Бог шельму метит

      Проспал я двое с половиной суток. Меня не волновали люди, их шепотки и настороженные взгляды. Я спал как убитый. Психика и разум смогли полноценно отдохнуть, отчего я испытывал не совсем нормальное, но острое чувство благодарности к зомби-парочке. Оказывается, спать легче тогда, когда на мозги и другие органы не давит чужая жажда крови. Это если забыть, что эти двое меня до состояния психоза и довели. Сонно потянувшись, я перевернулся на живот и вытянулся на чужих коленях, едва не заехав ногой в лицо клоуну. Тот вовремя увернулся, но ничего не сказал. Иллуми же был безразличен ко всему. Он молча протянул руку и зарылся пальцами в мою распущенную гриву. Мурлыкнув, неосознанно поддался ласке, стараясь игнорировать чужое сипение где-то в противоположной от меня стороне. Лениво положив руки под подбородок, осмотрелся.       Мгм… Ясненько. Прошло около тридцати участников. Хмыкнув, обратно перевернулся на спину, уставившись на обезображенное иглами лицо Гиттаракура. Тот руку с моей головы не убрал, а я старался не задумываться над тем, что он вот этими вот пальцами легко мне мою головушку сможет оторвать. — Пора вставать, да? — лениво поинтересовался я, довольно зажмурившись. Слабость прошла, разум отдохнул. Что ещё для счастья надо? — До конца экзамена осталось где-то около часа, — Хисока прищурился и ревниво впился ногтями в мою лодыжку, чуть отпуская ауру.       Я не отреагировал, зевая и потягиваясь. Вставать было неохота, но нужно умыться и поесть. А то за эти два дня я просыпался где-то пару раз. Не сказать, что я перестал страшиться этих двоих, но у меня было такое ощущение, что я где-то перегорел. Мне не хотелось бежать, истерить, как раньше, даже боль от них я принимал со стоическим пофигизмом. Иллуми может сколько угодно втыкать в меня иголки, а Хисока — душить, это не отменяет того факта, что они мне оба спасли жизнь и не раз. Да, они меня мучили и будут мучить, но они же меня и спасают. Может быть, это какой-то их извращённый план, может, просто больная фантазия — мне уже было всё равно.       Во-первых, я всё равно не в своём мире. Делать мне здесь в принципе нечего, да и не хочется. А заняться чем-то надо. Во-вторых, смысла бежать и прятаться от этих двоих я не видел. Такие везде найдут и достанут. Они явно не просто психопаты, и у них есть какое-никакое, а положение, иначе бы их преступления, а я уверен, что те преступления были, так вот, их преступления не остались бы безнаказанными. Так что если они решили обо мне «позаботиться», то пусть. Даже если в такой извращённой форме. Не мне с моим положением попаданца выбирать. Убежать, как я говорил ранее, у меня не получится. Убить их тоже не вариант. Силёнок не хватит. Возможно, Нетеро смог бы их грохнуть, но не станет. Он всё-таки глава Ассоциации хантеров, а это не просто красивая должность, тут явно следом идёт репутация.       Плюс умирать раньше времени мне не хочется, да и они этому не дадут случиться, защищая от остальных. Чокнутые шизики — те ещё собственники. Если мучить меня, то только им. Если я наслаждаюсь чем-то, то только тем, что связано с этими двумя. И если они захотят, чтобы я умер, — сами убьют, а я не смогу и защититься. Просто не успею, будем реалистами. Каких бы навыков у меня не было, до этих двоих мне далеко. Так что дёргаться уже поздно. Не тогда, когда ловушка захлопнулась, а несчастная овца попала в сети двух волков. Нет, можно было бы закатить истерику, но так я реально раньше времени поеду крышей. Оказаться в местной дурке — не совсем моя мечта. Так что, да, сидим тихо — пакостим молча.       