После Рождества
31 марта 2022 г., 05:54
Гермиона переступила порог главных дверей Хогвартса. Глубоко вздохнув, прикрывая глаза, она вновь наслаждалась волшебной атмосферой, исходившей даже от обычных стен. Было приятно опять вернуться. Каждый раз, как первый. Девушка оглянулась, привыкая к такой неестественной тишине. Еще не все студенты вернулись с каникул, поэтому была возможность насладиться спокойствием.
Заходя в свои комнаты, она обнаружила Глотика, который пристроился на небольшом диване у камина.
— Привет. Ты голодный? — спросила Гермиона, скидывая небольшую сумку на диван.
Кот недовольно взглянул на девушку, плавно виляя своим хвостом.
— Ну прости меня, Глотик, — мягко произнесла Гермиона, опускаясь на колени, чтобы быть на уровне глаз кота. — Мне пришлось тебя оставить в замке. Да, я каюсь. Но дело в том, что я хотела отправиться налегке, а ты, если не заметил, сильно растолстел.
Живоглот подозрительно прищурил глаза, слушая хозяйку. Потом, словно возмущаясь, отвернул морду и уткнул ее в свое массивное тело.
— Что? На правду не обижаются, — игриво произнесла Гермиона. — Ну и ладно. Если ты не голоден, то я перекусила бы что-нибудь.
Покидая Хогвартс, девушка попросила профессора Макгонагалл присмотреть за пушистым недоразумением. Гермионе она показалась достойной кандидатурой. Так сказать, ей было лучше знать, что может потребоваться животному из семейства кошачьих. Девушка разумеется не озвучила свои мысли профессору, посчитав, что на такое заявление можно и обидеться.
Могучие стены Хогвартса отражали прохладу улицы. Гермиона плотнее закутавшись в мантию, торопилась на кухню. Профессора Хогвартса, наверное, уже спали, либо проводили очередные шахматные партии в учительской. В основном затейницей таких вечеров являлась профессор Макгонагалл. Гермиона не знавшая, что иногда в учительской происходят такие интересные заседания, была приятно удивлена, наблюдая за ними в такой неформальной обстановке. Видеть, как твои бывшие учителя ведут себя так расслаблено; Гермионе это приносило удовольствие. Она часто находилась среди них, с книгой и чашкой горячего шоколада в руках, увлекалась их историями и шуточными перепалками. Поразительно, но профессорам так просто удавалось подкалывать друг друга, и выглядело это достойно. Чего стоило только наблюдение за профессором Снейпом и его вечным сарказмом.
Профессор зельеваренья был не частым гостем на посиделках, но когда он снисходил до учительской, то вечер становился еще интересней. Кажется, что его замечаниям и издевкам нет конца. Снейп всегда невозмутимо пересекал порог кабинета, опускал насмешливый взгляд на шахматную доску и старался поддеть одного из игроков. Но когда ему надоедало бросаться комментариями по поводу игры, он переключал свое внимание на других. И с тех пор, как Гермиона стала проводить время в учительской, именно ей он уделял это самое внимание. Девушка не уступала ему в словесном поединке, но последнее слово чаще всего оставалось за ним. Первое время Гермиону это раздражало. Еще бы! Как он смеет? После некоторых его высказываний, у девушки просто не было слов. Остальные профессора игнорировали их «общение», или просто делали вид, что не замечают. Только от одной Макгонагалл частенько слышалось: «Северус, угомонись». Снейп никак не реагировал на ее слова, а лишь взмахнув мантией удалялся из кабинета.
Добравшись до большой картины, Гермиона пощекотала нарисованную грушу. Раздался тихий хохот, а за ним появилась ручка, за которую девушка сразу потянула.
Как только Гермиона переступила порог, она почувствовала прекрасные запахи, разбудившие в ее животе звуки предвкушения. Вечером работа эльфов не была столь оживлённой, они не торопясь расхаживали по большому помещению, выполняя незамысловатые дела. Никто не отреагировал на девушку. Гермиона улыбнулась, разыскивая глазами знакомых эльфов.
— Добрый вечер, мисс Гермиона, — неожиданно перед ней появился маленький эльф, со сложенными руками за спиной.
— Здравствуй, Винки, — отозвалась девушка, дружелюбно протягивая руку.
Маленький эльф протянула свою небольшую ладонь, обхватывая два пальца Гермионы. Девушка отметила собранность Винки. После всего пережитого, маленький эльф не выпускала из рук бутылку сливочного пива и выглядела, скажем так, не лучшим образом. А сейчас Гермиона видела перед собой здорового эльфа, с горящей уверенностью в глазах. Выглядело это странно, но хотя бы так.
— Мисс нужна помощь? — спросила Винки.
— Нет, мисс нужна еда, — ответила Гермиона, смущенно улыбаясь.
Винки слегка кивнула головой, приглашая девушку идти за ней.
Гермиона присела за стол, перед ней сразу образовалась еда, от которой исходил пар и невероятный запах. От невозможности больше страдать, Гермиона взяла приборы и решила приступить к позднему ужину. В гостях у Уизли девушка ни разу не испытывала чувство голода. Миссис Уизли всегда очень трепетно относилась к гостям и следила за тем, чтобы они уходили с полными животами и со счастливыми улыбками на лице. Если старшей Уизли покажется, что ты голоден или, не дай Мерлин, исхудал, беги хоть в самый Азкабан — это тебе не поможет.
Винки внимательно наблюдала за Гермионой, что начало смущать последнюю. Неловко кашлянув, девушка отложила приборы, так и не притронувшись к еде, вопросительно смотря на эльфа.
— Тебя что-то интересует Винки? — спросила Гермиона, складывая руки на коленях.
— Винки хочет задать вопрос, мисс, — тихо сказала эльф, опуская глаза.
