Крик немого сердца

      Как только Джулека пришла в себя, она приняла решение срочно вернуться домой. Она не стала ничего объяснять друзьям, пообещав, что обязательно расскажет все позже, когда сама докопается до правды. Девушка ворвалась в комнату матери словно ураган, намереваясь расставить все точки по местам, и пролить свет на свою жизнь. — Нам нужно поговорить! — заявила серьезным тоном и села напротив растерянной женщины. — Дочка? Что-то случилось? — в ее голосе слышалось неподдельное волнение. — Да. Ты прекрасно знаешь, что какое-то время я путешествовала по нашей провинции. А совсем недавно встретила парня, у которого было мое лицо. Может ты объяснишь, как это оказалось возможно? — Что? — Анарка прижала пальцы к своим губам, а от удивления ее глаза увеличились настолько, что вот-вот могли выпасть из глазниц, она медленно села на пол, прямо там, где стояла и начала плакать. — Он жив?! Он смог выжить?! — женщину трясло, а слова звучали как бред сумасшедшего. — Кто жив? Мама, ты можешь мне нормально рассказать? — брюнетка подошла к ней и встряхнула за плечи.       Правда это не помогло, госпожа Куффен будто смотрела сквозь нее и вообще ни на что не реагировала. Тогда девушка привела ее в чувства звонкой пощечиной, и после этого снова задала свой вопрос. Пришлось потратить какое-то время, пока Анарка не смогла нормально успокоиться и собраться с мыслями. Она все также сидела на полу, опустив глаза и нервно перебирая подол своего платья. — Тебя воспитывали как единственного ребенка, но это не совсем так, — ее голос дрожал и иногда срывался на хрип. — На самом деле у тебя есть старший брат. Я плохо помню что произошло в ту ночь, но в наш дом ударила молния. Мальчик оказался в таком состоянии, что просто был не способен выжить. Меня убедили, что ребенок умер и забрали его, а потом появилась ты. Роды оказались очень тяжёлыми, я потеряла много крови и сама находилась на грани между жизнью и смертью. Только твое существование помогло мне не сдаться, но забеременеть снова я так и не смогла. Меня заставили забыть о сыне, о твоём родном брате, но я не могла. Бесчисленное множество раз я хотела тебе обо всем рассказать... — женщина снова начала плакать, слезы из ее глаз текли настоящим водопадом. — А почему не рассказала? — Мне не позволили. Твой отец полностью отрицал того ребенка, говорил, что не к чему вспоминать про умершего, — вытирая лицо рукавом. — Значит вы из-за этого так часто ссорились и ругались? — Да, — кивнула Анарка и умоляюще посмотрела на дочь. — Скажи, где ты его видела? Вы говорили? — Нет, нам не довелось пообщаться, обстоятельства для этого были неподходящие. А встретились мы на востоке. И если честно, я не понимаю, от чего отец от него отказался. Внешне он выглядел совершенно нормальным, ну разве что вместо одной руки был меч, да и взгляд какой-то странный... Пустой, будто он ничего не видит. Я не спорю, во время сражений солдаты теряют руки и ноги, в этом нет ничего хорошего, но ему это никак не мешало. Как думаешь, может стоит рассказать отцу, что мой брат жив? — Я не знаю, как он к этому отнесётся, обрадуется или разозлится. В последнее время муж сильно напряжён, в городах и деревнях нашей провинции происходят всяческие напасти, а западные соседи укрепляют свою армию. Думаю сейчас эта новость будет не к месту. Лучше попробуй сама его найти, узнай, как он жил все это время. А когда весь этот кошмар закончится мы вернём его в семью. — Хорошо, мама, я постараюсь, — Джулека крепко обняла женщину.

***

      Господин Куффен стоял, склонившись над картой своих имений. Обширная территория богатых земель была у него как на ладони. Долгие годы процветания и достатка оказались под угрозой, несколько лет назад соседи уже пытались развязать войну, но в тот раз их удалось остановить, правда в результате пришлось потерять незначительную часть земель. Прошлый год оказался скупым на дожди, от чего урожай выдался не таким богатым. Это казалось не страшным, просто сезон неудачный, но сейчас.       Со всех концов провинции приходят сообщения, что во многих деревнях начался мор, гнус и засуха уничтожают поля, участились набеги варваров с севера — все это напоминало злой рок. Куффен устало перебирал мятые куски бумаги, почти во всех было написано одно и тоже, люди страдают — провинция приходит в упадок. Он потер пальцами виски и что было сил ударил кулаком по столу. — Этого не должно быть, — говорил мужчина самому себе, — я отдал вам то, что вы хотели. Так почему мои земли лишились вашей защиты?

***

      После победы над червеподобным демоном Блуэ стал свидетелем того, как к Госсе вернулся позвоночник, зрелище оказалось не из приятных, и серьезным испытанием для его психики. Разумеется странник уже рассказал, что с помощью науки и магии его наставник дал парню нормальное человеческое тело, и все же... В голове не укладывалось, как эти отдельные части могли занять свое место. И что больше всего волновало воришку, как младенец, лишенный сердца, рук, ног и всего остального, смог выжить, ведь это физически невозможно.       В голове крутились всякие разные мысли, от которых она уже начинала болеть. После того как они покинули город, у Блуэ появилась ещё одна тема для раздумий, кто такая та девушка, похожая на странника. Прошлое Госсе интересовало его все сильнее, хотелось разгадать эти тайны и найти правду. Он даже начал забывать, зачем вообще идёт за парнем и стал относиться к нему как другу, а может и как к старшему брату. Он уже ждал тот момент, когда Госсе вернёт свой голос и глаза, чтобы узнать какие они на самом деле. Думая об этом брюнет заснул под тихий треск костра...       "С этого дня ты мальчик. Сильный и смелый мальчик... Тише, малыш, не нужно плакать. Мальчики не плачут..."       "Но я не хочу быть мальчиком. Я хочу быть с тобой..."       "Я понимаю, но мой путь уже закончился. Дальше тебе придется идти в одиночку. Стань сильным мальчиком... Спрячь свои слезы... Когда в твоей жизни появится достойный мужчина, ты сможешь стать прекрасной женщиной..."       Эти слова звучали как наваждение, отражались словно эхо от пустых стен прожитых лет. Их смысл все ещё был непонятен, но за последнее время этот сон возвращался все чаще, оставляя после себя лёгкий налет страха. Страха снова остаться в одиночестве.