Я понимаю, что мои оправдания и мысли не совсем нормальны, но и выбора как такового у меня нет. Будем откровенны, его бы не было у любого другого, если бы ему не посчастливилось стать жертвой этих двоих. Значит, остаётся лишь принять их и плыть по течению. Может быть, когда-нибудь им наскучит эта игра. Или у меня выпадет шанс от них свалить, что, конечно, вряд ли, но вдруг боги меня любят. — Ты выглядишь довольным, — Хисока сладко улыбается, стоит мне нормально сесть на пол.       Так, голова вроде бы не кружится, да и слабость практически ушла. Неплохо. — Вы дали мне выспаться, разве я могу за это на вас раздражаться? — риторически поинтересовался я, вставая и отправляясь к ванной комнате.       Приняв душ, переодеваюсь в третий комплект запасной одежды, ничем не отличающийся от первых двух. Чищу зубы и заплетаю волосы в высокий хвост. В зеркале лицо выглядит более здоровым: ушла бледность, вернулся цвет. Уже неплохо. Довольно зажмурившись, выхожу обратно к остальным участникам, отправляясь в столовую, что расположена тут же, на первом этаже. Салат и запечённый фазан, судя по табличке с наименованием блюда, — это лучшее начало любого дня. Мясо, как я тебя обожаю.       Вообще, считается, что настоящий йог мясо не ест. Оно, может быть, так и есть, но я придерживаюсь мысли о том, что животный белок, конечно, можно заменить орехами и соевым молоком, но как-то не хочется. Да и одно дело — тёплая и жаркая Индия с их менталитетом и образом жизни, а другое — холодная Россия, где на севере ночи практически круглосуточные, а градусы падают до минус сорока пяти, а то и ниже. Хотя я, строго говоря, сейчас в другом мире, но всё равно душа-то у меня моя, хоть и сплавленная с местной. Отчего некоторые появившиеся вкусовые привычки вгоняли меня в ступор. Вот, например, раньше я терпеть не мог яблоки, а сейчас они мне нравятся, что вызывает во мне когнитивный диссонанс.       Запив всё дело компотом из местных ягод, я отправляюсь обратно к Хисоке и Иллуми, те сидят там же, где я их оставил. Фокусник строит башню, а Иллуми просто застыл и смотрит в никуда. Жуткий взгляд. Даже знать не хочу, о чём он думает. Не обращая внимания на шепотки, уселся перед Хисокой и требовательно протянул руку вперёд. Тот хихикнул, но дал абсолютно новую колоду мне в руки. Перемешав карты, присоединился к игре шута, вставляя уже свои карты в конструкцию клоуна. Башня получилась приличной, на что Моро не отреагировал, заставляя её посыпаться. Он захихикал, а я закатил глаза. Сто пудов, его от этого штырит. Иначе я это поведение объяснить не могу. Карты упали на пол, а поверх них лёг джокер. Вот и как у него это получается, а?       Хмыкнув, лениво прикрыл глаза, собирая колоду. В очередной раз открылась дверь, показалась компания Гона. Клоун возбуждённо облизнулся, внимательно смотря на прибывших. Кажется, кого-то ждёт непростое испытание. И как бы оно не окончилось чьей-нибудь смертью. В любом случае, повлиять на фокусника я не смогу, так что остаётся смириться и ничего не делать. Эти детишки наверняка и сами понимают всю опасность ситуации. Хех. Наконец-то время вышло. — Третий этап — дошедших двадцать семь человек, включая покойника, — проговорил механический голос.       Кстати да, было дело. Пару часов назад дверь открылась и оттуда выбежал кудрявый блондин, трупом свалившись на первом этаже. Вонял жутко, пока его ниндзя не отволок за дверь на улицу, куда выходить было запрещено, но лысому Ханзо сделали исключение, дабы он избавился от тела. Все ему были благодарны. Но сейчас не об этом…       Участники рванули на свежий воздух. Фыркнув, встал и отправился на выход вслед за всеми, не забыв присвоить себе очередную колоду Хисоки. Моро моё самоуправство заметил, но ничего не сказал. Ну и пусть. Мне и так хорошо. Иллуми лишь насмешливо дёрнулся, смотря на наши игрища. Но мне было пофиг. Настроение скакнуло вверх. Ура. К чёрту эту башню и этих девиц. Тьфу, до сих пор стыдно за то, что попался в чужую ловушку. Или мне они солгали? Не может быть, ведь после той боли от их аур чувств к девушке как будто бы и не было, значит, то, что я почувствовал тогда, — морок. Иначе я это объяснить не могу. Единственный плюс из этой ситуации — знание о том, что аура этих двоих действует на мои мозги очищающе. Ай, ну и ладно. Будем живы — не умрём.       