Не может быть, но - да

— Давай играть! — жарко прошептал Поттер, когда Драко немного пришёл в себя после очередного выброса энергии в прямом и переносном смысле этого слова, и наконец сконцентрировал на нём свой взгляд. — А? Во что? — опешил тот. — В "семь мест и исполнений"... — хитро улыбнулся Гарри. — А это как? — Очень просто. Я пишу на семи бумажках разные части тела — семь мест на тебе, что я люблю больше всего. Но ты пока не знаешь, что это. Складываем их в одну горку. А ты пишешь семь вещей, что ты хочешь, чтобы я сделал. Лизнул, укусил... Но только не что-то банальное, как поцелуй... Придумай что нибудь эдакое. Складываем в другую горку. Потом эти записки вытаскиваем по одной из двух горок, по паре — место и желание, выпавшие случайно. Давай? Малфой кивнул, и Поттер призвал из кабинета перо, чернильницу и бумаги. Разорвал на четырнадцать равных частей и отдал половину Драко. Тот, закусив перо и задумавшись, написал на каждом клочке бумаги по действию и сложил записки пополам. Гарри проделал то же самое со своим пергаментом. Малфой веселился. Он хотел придумать что-то незаурядное, смешное. Но с другой стороны — это Поттер сделал бы с его телом, так что ничего экстраординарного — не хотелось. Поэтому он написал "поставить засос", "наслюнявить", "пососать" — не удержался, "потыкать членом" — тоже не устоял, "понюхать", "покрыть воздушным кремом" и "сильно укусить" — чего уж там стесняться... Поттер перемешал сложенные бумажки и подвинул к Драко одну кучку. — Я вытаскиваю твои, а ты — мои! — радостно сообщил он. — Тяни! Малфой вытянул первую записку и, раскрыв, прочёл про себя. И поднял на Гарри удивлённые глаза. — Ты любишь мои пальцы ног? Тот кивнул. — Они такие миниатюрные и обворожительные... — и вытащил сложенный пергамент из своей горки. — "Покрыть воздушным кремом" — прочитал он. И призвал из кухни баллончик с "мгновенными" взбитыми сливками, которые при использовании с громким пшиком вырывались из носика дозатора. Не давая любовнику опомниться, он задрал ногу лежащего на боку Драко, воткнул ему между пальцев отверстие клапана и нажал. Пушистые сливки вырвались на свободу и тут же набухли, увеличиваясь в два раза и покрывая всю поверхность ноги. Малфой завизжал, выдираясь. — Щекотно! И холодно! И противно! — но тут же заткнулся, так как Поттер запустил ему между пальцев свой язык и принялся смачно вылизывать белый крем. — Этого в записке не было... — простонал Драко, падая на ковёр и закрывая лицо руками. — Это бонус, — облизываясь, ответил Гарри и продолжил подчищать сладкие остатки, вылизывая каждый пальчик на узкой изящной ступне. Когда сливки кончились и оба немного успокоились, Малфой вытащил следующую бумажку. — "Изящные щиколотки"... — "Наслюнявить", — прочёл Поттер. — О, так мы тут в районе недавно были, можно продолжить... Но теперь он не задирал Драко ноги, а просто наклонился и припал к его лодыжкам языком, а затем провёл дорожку к противоположной стороне и принялся рисовать узоры на щиколотках, обильно смачивая их слюной. — Фу-у-у, — застонал Малфой, не понимая сам, раздражает его это или возбуждает. Через пару минут он отпихнул увлечённого партнёра и выхватил следующую записку. — Так, что ты тут ещё любишь, кроме моих ног, — наигранно деловито произнёс он хриплым голосом. — Ямочки на пояснице? — Да... — прошептал Гарри, вытирая ладонью рот и так же подхватывая следующий сложенный пергамент. — Просто охреневаю от них, когда ты на коленях и локтях передо мной, а я вхожу в тебя сзади... "Поставить засос"? Вот Драко лежал на боку, а вот уже в следующую секунду — на животе, а на его ногах восседал