— Я тебя внимательно слушаю, — улыбнулась Гермиона, пытаясь подбодрить маленькое существо.
— Ваше животное абсолютное зло, — возмущенно отозвалась Винки.
Гермиона опешила от резкой смены настроения эльфа. Моргнув два раза и пытаясь осознать, что имеет ввиду Винки, девушка ощутила неловкость.
— Это не вопрос, Винки, — только это и смогла сказать Гермиона.
Эльф дернула ушами, отвела взгляд и задумалась. Гермиона мысленно перебирала, что такого мог натворить Глотик, что разозлил одного из эльфов. Живоглот никогда ни на кого не нападал, кроме мышей, бабочек и миссис Норрис. Первые два случая — это природа кота, а сумасшедшая кошка Филча провоцирует Глотика. Даже если дело не в нападении, то тогда в чем? Что мог натворить этот пушистый наглец? Максимум, кусочек курицы стащить с кухни эльфов.
— Все умничаем, Грейджер? — Гермиона обернулась на знакомый голос и растерялась окончательно.
В помещении стоял профессор Снейп, со скрещенными руками на груди и надменно поднятой бровью. Растерянность Гермионы была объяснима: она никогда не видела его в таком виде. Вместо привычного сюртука и мантии, он был одет только в белую рубашку и брюки. Данный вид выбил девушку из колеи. Она никогда не видела его таким … Простым?
Нервно сглотнув, Гермиона отвела взгляд и почувствовала предательский румянец на щеках. Пытаясь взять себя в руки и сделать вид будто ее ничто не волнует, она взяла стакан тыквенного сока и сделала маленький глоток. Есть почему-то перехотелось.
— Чем Винки может помочь, сэр? — эльф сразу материализовалась рядом с профессором в такой же позе, что и перед Гермионой парой неловких ситуаций ранее.
Снейп даже не посмотрел на эльфа, продолжая прожигать взглядом девушку. Молчание начинало напрягать, и кажется, только Гермиону. Послышались шаги, Снейп двинулся с места. Гермиона почувствовала легкий ветерок сзади, когда он прошел. А также запах трав, специй и чего-то еще. Еле уловимое, что-то сладкое и одновременно терпкое, что-то легкое и одновременно тяжелое. Одеколон? Девушка наблюдала, как он заваривает горячий кофе, как точны и аккуратны его движения. Поставив чайник на место, он обеими руками обхватил кружку и плавно опустился напротив Гермионы. Мужчина облокотился на спинку стула, закидывая ногу на ногу.
— Что-то случилось с миссис Уизли? — ровным тоном спросил профессор.
Гермиона не сразу сообразила, что он что-то сказал. Лишь когда поняла, что движение губ человека напротив что-то означают, она решила заговорить.
— Что вы имеете ввиду? — удивленно произнесла Гермиона.
— Вы только что прибыли из семьи рыжих, чья мать славится тем, что закармливает до смерти. И все же, мисс Грейнджер, я застал вас на кухне, где вы явно собирались поесть, — мелодично объяснил профессор, постукивая пальцами по столу.
— О, нет. Я уехала из Норы позавчера. Только не сразу вернулась в Хогвартс, — сказала Гермиона все-таки отодвигая тарелку, пока собственная неуклюжесть не довела до очередного концерта.
— И где же вы голодали два дня? — Гермиона проследила за тем, как Снейп отпил из кружки и плавно поставил ее на стол.
— Дома, у родителей, — ответила Гермиона, опуская глаза.
Это было правдой. После выходных у Уизли, девушка отправилась в родительский дом. Только вот самих родителей там не было. Они находились в Австралии, где напрочь забыли о том, что когда-то у них была дочь. С болью в сердце она два раза в год пересекала порог отчего дома. На большее просто не хватало духу. Приезжая домой, она вспоминала родителей, вспоминала все хорошее что у нее было связано с этим местом. Но, как часто бывает, вслед за хорошими воспоминаниями крадутся плохие. Напоминая себе, что так было необходимо для их безопасности, Гермиона мысленно извиняется перед родителями и покидает дом.
Зельевар заметил изменившееся настроение девушки и решил промолчать. Он сделал очередной глоток горячего напитка, думая, как бы отвлечь Грейнджер. Но каким бы гением не был Снейп в приготовлении зелий, успокаивать расстроившихся девушек он не умел.
— Эльф упомянула вашего кота? — неожиданно спросил профессора, тем самым привлекая внимание Гермионы.
— Да, я так и не узнала почему, — оживилась Гермиона, оборачиваясь в поисках Винки. Она готова была сколько угодно крутить головой, лишь бы он так пристально не смотрел. — Винки, чем тебя обидел мой кот?
— Кот обидел не Винки, мисс. Кот обидел профессора Снейпа, мисс, - Гермиона недоуменно посмотрела на зельевара.
Снейп ухмыльнулся, отодвигаясь от стола, начал расстёгивать правый манжет рубашки. На бледной коже показалась небольшая царапина, идущая вдоль предплечья.
Гермиона удивленно приподняла бровь, осматривая уже затянувшуюся рану. Ее рука дернулась, чтобы дотронутся, но девушка вовремя одумалась и просто положила свою руку рядом с рукой профессора.
— Но, я не понимаю… Почему Живоглот это сделал? Вы обидели его?
— Я похож на живодера? — спросил профессор, но увидев скептический взгляд Грейнджер, продолжил: — Не отвечайте.
— Почему вы не обработали рану Бадьяном? Порез не глубокий, у вас бы даже шрама не осталось, — произнесла Гермиона, мысленно отмечая элегантность рук зельевара.
— Хотел оставить доказательства нападения вашего животного на меня, — ответил мужчина, внимательно наблюдая за реакцией девушки.
