижэнь очень осторожным голосом, будто боялся, что вот прямо сейчас в трубку выдохнет кто-нибудь еще, и повторится тот ужасный, преследующий его в кошмарах, чавкающий звук. — Да. — Лань Чжань молча порадовался, что взял телефон с собой и ответил до того, как рингтон разбудил Вэй Ина. Он скинул тапочки, в которых спускался и поспешил спрятаться на кухню, откуда его голос не будет слышен в спальне. — В пятницу вечером в башне «Кои» будет прием. Не явиться на нем — проявить неуважение ко всем присутствующим, а это такие фамилии как Вэнь, Цзян и Не. Ванцзи, ты обязан быть там. — Старик Лань замолчал на секунду, и добавил, — Сичэнь тоже будет. — Будто это разбудит в Ванцзи желание прийти. Лань Чжань издал не очень довольное «мгм» и сбросил трубку. Немного подумав, он открыл сообщения и спросил Цзян Чэна, идет ли на пятничный прием Вэй Усянь. Ваньнинь прочитал почти сразу, но долгое время молчал: то ли не знал, что за прием, то ли пытался придумать, как вежливо послать Ланя. Но через некоторое время он все-таки прислал ответ: краткое «нет» убило в нефрите всякую надежду на хорошее и интересное времяпрепровождение. Телефон вдруг зажужжал, в контактах высветился номер Вэнь Нина. Ванцзи, который по-телефону разговаривать никогда не любил, с трудом заставил себя ответить. — Хэй, привет, это Вэнь Нин, — неловкий, слегка заикающийся голос раздался в трубке: вокруг полно шума, рядом ругался Цзян Чэн. Именно из-за него Цюнлинь принял решение позвонить соседу Усяня. — В общем, не говори ничего Вэй Ину про встречу. Приглашены почти все из наших близких знакомых, идут даже Не Хуайсан и Не Минцзюэ. Приглашения были высланы старшим в начале прошлой недели, и, если кратко… — На имя моего брата приглашения не было, — прервал его Ваньинь с раздраженным рыком и приблизился к трубке. — И если ты, собака на Вэй Ина ориентированная, посмеешь расстроить его этим, я самолично явлюсь на пороге вашего дома и врежу тебе! — Через телефон угрожать Ланю оказалось куда увлекательнее и не так страшно, как это обычно бывало в реальной жизни. Лань Чжань, недолго думая, и этих двоих послал недовольным «мгм» и завершил звонок. Неделя обещала быть сложной. Собственно, именно поэтому он отложил свое намерение закидать любимого подарками и настроить их общение на романтический лад. Проблем в связи с предстоящей встречей навалилось много: от банального нежелания приходить до поиска подходящей одежды. Старый смокинг ему мал, а в повседневной жизни он предпочитал свитера и толстовки с джинсами или простыми брюками кремовых оттенков. Вэй Ин же не находил себе места: он понятия не имел, почему, но все вокруг него выглядели напряженными, нетерпеливыми. Они чего-то ждали, но упрямо отказывались говорить чего. Усянь не особо заморачивался по этому поводу, но не реагировать на настроение окружающих не мог. К счастью для его и так расшатанной нервной системы, в среду вечером к нему на работу наведался Вэнь Жохань и принес золотое, с черной каллиграфией, приглашение. — По договору ты выполняешь одно мое желание, — с улыбкой сказал ему мужчина. — Придешь пятничным вечером в «Кои» как мой особый гость. Вэй Ин внимательно осмотрел пригласительный билет, открыл, прочитал фамилии, увидев среди них почти всех своих знакомых: теперь ясно, почему ему никто ни о чем не говорил. Скорее всего Цзян Чэн посчитал, что ему будет неприятно оказаться в стороне, это напомнило бы о том, что он пропустил почти всю свадьбу шицзе только потому, что Мадам Юй не посчитала нужным уведомить его, а остальные свято верили, что уж кто-кто, а Усянь обязательно должен быть в курсе точной даты церемонии. Вэй Ин грустно улыбнулся и отложил бумажку, подняв глаза на Вэня. — Я уже нашел тебе подходящий костюм, — с темной улыбкой сказал ему тот. Парень передернул плечами. — Вы до последнего не признаетесь, зачем вам нужна моя