Бог шельму метит

      Следующим утром все собрались в аудитории, больше похожей на класс в университете. Председатель Нетеро был бодр, как и всегда. Интересно, какой допинг принимает этот старик? Даже завидно стало, он такой старый и бодрячком, а я вроде бы молод, но разваливаюсь на части. Скорее всего, такая разница из-за разности в мышлении. Председатель наверняка думает о чём-то приятном, тогда как мои мысли далеки от праздности. Пессимизм в последнее время стал моим постоянным спутником. И даже комбо-зомби не вызывают во мне такой агрессии. Тьфу… Придумалось же на свою голову.       Вечно навоображаю всякого, а потом сам и страдаю от своей же фантазии, ага. Кисло посмотрев на вышедший к доске зелёный горох, я легонько ущипнул себя за ладонь. Блин, вот почему каждое его появление вызывает во мне такой кринж? Я же теперь на зелёный горошек нормально смотреть не смогу. Вот и о чём я думаю в такой важный момент? Конечно, о еде. Да, кто о чём, а Широ о салатиках. — Раз уж все собрались, то я начну с самого начала, — спокойно проговорил председатель Бинс, лупая своими глазами и сложив руки на животе. Словив очередной триггер, мотнул головой, пытаясь взять себя в руки. Не время расслабляться, особенно мне. — Это лицензия охотника. Возможно, вы представляли её совсем не так, но это самая обычная карта.       Блин, знало бы это существо, что я до недавнего времени вообще не представлял, что существуют хантеры, словил бы тот ещё шок. Хах. Хисока как-то сказал, что о хантерах во всём мире знают. Ну, знают может и все, но я-то инопланетянин. Так что мне простительно, да. — Благодаря новейшим технологиям, её нельзя подделать, тем не менее это самый обычный предмет, — радостно продолжил горох, ох, простите, секретарь Бинс.       Пф… За этот самый обычный предмет люди рисковали своими шкурками. Некоторые даже головы положили. Во имя будущего звания, конечно. — А вот эффективность лицензии нельзя назвать обычной, — Бинс проигнорировал недоверчивые шепотки зала. — Во-первых, эта карта откроет вам въезд в девяносто процентов стран, закрытых для иностранцев, и в семьдесят пять процентов мест, закрытых для всех вообще. Девяносто пять процентов общественных служб будут обслуживать вас бесплатно, за всё заплатят крупные банки и корпорации. А продав лицензию, вы получите достаточно денег, чтобы прожить в роскоши семь жизней. Сам факт обладания ею даёт вам значительную финансовую свободу и свободу передвижения. Вы должны заботиться лишь о двух вещах — не потерять карточку и не дать её украсть. Вторую вам никто не выдаст. Согласно собранной нами статистике, каждый пятый теряет лицензию по тем или иным причинам.       Ага, так всё-таки существуют лохи. И да, каюсь, был не прав. Оказывается, ради лицензии можно рискнуть головой. Эдакий платиновый билет в V.I.P. жизнь. Хах. Так всё же люди в этом мире не полные дураки, и среди них есть разумные. — Теперь о правилах поведения в «обществе охотников»…       Зевнув, я облокотился на Иллуми, что сейчас принял свой настоящий облик. Остаток лекции я бессовестно проспал. Что мне правила поведения, учитывая, кто меня окружает. Можно подумать, что того же Хисоку волнуют какие-то там правила. Да и мне на них практически побарабану, если честно. Разбудил меня всё тот же Золдик, задумчиво тыкнув в моё плечо своей иглой. Разлепив глаза, потёрся головой о его плечо и, заглянув ему в глаза, сонно поинтересовался: — Иллу-сан, будь добр, скажи мне, что ты делаешь? — в разговоре с игольчатым чудовищем самое главное правило — вежливость. Причём с большой буквы. Вот уж кто, а Золдик пренебрежения в свою сторону не потерпит. — Хочешь взять меня под контроль? У вас с Хисокой один фетиш на двоих, да? — Хм… Кто это у нас тут такой дерзкий? — ласково и вкрадчиво поинтересовался Хисока, нависая над нашей парой. Вот приставучий, а. — Хисока — ша, — выставив растопыренную пятерню вперёд, скомандовал я. — Ты ко мне во сне прилипал всю ночь, даже кондиционер не спас. Так что будь добр, иди куда-нибудь погуляй. Спасу от тебя нет.       