— Он кот! В его природе заложено защищаться, если его обижают! — бурно отреагировала Гермиона, смотря в глаза профессору.
Снейп проигнорировал вспышку эмоций у девушки и даже не моргнул.
— Тише, Грейнджер. Теперь я вижу доказательства того выражения.
— Какого выражения?
— Каков хозяин, таков и питомец, — невозмутимо ответил Снейп.
— Мой Глотик не мог никого ранить, он никогда так не делал и не сделает, если его не спровоцировать, конечно, — сказала Гермиона с возмущением.
— По-вашему я виноват?
— Да! — воскликнула Гермиона.
— Поразительно. Вы действительно обнаглели, Грейнджер, — так же спокойно произнес профессор, насмешливо смотря на девушку.
— Мне больше нечего вам сказать, профессор, — произнесла девушка, поднимаясь с места.
Гермиона понимала, что спорить с ним себе дороже. Поэтому, чтобы не усугублять положение, лучше сдать позиции и просто уйти. Пусть считает, что прав, но Гермиона все равно не могла поверить, чтобы ее кот смог кому-то навредить. Да, Глотик иногда перегибает палку в своем поведении, но это никогда не было связанно с агрессией.
— Сядьте, Грейнджер, — резко произнес профессор.
Гермиона обернулась, складывая руки на груди и грозно посмотрела на Снейпа. Он невозмутимо застегивал манжет и не обращая внимания на девушку. Гермиона терпеливо ждала, когда он закончит. Снейп сложил руки на коленях, смотря на пустой стул напротив.
Гермиона не сдвинулась с места, понимая, что он ждет, когда она выполнит его просьбу. Хотя это просьбой то назвать сложно, звучало, как приказ. Поэтому из-за принципа она не станет садится. Обойдется.
Снейп продолжал молчать. Тяжело вздохнув, Гермиона решила, что с нее хватит тишины и решила удалиться. Достаточно его игр, если хочет что-то сказать, пусть попросит нормально.
— Я вам не сказал главного, — мягко произнес профессор.
Гермиона снова остановилась, но оборачиваться не стала.
— Присядьте, — Гермионе показалось, что ему с трудом приходится делать такой спокойный тон.
Девушка никак не отреагировала на просьбу профессора, продолжая стоять спиной к нему. А почему она должна слушаться его? Даже если у него такой красивый голос, это не дает ему право командовать. И он даже не сказал «пожалуйста». А он вообще когда-нибудь говорил приятные слова? Конечно, нет. Сообразив, что просить он даже и не собирается, Гермиона быстро переступила порог кухни.
Пусть себе сидит в одиночестве и размышляет. Девушка представила, исказившееся злостью, лицо профессора и улыбнулась. Возможно, стоило дать ему шанс объяснить произошедшее событие между ним и Глотиком, но сначала пусть научиться адекватно вести диалог. Ему стоило просто попросить Гермиону остаться и выслушать его, а вместо этого он стал проявлять свой не самый лучший характер. С другой стороны, он попросил и это его мягкое «присядьте» не давали Гермионе покоя. Когда еще от Снейпа можно услышать теплый и снисходительный тон? В самом деле! Ему можно вгонять людей в депрессию, а ей нельзя? Браво, Гермиона! Бьем врага его же оружием.
С тяжелыми мыслями, девушка вернулась в комнаты, разыскивая глазами кота. Глотика в помещение не наблюдалось. Негромко покричав кота и не дождавшись никакой реакции, Гермиона поняла, что Глотик ушел. Еще один невыносимый с тяжелым характером. Везет же ей.
Листая книгу, в суть которой она даже не старалась вникать, девушка думала о профессоре, которого оставила одного на кухне. Ведя многочисленные диалоги с собой в своей же голове, она никак не могла прийти к разумному выводу. Профессор Снейп действительно интересный и с ним есть что обсудить, но он кажется таким недоступным и иногда жестоким. Его построенная манера общения, его знания — все это привлекало Гермиону. Но как к нему подступиться? Она невольно вспомнила произошедшее до Рождества в его кабинете и улыбнулась. Тогда, она серьезно испугалась реакции этого замкнутого человека, но сейчас вспоминая их диалог и ситуацию в целом, ей казалось это забавным. Все благодаря Глотику, который постоянно лезет туда, куда ему собственно не надо лезть.
Глотик… Что же произошло? С чего вдруг, адекватный, но слегка шаловливый кот напал на профессора? И Винки? Почему она так рьяно обвиняет Глотика, даже не беря во внимание тот факт, что профессор Снейп имеет не самый лучший характер и вполне мог причинить вред ее коту? Или не мог? И что это за «главное», которое профессор так и не успел озвучить?
Вопросы, вопросы, вопросы. В голове возник голос мрачного профессора, называющий ее невыносимой всезнайкой. Слегка стукнув себя книгой по голове, Гермиона решила избавиться от лишних мыслей посредством сна.
