Желание

Джим проснулся, как только доктор закрыл дверь. В голове Джима роились мысли: "неужели ему противно?", "а, вдруг он меня не любит", "это я виноват, это я всё испортил", "но… я же люблю его". Эти мысли заставили Хокинса заплакать: от того что у доктора испортилось мнение о нём, ото всей этой ситуации с укусом. Юнга принял решение уйти к себе. Он слез с кровати, стал оглядывать комнату. Только когда Джим встал, он почувствовал сильный дискомфорт в области таза, и внутри было непривычно свободно, но спазмило. Одежды нигде видно не было. Джим перевел взгляд на стул. На нём лежала одежда доктора. Не найдя другой одежды, Джим надел оставленную доктором на стуле. И рубашка и панталоны были великоваты юнге, но его это не очень волновало. Хоть одежда и была чистая, она все равно пахла доктором. От Ливси всегда веяло лекарственными травами и немного табаком. Джим несколько минут стоял и вдыхал этот запах, как наркотик. Наконец, Джим вышел из комнаты. По пути в кубрик его пересилило желание прогуляться по палубе и подышать свежим воздухом. Хокинс поднялся за палубу. У капитанского мостика стоял на посту Бен. Он помахал юнге. Тот помахал в ответ. Пройдя к карме, мальчик залез на борт, перекинул ноги через бортик. Сидеть так было опасно, но его таз ещё ныл, а Джим нашёл удобное положение.

***

Доктор зашёл в свою каюту и, не найдя в ней мальчика, сразу бросился на поиски. Мысли о том, что эффект укуса повторился, заставили Ливси испытать почти животный страх. Дэвид вбежал в кубрик: среди матросов Джима не было. Ливси проверил трюм и нижнюю палубу, но нигде юноши не было. Наконец, дело дошло до верхней палубы. Дэвид остановился недалеко от Бена и спросил: — Вы не видели Джима? На что робинзон указал на корму. Ливси ринулся к корме. Он увидел, как Джим опасно сидит на бортике. Ливси подошёл к Хокинсу со спины. Юноша был очень легко одет, а вечером, пусть и в тропиках было прохладно и ветренно. Джим вздрогнул от неожиданности и обернулся на доктора. — Джим, спустись пожалуйста с бортика на палубу, а то упадёшь. С этими словами мужчина ближе подошёл к юноше и взял того под локоть. Джим молча слез к доктору, при этом стараясь не смотреть ему в глаза. Дэвид снял с себя камзол и надел на плечи юнге. — Простудишся ещё. Ложись спать, уже поздно. Джим смотрел всё это время в пол. Его переполняли чувства, он не понимал, что он сейчас конкретно чувствует к этому человеку. Не получив ответа Ливси молча увел мальчишку с верхней палубы. Уже в коридоре, когда надо было повернуть в каюту доктора, Джим пошел в сторону кубрика. Так как доктор всю дорогу держал Хокинса за локоть, он не отпустил юношу. - Джим? Юноша стоял в ступоре. Ливси развернул того к себе лицом за плечи. Мужчина пытался заставить Джима взглянуть в свои глаза. Хокинс смотрел куда угодно, но не на доктора. Юнга покраснел и немного подрагивал. - Переночуешь у меня, вдруг тебе опять станет плохо. Хорошо? Хокинс кивнул. Ливси открыл дверь и пропустил юношу вперёд. Джим прошёл в каюту. Доктор аккуратно прикрыл дверь за Джимом. Нависла угнетающая тишина. Дэвид первый решил прояснить ситуацию. - Как ты себя чувствуешь? - поинтересовался врач. - Ничего не болит? - Таз немного, - тихо и смущённо проговорил Хокинс. - Понятно. Первое время будет дискомфортно сидеть, но не волнуйся, это пройдёт, - пояснил врач и сразу добавил: - Я могу нанести мазь, если хочешь? Джим стоял и уже ощутимей дрожал. Дэвид испугался, что эффект повторяется и подошел ближе к юноше. Доктор взял его за плечи и обеспокоенно спросил: - Джим, что с тобой, тебе плохо? Джим взглянул на Дэвида: из его глаз потекли слёзы. Юноша разрыдался и уткнулся лицом доктору в грудь. - ПРООСТИТТЕ ПОЖАЛЛУЙЙСТА, Я ЗНААЮЮ, ЧТО ТААК НЕ ДОЛЖНО БЫЫЛО СЛУЧИТТСЯ, Я НЕЕ СПЕЦИААЛЬНО, ПРОСТИТТЕ СЭЭР! Тут доктор испытал на себе уколы совести, они, как ему казалось, проткнули его сердце несколько раз насквозь. - Тшш, прости Джим, мне не следовало это делать, но я правда не знал другого лекарства. Прости солнце... Доктор целовал макушку юнги и, обнимая, успокаивал своё сокровище. Они сели на кровать. Постепенно Джим стал успокаиваться. Когда Хокинс совсем успокоился, он набрался смелости и спросил: - Сэр, когда я сказал, что люблю вас, я не соврал. Я смутно помню, но вы тоже сказали, что любите меня, я правильно помню? - спросил юноша и уткнулся лицом доктору в грудь. Доктор улыбнулся и сказал: - Да, бусинка, ты правильно помнишь. С этими словами доктор осторожно поцеловал юношу в макушку. - Я тебя люблю. Джим залился краской и поднял наконец глаза к Дэвиду. В его черных глазах Хокинс прочёл искренность. Зрачок совсем слился с радужкой, эти глаза так манили. Джим осторожно потянулся к губам доктора и легонько поцеловал. Доктор ответил ещё одним поцелуем. Оба немного рассмеялись. Доктор затем опять завлёк юношу в поцелуй, мягко повалил на кровать. - Уже поздно, ложись спать, завтра силы понадобятся, - улыбаясь сказал Дэвид. - Устал? - Угу, - юноша потянулся. Джим сел на кровать, освобождаясь от камзола доктора. Ливси тоже стал готовиться ко сну. Дэвид перевёл взгляд на пациентскую кровать. Её простыни и матрас были испачканы (понятно чем). - Джим, боюсь, сегодня у нас всего одна кровать