rudeness

      Лучи солнца стали пробиваться через маленькую щель штор, пока Уилл пытался заставить себя встать. Утро после первой в жизни подростковой вечеринки не было таким прекрасным. Тело было тяжелым, желание лежать так весь день было сильным. Джейн ходила на такие мероприятия, не пропуская ни одного из них. Порой Байерс удивляется: каким образом они настолько сильно отличаются друг от друга?       Байерс глядел на пыль, что красиво светилась на солнце, пока из-под боку не послышался тяжелый стон. Слева от русого парня лежал Уилер, его чёрные ресницы трепетали, брови были тяжело нахмурены, а веснушки выделялись сильнее, когда горячее солнце проходилось по его впалым скулам и носу.       Если быть честным, у Уилла бушевали бабочки в животе, когда он смотрел на Майка и понимал, что он его парень, что Уилер любит его также как и он. Может иногда и появлялись некие сомнения, они стирались, стоило лишь Майку коснуться губ младшего.       Этот парень, что лежит слева от Уилла обнимал его во сне, держал его за руку, будто в любой момент русый может исчезнуть. В эту самую лучшую ночь, Байерс краснел от того что чувствовал своего парня слишком близко, ощущал его запах намного сильнее, Уильям сильно зажмуривал глаза, когда где-то в шее было нежное дыхание Майка, от которого мурашки были везде.       Стараясь отгородиться от своих мыслей, Байерс резко встал с кровати и дернул шторы, чтобы свет полностью проник в комнату. В ответ на это действие Майкл выпустил ещё один драматичный стон, и Уилл усмехнулся.       Уилер выглядел слишком привлекательным, чтобы оставить его без внимания, поэтому русый парень снова лёг на мятую постель, пока Майк прослеживал его сонным взглядом.       Два парня легли напротив друг друга, не отрывая глаз. Русый рассматривал сонный вид Майка, которого он никогда не имел возможности увидеть прежде. А Уилер глядел на лёгкую улыбку Уилла и его растрёпанные волосы. Этот момент хотелось продлить обоим, достаточно только быть рядом с любимым человеком. Не важны никакие проблемы, когда вы есть друг у друга.       Майк тихо посмеялся, Уилл перехватил этот смешок, пока они всё ещё смотрели друг на друга.       — Доброе утро, — прошептал Майк и покрыл своей ладонью щёку Байерса. Кудрявый долго не думал, перед тем как потянуться за поцелуем. А Уилл в свою очередь не отторгал парня. Это был их первый утренний поцелуй в жизни, поцелуй со вкусом солнечных лучей и запаха вафель с кухни.       Двое отстранились друг от друга. На щеках Байерса появился лёгкий румянец, и чтобы скрыть его, Уильям повернул голову к окну. Однако ему можно было этого не делать, ведь Майк в любом случае заметил эту милую часть Уилла.       — Первый солнечный день за этот месяц, — прошептал русый. Майк улыбнулся, смотря на потолок.       Вот оно, то самое будущее, которое так нравилось Уиллу. Жить вместе с любимым человеком там, где нет Троя, Генри и всех остальных людей, которые так любили поиздеваться над Байерсом. Однако, есть вещи, которые беспокоили парня не меньше чем издевательства Троя.       