~~~
Два дня. Ровно столько осталось до начала учебного семестра. Если спросить, как Гермиона провела свои предыдущие два дня, то ответ будет проще некуда. Никак. Из головы девушки не выходили последние насыщенные события ее жизни. Почему насыщенные? Потому что из-за этих событий ей приходилось проявлять хоть какую-то умственную деятельность. Подготовка к занятиям не считается, она успела к ним привыкнуть. Именно из-за этих событий она чувствовала, как ее сердце — то замирало, то билось быстрее. Постоянно размышляя на тему «Что хорошо, а что плохо?», она окончательно запуталась в своих чувствах. В итоге, это привело к тому, что Гермиона запретила себе думать о поведении профессора. На утро после разговора на кухне, она все же смогла узреть своего кота и тщательно, насколько это возможно, осмотрела Глотика. Следов побоев не было обнаружено, что уже позволило Гермионе выдохнуть с облегчением. На прямой вопрос о том, что произошло, Живоглот не ответил, что неудивительно. На самом деле, он вообще никак не отреагировал. О, хотя бы в небольшой, разумности своего кота, Гермиона не сомневалась, поэтому то, что он даже не моргнул показалось ей странным. Перестав мучить бедное животное, которое возможно и так настрадалось во время ее отсутствия, она начала готовиться к предстоящим занятиям по рунам, отложив данный вопрос на время. Как оказалось, на достаточно короткое время. Полистав учебники и спланировав несколько уроков, она все же вернулась к вопросу живодерства, отвлекаясь только на еду и на Гарри, который тоже вернулся в школу. Поттер сразу обратил внимание на задумчивый вид Гермионы и, как внимательный друг, задал вопрос. Девушка вкратце ему рассказала, внимательно следя за реакцией парня. Гарри дважды моргнул, привычно почесал затылок и указательным пальцем поправил очки. — Я не думаю, что Снейп на такое способен, — в итоге ответил Поттер. Гермиона прикрыла глаза, делая страдальческое выражение лица. Снова прокрутив все в голове, она назвала себя идиоткой и уткнулась в плечо Гарри. После отвлеченного разговора на тему «кто как провел Рождество», Поттер покинул комнаты Гермионы. Девушка долго лежала и смотрела в потолок, пытаясь прийти к логичному выводу. И тут она поняла, что даже с логикой у нее наступили проблемы. Вместо того, чтобы нападать на Снейпа, нужно было выслушать, игнорируя его и так привычное поведение. Ведь что странного в том, что Северус Снейп ведет себя скверно? С чего вдруг, она решила, что имеет право так себя с ним вести? Ужас! Так она провела два дня. Запретив себе выходить из комнаты, ведь не дай Мерлин, встретить профессора Снейпа. Гермиона решила, что для начала следует придумать оригинальное извинение. Такое, чтобы ей было менее неловко. Но, сколько бы она не думала, оригинальность так и не появлялась. Теперь, когда до занятий осталось всего сорок восемь часов, она поняла, что рано или поздно ей придется выйти из собственной тюрьмы. Да и, если честно, девушка чувствовала себя лицемерно, заставляя эльфов таскать ей еду. Набравшись храбрости, Гермиона переступила порог своей комнаты, направляясь в Большой зал. В стенах Хогвартса снова стало шумно, только об этом успела подумать Гермиона, прежде чем ей в голову пришла мысль, которая должна была прийти еще до появления Гарри на ее пороге. Замерев, как на первом курсе перед Пушком, только без пронзительно визга в конце, Гермиона задумалась о профессорах, которые называли ее самой умной ведьмой столетия. Девушка обещала напомнить себе, что должна переубедить всех, кто так говорил, ведь это оказалось неправдой. Самое правильное решение ей пришло только сейчас, уже тогда, когда наломано немало дров. Соскочив с места, Гермиона помчалась в кабинет директора, надеясь, что Макгонагалл еще не ушла. И надо же! Девушке повезло встретить ее на пути. Гермиона после представляла, как выглядела в тот момент, когда предстала перед профессором, но это казалось неважным. Сейчас важно было получить наконец ответы на все ее вопросы. Макгонагалл выглядела испуганной, терпеливо ожидая, когда Гермиона слегка отдышится и будет готова говорить. Она мягко придержала девушку за плечо, отстраняя ее ближе к окну. — Профессор Снейп, — начала Гермиона, но слегка закашлялась, осуждая себя за то, что игнорировала приглашение друзей на пробежку каждое утро. Глядишь, сейчас бы не выглядела так глупо. — Что с ним? — Гермиона заметила, что профессор Макгонагалл побледнела, явно неправильно принимая информацию. — Он обижает котов? — быстро спросила девушка, чувствуя подвох в своем вопросе, потому что испуганное выражение лица у Макгонагалл, превратилось в озадаченное. — Не замечала за ним, — ответила профессор, внимательно изучая девушку. — Простите. Это был глупый вопрос. И я совсем никак не хотела намекнуть на … — заговорила быстро Гермиона, пытаясь исправить неловкую ситуацию. — Не стоит, мисс Грейнджер, — перебила ее профессор. — Лучше объясните, почему вы задаете такой вопрос? — Видите ли … — Гермиона снова пересказала случившиеся, чувствуя себя идиоткой. Уже второй раз она рассказывает эту историю вслух и убеждается, что вела себя глупо. Макгонагалл же выслушав девушку, слегка улыбнулась. Гермиона уставилась на профессора, ожидая ее ответа. — Северус в своем репертуаре, — слегка наклонив голову к плечу и улыбаясь шире, ответила директор. — Вам не о чем беспокоиться, дорогая. Как только вы покинули Хогвартс, я, как вы и просили, начала присматривать за вашим котом. Но, к моему удивлению, он предпочел моей компании - компанию профессора Снейпа. И поверьте, кот ни на