Будешь ли ты моим лебедем?

POV Франк.       Наконец-то. Сегодня день «икс», и Франка приняли в обучающую академию в качестве главнокомандующего начинающими взводами. Мужчина давно хотел уйти от своих привычных обязанностей и начать тренировать молодняк, делиться с ними своими знаниями и опытом. Изменить будущее можно только через подрастающее поколение, привить им дисциплину, честолюбие и порядочность. Конечно, Франклин понимал, что не все так просто, как кажется на первый взгляд, и с молодыми достаточно сложно взаимодействовать. Особенно с подростками. Тем более, что мальчишки взрослеют позднее девушек по жизненному опыту, хотя Франк поспорил бы с этим утверждением.       Ему бывает встречаются очень опытные и мудрые ребята для своего возраста, но, по правде, это дичайшая редкость. В основном же приходится бороться с ребятами не только физически, но и ментально.       Мужчина готовился к переезду из своего родного селения уже достаточно давно и уже лет как пять назад приобрел себе квартиру в городе. Правда повода переезжать не было. Служение родине мужчина начал еще в возрасте шестнадцати лет, когда матушка скончалась, а у отца появились некоторые проблемы со здоровьем. Нужны были деньги на лечение, да и сама деятельность была приятна Франклину. Все-таки, для мунга-медведя это большая честь — служить в войсках. Тем более со своими габаритами. При росте в двести двадцать сантиметров и с довольно развитой мускулатурой мужчине просто некуда податься, не учителем же в детский садик идти работать.       Вообще в Синее сложно уживаться мунгам, которые либо слишком маленькие, либо слишком большие: здания, оборудования, работа… все время приходится думать наперед и переживать за свое будущее, заранее искать работу, заранее искать жилье и прочее. К примеру Франклину довольно сложно бывает находиться в одном помещении с большим скоплением людей, потому что обычно человеческий рост не превышает ста восьмидесяти сантиметров, а ведь встречаются совсем маленькие, которые еле до пояса мужчины доходят, и тем не менее уживаются как-то. Но особенно страшно находиться рядом с детьми, а Франклин их любит до безумия, и, если выходит так, что он случайно пнет, толкнет, заденет ребенка, а тот начинает плакать, у мужчины все внутри переворачивается. Уж что поделать, вот такой вот мягкий и любвеобильный военный; так как к жестким методам мужчина не очень благосклонен, он решил совершенствовать свою тактику воспитания. Посмотрим, что из этого выйдет…       Время близилось к полудню, и Франку уже пора было собираться, чтобы явиться в академию: познакомиться с персоналом, самому представиться и изучить, что там и как. Он, после того, как разложил аккуратно все свои вещи по ящикам, зашел в ванную проверить свой внешний вид, и набрав в ладони воды и ополоснув лицо, посмотрел в зеркало и легко улыбнулся, замирая: грубоватая, смуглая кожа, смягченно-угловатые черты лица, морщины, которые появились в виду возраста, черные густые брови и с небольшой сединой волосы, зачесанные назад, грубая щетина… как бы мужчина не старался, полностью сбрить бороду не выходит, волос слишком жесткий. Торчащие медвежьи ушки практически не было видно благодаря тому, что они были маленькими и плотно прижатыми к голове. Но вот что действительно бросалось в глаза при виде этого лица, так это цвет глаз: ярко-зеленые, скорее даже салатовые с небольшим алым пятном внизу радужки. А также два глубоких, но старых шрама: один рассекал правую бровь до глаза, а второй так же рассекал левую через глаз и тянулся полосой до нижней челюсти.       Результат катания на лошади. Скорее даже несчастный случай, в котором пострадал не только Франклин, но и его честь. Но эта история почти тридцатилетней давности, нет смысла мусолить прошлое.       Глядя на свое отражение, мужчина продолжал улыбаться до тех пор, пока не почувствовал, как приятная прохладная влага не высохла. Старая привычка, которой научила его покойная матушка. Она всегда приговаривала, что если ополоснуть лицо водой и улыбнуться своему отражению, то улыбка так застынет, и день пройдет на отлично. Это, конечно, все шутки и, может, со стороны глупо выглядит, но по правде сказать, Франклина нередко выручала такая причуда. Дни как будто действительно были ярче и веселее.       Поправив на себе мундир, мужчина выпрямился и улыбнулся себе напоследок, желая удачи. Погода на улице стояла отличная, лето как-никак. Сама же военная академия находилась на окраине города, но это не влияло на ее репутацию и статус, многие курсанты стремились сюда попасть, место довольно престижное и, можно сказать, стояло на слуху. Академия святой Морры. Десять лет эта академия отказывала Франклину в заявлениях и не откликалась на призывы, мужчина уже и отчаялся пытаться пробиться сюда на работу. И вот внезапно он получил письмо с приглашением. Внезапно, однако… не даром говорят: «Перестань гнаться за хотелкой, и она сама к тебе придет». Конечно же не поговорка в этом виновата, а заслуги медведя. Он из кожи вон лез и всячески стал выделяться в последние годы в своем служении, и дослужился до статуса майора, однако на этом хотел закончить свой взлет по карьерной лестнице. Не к вышке он стремился, а просто хотел обучать молодых курсантов.       