Новая жизнь или отступничество

— Эм… — пребывая в шоке от такого поворота событий, Какаши про себя сказал: «Вечер перестаёт быть томным». — Разрешите поинтересоваться, что же совершил Наруто, что вы, глава отряда самураев, специализирующегося на охране Дайме, то есть неформальный глава всего аппарата самураев Огня, почтили меня своим присутствием. А кроме того, за что вам выдали ордер на его арест? — А вы наблюдательны, Шаринган Какаши. — Надо быть идиотом, чтобы не заметить отличие вашей униформы от доспехов обычного самурая, — явно раздражаясь, заявил он. — Я впечатлён, — сказал самурай и, без приглашения, сел. — Хотя к делу это не имеет никакого отношения, — нахально улыбнулся он. — Итак, помимо ордера на арест, у меня письмо от его преосвященства Дайме легендарной страны Огня. — Разрешите ознакомиться? — Конечно.       Какаши принялся читать. В письме было сказано следующее:       «Я, Дайме одной из пяти элементарных стран, а именно страны Огня, требую от Хокаге выделения всех возможных сил на поиск и арест Наруто Узумаки в связи с двумя нижеперечисленными обвинениями.       1. Обвиняемый нанёс удар по символу власти, по идолу верхушки правительства страны Огня, по моей высокопреосвященной физиономии какой-то оранжевой субстанцией, которая выросла у него из спины. В связи с этим я требую доклад о том, что это было, и о способах лечения от последствий столкновения.       2. Расследование дела №374 (обстоятельства дела прилагаются в отдельном документе) показало, что обвиняемый, а точнее сказать, виновный, убил племянницу моего преосвященства Дайме и всех её подчинённых, а после выкрал древний артефакт — “Корону Мира”, который передавали в нашей семье из поколения в поколение уже более четырёхсот лет. В соответствии с этими обвинениями, я требую ареста и смертной казни вышеупомянутого преступника, а также временного отстранения от должности и ареста Шестого Хокаге для выяснения причастности к делу». — Могу я попросить вас дать мне немного времени для ознакомления с обстоятельствами дела? — Конечно, сколько угодно. Какаши с кипящей головой погрузился в чтение обстоятельств дела. За этим занятием мы его и оставим и переместимся в отдел пыток и допросов Конохи, где Анко допрашивала разбойника, который был пойман при попытке проникнуть в деревню и у которого, предположительно, были связи с людьми, собирающимися восстановить Акацуки. — А он крепкий орешек, — сказала Анко, смотря в стену, за которой сидели наблюдатели, после того, как сломала очередную кость допрашиваемому. — Я перепробовала всё, что могла: и дзюцу, и разные виды пыток. Осталось только по одной ломать ему кости. Терпения у него много, и я такое уважаю. — Повернувшись к разбойнику, Анко добавила: — Последний раз спрашиваю: знаешь ли ты кого-нибудь, кто хочет возродить Акацуки?       После этого специальный джоунин сломала ещё несколько костей Омариши (а именно так звали преступника). Не получив никакого ответа, она сказала наблюдателям: — Я закончила. Как ни прискорбно признавать, но ни один из известных мне способов пыток на него не действует. Ничего не смогло вытянуть из него информацию. Предлагаю передать его Ибики или, ещё лучше, Ино. — Да, мэм, — послышался голос из динамиков. — Мы передадим его куда следует. Отложим это дело до завтра. Всем спасибо, все свободны.       После этих слов Анко вышла из отдела допросов и направилась в резиденцию Хокаге выполнять обязанности Ибики: — Я, конечно, понимаю, что этот старый хрен хочет передать мне отдел пыток и допросов, но не перекладывать же всё на меня до моего вступления в должность!       Сопровождая эти мысли, в голове Анко возникли воспоминания. Её вызвал Ибики к себе в кабинет и сказал следующее: — Анко, я уже не молодой, ты и сама это знаешь. С каждым днём мне всё труднее выходить на работу. — Морщинистое лицо Ибики, обезображенное шрамами, скорчилось, то ли от боли, то ли от отвращения к собственному возрасту. — Так что в скором времени ты займёшь мой пост. Ну а пока могу я тебя попросить облегчить жизнь старику? Как ни прискорбно признавать, я уже не тот, что был раньше. Дойти до резиденции Хокаге для меня сродни аду. Прошу, давай ты будешь носить ежедневные отчёты Хокаге. А я взамен пополню твою коллекцию ядов несколькими очень редкими образцами. Идёт?       Анко не хотела обременять себя дополнительными обязанностями, но «старый хрен», как про себя она называла Ибики, попал в точку. Хобби, которому Анко посвящала всю себя и которое отвлекало куноичи от проблем в личной жизни, было коллекционирование ядов и выведение новых. Поэтому она и согласилась.       И так, витая в своих мыслях, Анко не заметила, как дошла до кабинета Хокаге и постучала в дверь. Странно напряжённый голос из-за двери сказал: — Войдите.       Анко вошла и остолбенела от увиденного. Хокаге, не поднимая глаз, читал какой-то документ, и с каждой прочитанной строчкой его взгляд темнел. Но её поразило не это. В кресле рядом с ним сидел человек, которого Анко хорошо знала, но предпочитала бы забыть. — Шестой-сама, я принесла вам доклад о работе отдела пыток и допросов за сегодняшний день. — О… Моя змейка смогла дослужиться до заведующего отделом? Мило, очень мило. После этих слов Какаши впервые за последние несколько минут поднял глаза от документа, содержание которого он уже перечитал несколько раз и знал его до дыр. — Заткнись, ублюдок. Лет тридцать я тебя не видела и ещё столько же предпочитаю не видеть. — Как грубо, — с саркастичной улыбкой произнёс самурай. — Вы друг друга знаете? — К сожалению, да, — иронично подметила Анко. — Это же Цумо Митараши, и по совместительству, мой родной брат.