шаг не отходил от Северуса. Такое же выражение лица, как у вас сейчас, было и у всего преподавательского состава. Думаю, что профессор был не против компании вашего питомца. Хоть никак этого не показывал. Гермиона задумчиво уставилась в пол, машинально прикусывая губу. А ведь она замечала, когда вернулась, что стала реже видеть Глотика. В основном, он все время валялся на излюбленном кресле у камина. А теперь кот стал надолго пропадать, а на предложения покушать почти не реагировал. Гермиона игнорировала сей факт, потому что ее мысли были заняты другим. И это другое тоже было связанно с Живоглотом. Дура. Можно было постараться и быть чуть внимательней к своему коту. — Делать выводы вам, мисс Грейнджер, но на мой взгляд, если ваш кот и оцарапал Северуса, то точно не потому, что тот его обидел, — закончила Макгонагалл, одобрительно поглаживая плечо Гермионы. — Я устала уже думать об этом, — призналась девушка, опускаясь на подоконник. — Спасибо, профессор. — Кажется, профессор Снейп стал слишком много уделять вам внимания, дорогая, — напоследок выдала Макгонагалл, многозначительно улыбаясь. Обескураженная Гермиона смотрела ей в след, обдумывая слова профессора. С чего Макгонагалл делает такие откровенные намеки? Она даже на банальную дружбу со Снейпом теперь рассчитывать не могла. Может он и уделяет ей внимание, но только не так, чтобы сделать выводы о его заинтересованности ею. Даже смешно. Зачем ему невыносимая всезнайка, которая вечно ведет себя неуклюже рядом с ним? А если бы это было правдой? Что если, Северус Снейп не просто так опускает свои саркастичные шутки в ее сторону, старается всячески задеть и устраивает этот спектакль с Глотиком? Может это его способ заигрывания? Гермиона улыбнулась от своих мыслей, наблюдая за падающими снежинками за окном. А что сама Гермиона? Она считала себя классической карьеристкой. Не то, чтобы у нее не было отношений. Были. Взять хотя бы Рона Уизли. После окончания войны, они постарались построить отношения, но, когда осознали, что это похоже на бред, бросили стараться и решили остаться друзьями. Потом появился один парень из академии, но он был слишком послушным. В нем сочетались красота и ум, но вечное согласие с мнением девушки, Гермиону раздражало. В последствии, объяснив ему всю ситуацию, они решили расстаться. Молодой человек был очень расстроен, но что поделать, жизнь такая. Гермиона ему так и сказала, после этого, он с ней даже не здоровался. Но одно дело, когда общаешься с парнем, которого ты сможешь, если понадобится, переспорить. А другое Северус Снейп. Северус. Если назвать его, просто по имени, интересно, какая у него будет реакция. Хотя, понятно какая будет. Придушит.~~~
Разговор с Макгонагалл придал Гермионе уверенности. Ненадолго, правда. Она уверенно потопала в Большой зал и даже почти переступила порог, но, когда услышала от проходящего студента, фамилию профессора зельеварения, развернулась и ушла к себе в комнаты, решив, что не голодна. Такая неуверенность разозлила девушку. Она взрослая женщина, или как? Но после мысли о том, что она могла быть интересна профессору в плане любовном, останавливала любой порыв храбрости. Гриффиндорка. Ага, как же. Глотика снова не было на месте, Гермиона закатила глаза. Конечно, у него теперь новый кормилец. Небось трется где-то рядом с профессором. Ну и пусть теперь помучается с его шерстью. Злорадство Гермионы прервал стук в дверь. Резко отреагировав на звук, девушка занервничала. А что, если это Северус. Ха, Северус. Называть его по имени в мыслях не так страшно. — Гермиона, я знаю, что ты здесь. Открывай, — послышался приглушенный голос Гарри Поттера. — Я видел, как ты убегала прочь от Большого зала. Расслабившись, девушка открыла дверь, пропуская друга. — Гермиона, в чем дело? Ты уже третий день пропускаешь завтраки, обеды и ужины, и вообще не выходишь из комнаты, — осуждающе начал Гарри, сердито хмуря брови. — Откуда ты знаешь, если приехал только вчера? — насупилась Гермиона, обходя парня, стараясь не смотреть ему в глаза. — Мне Макгонагалл сказала. — Что? Когда ты с ней говорил? — Только что, — просто ответил Гарри, присаживаясь на пригретое место Глотика. — Что она тебе сказала? — не контролируя свои эмоции, спросила Гермиона. — Только то, что переживает за тебя, — спокойно ответили Гарри, пожимая плечами. — И еще сказала, что мне надо тебя выслушать. Гермиона сурово взглянула на Поттера, тот в свою очередь незаметно поежился. Может где-то Гермиона Грейнджер и скромная, но она точно не будет проявлять свою скромность рядом с лучшим другом. Поэтому Гарри настроился на поток гнева в свою сторону. Но вместо ожидаемого взрыва, он увидел, как подруга тяжело присела на соседнее кресло и спрятала лицо в ладонях. Вздохнув, Гермиона рассказала о всех своих переживаниях, упомянув родителей, Снейпа, Глотика и двусмысленности Макгонагалл. Если про переживания за родителей и Глотика, Гарри знал, то, когда речь зашла про Снейпа — он замер в нерешительности. — Ты же поняла, на что намекала Макгонагалл, когда говорила тебе это? — аккуратно спросил Поттер. — Конечно, — прошептала Гермиона, откидываясь на спинку кресла. — Ты из-за этого такая странная? — Я не странная, Гарри. Это вся ситуация странная, — ответила Гермиона, вскакивая с кресла. — Почему? — Потому что это все неправильно. Он не может испытывать ко мне что-то похожее на теплые чувства, — меряя шагами комнату, сказала Гермиона. — Почему? — опять спросил Гарри. — Да что ты заладил? — крикнула девушка, очевидно злясь. Гарри проигнорировал вспышку ярости, опуская