Сама академия внутри встретила, на удивление, довольно шумными и частыми перебежками будущих коллег. Люди торопились выполнить свою работу и подготовиться к будущему учебному году, хотя можно было заметить и студентов, оно и не удивительно, ведь прямо к академии прикреплены хорошо обустроенные казармы, в которых жили молодые люди. На Франклина внимания особо никто не обращал, потому что в академии большие оборотни не редкость, даже среди курсантов встречаются крупные ребята. Однако, такое отсутствие внимания с одной стороны радовало мужчину, но с другой — было необходимо выяснить в какую сторону идти, а словить себе тут путеводителя было той еще задачкой.       Усмехнувшись про себя, мужчина выцепил-таки себе одного сослуживца и добрался до начальства, где Франка встретили, можно сказать, с распростертыми объятиями. Сам же директор был довольно строгим, но приятным мужчиной в возрасте, а по его физической подготовке не скажешь даже, что в ближайшем будущем он будет готовиться к пенсии. Мужчина объяснил, что и как устроено в академии, а далее решил устроить экскурсию по академии, от чего Франк, естественно, не мог отказаться. Единственное только, что-то напрягало его в диалоге с начальником, словно тот явно что-то не договаривал и пытался всячески увильнуть от разъяснений, если сам Франк спрашивал об этих недомолвках.       Медведю рассказали обо всех его обязанностях: о работе, какой ему передадут отряд и даже немного рассказали о некоторых курсантах, которые заслуживают, как он говорит, особое доверие. Но ведь он что-то не договаривает. Видно по диалогу, что мужчина то и дело хочет что-то добавить, но словно не решается. «Ну чего ты копаешься, скажи, как есть, взрослые же люди.» — кружилась в голове мысль и в груди поселился червячок сомнения. Что-то не так с отрядом, который был поручен Франку? Или с отдельными курсантами? Есть какие-то тонкости?       — Я понимаю, что я тут еще совсем новичок и не знаю всех тонкостей, но может вы, все-таки, расскажете мне то, что не решаетесь сказать уже добрые полтора часа? — все же решился спросить у вышестоящего.       — Да понимаешь ли какое дело. В твоем отряде… есть один курсант, который заслуживает отдельное внимание. Он совершенно необучаем, недисциплинирован и не социализирован. Я не могу много тебе рассказать о нем, лишь хочу предупредить, что тебе нужно быть готовым ко всему. Этот отряд сменил, по меньшей мере, уже шесть наставников, мне не хотелось бы терять еще одного, тем более того, у кого впереди хорошие перспективы, — остановился у двери в свой кабинет по завершении экскурсии и посмотрел на медведя.       — Весьма лестно это слышать, но что такого в этом юноше, что даже элитные руководители отказываются от курсантов? — даже стало интересно, что же такого курсант делает, что от него бегут сломя голову элитные бывшие бойцы и воеводы.       — Скажем так, боец он не простой. Ты и сам все поймешь, когда познакомишься с ним. Он на фоне остальных выделяется. Гаденыш, конечно, тот еще, но, надеюсь, ты сможешь его приструнить, — слегка склонился, завершая разговор. Франк отдал честь и направился к выходу из здания. Не сказать, что слова мужчины насторожили как-то медведя, но с другой стороны и смелости больше не внушили. Работа, судя по всему, предстоит тяжелая.       Поворачивая к выходу через главный холл, внезапно в мужчину врезается какой-то молодой курсант. Он был ровно по пояс Франклину, волосы были черные, как смоль, лицо вполне себе простое, почти ничем не примечательное, только шрам на правой щеке в виде искривленной рогатки, вертикально по середине от глаза до этой же щеки. Телосложение плотное, но не мускулистое, словно парень уже достиг своего предела возможностей. Но вот что действительно надолго застряло в сознании медведя, это когда юноша открыл после столкновения глаза и посмотрел на него. Глаза… его глаза были такими необычными. Белки почерневшие, кроваво-красная радужка… от этого взгляда по телу разливался табун холодных мурашек, такое неприятное чувство, будто с тобой взглядом вытворяют страшные вещи.       В то же время этот взгляд словно очаровывал. Чего греха таить, мальчишка хоть и кажется простым на внешность, но довольно симпатичным, кажется таким приятным, если б не глаза… Однако мнение как-то внезапно сменилось на смешанные чувства, когда парень открыл рот:       — Какого хуя ты тут разошелся? Совсем, блять, не учили по сторонам смотреть, придурок? — парень скривил лицо в презрительной гримасе и быстро обошел мужчину, удаляясь прочь. А Франклин как стоял с ахуевшим лицом, так и простоял на том месте, пока не оклемался от этого культурного шока.