Поттер, сжимая за талию и страстно присасываясь к нежной коже. — Гарри, чёрт, подожди, о Мерлин... — застонал Малфой, пытаясь ухватиться пальцами за длинный ворс ковра под ним. Но любовник лишь тихо что-то промычал, сминая кожу и стискивая бёдра. Оставив два ровных засоса и довольно кивнув самому себе, Поттер сполз на пол и подал Драко следующую записку. — "Впадинка над губой"... Э-э-э... Ты любишь мою впадинку над губой? — и Малфой автоматически коснулся мягкой ямочки под носом, словно проверяя, что она на месте. — "Понюхать", — прочитал Гарри и, отбросив свою бумажку в сторону, наклонился к Драко. Он завис в половине дюйма от его губ и закрыл глаза. Малфой ждал, затаив дыхание. Но вместо привычного поцелуя Поттер чуть шевельнул ноздрями и глубоко втянул в себя воздух, водя носом. И выдохнул, расслабляясь. Почему-то этот жест показался Драко таким интимным, что у него всё скрутилось в желудке в жёсткий комок. А Гарри легко отстранился и открыл глаза. — "Тонкие запястья" — прочитал Малфой, еле переводя дыхание и опять поднимая на партнёра глаза. — Я так их не люблю, они как у девчонок... А тебе нравится? — Очень. Мне очень нравится, что они такие хрупкие, нежные. Такие аристократические... — опустил взор Поттер, нервно раскрывая следующую записку и ахнул. — Драко? "Сильно укусить"? Я не буду! Но Малфой уселся прямо напротив него и с холодным спокойствием ткнул ему руку под нос. — Кусай. Я сам это написал. Хорошо, что попалось запястье, а не ямочка под носом. Там было бы больнее. Но и там я бы тебя заставил. — Но Драко? — Я хочу, чтобы между нами всё было честно. И даже игры — по правилам. Хочу, чтобы ты меня укусил. Кусай, Гарри. Я тебе доверяю... — Малфой нахмурил брови, почти втыкая ему в рот свою кисть. Поттер как-то отмороженно кивнул, перехватил запястье и, как вампир, припал к нему ртом. Малфой тут же вскрикнул, но руки не отнял. А когда Гарри её отпустил, на коже краснел яркий след от зубов. Гарри судорожно застонал. — Мерлин, прости... Давай я залечу... — но Драко отнял руку и убрал за спину. — Нет, хочу, чтобы остался след, — упрямо заявил он, мотая головой. — Давай дальше! И он потянулся за предпоследней бумажкой. — "Яремная впадина"? А это где? — "Потыкать членом"... — облегчённо засмеялся Поттер, радуясь возможности перевести тему разговора. — Сейчас покажу... Он мягко уложил партнёра на ковёр, навис животом над его головой и ухватился за свой член. Малфой скосил глаза на фаллос, но тот вдруг нырнул под его подбородок, прошёлся вниз ровно посередине шеи и уткнулся розовой упругой головкой в ямочку между ключицами. Повозился там, как только что родившийся щенок, слепо тыкающийся в живот матери в поисках титьки. Драко разобрал смех, и он уже был готов выпустить его наружу, как вдруг услышал сверху протяжный стон и задрал голову. Гарри зажмурил глаза, будто смотрел на яркое солнце, закусывал губу и стонал сквозь зубы. Одной рукой он упирался в пол, а второй удерживал своё мужское естество и размазывал по белоснежной коже капельки выделяющейся предсеменной жидкости. Только сейчас до Малфоя дошло, что перечислял Поттер в его теле, и что он это действительно любит. И хоть сейчас это выглядело немного по̀шло, Драко видел, как это возбуждало его странного любовника. Чувствуя, что сейчас не сможет доиграть, Гарри опустился головой на живот Малфоя, прижимаясь к нему и стараясь выровнять дыхание. — "Тазобедренные косточки", — тихо прочитал Драко последнюю записку. И, скомкав её, закрыл лицо рукой, сгибая её в локте и пряча в изгибе нос. — "Пососать"... — О, мне нравится такое развитие событий... — прошептал Поттер, скользя по телу