После моих слов настала оглушительная тишина, благо, что в аудитории остались лишь мы втроём. Затем клоун гадко захохотал, довольно облизываясь и осматривая меня, как будущий вкусненький обед. Иллуми тоже затрясло, но его лицо по-прежнему оставалось бесстрастно-мёртвым. Целое искусство, блин. Интересно, это особый вид умений, или всех убийц ему учат специально? Спрашивать я, конечно, не буду. Себе же дороже, но кое-какие выводы сделать можно. — Идём, нас ждёт дирижабль, — снисходительно усмехнулся фокусник, проржавшись с моих пассажей. — И куда мы? — с любопытством поинтересовался я, отлипая от Иллуми. Впрочем, тот меня далеко от себя не отпустил, крепко схватив за руку. — К Небесной Арене, — пояснил Иллуми, когда клоун не соизволил ответить. — Так Хисока обожает развлекаться, проводя время в битвах. Там же мы начнём обучать тебя «нэн». — Почему там?       На этот вопрос Золдик ответа мне не дал, а я лишь в который раз вздохнул, смиряясь с неопределённостью. Жизнь меня явно любит в каком-то особом, извращённом смысле. Да и вообще, отношение этих двоих меня настораживает и убивает одновременно. Они явно принимают меня то ли за домашнюю зверушку, то ли ещё за кого. Может, мне тоже начать принимать их за особо агрессивных собак? Или диких драконов? А что, чтобы их задобрить, им мясо подавай и сам мягоньким будь, пока тебя тискать будут. Два придурка, блин. Да и я не лучше. Здравствуй, тётушка шиза, мы с тобой так давно не виделись.       Уныло покосившись на потолок, я покорно топал к посадочной площадке для дирижаблей. К слову, по пути встретилась компания Гона в обществе недо-ниндзя. Покосившись на него, я лишь передёрнул плечами. Не самое моё лучшее воспоминание об экзамене. Что-то я в последнее время легко из равновесия выхожу — непорядок. Надо, блин, лучше себя в руках держать. А лучше помедитировать и заняться йогой. Тело уже ломит от недостатка упражнений.       Воздух на улице был теплым. Жарень. Лето в самом разгаре. Спасают только кондиционеры и то не всегда. Спать с Хисокой в одной постели — то ещё испытание. Шут горяч, как полдень в Сахаре. Зато вот Иллуми-сан прохладный. В пору и впрямь подозревать, что Золдик мертвец. Хах.       Пока я втыкал в собственные мысли, клоун успел сходить за билетами на дирижабль, куда мы немедля и отправились. Стюардесса местного пошиба масляно улыбнулась, взглянув на Хисоку и постаравшись выпятить буфера получше. В принципе, красивая женщина. Неудивительно, что фокусник покосился на неё с интересом. Вот только не было в его интересе ничего пошлого или хорошего. М-да… Так примерно мясник смотрит на свою жертву. Да и вообще… Несёт от этой дамочки духами так, что обоняние напрочь отбивает. Даже жаль собственный нос.       Когда я был женщиной в прошлом мире, то не наносил на себя тонны косметики и духами пользовался с осторожностью, стараясь, чтобы запах был ненавязчивым. А тут налицо клинический случай. И вот поди пойми, то ли эта дамочка не уверена в себе, то ли ещё какая шляпа, но мне её было жаль. Да… лучше мысли о жалости, чем о желании убивать. Уверен на сто процентов, моё состояние Хисока и Иллуми на раз прочухают. Я в полной мере успел убедиться, что эти двое любые намерения чувствуют с первого раза.       Желание убивать у меня возникло не на пустом месте. Нос забил запах сладких духов, осевших на языке отвратительным вкусом. Мне хотелось блевать. Сладковатый запах напоминал мне о мертвечине, на которую я успел насмотреться в этом грёбаном мире. Фу… Вот Хисока и Иллуми ничем не пахнут, потому как их запах во время охоты выдаст их с головой. Нет, конечно, человеческий запах есть, но это просто запах чистого тела. Нейтральный и практический неощутимый.       Зато я вот пахну мятой и морозной свежестью. Мне этот запах нравится. Ассоциируется с зимой.       В дирижабле было поуже, чем на корабле председателя Нетеро. Представьте себе салон самолёта, классический и стандартный, ага. Усевшись на мягкое и удобное кресло, я полез в свою же сумку. Водичка. Свежая и недавно купленная в автомате. Она перебила противный вкус во рту, позволив взять себя в руки. Рядом со мной сел Иллуми, а Хисоке досталось место позади. Слава богу, клоун не стал устраивать свою привычную клоунаду, а просто и банально откинулся на кресле и молча прикрыл глаза. Тоже не выспался, что ли?       Я же достал книгу, что Иллуми мне притащил с самого утра, и ручку. Книжка была банальной и куплена в первом же ларьке. Романтическая история, позволяющая мне немного отстраниться от жёсткой реальности. Сняв прозрачную плёнку со страниц книженции, я вооружился ручкой и открыл первую страницу.       «Утро было туманным. На листочках травы была видна изморозь. В доме не горел свет, а пронзительную тишину нарушил лай соседской собаки. Акеми открыла глаза и поднялась с кровати, запнулась о свои же тапочки и головой влетела в тумбочку. Видимо, духи покровительствовали ей, потому что ран она не получила. И даже не раскроила себе висок. Девушка уселась на полу, простёрла руки к небу и возгласила: — Ах, какое славное утро, — у Акеми было чудесное настроение. И даже столь нелепое падение не смогло его испортить. — Сегодня у меня свидание с Ичиро-саном. Надо бы подготовиться».       Хмыкнув, приписал ручкой на полях «курица безмозглая» и продолжил читать дальше. За время моего полёта на дирижабле девчушка успела сходить на свидание, отказаться от приглашения на чай и пойти спать. Немного подумав, написал на полях в конце главы карающее: «не безнадёжна».       Я и в прошлой жизни занимался этим весьма увлекательным хобби. Обожаю думать, что есть люди тупее меня. Это поднимает мне самооценку и настроение. Хотя, да, печатные книги в моём мире стоили дорого. Проще было купить электронную версию, чем засорять дом этим бумажным хламом. Утомлённо зевнув, я покосился на Иллуми. Тот равнодушно смотрел перед собой, даже не шевелясь. Нет, всё же Золдик очень и очень страшен. Осторожно тыкнув в его плечо концом ручки, проследил за его отсутствующей реакцией. Разочарованно хмыкнув, прикрыл глаза и прислушался к себе.       Как я и думал раннее, отголоски мальчишки затихли в моей голове. Больше не было этого странного двойственного ощущения нереальности, теперь мы были единым целым. Это было печально, но в то же время весьма и весьма обнадёживающе. Можно было больше не бояться того, что крыша уедет в далёкие дали. Поздно бояться произошедшего. Как говорится, по утекшей крыше не льют слёз. Скорее уж празднуют поминальную панихиду. К слову, надо бы устроить прощание с мальчишкой. Хоть какой-то ритуал, даже самый маленький, но провести. Так как у меня почему-то возникло ощущение, что личность мальчишки ушла в небытие, напоследок оставив мне свои знания и умения.       Наконец-то объявили посадку, не прошло и трёх часов, блин. Иллуми схватил меня за руку, заставляя обессиленно закатить глаза. Следы от его пальцев до сих пор не сошли, а он по новой начинает. Кажется, это безнадёжный случай. Вот и как я его терплю? Это явно какое-то помутнение рассудка. Хотя, да, о чём я? Где я, а где рассудок? — Ты выглядишь уставшим, Широ-чан, — голос у Хисоки был лукавым. Выспался, рыжий бес. А у меня от его присутствия нервный тик. Безнадёжно. — А когда я выглядел здоровым рядом с вами? — риторически интересуюсь я, осматривая шумный городок. Сам он, в принципе, ничем примечательным не выделяется, кроме круглой башни в центре и нескольких небоскрёбов. Неплохо, конечно, хоть до гало-вселенной не дотягивает, да. — В лесу, например, — усмехается клоун. — После моего поцелуя ты выглядел весьма живым. — Хисока, бака, — ровным тоном произношу я, не ведясь на намеренную провокацию. — Да ты как бы мертвецом и не был.       После моих слов Иллуми напрягается и сильнее сжимает моё запястье. Зашипев, недовольно посмотрел на Золдика. Тот сделал вид, что моего возмущения не заметил. Пришлось пояснять словами: — Иллуми, мне больно, — сдерживая мат, сообщаю я. — Пожалуйста, ослабь свою хватку.       Золдик в лице никак не поменялся, даже его эмоциональный фон остался прежним, но хватку на запястье он снисходительно ослабил. Вот уж спасибо так спасибо. Вот, блин, одолжение сделал. Обессиленно выдохнув, мысленно признал, что каждый раз моё и без того слабое сопротивление падает до минимума. Эдак я скоро не смогу даже нормально им возразить. Хотя и раньше получалось откровенно слабо, но не до такой же степени, верно? Даже не по себе становится.       Вскоре мы дошли до башни, а я дал себе слово осмотреть город. Должно быть интересно, тем более по пути я встретил парочку музеев. Надо будет осмотреть их, чтобы получше понять историю этого мира. Интересно же, как-никак. Я и в прошлом мире музеи посещал с большим удовольствием, а уж в этом и подавно не откажу себе в этой прихоти.       