тишина в 213

— Эмиль, мы забыли розы в классе! — БЛЯТЬ! Полина, не могла раньше напомнить? Нам выходить уже скоро. Я испугался не на шутку, ибо уже выступал со своим поздравлением и благодарностью учителям предпоследний класс, после которого выступаем мы со своими поздравлениями, розами и, конечно, выпускным номером со слезами. Цветы остались на подоконнике, и их, конечно, никто не взял. Я быстро побежал на второй этаж, стараясь не порвать свой костюм, выглаженный мамой с самой утра, а то получу пизды, ибо это «костюм, который будет носить в себе память исторического момента, так как выпускной и последний звонок бывает раз в жизни». Я, залетая в класс, ищу глазами цветы, но мне мешает телефон, вибрирующий в кармане. Хватая цветы и параллельно отвечая на звонок, я стараюсь просочиться через наши новые парты (ура), но в трубке слышу это: — Отбой, можешь пока не нести розы. Тут еще блок малых перед нами. Я выдыхаю и сажусь на первый стул, который мне попадается, чтобы перевести дух. Алые розы… Такие же я подарил на первое сентября Полине в 10 классе, когда я увидел, что теперь у нас не классная, а классный по имени Никита Павлович. Вопрос в том, куда пристроить букет, сразу отпал, когда я увидел красавицу Полину после целого лета. Полина. Моя первая лучшая подруга, моя первая поддержка в виде женской особы. Прекрасный человек и просто мой лучший друг, который всегда был рядом. Я ее люблю. Не как девушку, а как человека. Она помогла пережить все, что я видел, все, что чувствовал. Стас. Лучший друг, который был рядом в самые тяжёлые и самые лучшие годы. Он даст совет, он будет готов к любым обстоятельствам, он будет с тобой рядом до конца. И именно в школе я их и встретил. В школе. Здесь, именно тут, я впервые осознал любовь. Как любить по-настоящему и быть любимым. Именно в этом классе я увидел Масленникова впервые, после чего мой мир окончательно перевернулся. Я нашёл того, кто заставил жить, как говорится, и это правда. Я помню все, что было. Я не хочу это забывать. Не хочу забывать наш праздник на первое сентября, как мы набухались на даче Даника. То, как мы с Димой играли пьяные в прятки после купания в озере; то, как мы впервые поцеловались, а я этого просто не помнил; его первое признание мне в туалете, первый ужин и первый секс… Я не хочу забывать наши уроки с Никитой Павловичем, который всегда объяснял, что «если что-то непонятно, значит, вам это не нужно, а если и нужно, то вряд ли пригодится». Так я и до сих пор не понял, почему можно говорить и тво́рог, и творо́г. Я никогда не забуду нашу подготовку к различным праздникам, когда стоял такой шум и гам при обсуждении, кто кем будет в сценках или просто визитках. Я никогда не забуду нашего Нового года, когда мы собрали всех родных за одним столом и отпраздновали его вместе. Как я удивился, когда Стас с Полиной сообщили о своих отношениях! Замечательно же… Я никогда не забуду приход Клавы Высоковой, которая ужасно повела себя с нами, но уже после моей инициативы стала одной из нас и теперь никто не хочет с ней расставаться, как и она с нами. Никогда не забуду нашу ревность друг к другу с Димой, ведь это было что-то. После той глобальной ссоры я долго обижался, но после огромного шоколадного медведя у порога растаял. Все-таки, как я думаю, нужно уметь прощать, хоть и если это очень сложно. Если ты хочешь, то обязательно делай это. Как же быстро пролетел этот год… Последний год в школе. Я до сих пор точно не знаю, кем хочу быть, но что-то мне подсказывает, что я иду на учителя математики… Не знаю, что будет дальше, но я знаю, что все будет круто. Мы все вместе едем в столицу, что не может не радовать, ведь компания так и не распалась. Даник, правда, переезжает в Германию к дяде, но общение мы также будем поддерживать. Сударь, Полина, Дима, Стас и я… Вот все люди, которые стали лучшими в моей жизни. Да, я наконец-то полюбил себя. Ура. Маме стало лучше, она уже освоилась, и теперь у нее есть постоянный заработок в городе у бабушки, к которой она переехала. В моей жизни наконец-то все хорошо. Я всматриваюсь в стены, потолок, пол, доску, парты… Многое из этого пострадало от наших рук. Всегда эти стены слышали громкие разговоры нашего класса, а теперь все. Тишина. Я не верю ничему, что здесь происходит. Я не верю, что я впервые услышал тишину в 213.