тушка? — Неа, — в этот момент Вэй Ин засомневался, кто из них еще более несносный человек. Как их двоих земля только носит? В пятницу нервными были и Вэй Ин, и Лань Чжань. В качестве своеобразной мести Усянь не рассказал никому о том, что тоже идет, готовясь приехать на собрание как золушка. Карету, как и сказочное платье, ему клятвенно пообещал Вэнь Жохань. А вот Лань Ванцзи, конечно же, смолчать не смог, и в день приема рассказал Вэй Ину про вечер и отсутствие приглашения. В ответ Вэй Ин хихикнул и сказал, что найдет способ появиться и попортить нервы организаторам. Нефрит горько нахмурился, но спорить не стал, лишь погладил парня по плечу и встал. Пора одеваться. Усянь помог ему: поправил галстук, пригладил воротник пиджака и, потакая невольной мысли о том, что ведет себя как женушка, чмокнул соседа в щеку, подмигнув. — Срази их всех наповал своей красотой. Лань Чжань отрицательно помотал головой и перед выходом усадил Вэй Ина на диван, специально оставив между ними пару миллиметров. — Дядя заставил меня пойти туда, и там… меня может ждать невеста. Я уже пропустил множество встреч, так как не хотел обременять себя этим, но сегодняшнюю пропустить не получится. Вэй Ин перестал улыбаться и серьезно прислушался к словам соседа. Он внимательно смотрел в казавшиеся виноватыми янтарные глаза и понимал, что ему неприятна одна мысль о том, что у Лань Чжаня — его друга детства, самого Лань Ванцзи! — может быть невеста, девушка, женщина, с которой он мог бы жить, которую любил бы и…брал. На сердце стало неспокойно, но Усянь постарался не показать этого, а улыбнуться и подбодрить парня. — Не думаю, что твой дядя силком потащит тебя под венец, — сказал он, и проклял свой сбившийся от волнения голос. — В любом случае, я появлюсь на празднике и спасу тебя от страшного дядюшки. Лань Чжань молча кивнул, посмотрел на часы и поднялся. Провожать его погрустневший Вэй Ин не пошел, так и оставшись глупо сидеть в тишине на диване. Из странного оцепенения его вывел Вэнь Жохань, который позвонил в телефон, домофон, а потом, решив, что недостаточно сообщил о своем визите, и в дверной звонок. Вэй Ин впустил мужчину внутрь без всякого желания, медленно открывая дверь. Резко пахнуло дорогим парфюмом, он ухмыльнулся, входя внутрь. Едва переступив порог, пихнул парню в руки костюм. — Можешь оставить себе, он обошелся мне в копейки, — авторитетно сказал Вэнь, стряхнув со своего рукава невидимую пылинку. — Когда будешь одеваться, не забудь привести в порядок волосы: я не хочу видеть на твоей голове этот ужас. Усянь моргнул, тронул рукой свой обычный хвостик на макушке и пожал плечами: эти богачи такие непонятные люди. Но раз велено — он расчешется, соберет пряди с висков назад и сделает вид, что он Леголас, опрокинувший на себя банку чернил. Костюм и правда чем-то напоминал платье золушки — не своим видом, конечно, и даже не цветом, но богатством и красотой: пиджак с удлиненными полами, обтягивающие брюки, идеально севшие на задницу и рубашка, к которой кто-то забыл пришить две последние пуговицы. Вэнь Жохань, взглянув на красно-желтый ужас, который из себя представляли шея и ключицы Вэй Ина, цокнул языком. Тот покраснел и убежал в ванную, где хранилась тоналка на подобные случаи. — Красавец, — довольно заключил мужчина, когда Усянь показался на свету и даже покружился, поблагодарив «фею-крестную А-Юаня» за подарок. — Лучше любой невесты! Глядишь, мой план сработает, и мне не придется отдавать Цин-Цин в лапы старика. Вэй Ин спросил, кто такая Цин-Цин и причем тут то, что он затмит собой любую невесту: он мужчина, и было бы странно сравнивать роскошные платья (если таковые будут) с темным костюмом. Промелькнула мысль, что он говорит о своей племяннице — Вэнь Цин, но Вэй Ин не встречал еще ни одного человека, который осмелился бы назвать сестричку Вэнь Нина таким образом и остаться