Полянка была зелёной, впереди виднелся океан. Уже хорошо. Встав рядом с Гиттаракуром, задумчиво прищурился, поднимая голову к солнцу. Три дня в коробке, и я наконец-то на свободе. Ненавижу закрытые помещения без окон. Бр… Мерзкое ощущение. Как в тюрьме. Хотя о чём это я? Мы же и были в тюрьме. Впрочем, сейчас это не помешало нам встать полукругом, потому что перед нами появились новые действующие лица.       Наш экзаменатор: небольшого роста, с узкими глазами и круглыми очками, а ещё с ирокезом. Типичный задрот в стиле «я не такой как все». Достаточно молодой, отсюда и эксцентричность. Но насколько я понял, все хантеры более или менее эксцентричные и яркие особы. К Хисоке и Иллуми это не относится, потому что они психопаты. А что у психов на уме — знают только они сами. И вообще, ещё чуть-чуть, и я буду выделять этих двух в отдельную категорию, ну, потому что они не люди, а нелюди. Да. И как черти их ещё в ад не утащили? Но неважно.       Их было двое, первый, как я и говорил, мамкин крысюк, производящий весьма неприятное впечатление, а второй — его помощник: высокий, с безликим лицом и в ярко-жёлтом свитере. Он и нёс какую-то коробку в руках. Интересно, новое испытание? — Поздравляю с выходом из башни, — голос у придурка был таким же противным. Значит, это он говорил с нами в башне. Хм. Забавно.       Покосился на своих спутников, те никаких эмоций не проявляли. Следовательно, он либо слишком силён, что вряд ли, потому что тот же Хисока не устоял бы, либо слишком слаб. И второй вариант более вероятный. Вон, даже Иллуми сохраняет спокойствие. Блин, да он всегда спокоен, словно мертвец. Даже завидно в каком-то смысле этого слова. Так, отставить эти глупые мысли. Отставить, я сказал. Помереть я всегда смогу. — Осталось всего два испытания, — мужик предвкушающе улыбнулся, а я передёрнулся. Ненавижу крыс, даже если они и выглядят как люди. — Четвёртый этап будет проходить на острове Зебиру. Вас ждёт лотерея, чтобы выбрать охотника и жертву.       Мысленно я выматерился, прикрывая глаза. Прекрасно. Ну, просто зашибись. Едва уловимая жажда крови от шута осела на губах, заставляя моё сердце отплясывать чечётку. Нет. Ни за что. Если я всё правильно понял, то на этом проклятом острове выживут сильнейшие. И я могу не попасть в их число. Мои остатки здравомыслия твёрдо приказывали отказаться от этого экзамена и уехать как можно дальше. Интуиция взвыла, простонав, что что-то на этом острове произойдёт. Что-то плохое для меня. Вздохнув, я уже хотел отказаться, как руку сдавила банджи-жвачка — клоун бдит. А я и забыл об этом подарочке. Досадливо покосившись на Хисоку, словил предупреждающий взгляд. Ну, сам виноват. Надо было бежать ещё тогда, когда их увидел. А теперь и впрямь поздно дёргаться.       К слову, вот и что со мной происходит, а? Всего пара дней прошла, а я уже не в себе. Где мой трезвый и холодный ум. Где расчёт? Допустим, сейчас я убежать от них не смогу, но ведь договориться же можно? Это будет непросто, но возможно. Пусть это и опасно, да и интуиция велит валить как можно дальше, но я пойду ей наперекор. Возможно, мне удастся что-нибудь выяснить. Тогда и буду действовать.       И выдохнув, мысленно взвесил всё ещё раз. Да, это самый дурной на данный момент вариант, но самый неплохой на будущее. А нормальный человек живёт не только настоящим, но и будущим. И если ради будущего мне придётся потерпеть сейчас, то я готов. В конце концов, расчёт и планирование никто не отменял.       