Уилл немного тревожно взглянул на парня и отвёл глаза. Байерсу ушло много времени на то, чтобы принять себя. Тысячи нервных срывов, плачей в подушку и его лучший друг, который под темной ночью пламенем проходился по разуму Уилла. Размытая картинка в голове с изображением худого торса кудрявого парня не оставляет Байерса по сей день. Но неприятная горькость в горле возникает, когда русый осознаёт, что к этому телу может прикасаться другой человек, эти губы может целовать не только Уилл.       — Когда ты бросишь её? — Байерс перевернулся на живот и лёг, опираясь на локти.       Уилер забеспокоился. Байерс выглядел слишком искренне, когда спрашивал этот вопрос. Майкл откладывал его на будущее, придумывал в голове подходящий ответ, чтобы угодить парню и не обидеть его. Кудрявый знал, что с Гретой лучше не связываться, однако, вопреки всему это случилось, и пути назад нет.       — Совсем скоро, обещаю.       — Уилл! — послышалось несколько судорожных стуков в окно, парень вздрогнул, но облегчение пришло, когда прозвучали привычные ругательства одной девушки: — Уилл, чёрт возьми, открой окно!       Парни взглянули на окно, за которым виднелось лицо самой Джейн Хоппер. Её волнистые золотые волосы были потрёпаны, и выглядела она весьма потерянно и тревожно. Уилл видел много сумасшедших поступков Джейн, но этого ранее ещё не случалось. Кто знает, что могло случиться за ночь у маленькой бунтарки?       Хоппер для Байерса была загадкой. Своим сердцем он чувствовал, что Джейн испытала на себе много боли, но не хотела раскрываться. Она избегала той самой темы, которая заставала её врасплох. Сейчас, по прошествием времени Уиллу кажется, что он её не знает. Такая знакомая и счастливая Джейн пропала уже много лет назад, и это заставляет его чувствовать грусть.       — Это Джейн? — спросил Уилер чуть удивлённо. Байерс лишь уставши выдохнул, кивнул головой и потопал к Хоппер.       Парень открыл окно и помог взобраться девушке.       — Ты мой спаситель, Уилл, папа убил бы меня, — сказала Джейн и заключила парня в объятья. Тот неловко обнял девушку, вдыхая аромат её духов. Он промямлил что-то вроде «всегда пожалуйста», и через пару мгновений они отстранились. Майкл лишь украдкой наблюдал за двоими, помалкивая.       — Что с тобой стряслось? — спросил Уилл. Однако Джейн полностью проигнорировала брата, сразу же задав свой, не менее интересный вопрос:       — Уилер...?       Байерс почувствовал как его щёки начинают гореть, а после осознания, что Майк полулежит на его кровати с голым торсом, щёки стали пылать сильнее. Уилл неловко бродил глазами по комнате, пытаясь найти слова для оправдания, однако кудрявый опередил его.       — Ночёвка, — несколько суетливо бросил Майк. Джейн вопросительно подняла одну бровь. Парень продолжил: — У нас была ночёвка, ну знаешь как у всех друзей: комиксы, Д&Д, обсуждения девушек. Типичная ночёвка парней, мы так делали ещё с Лукасом и Да...       — Я поняла, Майк, — с ухмылкой на лице произнесла Джейн. Уилер сразу заткнул свой рот, в то время как Уилл стоял, стыдливо опустив голову. Джейн пристально смотрела на Майка, пока тихо не усмехнулась и поспешила выйти с комнаты Уилла.       Когда дверь хлопнула, парни облегчённо выдохнули.       Двое сидели в тишине, пока Уилл не спросил:       — «Обсуждения девушек»? Ты серьёзно, Майк? — Уилер на эти вопросы Байерса неловко рассмеялся, покрыв ладонями лицо.       — А что ещё делают натуралы на ночёвках?

