нуна

чонгук улыбается рвано: как только углы его розовых губ ползут вверх, он моргает, два или три раза подряд, и их дёргает вниз, эти мягкие углы этих сухих на вид губ. на самом деле они не сухие, парень пользуется бальзамами на постоянной основе, отчего каждый раз они выглядят такими сочными, влажными и вкусными, как сладкая помадка. просто на них очень много трещинок, которые чонгук постоянно цепляет и отдирает зубами, когда очень нервничает или когда ему нужно чем-то себя занять. от этого полные губы лишь сильнее наливаются кровью и их хочется сожрать. от его одежды всегда едва ощутимо веет запахом аромасаше, пахнущим лемонграсом и лавандой, и совсем чуть-чуть терпким латте из студенческого кафе, запах которого тэхён за эти несколько дней выучила буквально наизусть (она также знает, что чонгук пьёт только этот кофе, с сахаром и карамельным сиропом, и что аромасаше иногда берёт с ароматом вишни и облепихи, очень необычно, но так тэхён нравится, что она почти что с силой подавляет в себе желание зажать в каком-нибудь тёмном закутке этого крольчонка и вжаться лицом в его загорелую шею). но вообще-то, именно это девушка сейчас и делает. чонгук кажется скованным с этой своей нервной улыбкой и бегающими в поисках спасения чёрными глазами. его стыдливо расцветающие щёки и испуганный взгляд ещё одна причина, по которой тэхён медленно, но верно потихоньку сходит по нему с ума. и всё, что ей сейчас хочется, глядя на этого мнущегося и раскрасневшегося парня, что впрочем не предпринимает особых попыток выбраться из её загребущих рук, это прижать его тело к себе и не выпускать, чтобы он ворошился в её руках, пыхтел и сопротивлялся, чтобы его белая растрёпанная макушка упиралась тэхён в подбородок. чтобы его руки, от которых так приятно пахнет кремом и пудрой были на её плечах. она с чонгуком одного роста, а учитывая, что сейчас девушка в своих любимых берцах на тракторной подошве, то парень вообще смотрит на неё снизу. — а кролик-то оказывается с сюрпризом, — парень вздрагивает от вкрадчивого и хриплого голоса тэхён. он думает, что это из-за того, что девушка едва ли не по пачке в день скуривает свои сраные винстон и нет, он не следит за ней, просто так получается. — я не понимаю о чём вы, — чонгук аккуратно упирает ладони в чужие плечи и надавливает, но тэхён хоть бы что. она продолжает нависать над парнем, разглядывая его румяные щёки и поджатые губы. ну что за прелесть? — нуна. — что?.. — я хочу, чтобы ты называл меня нуной, крольчонок. чонгук смотрит потерянно на девушку несколько долгих секунд, а потом заторможено кивает. ладно, это он может. — какой послушный, — довольно воркует тэхён и с тихим писком обхватывает чужое пылающее лицо ладонями. парень испуганно дёргается в её руках, но девушка даже не двигается. — итак, чонгук-и, когда ты собирался сказать мне, что предпочитаешь мальчиков? хотя мне стоило бы догадаться, ты слишком сладкий для гетеро. — что?.. я не… чонгук запинается и шумно выдыхает. от чужих сухих ладоней пахнет сигаретами, а ещё он чувствует на них мозоли и у него от этого колени позорно подкашиваются. что за ёб вашу мать? не то чтобы его раньше никогда не трогали, и он рос цветочным мальчиком за живой изгородью и падал в обмороки при виде паука. были и трещины в рёбрах, и три таблетки обезболивающего сразу, и окровавленные вещи, мерзко воняющие горьким металлом и тяжестью. и драки, где он не всегда выходил победителем. просто то время прошло, он наконец в полной мере осознал себя, как гея, перестал этого стыдиться и скрывать, а потом на первом курсе инженерного с ним вдруг случается ким тэхён, которая в общем-то класть хотела на его ориентацию и дикое смущение. не нравятся девушки? ну так мы это исправим. чонгук настолько глубоко уходит в себя, что звонок на пару слышит где-то на периферии, а по наглым рукам тэхён, медленно перекочевавшим на его талию, хлопает уже на автомате. — нам нужно идти. парень аккуратно отстраняет от себя недовольную девушку и выбирается наконец из этого укромного места под лестницей, куда его затащила старшая. выбирается, конечно, потому что тэхён позволяет, отходя в сторону. — тебе, крольчонок. чонгук недоумённо оглядывается, вздёргивая тёмную бровь и зарываясь пальцами в белые волосы, чтобы убрать их с разрумянившегося лица. — прогуливаешь пары, нуна? тэхён широко улыбается. — мне за сигами надо сгонять. чонгук качает головой. — бросала бы ты это. — как только подаришь мне свой поцелуй. — я гей, нуна. — а ещё ты несколько минут назад обращался ко мне на «вы». ничто не вечно, крольчонок. чонгук предпочитает промолчать.