Моя очередь подошла быстро. Вытащив карточку, отошёл от коробки. Значит, тут должен быть номер моей жертвы? Ну, неплохо. Надеюсь, это не Иллуми. — Тот участник, чей номер значится на карточке, — ваша цель, — усмехнулся Липпо, или как он там представился в самом начале. Не помню, потому что задумался и прослушал. Как и всегда. — Вы должны будете забрать у него плашку с номером. Ваша плашка — даёт три очка, плашка вашей цели — так же даёт три очка. Остальные плашки — по одному очку. Чтобы пройти этап, вам понадобится шесть очков.       Потом выяснилось, что убийства разрешены. Пришлось раздражённо выдохнуть, больно дёрнув себя за косу. Ведь только что отдохнул, не стоит сразу впадать в истерику. Мы поднялись на борт, я сдёрнул свою плашку и спрятал в сумку. На моей карточке значился номер «двести восемьдесят два». Ну и кто это? Как-то я не запоминал эти номера, вот вообще. Тц. Хисока и Иллуми заинтересовались, пришлось показывать им карточку. Кисло на них посмотрев, опёрся щекой о ладонь и лениво зевнул. Не хочу заниматься этой охотой, тем более чутьё подсказывает, что меня ждут большие неприятности.       Фокусник ласково улыбнулся и шепнул мне на ухо, чтобы я не сильно напрягался. Я ещё больше скривился, с трудом подавив тяжёлый вздох. Наверняка эта пакость всех перебьёт, а потом иди да выпрашивай у него заветную плашку. С него же станется. Мотнув головой, поспешил избавиться от картинки в голове, где я как собачонка на задних лапках перед клоуном прыгаю, а тот снисходительно улыбается и изредка гладит меня по голове.       Иллуми, как и всегда, не выражал никаких чувств. Ну, хоть что-то в этом мире остаётся неизменным. Судно отплыло, и к нам вышла рыжеволосая девица, явно не втыкающая в атмосферу. Она мило болтала о втором шансе и всём прочем, но я её не слушал. Что это дурёха несёт? Она хоть осознает, кто плывет на этот остров? Да эти два монстра без особого напряга покромсают всех на кусочки, ещё и вид сделают, что так оно и было и они тут ни при чём.       Плыть до острова по времени два часа. Меня это не сильно расстраивало. Я прикидывал, как избавиться от банджи-жвачки. Выходит, что без фокусника эту фигню не снять. Нервно дёрнулась бровь. Договор. Если я заключу с этой сволочью договор, то можно будет обрести временную свободу до следующего заскока шута. Только вот, если такой договор заключить, то что предложить ему взамен? У меня нет ничего такого ценного, что его бы заинтересовало. Значит, нужно дождаться окончания экзамена, тогда будет шанс — свалить нафиг и затеряться на просторах нового мира. Есть маленькая вероятность, что у фокусника появится новая жертва. А где клоун, там и его игольчатый спутник. Неплохой расклад. Только надо бы избавиться от этой фигни на запястье. Всё упирается в чёртов поводок. Выдохнув, постарался расслабиться и очистить мысли.       Два часа пролетели незаметно, я всё это время медитировал, не обращая внимания на остальных. Надо бы после экзамена заняться своим телом. С такой фигурой я даже на руки без особых проблем для позвоночника смогу встать. В йоге очень много поз, которые могут навредить телу. Неправильно выполненное упражнение гарантированно может отправить тебя к хирургу, остеопату или травматологу. А уж если повторять все эти упражнения неправильно и ежедневно, то так вообще инвалидом можно стать. Да, это ещё одна причина, по которой я в прошлом мире не доверял так называемым наставникам с практикой в течение года или трёх, со всяческими курсами йоги и прочей фигнёй. Нет, курсы они может и прошли, а медицинского образования у них нет нифига, как и представления об анатомии в деталях. — Уважаемые участники, мы прибыли к острову, — девушка была весела, хоть и смотрела на нас несколько напряжённо. — На острове вы пробудете ровно неделю, прежде чем мы заберём вас обратно. Выходить будете в том порядке, в котором получали номера, с разницей в две минуты. Итак, желаю всем удачи. Первый — прошу на выход.       