взгляд, о чем-то размышляя. — Слушай, — спустя минуту начал Поттер, наблюдая за мельтешением девушки. — Присядь, Гермиона. Я не могу сказать, кто прав, а кто виноват. С моей стороны плохо видно. Верно то, что Северус Снейп не простой человек. У него сложный характер, индивидуальная манера общения и этот его вечный сарказм, — улыбнулся Гарри, заставляя Гермиону сделать тоже самое. — Но, посмотри на себя. Я человек, который давно тебя знает, могу сказать, что ты тоже очень непростой человек. Со своими книжками и занудством. Гермиона тихо рассмеялась, стараясь контролировать внезапный поток слез. — Если профессор Снейп испытывает к тебе чувства, то в этом нет ничего удивительного. Значит, он не дурак. И главное, что чувствуешь ты. Вообще-то, я еще тот советчик. Но знай, что я всегда рядом. Полностью растрогавшись и окончательно сдавшись своим эмоциям, Гермиона расплакалась. Поттер улыбнулся, встал с кресла, протягивая девушке руки и заключил ее в крепкие объятья. Гермиона уткнулась в плечо друга, медленно успокаиваясь. — И, кстати, Макгонагалл не против вашего союза, — сказал Поттер, сохраняя улыбку на лице. — Ах ты, мерзавец, — прошептала Гермиона, сбрасывая с себя груз печали и откровенно рассмеявшись. — Только это между нами. Она запретила говорить тебе про наш разговор с ней. Боюсь представить Макгонагалл в гневе.~~~
«Зачем я согласилась?» Набатом стучало в голове Гермионы, когда они с Гарри шли в учительскую. Поттер воспользовался ситуацией, пока Гермиона приходила в себя после его проникновенных речей, и заставил девушку пойти с ним на вечерние развлечения профессоров. Когда они вошли в кабинет, все уже были там. Флитвик и Трелони сидели в компании еще нескольких профессор и активно что-то обсуждали. Рядом с каждым стояло по бокалу чего-то, но это явно был не тыквенный сок или чай, который они обычно распивали. Макгонагалл и Хук разыгрывали партию в шахматы, игнорируя шумную перепалку других профессоров. Не хватало только… Северуса Снейпа в помещении не наблюдалось. Гермиона спокойно вздохнула, поприветствовав всех. Она и Гарри разместились подальше от Трелони и ее безумных высказываний. Поттер потянулся к бутылке с напитком, который с большой скоростью поглощался профессорами, и принюхался. Улыбнувшись, Гарри довольно кивнул, наливая в стакан напиток. — Сливочное пиво, — ответил Поттер на немой вопрос Гермионы. — Это тебе. Гермиона удивленно приняла стакан, не ожидая, что профессора будут распивать спиртные напитки, когда в школу уже прибыли студенты. Сливочное пиво конечно не крепкий напиток, но для кого-то и кефир перебор. — Не думай, просто пей, — сказал Гарри, обращая внимание на замешательства подруги. — Все под контролем. Они таким способом проводят последний день перед началом учебы. — Последний день завтра, — прошептала Гермиона. — Я же говорил. — О чем? — Ты зануда, — улыбнулся Поттер. Гермиона не успела ответить, Гарри окликнула Макгонагалл, предлагая сыграть партию. Поттер охотно согласился, подмигивая девушке. Не известно, что они там будут обсуждать во время игры, но Гермиона все равно продолжала подозрительно косится на шахматный стол. «Гроссмейстер нашелся. После масштабной шахматной игры на первом курсе, зарекался, что больше не притронется к фигурам. А тут, посмотрите, побежал» Гермиона ухмыльнулась своим мыслям, делая глоток. — Вы избегаете меня, Грейнджер? — внезапно прозвучал до боли знакомый голос, который заставил девушку поперхнуться. Не справившись с неожиданностью, она пролила часть своего напитка себе на блузку и брюки, запачкав еще и пол учительской. Все профессора обернулись на шум, но потом как ни в чем не бывало, вернулись к своим занятиям. Гермиона обернулась на Снейпа, который вполоборота сидел довольно близко к девушке, облокачиваясь локтем на стул. Очень близко. Его колено почти касалось колена Гермионы, из-за чего она чувствовала, как медленно краснеет. — Вы один? А где же ваш подельник? — спросила Гермиона, проглатывая свою неуверенность. — О ком вы? — Снейп сделал вид, что не понял. Ну конечно. Вместо того, чтобы признать свой прокол, он строит дурачка. Хотя, Гарри недавно утверждал обратное. Может ошибся? Неизвестно, что нашло на Гермиону, но после того, как девушка аккуратно приземлила свой напиток на стол, подальше от края, она резко схватила Снейпа за предплечье в том месте, где находилась фальшивая царапина. Профессор никак не отреагировал, кроме как удивленно приподнял бровь. Классика. Продолжая играть в молчанку и прожигая друг друга взглядом, они не замечали, как двое из всех остальных в этом кабинете за ними точно наблюдают. Ну, может трое, если портрет можно прировнять к живым. Женщина в изумрудной мантии слегка улыбалась, подмигивая парню в очках. Гермиона посмотрела на свою руку, которая, как ей показалось, так гармонично смотрелась на предплечье Снейпа. Девушка заметила, что Снейп никак не реагирует, поэтому позволила себе сжать сильнее. — Ай, — прошептал Северус, ухмыляясь. — Я знаю, что вы мне солгали, — сквозь зубы выдавила Гермиона. — Правда? Когда я успел? — наиграно удивился профессор. — Вы мне и слова не дали сказать, когда сбежали. — Просто мне надоело выслушивать ваши сказки. — Я не обладаю фантазией Барда Бидля, чтобы сочинять сказки, — спокойно ответил профессор. — Просто признайте, — прошептала Гермиона, замечая, что с каждым своим словом двигается все ближе к Северусу. Еще немного и она на него просто навалится. Но она не собиралась отступать. Сегодня она точно добьется от него правды, ну или просто развернётся и уйдет. Теперь то она