партнёра ещё ниже и приникая губами к его паховой области и двум выпирающим косточкам-бугоркам. А Малфою осталось только подчиниться его губам, рукам и воле, покорно расслабляясь и закрывая глаза, откидывая голову назад и приподнимаясь на лопатки и плечи, стеная и выкрикивая имя своего бывшего школьного недруга, которое за последние несколько месяцев произносил вслух и про себя столько раз, сколько не говорил за семь лет совместного обучения в Хогвартсе. С утра Драко проснулся в спальне Поттера, совершенно не помня, как в ней оказался. От вчерашнего вечера на теле остались засосы, запах хвои и мелкие иголочки в волосах, по прошествии игры они как-то оказались под самой ёлкой и что только там ни делали. Да, и ещё след от неровных зубов на правом запястье, он так и не дал свести это заклинанием... — Малфой, подъём! — выкрикнул Гарри, врываясь в комнату и кидаясь к шкафу. Вывалил из него всю одежду, что-то выискивая. — Магловское, магловское... Кричер! Где мои джинсы? На оклик в спальне появился старый эльф. — Кричер не собирается стирать грязное магловское одеяние хозяина... — Ах ты чебурашка китайский, да как ты смеешь? Брысь отсюда! — Поттер бросил в домовика какой-то мантией. — И приготовь нам сэндвичи в дорогу! Мы уходим! — Куда? — опешил Драко, наконец вылезая из под одеяла. — Тебя поругали за ёлку? — За какую ёлку? — не понял Гарри. — А... нет. Мы идём в магловскую больницу в Лондоне. На Бада Уоренса напали ночью... Как и всегда перед праздниками, и магловская больница, как и все магазины — была переполнена народом. Больные, посетители, больные посетители больных, врачи и даже полиция — тусовались в коридорах здания, пропахшего лекарствами и свежей краской. Отмахиваясь от разноцветного облака воздушных шаров, наполненных газом и рвущихся в потолок, Поттер протискивался сквозь толпу маглов, одной рукой тараня живой поток, а другой таща Малфоя за собой на буксире. Добравшись до стойки секретаря-дежурной, он быстро узнал, в какой палате лежит мистер Уоренс, и продолжил свой путь с прицепом на третий этаж больницы. Произошедшее заключалось в следующем. Ночью на Бада напали, когда он выходил из бара, один. Ножевое ранение, нанесённое профессионально точно в живот, однако "чудом" не задевшее ничего серьёзного. У пострадавшего ничего не украли, даже не ударили лишний раз. Прохожие вызвали скорую помощь, в больнице сообщили жене Бада, а к утру об этом узнали и остальные рабочие фирмы. Включая мистера Раффа, водителя-сквиба, нанятого специально приглядывать за всеми, который тут же связался с Поттером. Дорвавшись наконец до нужной палаты, Гарри остановился и перевёл дыхание, отпустил руку Драко и постучал. Не дождавшись ответа, толкнул тяжёлую дверь и просочился внутрь. Малфой проник следом за ним. В светлой палате было две койки, но одна пустовала. На второй с закрытыми глазами лежал мужчина, в котором Драко признал знакомого бухгалтера. Он мирно спал. Поттер подхватил с прикроватного столика графин с водой и наполнил пустой стакан, стоящий рядом. А затем выудил из кармана пиджака маленький фиал, откупорил и плеснул в воду ровно три капли бесцветной жидкости. И направился к своему рабочему. — Бад... Бад! Очнись и пой, приятель... Мужчина вздрогнул и открыл глаза. — О, мистер Поттер, ну что же вы, вам не надо было сюда приходить и волноваться за меня... — улыбаясь, признался Уоренс. — Ну что ты, Бад. Я очень хотел прийти, — прищурился Гарри, протягивая ему стакан. На, выпей. Тот выпил всё до дна, откинулся на подушку и замер. Поттер кинул взгляд на настенные часы и спустя пять минут произнёс. — Бад, я хочу, чтобы ты мне сейчас же рассказал всё, что касается "О.