Хисока пожал плечами и двинулся к трапу. Я в последний раз выдохнул и поднялся следом. Две минуты, и вот уже я спускаюсь на сухую землю. Стараясь не оборачиваться, спешу вперёд, но в противоположную сторону. Не хочется, чтобы клоун меня нашёл раньше времени. Нет, у него есть банджи-жвачка на моей руке, но я-то за честную игру, да. Будем надеяться, что и он тоже за подобное. Да и почувствую я, если он будет рядом и решит привлечь моё внимание. Другие участники наверняка думают, что его невозможно не заметить. Наивные. Если шут захочет, то станет настолько незаметным, что ты фиг поймёшь его местоположение до тех пор, пока его карта не перережет тебе горло. Но тогда уже будет поздно. Мертвецов, как известно, не трогают дела живых.       Подумав немного, взобрался на дерево. Надо бы поскорее найти плашку своей цели. Не хочу торговаться с Хисокой. Его не обдуришь, а продавать свою душу мне не хочется. Да и вообще, душа — единственное моё сокровище, за которое можно и умереть. Плюнув на всё, стал вспоминать… Думай, блин. Думай! Двести восемьдесят второй — это кто? Он точно на острове, иначе комиссия фиг бы мне дала его номер. Но кто? Как-то мне не до участников было. Да и их количество вызывает у меня нервный смех. Запомнить все четыреста человек, ага, нашли идиота.       Прошло два часа, а я был вынужден признать, что память у меня дырявая. Не помню, точнее, мой мозг просто не запоминает подобную информацию, считая её мусором. Ну да, я тщательно фильтрую информацию, а ещё мне не даётся математика. Настоящее наказание какое-то, блин. А всё развращённый интернет, когда мозг расслабляется, а ты прекрасно знаешь, что в любой момент любой ответ можно посмотреть. Хех.       Неожиданно я услышал шорох и тихий свист. Приглядевшись, понял, что это очередные охотники. Я сидел на ветке и прятался в тени, так что меня не замечали. А вот внизу происходила самая настоящая драма, двое каких-то придурков сошлись в схватке. Тихо зевнув, решил поучаствовать и схватился рукой за веер, что висел на моём запястье. Оттолкнувшись от ветки, спрыгнул прямо к двум парням и двумя быстрыми ударами вырубил их обоих. Тщательно обыскав их, нашёл их плашки: сто одиннадцать и триста пятьдесят. Не те, но пойдёт. Ещё бы одну найти, и шесть очков есть. Значит, не придётся клянчить у Хисоки.       Довольно выдохнув, поднялся с корточек и оттолкнулся от земли, мягко приземляясь обратно на ветку. Внезапно моё чутьё насторожилось. Чужой взгляд мне не понравился, как и резкое чувство опасности. Это явно была не зомби-парочка, их взгляды ни с чьими не перепутаешь. И не здешние охотники. Кто-то посторонний? Прислушавшись, сделал вид, что смотрю куда-то в сторону, а сам тем временем незаметно махнул веером, посылая иглу в возможного противника. Судя по звуку, попал. Настороженно прищурившись, рассматриваю упавшее с ветки тело. Экзаменаторы? Чёрный костюм, непримечательная внешность. И я его убил.       Неверующе смотря на труп, думаю о том, что в этом мире подобное было неизбежным. Задумчиво кивнув себе, внимательно его осматриваю, всё-таки Ассоциация охотников. Значит, наблюдатель. Гм… Надеюсь, меня не исключат из-за этого. От него явно фонило чем-то угрожающим, иначе бы я его не заметил. Идентифицировать это чувство я не смогу, но передёргивает знатно. Вины за убийство, по сути, невинного человека я не испытывал. Всё моё естество вопило о том, что вот нечего подглядывать за порядочными девушками, хотя я, строго говоря, в этом мире парень. К тому же от него ощущалась реальная угроза, не такая, как от комбо-зомби, но тоже ощутимая.       