знала, что его это просто бесит. Если бы не бесило, то не подсел бы к ней. Наверно. Вместо ответа Северус аккуратно перекрутил свою руку и теперь он держал предплечье Гермионы. Только разница была в том, что предплечье профессора было завернуто сюртуком и рубашкой, а вот на Гермионе была блузка с коротким рукавом. Поэтому, когда его прохладные пальцы прикоснулись к ее горячей коже, девушка почувствовала весь спектр эмоций. Мурашки плавно пробежались по всему телу, а изо рта Гермионы чуть не вырвался толи вздох, толи стон. Хорошо, что это осталось под вопросом. Снейп поднялся, осторожно потянув девушку за собой. Продолжая держать ее за руку, мужчина вывел ее из кабинета. Гермиона с трудом запомнила этот момент, потому что была под эффектом неожиданности. Не отпуская девушку, Северус другой рукой прикрыл дверь, потом обернулся и посмотрел на Гермиону. И этого взгляда она испугалась больше, чем дементора, увидев его впервые. Нет, этот взгляд не высасывал душу, не угрожал, не насмехался, этот взгляд был просто не знаком Гермионе. Она видела Снейпа злым, видела его … не злым. Да что там, она его умирающим видела. Но сейчас, она не могла понять, как его классифицировать. — Значит, вы утверждаете, что я лжец? — выделяя каждое слово, спросил профессор. — Именно, — ответила Гермиона. — Покажите царапину. — Вы ее видели, — ответил Северус. — Хочу посмотреть еще, — нагло ухмыляясь, сказала Гермиона, пытаясь вытащить свою руку из стального захвата. — Отпустите. Северус, как и подозревала Гермиона, проигнорировал ее просьбу. Вместо этого сделал шаг вперед, прижимая тем самым девушку к стене. Гермионе, почувствовать спиной прохладу стены, было облегчением, потому что до этого ее обуревал безумный жар. Находиться в такой непосредственной близости от профессора оказалось непросто. Он никогда так долго не был рядом, притом еще и прикасаясь к ней. Прислушиваясь к своим эмоциям, девушка осознала, что находится в состоянии непонятного счастья. Нутром хотелось продлить момент на столько на сколько это возможно. И неважно, что при этом происходит. Пусть кричит, пусть ругает, но нельзя чтобы отпускал. Наверное, именно в тот момент Гермиона поняла для себя, что она пропала. В том самом смысле пропала. Да, ей было не с чем сравнивать, потому что никогда не испытывала того, что испытывает сейчас. Чувства легкости, маленькой эйфории, может и чуть-чуть безумства. Сюрреализм какой-то. — Получается, не доверяете, мисс Грейнджер? — тем временем Северус не подозревал, что происходит в голове у девушки. Гермиона моргнула, возвращаясь в реальность. Он по-прежнему здесь, по-прежнему стоит рядом и держит ее. — Я признаюсь вам, — прошептал профессор. — В чем? — в затуманенной голове Гермионы творилась каша, и скорее всего, Снейп это понял. Об этом говорили его удивленно приподнятые брови. — Вы продолжаете требовать от меня правды, я вам ее расскажу, — пояснил профессор. — Но, когда вы признаете, что я не солгал, вы сделаете кое-что для меня. Гермиона была уверена в том, что она права. А эти его слова — очередные фокусы. Пустая болтовня, чтобы запудрить ей мозги. Поэтому недолго думая, она согласилась, кивая. — Может отпустите мою руку? — в надежде спросила Гермиона. — Нет. Гермиона закатила глаза, приготовившись слушать. Северус обхватил второй рукой предплечье Гермионы, нежно сминая его. Если бы не стена позади, то она сразу бы рухнула к его ногам. Плевать на признание, лишь бы продолжал. — Говоря о подельнике, вы конечно имели ввиду своего кота, — начал Северус. — И почему он именно подельник, я искренне не понимаю. Он, скорее, жертва всех обстоятельств. Гермиона улыбнулась, вспоминая, что она говорила ему на кухне об этом. Тогда он все отрицал. Или не отрицал, но явно выставлял себя пострадавшим. — Подождите. Прежде, чем так ухмыляться, дослушайте до конца, — говоря, он медленно проводил пальцами вдоль предплечья, спускаясь к ладони. — Кот, как и его хозяйка, оказывается любит попадать в неприятности. Не закатывайте глаза, вы знаете, что это правда. — Я не такой правды ожидаю, — ответила Гермиона, наслаждаясь прикосновениями. — И вы дождетесь, если перестанете перебивать. Вскоре после вашего отъезда, ваш несносный питомец не пошел к Макгонагалл, как ему было заверено, а отправился прямиком ко мне. Не знаю, насколько долго он сидел рядом с моим закрытым кабинетом, но вскоре понял, что искать меня стоит в другом месте. И нашел. В моих покоях. Так как я снисходительно отношусь к животным, вопреки мнению некоторых, — Гермиона снова закатила глаза, на что Северус придвинулся ближе настолько, что девушка могла чувствовать тепло, исходящее от его тела, — я впустил кота. С того момента, он жил у меня. Я его кормил, Грейнджер. Все то время, что вас не было, я присматривал за бедным животным. — Почему бедным? — нахмурилась Гермиона, чувствуя его пальцы на своей ладони. — Потому что вы его бросили. — Я попросила Макгонагалл, чтобы она … — А я попросил не перебивать, — снова проговаривая каждое слово, ответил Северус, обхватывая полностью ладонь девушки своей. — Так как я его кормил, однажды мне пришлось его защищать. Гермиона хотела вставить пару вопросов, но посмотрев в его глаза и все же увидев знакомую угрозу, воздержалась. — Сумасшедшая кошка Филча все же добралась до него, когда он благородно провожал меня до комнат. В итоге, мне потребовалась вся моя выдержка, чтобы разнять их, при этом никого не прикончив. В знак благодарности я получил царапину, случайно оставленную вашим котом и недоверие одной всезнайки. Гермиона старалась правильно