целым. Вэнь Жохань опять отмахнулся от него и нетерпеливо потащил на улицу. — Мы уже и так безнадежно опоздали, — упрекнул его Усянь, но покорно перешел на быстрый шаг. — Босс никогда не опаздывает, — немного мрачно ухмыльнулся богач в ответ. — Хотя, на твоем месте, я бы переживал. — Разве? — Вэй Ин поднял брови, но выражение лица мужчины скрылось на дверцей машины. Он обошел с другой стороны и сел на соседнее пассажирское сиденье, махнул водителю. Они тронулись. — Конечно. Вдруг уведут? — Просто ответил Вэнь. — Кого? — Совсем глупо спросил Вэй Ин, а когда не получил ответа, расстроился и надул губы: его что, принимают за маленького ребенка, которому не обязательно знать, куда и зачем его везут, кого собираются уводить и почему надо спешить?! Ответ на данный вопрос нашелся тогда, когда мужчины переступили порог зала, в котором проходило мероприятие: острый глаз Вэй Ина сразу выцепил Лань Чжаня и Цзян Чэна, которых оцепила стайка раскрашенных девиц. Кулак Усяня сжался, он, даже не взглянув на довольного собой Жоханя, поспешил спасать брата и… друга. — А ну-ка, девочки, разойдись! —Тараном пройдя через толпу, Вэй Ин остановился напротив горе-холостяков и обернулся к дамам. — Не пристало вам зажимать мальчиков по углам, должно быть наоборот. — А что делать, если сами они к нам не идут? — Прохныкала одна, самая смелая, когда как другие либо смутились и отступили, либо просто молча ждали развития ситуации. — Они на то и не идут, что высматривают лучшую из вас. — Тоном профессиональной свахи научил их Усянь и махнул рукой. — Покажите себя в танце, в движении, в общении и тогда холостяки сами зажмут вас в постели! Девочки захихикали, заулыбались, но отступили, позволив Ланю и Цзяну выдохнуть. Их обоих оккупировали еще перед официальным началом приема, не давали и шагу ступить в сторону. Стоило дернуться, как это сразу воспринималось как изысканное ухаживание и ответные чувства. — Я никогда не был рад тебя видеть так, как сейчас, — признательным тоном сказал ему Ваньинь и с чувством пожал руку брату. Лань Чжань приветливо кивнул — они виделись недавно, но он уже успел соскучиться. — Не зря старик Вэнь сказал, что мне стоит волноваться, Лань Чжань, тебя чуть не увели у меня, — хихикнул Вэй Ин в развязной манере: он казался расслабленным, но внутри уже четвертовал и убил всех дурочек, которые вились около его нефрита. На самом деле банкет и был организован для того, чтобы выгодно женить некоторых наследников богатых семей: в качестве джекпота сегодня выступали Лань Ванцзи, Цзян Ваньинь, Вэнь Сюй и Цзинь Цзысюнь. Последний, к слову, популярностью не пользовался в силу уродливого выражения лица и легкого ожирения, однако не терял надежды и приставал ко всем дамам, что оказывались в зоне поражения. Остальные трое вели себя куда сдержаннее: Вэнь Сюй, невероятно красивый в красном костюме без излишеств, безразлично осматривался вокруг и оживился только когда увидел отца. Лань Чжань, после того, как пришел Вэй Ин, привязался к парню хвостиком, к нескончаемой радости последнего: они так и ходили по залу вместе, Усянь смеялся, шутил, а Лань Чжань отвечал, разговаривал. В какой-то момент они уселись на диванчике в тени, общение перешло на бытовые вопросы вроде планов на следующую неделю или к тому, что посмотреть завтра. Словом, под свирепыми взглядами Мадам Юй и Лань Цижэня парни были безмятежными, как озеро в безветренный день. Один Цзян Чэн, бедный холостой парень, никак не мог спрятаться от завлекающих женских взглядов. Он свято верил, что любовь невозможно вызвать на первой встрече, да и расфуфыренные фурии не его тип! Он довольно долго бегал по залу, прячась перед началом каждой новой песни, чтобы его — не дай бог — не утащили на танцы, и нашел свое спасение за широкой спиной Лань Сичэня, который вежливой улыбкой, но холодным и несколько жестоким взглядом