И это меня несколько обескураживало. Это то, о чём я давно размышлял. Попадание сюда и предположительное сливание с чужой душой подействовали на меня гораздо хуже, чем я думал. Отсюда эта бесчеловечность и пренебрежение к чужой жизни. Любая опасность воспринимается как смертельная угроза, а тело на рефлексах реагирует быстрее, чем мозг успевает подумать. Может, мальчик тоже был психопатом? Тогда бы стало понятно, почему на Хисоку и Иллуми я вообще никак не реагирую. Тут, как говорится, рыбак рыбака видит издалека. Глупость, конечно, но предположение хорошее, хоть и откровенно бредовое. Не чувствую я в себе тягу к убийствам. Значит, тут что-то другое.       И чувствуется, что я скоро узнаю, что именно. И не факт, что мне это понравится.       Ближе к вечеру я обустроил небольшой лагерь, предварительно забрав иглу с трупа. Нельзя оставлять за собой улики. Задумчиво спрятавшись в корнях большого дерева, укрылся тонким пледом, что обнаружился на дне сумки. Было прохладно, но костёр я разводить не решился. Мало ли уродов, решивших охотиться ночью? Ведь самый банальный способ добычи плашки — ограбить спящего. Деревья на этом острове были гигантскими, а влажный солёный воздух и холодрыга создавали ту ещё атмосферку. Зато воздух был чистым, а небо — близким, казалось, что звёзды так низко, только руку протяни и достанешь.       Так, наблюдая за звездами, я заснул. Ночью мне снился кошмар, впервые за время моего попадания. Видеть во сне мертвецов было неприятно, но они были размытыми, а их силуэты — неясными. Единственно отчетливым виделся и ощущался труп экзаменатора. Мне казалось, что он живой и тянет ко мне руки. Стало страшно и больно. И я впервые за всё это время почувствовал сожаление. Так ведь нельзя. Нельзя убивать без причины, вне зависимости от эмоций. Смотря на бледного, но улыбающегося мужчину, что тянул ко мне руки, я заплакал и проснулся.       Дёрнувшись, распахнул глаза и громко выдохнул. Судя по тишине, не заорал, иначе птица в гнезде на дереве закопошилась бы. Щёки немного холодило, протянув руку, провёл пальцами по скулам. Слёзы. Я заплакал во сне и наяву. Таких сильных эмоций в реальности у меня не было, но во рту ощущалась горечь. Поморщившись, задумался. Это так во мне две души или два сознания борются? Стало страшно. Встав, убрал плед в сумку и сделал зарядку, разгоняя кровь. Руки были холодными. У ближайшего ручейка умылся и почистил зубы, а ещё заплёл волосы, собрав их в хвост. Настроение было откровенно паршивым.       Перекусив орехами, запил всё водой. Есть не хотелось. Закинув в рот мятный леденец, медленно побрёл вперёд. Накатила апатия. Ощущение отвращения к себе билось раненой птицей где-то на подкорке. Мир потускнел. Казалось, что вперёд выползло моё сознание попаданца, а не душа мальчишки. Эмоции слегка обострились, но не настолько, чтобы впадать в истерику. Мальчишка! Мальчишка не даёт моим эмоциям меня погубить. В тот раз, когда истерил мальчишка, его спас я. Теперь я понимаю природу истерики, пацан во мне принял комбо-зомби за конкурентов, которые ему не по зубам. И если я их хоть и боялась, но старалась сохранить спокойствие, то вот щенок впал в натуральный психоз, испугавшись их едва ли не до паралича. Отсюда моя слабость. Мне вообще повезло, что я не погиб сразу же от эмоционального шока.       Стало грустно. Мда… Ясно теперь, почему я не воспринимал окружающую меня биомассу за опасность, потому что глаз замылился. Два хищника в толпе больно выделялись, отчего другие на их фоне для моего потрясённого разума казались слабой кучкой отбросов, хотя тот же Ханзо вполне мог бы стать сильным соперником.       Впрочем, чего теперь гадать. Жаль, что у меня, как в Гарри Поттере, нет омута памяти, чтобы рассмотреть свои воспоминания. Так что теперь я реально не смогу трезво оценивать картину моего попаданства, хех. Для меня всё покрыто собственной истерикой и жалкими попытками сохранить собственный разум.       