Жизнь моей смерти

      Яркий свет окутывал всё пространство вокруг, хотя это «вокруг» было ровным счётом ничего, а «свет» правильнее я бы мог обосновать, как точку концентрации всей энергии. Я не наполнялся чувством благоговения перед Всевышним ранее, я вполне уживался своими собственными мыслями и интерпритациями, но теперь и они перестали существовать в моей голове. Эта сила и вровень не шла с моими скудными объяснениями религии. Внезапно я понял, что всё то, что я говорил ранее, используя милионы слов, ради искоренения религиозной ненависти — пустая болтовня, хоть и имевшая какой-то смысл в моей жизни, не зря же я здесь… Я был пуст внутри, но постепенно эта сила вокруг начала проникать в меня, медленно и ошеломляюще приятно, настолько, что я забылся, вливаясь в тягуче сладкие моменты вечности. Но это не то чувство…       Я вспомнил: я должен двигаться дальше. Я медленно начал проникать сквозь яркие желтовато-белые всполохи энергии. Стало не так приятно, но на неопределённое время потерявшее себя сознание вновь вернулось ко мне. Ощущение того, что мой разум мог забыться в эйфорическом состоянии разрушения, теперь пугало и отрезвляло одновременно. Ровная гладкая поверхность ядра напоминала по структуре белый оникс или, не дававшую мне покоя, ванную у меня дома, такую же гладкую с небольшими желтоватыми разводами, а вернее сказать переливающимися смесями желтоватых разветвлений, так звучит чуть красивее, с учётом того, что мой цинизм порой не может переплюнуть даже всё моё благоговение перед этим чудом. Я смотрел на шар, что по диамеру был примерно с моё туловище, если бы оно у меня было, и чем дольше я вглядывался в его линейный рисунок, тем больше видел, и тем больше мне казалось что ядро живое. Воздух гудел вокруг из-за невероятно мощного потока энергии, я знал, что если приложить руки к ядру, то я почувствую вибрацию, а ощущения будут как от небольшого удара тока. Постепенно тепло исходившее от шара превратилось в жар, а сам он начал пульсировать. Его до этого абсолютно твёрдая оболочка разогрелась, и стала тягуче расширяющейся. Это стало похоже на расплавленное белое и жёлтое золото.       В тот момент мне стало страшно, ведь жар вокруг лишь увеличивался, а прибывающей постепенно в меня энергии не хватило бы, чтобы полностью раствориться. Я боялся, что не выдержу и меня просто расплавит. «Что делать, что делать…», — твердил я себе, пока в моей голове не пронеслось осознание. Я ведь сосуд, и я принимаю столько энергии, сколько в меня входит. Но конечно же я так не подумал, в моей голове пронеслись просто образы четырёх чёрных перекладин, складывающихся в замкнутую фигуру — квадрат, внутри белое вещество, а вокруг бесконечное пространство раскалённого воздуха цвета жжёной умбры. Медленно, не отдаляясь от сознания, я начал растягивать и без того довольно тонкие стенки, чтобы белое вещество внутри могло увеличиться, боясь как бы всё раскалённое вещество не попало за пределы стенок и своей огромной массой не выжгло во мне эту энергию. Было страшно, но моя природа сангвинистически настроенного человека, хоть циника, взяла верх. Я неспешно, несмотря на все пугающие обстоятельства, продолжил растягивать стенки, и вот, когда я уже на чистом упрямстве пытался представить себе картину того, что полумиллиметровые стены способны вынести давление расскалённой энергии, мне вдруг вспомнились мои «обожаемые» занятия математикой. Отчего-то вспомнились задачки, когда мы ещё ходили в первоклашках, где мы разрезали фигурки на небольшие части и составляли из них новые. Тогда ещё я не знал, чем для меня обернутся занятия математикой, но я был счастлив. Именно эта ассоциация навела меня на мысль о том, что площадь стенок абсолютна равна. Конечно, это никак помочь не могло, но мне стало намного легче, настолько, что я решился отдалиться от глубин сознания. Но в процессе, я потерял концентрацию, и перестал удерживать стенки. Раскалённая энергия влилась в белое пространство, которое, как я понял чуть позднее, было холодным. Энергия моего сознания и энергия пространства смешались, образуя переплетения белого и, потерявшего свой тёмный оттенок, золотого цветов, а также небольших ответвлений нежно-голубого, как совокупность частицы моих мыслей, поступков и ощущений своей жизни, олицетворяя те уроки, что я успел усвоить за всё это время.       Я воссоединился со своим истинным Я. Моё сознание растворилось в бесконечном потоке, а новая частичка меня вновь отделилась устремляясь на встречу новой жизни…