отпугивал всех. Да и в списке женихов его имени не было, ловить тут тоже было нечего. — Ваньинь, если вы не против, я бы предложил вам выпить. Сегодня подают крепкое вино. Мне нельзя, но ваши нервы стоило бы уважить. Цзян Чэн немедленно согласился на щедрое предложение, и, вместе с бутылкой вина, был утянут на отдаленный балкончик. Туда же последовал и Вэнь Нин, чтобы составить компанию. Его приняли приветливо и даже утянули в разговор. Ваньинь по-дружески протянул бутылку — все-таки не чужие люди, учатся в одном универе. Великий и ужасный план Юй Цзыюань, Лань Цижэня и Цзинь Гуаншаня по женитьбе сыновей срывался. Особенно зол был старик Лань: Вэнь Цин, невеста Ванцзи, еще даже не появилась и, судя по ухмылке Вэнь Жоханя, не явится сегодня вообще. Вместо нее зал освещался яркой улыбкой Вэй Усяня, который не отлипал от его драгоценного племянника! И это после того, как их застали вместе! Лань Цижэнь и мысли допустить не мог, что в данном случае он сам виновник своей проблемы — и стыдиться здесь стоило ему за отсутствие манер, ведь нормальные люди стучатся в двери. Однако в невинном, неиспорченном сознании мужчины крепко укоренилась мысль, что это лишь временное помутнение рассудка и, едва встретив достойную женщину, Лань Чжань тут же переметнется обратно на праведный путь и перестанет вытворять непристойности с Усянем. Чего старик не учел, так это того, что приличных девиц на приеме не сыщется, а Вэнь Жохань, которого приперли к стенке дружескими отношениями семей Лань и Вэнь и заставили буквально отдать умницу-племянницу на растерзание глыбе льда, найдет способ выкрутиться из положения, еще и попортить нервы всем, кто смел предъявлять ему условия. Лань Цижэнь волновался: что-то плохое непременно случится! Нервная дрожь в какой-то момент прошла по его рукам, вызвав у сидящего неподалеку Цзян Фэнмяня легкую сочувствующую улыбку. Старательно делая вид, что смотрит в сторону, мужчина вылил остатки своего алкоголя — пару капель — в чай старого учителя. Отключиться не отключится, зато дрожать перестанет. Как и предрекало чутье Цижэня, ужас все-таки случился: Вэнь Цин явилась, но совсем не в том виде, в котором ожидалось. Девушка носила брючный костюм темно-изумрудного цвета в тон глазам и выражение ее лица было весьма угрожающим. Стоило ей появиться в зале, как к ней подскочили все мужчины семьи Вэнь: что старшие, что младший. Цин-Цин вежливо кивнула дядюшке, тепло обняла двоюродного и родного братьев. Ей с большим трудом удалось вырваться из частной больницы, в которой она работает, латая не только обычных людей, но и дядюшкиных подчиненных, и прийти сюда, из-за чего она была немного зла. Лань Цижэнь оказался следующим, кто подошел к деве Вэнь Цин, но та с ним разговаривать не пожелала: поздоровалась и направилась к своему «жениху». Вэй Ин посмотрел на то, как она приближается, и неосознанно подсел к Лань Чжаню еще ближе, хотя раньше казалось, что придвигаться некуда. Причем, даже заметив, что сделал, Усянь не отодвинулся, со скрытой враждебностью наблюдая за старой знакомой. Та фыркнула. — Идиот, доволен тем, до чего довела твоя тупость? — Наехала она на него, подбоченившись. — Забыл, что у твоего парня родственники чересчур деятельные! Вэй Ин удивленно моргнул, и собрался было в том же недовольном тоне ответить, что понятия не имеет, о чем речь, как вдруг его руку сжали и он немедленно обернулся, чтобы увидеть горящий взгляд Ванцзи. Они ненадолго замерли, пытаясь что-то прочитать в глазах друг друга. Вэй Ин неловко потупился, а его сердце почему-то подпрыгнуло в груди и свалилось куда-то в ноги. Вэнь Цин тоже отвлеклась на вольных слушателей сцены и по смущенному шепоту Лань Сичэня узнала то, чего совсем не ожидала услышать. Осознав, что эти двое друг другу еще не признались, она даже не разозлилась, только безнадежно скривилась и спросила, где