Знаете, когда воспитываешь себя, главное — не отказывать себе в маленьких прихотях. Например, захотел съесть мороженое, берёшь и ешь его. Или захотел сходить в кино, берёшь и идёшь. Любовь к себе проявляется как в потакании маленьким безобидным прихотям, так и в умении отказаться от чего-то вредоносного. Это и есть осознанное управление своей жизнью. А те, кто, например, не может бросить курить, хотя и знает, что это вредно, вызывают у меня презрение. Потому что человек управляет своей жизнью и желаниями, а не желания управляют человеком. Но для большинства людей такая формула жизни не приемлема. М-да… Из-за этого у меня частенько возникали конфликты в прошлом мире с социумом.       Внутри Небесная Арена была стандартной, с кассами, зрительскими местами и аренами для битв. В который раз подивившись тому, как люди частенько желают набить себе морды и с удовольствием смотрят на мордобои со стороны, я профессионально прячусь за спину Хисоки, который и ведёт меня прямо к лифтам, не обращая внимания на обслуживающий персонал. Иллуми идёт следом за нами, по-прежнему не выражая никаких эмоций. Ну, как и всегда. Можно подумать, что Золдик хоть как-то изменится. Нет, эти двое — не те, на кого можно запросто повлиять.       По пути к комнатам я успеваю заметить взгляды некоторых бойцов. Те смотрят похотливо, вызывая у меня внутреннее напряжение. Ну, я знаю, что похож на куколку, да. Но эту куколку уже захомутали два отъявленных маньяка. От излишнего внимания меня спасает только присутствие комбо-зомби.       Комната Хисоки сто пятая, внутри это целые апартаменты. Скинув сумку в кресло, подхожу к открывшейся панораме. Жуть какая. Слишком высоко, хоть и красиво. Представив, сколько здесь лететь, если упасть, передёргиваю плечами. Никогда не любил высоту. Утомлённо вздохнув, посмотрел на фокусника. Тот был чем-то жутко недоволен. Опять. Бессильно закатив глаза, внимательно посмотрел на Иллуми. Золдик вообще никак не реагировал на обстановку, лишь достал телефон и внимательно читал какое-то сообщение. — Мне нужно выполнить работу, буду через пару дней, — бесстрастно заявил Иллуми, разминая шею. — Что-то особенное, м? — Хисока лениво прищурился, перемешивая карты. — Нет, ничего такого, что было бы интересным, — заверяет клоуна Золдик, захлопывает телефон и отправляется к выходу. — Ах да, не смей делать что-то без меня. — Оя, о чём это ты? — фокусник пошло улыбается, а я пытаюсь сдержать нервный тик. Я примерно догадываюсь, о чём речь, и меня это неимоверно бесит.       Вместо ответа в шута летит игла, от которой Моро ожидаемо уворачивается. Даже скучно стало. — Да ладно, не кипятись, Иллу-чан, — шёпотом говорит Хисока, довольно зажмуриваясь и откидывая голову назад. — Я дождусь тебя, а затем мы… м… окончательно присвоим себе нашего Ши-чана. — Вы вообще адекватные — обсуждать моё же изнасилование при мне? — задаю я риторический вопрос, впадая в осадок от услышанного и увиденного.       Иллуми ничего не отвечает, молча выходя из комнаты. Клоун тоже молчит, но почему-то внимательно смотрит на меня. Отчего мне становится не по себе. — А с чего бы это было изнасилованием, Широ-чан? — вкрадчиво спрашивает шут, вызывая во мне внутреннюю дрожь. — С того, что я добровольно на всё не соглашусь, — припечатываю я, скрещивая руки на груди в защитном жесте. — Вот ещё, буду я с вами спать. — Ещё как будешь, — снисходительно усмехается Хисока. — А знаешь почему? Потому что ты принадлежишь нам. Так что воспринимай это не как изнасилование, а, скажем, как наше доминирование.       Я молчу, не решаясь что-либо сказать. В мировоззрении психопатов и впрямь изнасилование ничего дурного не значит. Уверен, что тот же Иллуми на добровольный секс с Хисокой никогда бы не согласился. Больно уж они оба альфа-самцы. Да и по их редким оговоркам понятно, что Хисока вполне себе принуждал его к сексу. И ничего, Золдик жив и вполне себе здравствует. В принципе, я тоже не прочь разделить с ними постель. Тело молодое, сбрасывать напряжение ему тоже надо, так как недотрах часто влияет на характер. А он у меня и без того несахарный. Ум… Сам себя уже не понимаю. Вот хоть волком вой. Фыркнув, обречённо прикрываю глаза, косясь на кровать. Слишком уж она большая. На троих точно хватит.       И вот почему у меня от последней мысли по коже бегут мурашки, а?