Мои размышления прервала поляна. Эм… А на ней Хисока сидит на поваленном дереве, разведя костер. Картина маслом. И почему я его не почувствовал? А, ну да, он скрыл своё присутствие. Беззвучно выдохнув, отступаю на шаг назад и скрываюсь в зарослях. Не стоит его беспокоить. Тихонько отступаю, огибая поляну и направляясь к озерцу неподалёку. Надо бы освежиться. И поискать ещё один номерок. Водичка прохладная, и ножки отдыхают. Блаженно усевшись на брёвнышко, прищуриваюсь, наблюдая за бабочками. Вот ещё одна странность — в прошлой жизни я боялся бабочек, как бы смешно это ни звучало, но у меня руки холодели при виде этих крылатых тварей, а теперь не боюсь. Парадокс слившихся сознаний, ага. Которые периодически «разъединяются», и меня накрывает эмоциями разного спектра. Как бы шизофрению не словить.       Мой покой нарушает острое чувство опасности. Я едва успеваю увернуться от острых когтей. Свистнул воздух, а я отпрыгнул назад, матерясь на все лады. Иллуми, которого я абсолютно не почувствовал. Грёбаный шизик, что же ты творишь?! Чокнутый психопат нападает со спокойным лицом, а у меня едва ли хватает скорости и сноровки, чтобы избегать смертельных ран. Тут даже речи не идёт о том, чтобы разорвать дистанцию. Просто не успею, мне вспорят живот, едва я попытаюсь подпрыгнуть. Что же так не везёт, блин! — Иллуми, остановись! — прошу я, стараясь скрыть страх. Он страшен. Ещё страшнее и опаснее Хисоки. Поджилки трясутся, из-за чего я пропускаю удар, сбивающий меня с ног.       Больно ударившись о землю, едва ли успеваю перекатиться, как рука выбивает ком земли рядом с моим лицом. Не мешкая, ударяю ногой, попадая ему в живот, но этому хоть бы хны. Он с таким же безразличным лицом хватает меня за волосы и ударяет в живот.       Блядь. Беспомощно ощущаю, как сознание начинает уходить. Болевой шок слишком силён, да и изо рта течёт… кровь? Этот урод повредил мне внутренние органы? Простонав, не успеваю увернуться, и его игла царапает мне щёку. Всё, не могу больше. Силы уходят, а пальцы на шее не дают мне нормально вздохнуть. Иллуми наблюдает. В чёрных безжизненных глазах видно тщательно скрываемое сумасшествие, а его аура подавляет, буквально физически придавливая к земле. Вцепившись ему в руки, из последних сил попытался их оторвать. Не получилось. Слишком силён, а его удары вполне могли меня убить, но он почему-то не стал этого делать. Почему? Ему так нравится надо мной издеваться? Нет, будь это кто попроще, то я вполне бы мог увернуться и даже ответить. Победить. Но не этого монстра.       Стоило мне практически провалиться в небытие, как руки исчезают, а я начинаю хватать ртом воздух, откашливаясь. Из глаз текут слёзы. Внутреннего кровотечения больше нет, регенерация работает на полную катушку. Дружок Хисоки слазит с меня, а я переворачиваюсь набок. Грива растрепалась, а резинка порвалась в процессе боя. Лёжа на холодной земле, пытаюсь не шевелиться. Каждое движение отдаёт болью, и, кажется, я растянул себе связки на ногах. Да и на шее следы почему-то не заживают. До сих пор ощущаю хватку пальцев чокнутого шизика. Порез тоже кровоточил. Хныкнув, пытаюсь встать. Чёрт. Не до конца прошли все последствия.       Полежав ещё минут пятнадцать, наконец-то приподнимаюсь и замечаю, как Иллуми вертит в руках мою карточку-документ. Когда успел? Дёрнувшись, замираю под его взглядом. Ощущать себя глупым кроликом мне не хочется, но почему-то никакого другого сравнения на ум не приходит. — Незер, значит? — холодно интересуется Иллуми, а я молча киваю, не решившись открыть сейчас рот. — Как интересно, — раздаётся со стороны довольный голос Хисоки. — Я смотрю, вы тут развлекаетесь.       Затравленно посмотрев на клоуна, я молча поджимаю губы. Значит, вот как выглядит веселье в понимании долбанных психов. Грёбаная реальность, что же ты меня так не любишь?       