ближайшая кладовка. — Будем решать проблемы дедовским способом, — она кивнула Вэнь Сюю и тот показательно закатал рукава: ради сестренки он готов вступить в бой с кем угодно. Публика нервно затопталась на месте: неловко получилось, но кто знал, что невеста — невероятно бесстыдная и мудрая девушка? Возможно, она была умнее многих в этой комнате. Однако Лань Чжань ее благих намерений не оценил, тяжело вздохнул и потянул Усяня за руку вверх. Что ж, какой смысл оттягивать момент признания, если Вэй Ину уже намекнули на его чувства, а тот не настолько глуп, чтобы не понять? Он волком взглянул на ораву заговорщиков и на мгновение удивился, почему дядя не кричит и не плюется ядом на происходящее. Однако, когда он нашел взглядом старшего родственника, увидел нездоровый румянец на лице того, а Вэнь Жохань что-то с улыбкой ему наговаривает. Знать, что именно, не хотелось. — Эр-гэгэ, что происходит? — Зашипел Вэй Ин и сам же первым потянул друга подальше, на балкон, где их никто не увидит. — Об этом с самого начала твердил Вэнь Жохань? Ты знал? — Я не знал, — ответил Ванцзи и судорожно выдохнул, нежно беря руки любимого в свои. Он не поднимал взгляда вверх и не пытался утянуть парня в объятия, как мог бы это сделать. — Вэй Ин. Тот нервно улыбнулся и освободил одну руку, чтобы мягко пощекотать подбородок соседа. — Лань Чжань, признайся, эти люди тебя пытали? Промыли мозги? Угрожали? Что такого они сделали, что мой храбрый гэгэ похож на бездомного котенка?.. — Его рот не затыкался, он пытался смягчить повисшую между ними неловкость, одновременно давя в себе томительное волнение и — как ни странно — надежду. — Ох, Вэй Ин… — Ванцзи, напряженный, собранный, вдруг выдохнул, слабо улыбнулся и, наклонившись, ткнулся лбом в плечо Усяня. Изо рта вырвался нервный смешок: и чего он переживает? Он это он, и Вэй Ин все такой же смешливый, нежный и добрый. Как он вообще допустил мысль, что его оттолкнут и отдалятся, бросят и возненавидят? Между ними так много воспоминаний, так много прикосновений, что, даже если его любовь не взаимна, Усянь бы от него не отвернулся, но и не стал бы лгать о собственных чувствах, потакая ему. — Я никогда не говорил этого, и с большим трудом скажу сейчас… — Он прервался, потому что услышал быстрое сердцебиение Вэй Ина и ощутил теплую руку на своем затылке. — Мне нравится жить с тобой. — Ох, Лань Чжань, я не один раз говорил, что мне тоже… — Вэй Ин не успел закончить, как нефрит вскинулся и прервал его, сильнее сжав его руку в своей. — Нет, мне не нравится жить с тобой, как с другом. Мне нравится жить с тобой, как с любимым человеком, которого я хочу целовать по утрам, обнимать, укладывать спать и просыпаться вместе. Я хочу водить тебя в рестораны, ухаживать за тобой, дарить цветы и подарки. Забирать с работы и встречать из института, отдыхать на нашем диване и смотреть любой фильм или мультфильм, который ты включишь. Усянь хрипло выдохнул, его серые глаза расширились от изумления, а рот приоткрылся. Черт подери, он никогда, никогда в своей жизни не ожидал услышать этих слов от Лань Чжаня, не ждал получить себе любовь этого человека. Вэй Ин никогда не позволял себе задуматься об этом, но сейчас, когда Лань Чжань признался ему, Усянь готов был признать, что… Чувства Ванцзи взаимны. Вэй Ин на мгновение представил, что его лишают всего этого: ласки, тепла, янтарного взгляда и бархатного голоса, и ему стало плохо от одной мысли, что он мог раньше жить без этого, не искать общества этого человека каждую секунду своей жизни. Единственное, что он смог сейчас как никогда ясно понять — это то, что он… Хотел бы, чтобы между ними было нечто большее. В их отношениях всегда не хватало романтики. Подумав об этом, Вэй Ин улыбнулся, тонкие лучики расчертили уголки его глаз. — Лань Чжань, посмотри на меня, — ласково попросил он и, когда они встретились