Основатели Хогвартса.

В далёкие-далекие века, когда сама магия имела совершенно другое обличие, а волшебники всего мира могли колдовать свободно, без запретов, и не скрываясь, жили четыре прекрасных и необыкновенных человека: две прекрасные дамы, и двое статных мужчин. Все четверо были очень разными, непохожими на других, но при этом дополняли друг друга, как части единого целого, вместе радовались успехам, и горе каждого проживали, как общее для всех. Среди этих друзей одна дама отличалась острым умом и фантазией. Она была возвышенной и мечтательной, да только случилось в её судьбе страшное горе. Голодное пламя однажды обрушилось на дом, где она родилась и выросла, и забрало его себе. А вместе с тем, и жизни её родителей. Друзья, знамо дело, не оставили её в такой беде, не отлучались от неё ни на шаг, поддерживая в это черное время. И на земле, что осталась даме в память о родителях, на месте канувшего в огонь дома, построили новый. Ещё краше и ещё больше. Каждый из товарищей внёс свою лепту, чтобы порадовать подругу. И это давало свои плоды, тень понемногу сходила с лица этой дамы. Но дом этот получился огромным. И даже вчетвером, им было слишком много места здесь. И тогда друзья стали помогать другим, волшебников разных возрастов, что оказывались в беде, и не умели управляться с собственными силами. Четыре товарища стали учить их тому, что знали сами. И это определило многие и многие годы их жизни. Но ведь жизнь состоит не только из помощи другим, верно? Так и жизнь четырех товарищей не ограничивалась подопечными, что жили в замке. Храбрый воин, один из четырёх, к примеру, намеревался взять в жены мудрую даму, на чьей земле располагался их замок. Конечно, если поискать в легендах, можно и поныне найти их имена. И так, Годрик был помолвлен с милой Ровеной, и все вокруг восхищались красотой этой парой. Все ждали их свадьбы с нетерпением. Но только сами они не спешили. У Ровены всегда было бесчисленное множество дел, что она спешила решить. Впрочем, и Годрик невесту не торопил. Семейная жизнь для него казалась серой, и лишённой всякого азарта. Со временем всё больше Ровена замечала, что широта души, импульсивность и горячность Годрика простирается далеко за пределы их личных отношений. Под лучи его обаяния, конечно, попадали многие другие дамы, а Годрик и рад был. Впрочем, Ровене хватало мудрости не терзать ни своё сердце, ни Годрика, ненужными ссорами. Пока в один день не случилось кое-что. Это был праздничный день, у Ровены был День Рождения, и состоялся пышный пир в замке, в её честь. Но нарядной и красивой имениннице приходилось принимать поздравления в одиночестве, её жених с пира куда-то запропастился. Это, разумеется, очень расстроило её. И когда выдалась возможность, она направилась в свои покои, чтобы побыть в одиночестве и обдумать всё. Да только к покоям своим Ровена так и не дошла. В одном из коридоров замка, по пути, она увидела своего жениха. Тот был не один, и увлеченно миловался с одной дамой, что жила в замке и помогала обитателям. Для Ровены это было очень болезненным ударом по гордости и самолюбию. И, прихватив с собой бутылку огневиски, отправилась она на самую высокую башню замка. Годрику она даже ничего не сказала, и скандал закатывать не стала. Но по молочно-белой коже её щек текли горькие слёзы. И там, на башне, заплаканную, её нашел лучший друг её жениха. Салазар. Высокий и худощавый, саркастичный и часто резкий, он хорошо знал своих друзей. И, хоть и в своей манере, часто находил нужные слова, чтобы достучаться до Ровены. Салазар стал отвлекать её, переводить её мысли на что-то не столь удручающее, как непостоянство жениха. Его восхищали ум и внутренняя сила Ровены, и оставить её сейчас он не мог. Вместе, они пили нектар и говорили о многом. Постепенно мрачные мысли покидали Ровену. И, чтобы окончательно развеять её печаль, Салазар стал над ней подтрунивать. Дело в том, что мудрая и сильная Ровена не умела летать на метле. Она побаивалась высоты, и, если уж предстояло путешествие, предпочитала другие способы передвижения. Подшучивая и подначивая над Ровеной, Салазар сумел уговорить её вместе полетать на метле. Он попросил одно из существ, служащих в замке, принести метлу, и уже через минуту оба летели на высоте. От скорости ветер резал лицо, рука Салазара крепко прижимала за талию к себе Ровену. И в этот момент она поняла, насколько восхитительным может быть чувство полёта. Все печальные мысли оставили её, душу заполнил восторг, а красота зрелища, открывающегося при взгляде на окрестности с такой высоты, завораживала. И, когда они приземлились у озера, в отдалении от замка, у самой опушки леса. Все пережитые эмоции жарким пламенем вырвались из их душ. Это был не тот огонь, что сжёг когда-то дом родителей Ровены. Нет, это пламя было совсем другого рода. Оно сжигало разум и сердце, сжигало чувство времени, и создавало нечто новое. Совершенно удивительное. С того времени они часто проводили время наедине, никому не открывая своих сердец. И что-то, трепещущее в груди Ровены, заставляло её сиять изнутри. Уверенность и горящий взгляд делали её ещё красивее. И Годрик, обратив внимание на перемены в своей, теперь уже бывшей, невесте, стал предпринимать попытки вернуть её расположение. Ревность пожирала Фразу Салазара, но открыто сказать об этом он не мог. Вместо этого, всё чаще изо рта его сочились ядовитые, резкие слова. Они задевали Ровену, и всё чаще приводили к ссорам. И в одной из таких ссор, когда оба уже наговорили друг другу очень много всего, Ровена прямо спросила Салазара о его чувствах. - Ты меня любишь? - она говорила это неуверенно и очень стесняясь...