М. Корпорации", у которых мы взяли в долг и так и не вернули им деньги. А так же обо всём незаконном, что творится в нашей компании парковочных стоянок... Уоренс прикрыл глаза и принялся монотонно излагать свой рассказ, точно указывая даты, суммы и действующих лиц. Гарри тем временем запечатал заклинанием дверь и уложил на стол пергамент и прытко пишущее перо, которое тут же принялось плясать по бумаге, выводя буквы и предложения. Когда Уоренс закончил говорить, Поттер подошёл к столу и, продиктовав дату и место дачи показаний, также назвал имя потерпевшего, подвергшегося допросу, и двух свидетелей; Гарри Поттер, хозяин компании, и Драко Малфой, инспектор финансов. Затем расписался под бланком и придвинул для подписи Драко. Внезапный стук в стекло привлёк их внимание. Сова в окне магловской больницы, посреди бела дня — это не к добру. Гарри взмахнул палочкой, устраняя стеклянную перегородку, и впустил почтальона. Пробежал глазами по письму, нахмурился, запихал его в карман и отпустил птицу, возвращая окну первоначальный вид. — Аппарируем ко мне в офис. Малфой молча кивнул, и оба мага тут же исчезли. — Мистер Поттер! — навстречу несущемуся по коридору Гарри выскочил низенький мужчина в коричневом костюме восьмидесятых годов. — Они ждут вас в вашем кабинете... — Спасибо, мистер Рафф. Напишите в министерство, что я и Драко здесь и мы занимаемся этой проблемой. Как только всё уладим — я сообщу. — Конечно, шеф, — быстро кивнул мужчина и побежал по коридору в противоположном направлении. — Что-то слишком быстро всё раскручивается, — пробормотал Поттер, распахивая дверь большой освещённой комнаты и смело шагая внутрь. Навстречу вошедшим из кресел для посетителей поднялись два человека в абсолютно одинаковых чёрных костюмах. — Джентльмены? Добрый день. А я думал, вас побольше будет... — спокойно заявил Гарри, усаживаясь в своё кресло за большим дубовым столом. — "MИ-шесть", если не ошибаюсь? Драко неуверенно встал около его кресла, немного поодаль. — Мистер Поттер? Вы законный владелец этой компании? — спросил один и, получив утвердительный кивок, сел и рукой указал своему напарнику последовать его примеру. — Да, Секретная разведывательная служба Великобритании, департамент внешнеполитической разведки. Я агент Вагнер, это агент Кастер. К нам ещё присоединится наш компаньон из Разведывательного сообщества Франции, он задержался в посольстве. А это мистер?.. — и агент вопросительно взглянул на Драко. — Это мистер Малфой. Он к фирме не причастен, но он мой жених, и я хочу, чтобы он присутствовал при нашем разговоре. От него у меня нет секретов, — ответил Гарри, хладнокровно прожигая взглядом мужчин в штатском. — Хорошо, мистер Поттер, — продолжил Вагнер. — Раз вы не удивлены нашем визитом, значит, вы знаете, почему мы здесь. — Грош цена был бы мне как начальнику, если бы я не знал, — пожал плечами Гарри. — Это из-за "О.М. Корпорации" и их ярого желания воспользоваться моим бизнесом в качестве "соломенной компании"... Агенты переглянулись, а Поттер протянул руку к столу и поднял трубку телефона. — Сесилия, пожалуйста, принесите нам графин кофе, молока и пять чашек, — попросил он и повесил трубку. Через несколько минут, проведённых в полной тишине, в комнату вошла секретарша с подносом и опустила его на середину стола. На подносе возвышался стеклянный чайник с длинным носиком, кувшинчик с молоком и изящные стеклянные чашки с двойным дном. — Что-то ещё, мистер Поттер? — скромно улыбаясь, спросила она. — Да, Сесилия. Пожалуйста, объявите всем, что сегодня у нас выходной, оплачиваемый компанией, — лучезарно