Иллуми передаёт мой документ клоуну, а я отрешённо смотрю в никуда. Вот зачем он на меня напал? Что за тараканы в его голове? Выдёргивает меня из этого состояния прикосновение клоуна. Он вертит моё лицо из стороны в сторону, схватив за подбородок. Звериные глаза сощурены, в них плещется опасный интерес. Это напрягает, но после избиения мне уже как-то откровенно всё равно, что там себе надумал фокусник. — Славная куколка, так, значит, ты из Незера? — шепчет Хисока, наклоняясь ближе и лизнув мой порез на щеке. Я замер. Боже, делайте что хотите, только больше не трогайте. — Кто тебя учил, м?       Я непонимающе смотрю на него, вопросительно приподняв бровь. Вот он о чём сейчас? У меня нет полной памяти мальчишки, так что этот вопрос приводит меня в тупик. — Прекрати, Хисока, — равнодушно прерывает клоуна Иллуми. — Если он здесь и не мёртв, то у него явно что-то с памятью. Он тебе ничего не скажет. — Вы сейчас о чём? — уточняю я, напрягаясь. Проблемы с памятью у меня были, только вот выяснить природу этих проблем как-то не сильно получалось. — Думаешь? — клоун наигранно поднимает брови, довольно меня оглядывая. — В принципе, ты прав. Куколку не выпустили бы из домика, если бы она была опасна.       Я молчу, закатив глаза. Опять их игры. Они явно мне ничего не расскажут. Как и всегда. Значит, выясню всё сам. — К слову, что ты собираешься делать после экзамена, Ши-чан? — сладким тоном уточняет у меня Моро. — Сбежать от вас хочу, — не задумываясь, отвечаю я.       После сказанного замираю, осознавая, что сболтнул что-то не то, но, вопреки всем моим ожиданиям на возможную реакцию со стороны этих двоих, Иллуми лишь фыркнул, а Хисока с трудом сдержал смешок. Ну да, понимаю, мои мысли и рассуждения выглядят достаточно наивно, учитывая, кто передо мной. — Не советую, Широ-чан, — серьёзно предупреждает меня клоун, оглаживая мою щёку. — Теперь ты наша с Иллуми личная куколка, так что будь послушной и красивой игрушкой. — Ага, вот только вы не умеете беречь свои игрушки, — недовольно скрестив руки, произношу я. — Так какой резон мне быть именно вашей куклой? Может, мне стоит найти более бережливого хозяина? Чтобы заботился, лелеял и вкусно кормил.       Ехидно улыбнувшись, замираю, внимательно наблюдая за их реакцией. Разговаривать с ними на нормальном языке просто бесполезно. Не поймут, ещё и посмеются. Значит, будем говорить с психами на их же языке. А эти ещё и явные социопаты, ну, Хисока точно он самый, больно уж по всем параметрам подходит. Да и его нездоровый эгоизм восхищает. — Иллу-чан слегка перестарался, — хихикнул фокусник, опасно оскалившись. — Но тебе, Широ-чан, я так шутить не советую.       И в следующую минуту, обманчиво ласково улыбнувшись, клоун прижал меня к дереву, зубами впиваясь в шею. Больно. Слишком больно. Или у меня низкий болевой порог, или шут использует свою странную силу, чтобы усилить наносимый урон. Хорошо хоть кровь не пошла, но синяк сто процентов останется. С наслаждением меня укусив, Хисока отстраняется. А я хватаюсь рукой за укус, обиженно поджав губы. Хочется разрыдаться от безысходности.       Видя моё состояние, Иллуми тяжело вздыхает, садясь на корточки и протягивая мне мою карточку и плашку. Ту самую, с нужным номером. Он ничего не говорит, да и смотрит со снисхождением. Словно это не он тут меня попытался убить, а я случайно навернулся с дерева, а он как заботливый родитель — пытается меня утешить и развеселить. Погладив меня по голове, монстр молчаливо удаляется, оставив на попечение довольного клоуна. — Ты у нас не куколка, — многозначительно усмехается Хисока. — А капризная принцесса! Мой Иллу-чан просто стесняется, он очень скромный. Тебе бы следовало быть благодарным, ведь так он проявляет свой интерес к тебе.       Мою нецензурную тираду перебивает довольный хохот клоуна. Ненавижу. Обоих.