***

      — Научишь меня также, Безумная Макс? — громко спросила Беверли, когда Мэйфилд показала очередной трюк на потрёпанном скейте. Максин ухмыльнулась про себя; Беверли Марш была единственным человеком, симпатизирующим Мэйфилд. Может это лишь странная связь рыжих? Однако Макс не любила привязываться к людям, это приводило к плохим последствиям всегда, всю её жизнь. Тяжело забыть частицу своей жизни, украшенную важным человеком. Поэтому Мэйфилд старалась сильно не открываться Бев.       Две рыжие девушки двигались по бедной улице Хоукинса. «Бедной» она прозвалась, потому что здесь живут малообеспеченные семьи, изгои для богатых. Впрочем, Максин не удивилась, когда узнала, что родители купили дом именно здесь.       После вчерашней вечеринки у Стэна Барбера, рыжей ничего не придумалось, кроме как поехать к Марш. Отчим, наверняка, снова повысил голос бы на неё, что он делает почти каждый день. И Бев была единственным человеком, с которым она общалась больше получаса в Хоукинсе, поэтому Макс доверилась новой знакомой. По прошествием времени, Мэйфилд поняла, что это было не зря. С Марш было хорошо и этого было достаточно.       — Если успеешь за мной, Беверли! — Мэйфилд понеслась на скейтборде вниз по улице. А за несколько шагов от неё бежала вторая, такая же безумная рыжая. Каким образом у них хватает сил на это после вчерашнего? Ответа на этот вопрос не знала даже сама Мэйфилд.       Беверли остановилась, с тяжёлой одышкой глядя на Макс, отдаляющуюся от неё всё дальше и дальше. Мэйфилд обернулась и рассмеялась, на что Марш показала средний палец.       Платье и огненные волосы Беверли развевались на ветру, пока она стояла, пытаясь отдышаться. Рыжие завитки казались ещё ярче на осенних лучах солнца. Щёки её имели пунцовый оттенок, а глаза часто моргали. Иногда Мэйфилд хотела иметь такие же красивые черты лица как у Бев. Макс не считала себя уродкой, но и не принцессой, она думала, что её внешность никого не привлекает, и что добиться чего-либо, она сможет лишь своими действиями. Мэйфилд часто шутила про чарлидерш, но если быть честным хотела бы иметь столько же очарования в себе.       — У тебя не получилось, так что... никаких уроков скейтбординга, — сказала Мэйфилд, после того как схватила скейт и стала шагать по чистому асфальту к Беверли.       — Я это просила, только из вежливости. Меня не интересует твой скейт, — колко ответила девушка, скорчив своё лицо. Она гордо подняла голову перед Макс, которая, в свою очередь, лишь закатила глаза. Девушка уже потеряла счётчик вранья Бев, эта леди любила это делать, причём, совсем не умела.       — Ложь, — Макс тыкнула указательным пальцем в живот Бев, от чего та невольно дёрнулась. Девушка покрыла рукой только что тронутое место, опустив голову. И снова, Беверли не хотела быть отторгнутой от Максин, поэтому предпочла не терять времени в растерянности. Она поспешила сменить тему, пока безумная рыжая пристально смотрела на неё:       — Не хочешь покурить?       Максин ухмыльнулась на слишком очевидную неловкость рыжей, она не стала поднимать эту тему. Мэйфилд поправила лезущие пряди волос на лицо и сказала:       — Не-а, отчим убьёт меня.       — Запах выветрится, — сказала Бев, достав с сумочки свою любимую пачку сигарет. Мэйфилд посмотрела на эту пачку, борясь с резким желанием. Девушка боялась, что Харгроув учует запах и накричит на неё, от громких ругательств отчима даже Билли становится словно белый лист бумаги. Поэтому Максин отрицательно покачала головой.       — Как хочешь, — Беверли пожала плечами и шагнула к бордюру. Она призвала жестом Максин, чтобы та присела рядом с ней, и две девушки мирно сели на невысокий бордюр.       Рыжая наблюдала за Беверли, которая доставала из пачки сигарету, а потом дотянулась до кармана платья, откуда вытащила коробок спичек. Макс нахмурила брови, бегая глазами то на Марш, то на её руки. Та поднесла зажжённую спичку к сигарете.       — Никогда не видела, чтобы кто-то так делал, — сказала Мэйфилд. Беверли улыбнулась, вдыхая в себя дым.       — Зажигалка потерялась, а единственное что было дома это... — девушка потрясла спички в руках, ярко улыбаясь, также как вчера в доме Барберов. Максин не могла себе врать, Беверли была прекрасна с сигаретой во рту. Сигаретный дым красиво сочетался с образом юной Марш.       В голове Максин стали проплывать кадры вчерашнего дня: скамейка, небо, зажигалка и сигарета. Макс невольно нахмурилась, ведь ранее совсем забыла про некоторые события вечера. Размытые образы вечеринки Максин старалась восстановить по порядку. Мэйфилд опешила, когда вспомнила, что пыталась поцеловать Хоппер.       Рыжая находила Джейн привлекательной, но в нетрезвом состоянии хотела припасть к её губам. Могло ли это что-то значить? Вероятно, да, но Макс так не думает. Мэйфилд не раз целовалась с девушками из Калифорнии, но все эти случаи она считала экспериментом, глупыми подростковыми гормонами. Однако ей уже семнадцать, а эта дрожь даже не собирается проходить при виде женского тела в раздевалке. Она много раз задумывалась о своей ориентации, как только она доходила до мысли о том, что она лесбиянка, спешила стереть это из своих мыслей. А потом и вовсе начала встречаться с первым попавшимся парнем. В итоге ей это не понравилось. Этот случай она отнесла к тому, что парень просто был не её типажом.       — О чём задумалась? — тихо спросила Беверли. Макс опустила голову. Её мысли беспрерывно текли внутри головы, остановить их было сложно. Они смешивались в одну кучу дерьма, и заставляли страдать девушку каждый день. Порой они не давали вдохнуть воздуха.       Максин не стала отвечать на этот вопрос, только внезапно встала и поспешила попрощаться с Марш, оставив её в некотором недоумении. Мэйфилд покатилась на скейте дальше по дороге, слыша какие-то крики Беверли позади себя. Однако девушка не оборачивалась, Макс снова предпочла забыться с любимым потрёпаным скейтом.       Доехав до своего дома, девушка зашагала в сторону порога, пока не заметила Лукаса и Дастина, стоявших и поджидающих её с кривыми улыбками на лицах. Синклер нелепо подмигнул, пока Макс, оценив их взглядом, не обернулась и пошла в противоположном направлении. Однако она услышала быстрый топот двух ребят позади себя. Не выдержав, девушка раздражённо повернулась, парни только вздрогнули.       — Что вам нужно, сталкеры?!       Хендерсон и Синклер переглянулись, будто глазами обмениваясь словами. В итоге Дастин оказался первым, кто осмелился начать диалог: — Ты сказала, что мы можем потусить сегодня.       Макс недоверчиво глянула на парней.       — Я так не говорила.       — В школе после первого урока ты согласилась встретиться сегодня, — с яркой улыбкой произнёс Дастин. Лукас поддержал друга, так же улыбнувшись и кивнув. Однако Мэйфилд нахмурила брови, перематывая время назад, чтобы подтвердить утверждение Хендерсона. Единственным ярким событием за этот месяц можно считать тот странный полу-поцелуй с Джейн, или же появление первой подруги в жизни Максин.       Осознание девушке пришло не сразу, ей потребовалось чуть-ли не целая минута, чтобы вспомнить, что Макс и вправду сказала такое, только вот ребята приняли её слова всерьёз. Хендерсон и Синклер приглашали её вчера пойти в Аркаду, Мэйфилд же своим привычным раздражённым тоном много раз отказывала. В итоге, чтобы парни отцепились от неё, она согласилась и благополучно выкинула это из своей головы.       — Я это сказала, только чтобы вы отстали, сталкеры, — Мэйфилд скрестила руки на груди, ожидая их ответа. Её скейтборд валялся где-то на траве, и на нём она расположила ступню, которую она так и дёргала, вероятно, от нервов.       На лицах парней сразу появилось разочарование, что не могла не заметить Максин. Лукас легонько толкнул друга локтем, и получил возмущения Дастина.       Эти двое выглядели как типичная весёлая пара друзей из какого-нибудь фильма. Они забавляли Макс, эти парни выбрали весьма странный путь для получения внимания девушки.       