переварить услышанную информацию. Но, как и всегда, у нее осталось парочка вопросов. — Спрашивайте, пока ваш мозг не взорвался, — словно прочитав мысли, ответил Северус. — Винки, — начала Гермиона. — Почему она так агрессивно отреагировала? — Она эльф, Грейнджер. Немного преувеличила. Да и видела она только вашего кота и мою окровавленную руку. Винки сделала свои выводы. Гермиона кивнула. — Хочу заметить, что у моего кота не такие острые когти, чтобы разорвать ткань вашего, — она пощупала рукой его предплечье, — сюртука. — По-вашему, я вечно его ношу? В тот день сюртука на мне не было. Гермиона кивнула вновь. Вроде, все логично. Все точки расставлены, но Северус не торопился отпускать девушку. Заметив, что тишина становится неуместной, Гермиона сглотнула и все же решилась на нужные слова. — Простите, профессор. Я ошиблась, — смиренно проговорила девушка, замечая, что одна его рука поднимается выше. — Одного «простите» будет мало, мисс Грейнджер. — Согласна, — кивнула Гермиона, — что мне нужно сделать? — О, пустяки, — ухмыльнулся Северус, отпуская небольшую ладонь девушки и прислоняя свою руку к стене рядом с головой Гермионы. — Расскажите мне правду. Гермиона замерла и кажется перестала дышать. Какую правду он хочет? Разве она от него что-то скрывала? Девушка оценила свое положение, которое оказалось невыгодным. Одна рука профессора оставалась на плече Гермионы, вторая упиралась в стену. В случае необходимости, убежать будет трудно. — Правду? — неуверенно спросила Гермиона. — По какому поводу секретничают Поттер и Макгонагалл? Я уверен, что вы в курсе. — А они секретничают? — наиграно удивилась девушка. — Грейнджер, — почти прорычал Северус, — не смейте увиливать. У меня есть предположение, но хочу услышать ответ от вас. Ну вот и все. Как он понял? Гермиона сама осознала это пару минут назад. Конечно, она догадалась куда он клонит. И эти его такие желанные прикосновения. Почву прощупывал. — Я не знаю, что сказать. — Момент, ради которого я выжил. У Гермионы Грейнджер нет слов, — усмехнулся профессор. — Когда наступит время и вы поймете что сказать? Вместо ответа, Гермиона сделала то, за что в будущем скажет себе «спасибо» и не один раз. Она стремительно примкнула к губам Северуса, получая наслаждение, о котором даже не представляла. Губы профессора оказались теплыми и мягкими, но к сожалению, безучастными. Осознав, что он никак не участвует в таком сладостном для нее моменте, Гермиона медленно отпрянула, боясь открыть глаза. — Гермиона, — девушка услышала шепот, который промчался электрическим зарядом по ее телу. Осмелившись приоткрыть один глаз, она увидела, что Северус опустил голову, тяжело дыша. Его глаза были закрыты, а на лице застыла гримаса боли. Тяжело выдохнув, Гермиона решила оставить момент и аккуратно выбраться из-под его рук. Но как только она начала двигаться, Северус обеими руками схватил ее за плечи и притянул к себе с такой силой, что у девушки выбило дух из легких. Он минуту смотрел в глаза Гермионы, потом стал медленно приближаться к ее губам. Северус остановился в миллиметре, проверяя реакцию девушки. Не заметив сопротивления, а скорее наоборот, он прижался к губам и поцеловал Гермиону. Плавный поцелуй быстро перешел в страстный. Они сминали губы друг друга, пытаясь забрать из этого поцелуя все, что можно. — Останови меня, — прошептал Северус прямо в губы девушки. — Прошу, останови. — Нет, — тихо ответила девушка, на что Северус издал гортанный рык, плотнее прижимая девушку к стене. Гермиона перестала соображать где находятся ее руки. Сначала она лихорадочно цеплялась за его плечи, потом она умудрилась пробраться сквозь многочисленное количество пуговиц сюртука и почувствовать ладонями сквозь рубашку живот мужчины, который напрягся от прикосновения. Северус молниеносно отреагировал на ласку. Он протиснулся своим коленом между ног девушки, рукой хватаясь за бедро и слегка приподнимая Гермиону. Девушка не растерялась и обхватила бедро мужчины своей ногой. Руки Северуса пробрались под блузку, сминая бархатистую плоть, заставляя Гермиону выгнуться навстречу мужчине. Раздался женский стон, который слегка отрезвил Северуса. Он начал плавно отстраняться, за что получил легкий укус за нижнюю губу. Гермиона вопросительно уставилась на Северуса, пытаясь привести дыхание в порядок. — Сначала должно быть свидание, — прокомментировал Северус, улыбаясь. — Оно у нас уже было, — складывая свои руки на мужских плечах, ответила Гермиона. — Разве? — Да, на кухне. — Ты сбежала, обвинив меня лжецом, — хмыкнул Северус, поглаживая большим пальцем животик девушки. — Или теперь так происходят свидания? — Будешь много разговаривать, до второго свидания не доживешь, — пригрозила Гермиона, притягивая его обратно к себе. — Прекрасно, теперь ты мне еще и угрожаешь, — улыбнулся Северус, опускаясь к шее девушки и целуя. — Не буду, если будешь чаще так улыбаться для меня, — прошептала Гермиона, принимая ласку, — и только для меня. Северус окончательно отстранился от девушки, сделав вывод, что кому-то все-таки стоит включить голову. Но ему была приятна новость, что способность здраво мыслить у Гермионы, отключается после его поцелуев. Убирая руки с ее желанной кожи, Северус улыбнулся, смотря на ее расстроенное выражение лица. Быстро приведя себя в порядок и оставив друг другу последний поцелуй, они вернулись в учительскую. Все профессора обернулись на прибывших. Макгонагалл и Поттер друг другу улыбнулись, Дамблдор подмигивал с портрета и только Трелони произнесла вслух: — Я же говорила, что Северус вспомнит о манерах!