поведал начальник. — Сейчас же все собирайтесь и идите проведать Бада, и купите ему по дороге печенья и цветов. Квитанцию за покупки принесёте мне, как и всегда. Всё, свободны. — Конечно, мистер Поттер, — кивнула женщина и вышла в коридор, прикрывая за собой дверь. — Вы всегда так щедры, мистер Поттер? — поинтересовался агент, которого представили как Кастер. — Да, всегда. Поэтому можно понять, почему этим захотели воспользоваться... — хмыкнул Гарри. — Однако я со стопроцентной уверенностью могу сказать, что никто из этой фирмы в разыгравшейся афере по собственному желанию — не участвовал. — Откуда такая уверенность, мистер Поттер? — А вы можете побиться об заклад, что меня предали свои? — Нет, но мы знаем, что у криминальной корпорации была связь с одним из ваших людей... — Да, я знаю. Бад Уоренс, мой бухгалтер. Который сейчас лежит с ножевым ранением в больнице... — Что ж, раз вы настолько просвещены, то прошу вас, докажите нам, что он не виновен и вы так же непричастны к этому делу, несмотря на то, что всё знаете... Агент откинулся на спинку кресла и сложил руки на коленях. Гарри спокойно наполнил чашку кофе, обильно разбавляя его молоком, и подал молчаливому Малфою. — Присядь, это займёт время... Тот кивнул и подтащил к столу стул, что стоял около двери и, приняв чашку, опустился на сиденье. А Поттер налил ещё кофе, уже для себя. — Джентльмены, у нас самообслуживание, — кивнул он на большой графин и продолжил: — Итак. Во-первых, по презумпции невиновности, действующей в нашей стране, и я, и мои рабочие считаемся невиновными, пока вина кого-либо из нас в совершенном преступлении не будет доказана. Бремя доказывания уголовной вины лежит на обвинителе, в суде, даже не на вас, здесь и сейчас. Во-вторых, у вас нет ордера на арест кого-либо из присутствующих, ничего заставить нас вы не можете. Но вы можете красиво попросить меня рассказать вам всё, что я знаю. Это поможет вашему расследованию. Но в начале поведайте вы нам, почему этим делом занимается департамент внешнеполитической разведки? Вагнер и Кастер переглянулись, скрежеща зубами. — Мы — вам, вы — нам? Мистер Поттер? — Примерно так. — Что ж, извольте. Может, тогда вы поймёте, что шутки с нами — плохи... — Наш отдел занимается получением информации в сфере мировой торговли и финансов, а также экономической безопасности. Несколько лет назад Великобритания усилила финансовый надзор над своими подданными, владеющими частными предприятиями. Контроль над всеми компаниями в стране необходим. Он проводится с целью удостовериться в том, что деятельность граждан находится в рамках закона. Министерство внутренних дел, а именно, служба министерства финансов, фиксировала все подозрительные компании и ставила их на учёт. Дело в том, что в прошлом десятилетии расплодилось много фиктивных корпораций, которые впоследствии оказались прикрытием для отмывания денег за границей, либо ещё хуже — концернами, поддерживающие деньгами террористические организации. Наш департамент получает списки всех сомнительных фирм, внушающий подозрение министерству финансов. Это большие предприятия, чаще всего с сомнительными владельцами, иногда слишком молодыми или ранее — не имевшие денег и вдруг резко разбогатевшие. Таких подставных хозяев называют "обезьянками". Или же это фирмы, которые слишком быстро взлетели вверх и начали "плодиться", захватывая земли, задавливая и скупая конкурентов. Есть много критериев, по которым частные бизнесы попадают в "красные списки". Но к вашему случаю, мистер Поттер, относятся первые два. Вы на нашем учёте, и как видите, в конце концов мы оказались правы, у вас тут не чисто.