глазами, улыбнулся так тепло и любяще, как только мог. — Послушай, я такой глупый, я не знаю, нет, только осознал, что, кажется, влюблен в тебя так давно, безнадежно. Я знаю, что тоже хотел бы жить с тобой, как с кем-то более важным, чем простой друг. Блин, мне не нужен секс без обязательств. С самого начала не был нужен. Лань Чжань, Лань-гэгэ, мой Лань Чжань, я… Я хотел бы, чтобы мы встречались и вечность жили вместе, засыпали и просыпались в обнимку, чтобы ты ворчал на мой попкорн, а я — на твои тренировки. Я пошел бы в любой ресторан, куда угодно, главное, что я пойду туда с тобой. Ванцзи с замиранием сердца слушал чужие пылкие слова, едва сдерживая порыв обнять Вэй Ина и крепко-крепко прижать к себе. К нему с трудом приходило осознание, что его любовь взаимна, что Вэй Ин его не бросит и принимает, даже попытается полюбить в ответ. Он медленно наклонил голову и осторожно поцеловал парня и не встретил сопротивления или отторжения. Тот охотно ответил, как всегда отвечал, и про себя решил, что этот поцелуй можно назвать первым — он был таким сладким-сладким, одновременно немного горьким (сколько времени они потеряли впустую!), но приятным и полным теплых взаимных чувств. Тихонько хлопнула дверь, но ни Ванцзи, ни Усянь, не отвлеклись. — Разобрались, — счастливо выдохнула Вэнь Цин и победно улыбнулась. — Что бы вы делали без меня! Вэнь Жохань, тоже лучившийся, будто это ему признались в любви, опять пристал к Лань Цижэню. — Ну что, Лань-Лань, я выполнил свое обещание. Твой племянник женится на члене семьи Вэнь. Тот смущенно взмахнул руками и отодвинулся от мужчины, который прильнул почти вплотную. — Еще скажи, что ты усыновил Вэй Усяня! — разругался он, и его возмущение поддержала Мадам Юй. — Да, еще вчера этот ребенок был моим приемным сыном, — сказала она, а сама вдруг ухмыльнулась — ей досталась хорошая возможность укорить Вэнь Жоханя в нарушении обещаний и капать ему на мозги ближайший год. — О нет, вы не правы, — расслабленно отозвался тот. — Мой племянник, А-Юань, совсем скоро будет числиться как подопечный некоего Вэй Усяня. Осталось только подписать бумажки и забрать некоторые вещи мальчика. Формально, все мы родственники, дорогая моя Цзыюань. А ведь аферу спровоцировал старик Лань — если бы не он, Вэнь Жохань и не кинулся бы защищать свою Цин-Цин — единственного адекватного и умного человека в мире — от договорного брака и лишней головной боли. А если бы Лань Цижэнь утащил невестку к себе?! Было бы ужасно остаться со своими сыновьями, от которых здравых советов не добиться и внятного ответа не получить. Да и мотивационные пинки Вэнь Цин были очень полезны что для него, что для его сыновей. Поэтому Жохань готов был на что угодно, лишь бы оставить свою племянницу при себе. С приема Вэй Усянь и Лань Ванцзи ушли первыми. Впереди их ждало много поцелуев, и немного вдумчивых размышлений: Вэнь Жохань все-таки успел перед уходом впихнуть парочке договор об усыновлении. Через свои источники он мог уладить все эти формальности, и от Вэй Ина требовались исключительно согласие и подпись. Оба согласились взять А-Юаня к себе быстро, правда, сначала решили перебраться в квартиру побольше, с лучшей звукоизоляцией, где у ребенка могла быть своя детская комната, а у Вэй Ина — кабинет, в котором будут покоиться моноблок и книги. Через неделю Вэй Ин за руку заводил Лань Юаня (причем фамилию предложил сам Вэй Ин и никто, включая Вэней, с ним не спорил) в их новых дом и рассказывал о том, как хорошо им будет жить всем вместе. Маленький мальчик радостно ступил вперед, в новый эпизод своей маленькой жизни и почувствовал, что здесь его любят, здесь — конец приключений. «Или только начало, » — подумал он и рассмеялся, когда на его глазах Вэй Ин прыгнул к Лань Ванцзи и повис на его шее с громким воплем, а гэгэ поймал его и закружил в просторной комнате, сжимая в объятиях.