Вдруг входная дверь дома Мэйфилд открылась. Ребята тут же направили свой взгляд на источник шума, и только одна из них тревожно прокусила щёку, ведь прямо сейчас её отчим был готов отсчитать её в своей привычной манере.       Макс не стала медлить, только ускоренным шагом хотела прошмыгнуть в дом. Девушка решила оставить двух парней без каких-либо объяснений — Харгроув не должен знать, что его дочь вообще знакома с ними. Но твёрдая рука отчима не позволила сделать это так же быстро как в бушующих мыслях юной девушки. Рыжей пришлось тяжело вздохнуть, чтобы сдержать свой гнев внутри себя. Краем глаза она заметила парней, всё так же наблюдающих за этой ситуацией, поэтому сильно сжала кулаки, пытаясь держать себя под контролем.       — Максин, ты знаешь этих парней? — раздался голос над ухом рыжей. Макс тревожно вздохнула перед тем как ответить отчиму:       — Я их не знаю, — определённо точно Харгроув не поверил этим словам девчонки. Это можно было понять по его грозному лицу и бровям, что дёрнулись, когда он направил взгляд на двух подростков, стоявших позади рыжей. Лукас сразу свёл брови, когда услышал всего четыре слова, вышедших из уст Максин. Синклеру было неприятно это слышать — это точно, ведь они много пересекались и обменивались парой слов, хоть и Макс не показывала своего хотения узнать его больше. Эти слова могли легко ранить его, но Лукас и не ставил много надежд на неё.       Ветер задул новой силой, и огненные локоны девушки снова полезли на её веснушчатое лицо. Она хмурилась, когда её что-то раздражало, поджимала розовые губы и пристально глядела своими небесными глазами на объект, который заставлял её ощущать это.       — Ты думаешь, я поверю? — хриплый голос отчима привычно повысил свой счётчик агрессии. Макс всегда боялась его такого, однако выглядела довольно смело.       Старший Харгроув посмотрел на подростков, стоявших у дороги и спросил: — Вы дружите? — на этом вопросе Макс повернула голову в их сторону, чтобы хоть как-нибудь помочь ситуации. Она показывала всем видом ребятам отрицательно ответить на вопрос отчима. Харгроув не останавливался: — Или может встречаетесь?! Кто из вас её парень, а?! Ответьте!       — Прекрати это! Я их не знаю! — выкрикнула рыжая. Голос Макс звоном раздался по одинокой улице, он же заставил Дастина дёрнуться. Отчим замолчал, но продолжал ждать ответа парней, направив на них пристальный взгляд.       Хендерсон выглядел немного испуганно. Кто знал, что скрывается за буйной девчонкой? Однако он был готов помочь ей и не подвергнуть себя и Лукаса в беду — Дастин всегда отличался решительностью и храбростью.       Пока Синклер стоял, придумывая незамысловатый ответ, Хендерсон бросил: — Мы не знаем её, правда, Лукас?       Синклер суетливо закивал и продолжил слова друга: — Мы, кажется, ошиблись домом. С кем не бывает? — парни неловко улыбнулись и поспешили зашагать вдоль по улице. Харгроув лишь глядел на них с прищуреными глазами, а Мэйфилд облегчённо выдохнула.       — Хорошего вам дня! — Дастин выкрикнул свои последние слова, и Лукас раздражённо что-то сказал ему, но Макс уже не могла расслышать их.       Отчим Максин никогда не принимал её друзей, у всех находил какие-то изъяны. Рыжая считает, что это лишь из-за того что её друзьями всегда были парни. Дастин и Лукас и вовсе не были её приятелями, Харгроув несмотря на это позволил себе разозлиться и показать свою плохую сторону, из-за которой, вероятно, Максин будет испытывать стыд. Она не любила показывать свою семью на показ, не любила, когда люди считали её жертвой. Она хотела казаться храброй на людях, и рыжая вполне смогла воплотить образ плохой девчонки в Хоукинсе, как она и планировала. Но сейчас уже два человека знают об её отчиме-тиране, которого она так ненавидит, и это сильно расстраивало Мэйфилд.       Мысли сдавливали девушку, она тряхнула головой и зашла в дом.