Ошибки прошлого, надежды грядущего.

      Темнота. Гарри уже привык к ней. Это была знакомая темнота, темнота беспамятства. Она означала, что он в очередной раз выкрутился, и скоро эта темнота сменится светом больничного крыла, в котором он очнется. Но в этот раз что-то было не так, не как всегда до этого. В этот раз в темноте был кто-то, кроме него. Кто-то большой. Кто-то древний. Кто-то… Кто-то доброжелательный? Да, скорее всего, доброжелательный. Этот кто-то смотрел на Гарри. Смотрел внимательно, а потом что-то сделал. Но вот что? Непонятно. Сил бояться или думать уже не было. Тот-кто-смотрит-из-темноты ушел. Ушел, что-то забрав с собой. Что-то лишнее. Что-то, что мешало, но было настолько привычным, что уже не замечалось. Гарри решил, что подумает об этом, когда вынырнет из этой темноты на свет.       В себя Гарри Поттер пришел в больничном крыле, впрочем, это было ожидаемо. В конце концов, разгон сотни Дементоров и спасение Сириуса не могли закончиться чем-то иным. Внезапно в голову пришла мысль, что он как-то чересчур часто попадает в больничное крыло, настолько часто, что пробуждение в этом месте стало ОБЫЧНЫМ. А это крайне ненормально для парня тринадцати, почти четырнадцати лет. Странная мысль. Странная тем, что за три года пришла ему в голову впервые. А то, что впервые пришла, это уже странно вдвойне.       Вслед за странной мыслью пришла странная мысль номер два: «Какого черта творилось в его жизни последние три года?» Тролль, одержимый, акромантулы, василиск, беглый крестный, Дементоры… Какого черта все это происходит с ним? Какого черта все это происходит в, хоть и волшебной, но все-таки школе?! Мысли кружились в голове бешеным ураганом. Какого черта он, вырвавшись из гребаного дурльзкабана и попав в мир магии, так мало учился? Это же, дьявол его забери, МАГИЯ!!! Как можно не хотеть учиться магии?! Если бы не Гермиона, он бы вообще был в самом низу по успеваемости!       Ураган мыслей набирал обороты, старая жизнь как-то легко и непринужденно пересматривалась и переоценивалась. Дурсли-то, понятно, они его просто ненавидят, хотя, может, он чего и не знает, может, и есть за что, — нужно обязательно выяснить! Но как можно ходить в обносках, которых он всегда стыдился, имея целый сейф с гребаным золотом?! Как можно было так легко ввязываться во всевозможные авантюры? Сколько раз он имел почти гарантированные шансы окончательно откинуть копыта, и тем самым спустить в унитаз Плаксы Миртл ту страшную цену, что заплатили его родители за его же жизнь?!       Старое мировоззрение раскалывалось на миллиарды снежинок и плавно собиралось в новое. Выводы были неутешительны. Его жизнью управляли, играли, как игрушкой, толкая в абсолютно самоубийственные ситуации. Но кто?! Ответ был один — Дамблдор! Тот, кого он всегда считал великим светлым волшебником! Иного ответа не было, этот ответ идеально объяснял всё! Но зачем?! Должна быть какая-то причина такому! Но какая?..       В этот момент дверь в палату открылась, и в нее зашел тот самый виновник — мантия вырвиглазной расцветки со звездами, седая борода с бубенцами и добрый взгляд поверх очков-половинок. Но Гарри уже был другим, и этот Гарри не торопился верить внешнему.