Ошибки прошлого, надежды грядущего.

      Выйдя из больничного крыла, Альбус Дамблдор, кавалер этой бесполезной медальки имени Мерлина и директор Хогвартса вздохнул чуть свободней. Своеобразная исповедь перед мальчишкой, которого он, в силу почти необоримых обстоятельств, записал в смертники, и который так неожиданно освободился от своей судьбы, здорово его вымотала.       С чего он вообще решил рассказать все мальчику? Наверное, из-за его будущей силы. Маги редко рождаются настолько сильными, а с одним таким уникумом он уже ошибся. Не вник в его проблемы, не объяснил, не понял, не помог… И вот чем оно все обернулось. Война, гибель множества талантливых магов и угроза тотального уничтожения магического мира. И все это — цена их с Армандо ошибки.       Нет! Теперь никаких недомолвок, никакого обмана, никаких манипуляций жизнью. Хватит с него политики и интриг. Он уже достаточно наворотил за свою жизнь, по сути, породив двух Темных Лордов. Пора учиться, пусть даже и на своих ошибках. Мальчика стоит обучить как положено, в конце концов, традиции — это не плохо.       Другое дело, что некоторые традиции пора бы и отбросить. Мир набирает темп жизни, и маги начинают от него отставать. И в его силах напомнить болоту магической Англии, что он совсем не просто носит титул Верховного Чародея Визенгамота и Председателя МКМ. Не просто так считается сильнейшим магом Британии. Пора сбросить эту маску Доброго Дедушки Дамблдора, ведь она начала прирастать к лицу. Тем более, теперь его не сдерживает ничего. Пророчество сломано, и знают об этом всего двое. Да и самому пора вспомнить о том, кем он стал на Великой Войне. Пора вспомнить, что он боевой архимаг. Но это подождет пару дней. Сначала нужно завершить учебный год, поговорить с друзьями юного Поттера, поместить его на излечение в Мунго. А вот потом можно и развернуться.       Пройдя в свой кабинет и окинув взглядом его убранство, Дамблдор решил, что начать нужно с кабинета. Взмахом палочки отправил большую часть приборов в кладовку — больше им тут не место — не при новом-старом Дамблдоре. Далее он погрузился в отчеты: школы, Министерства, Визенгамота, МКМ. Только глупец считает, что Дамблдор чуть ли не Свадебный Генерал. Через него ежедневно проходят титанические объемы информации самого разного толка, и не только официально.       Потратив весь день на разгребание бумаг и освободив себе весь завтрашний день до самого пира, он вызвал к себе профессора Трансфигурации Минерву Макгонагалл. Со Старой Кошкой он познакомился, когда только только стал преподавать Трансфигурацию в Хоге. Минерва была истинной гриффиндоркой старой закалки. Минимум контроля — Львы должны решать свои проблемы сами. Львы должны быть едины. А она там Главная Львица. Прекрасный декан для Гриффиндора. Жаль, пришлось ее слегка укоротить, ПЛАН был важнее. Но не теперь. Теперь можно дать волю её натуре, ну, а уж она сама разберется, как и что делать.       Через пять минут камин полыхнул зеленым, и из него вышла высокая сухопарая женщина, одетая в строгое закрытое платье зеленого цвета. — Добрый день, Альбус, вызывал? — Да, Минерва, проходи, разговор будет долгий. Да и не легкий.       Когда Макгонагалл уселась в кресло напротив директора, Дамблдор начал свой рассказ. Рассказал и про крестраж, и про попытки его извлечь, и про рекомендации древнего Лича, и про свои действия. Ему был нужен искренний единомышленник в обучении Поттера. — И вот, не далее, как несколько часов назад, я вышел из палаты юного Поттера, более не являющегося крестражем. Да, я рассказал ему даже больше, чем рассказал тебе. Ибо не желаю повторения истории с Томом Реддлом, — Дамблдор замолчал, внимательно наблюдая за лицом своей верной соратницы. А там было на что посмотреть — известие, что один из ее львят был, по большому счету, жертвой, её взбесило, что теперь жертвовать никем не нужно — обрадовало; весть, что Поттеру была выложена правда под клятву — успокоила. — И что же вы хотите от меня, директор? — тон декана Львов стал суше, выдавая некую неприязнь. — О! Ничего особенного, разве что будьте собой, теперь ваш факультет будет жить только так, как решите вы, Минерва. Также я утихомирю Снейпа. Пора заканчивать с этой враждой, она уже сыграла свою роль и более не нужна. И еще, готовьтесь, Минерва, Орден пора собрать вновь. Тогда большинство из нас были лишь недавними выпускниками Хогвартса, и лишь малая часть имела за спиной поддержку семей. Но теперь это уже взрослые, повидавшие жизнь волшебники, и, несмотря на тринадцать лет мира, подготовить их к возможной войне будет значительно проще. Да и преимущество у нас есть. Волдеморт пока не воскрес, не призвал сторонников, а большая часть самых опасных его клевретов сидит в Азкабане, и потребуется множество усилий и времени для приведения их в боеготовное состояние.       Такие новости сильно выбили из колеи заместителя директора. Альбус будто сбросил лет сорок и вновь походил на себя прежнего, такого, каким он пришел преподавать в Хогвартс во времена ее молодости. Конечно, ей не нравилась мысль, что Директор регулярно и целенаправленно подвергал опасности жизнь ребенка, но, рассудив спокойно, она тоже пришла к мысли, что иного выхода не было. — Хорошо, Альбус, я не буду уезжать из Хогвартса на лето и возьму на себя сбор, объяснение и координацию Ордена. Чем вы займетесь? — Для начала я сдам мистера Поттера в Мунго. Ему следует поправить здоровье. Потом инициирую пересмотр дела Блэка. Также мне предстоит найти и встретиться с несколькими людьми, которых я желаю нанять в наставники мистеру Поттеру. Как только закончу с этим, займусь сбором сведений о Волдеморте и их проверкой. Нам жизненно важно узнать, сколько крестражей он создал. И как они выглядят. В учебном году будет мало времени, Турнир заберет большую часть его. Поэтому я хочу попросить мистера Поттера принять участие в этом Турнире. Это будет оптимально. — Если я прав, Волдеморт желает возродиться как можно скорее, тем более, у него есть один живой слуга. Я постараюсь за лето выяснить как можно больше про ритуалы возрождения и обретения тела. Но что-то мне подсказывает, что Волдеморт всеми силами постарается использовать в этом действии самого Гарри, а Турнир — слишком удобный способ для похищения. Один «Империус», достаточно мощный порт-ключ, и вот Гарри уже у него. Чемпионов выбирает Кубок Огня. Теоретически, его можно обмануть, воздействовав достаточно мощным ментальным заклинанием, да тем же «Конфундусом». Но для этого необходимо, чтобы один из его слуг находился в Хогвартсе. Здесь первое слабое место моих рассуждений.       Теоретически, у Волдеморта нет такого слуги. Практически — он, как минимум, равен мне по силам и достаточно опытен и хитер, чтобы не засветить хотя бы парочку преданных Пожирателей Смерти. Будем ждать начала учебного года, Турнир начнется первого ноября, за месяц можно выявить и подчиненного «Империусом» человека, и находящегося под оборотным зельем. Тем более, в преподавательском составе есть такая огромная дыра как Защита от Темных Искусств. Я постараюсь спровоцировать Волдеморта на действие, как можно громче объявив о личности будущего преподавателя. Если и есть скрытый Пожиратель, верный Волдеморту, то он обязательно постарается заменить собой кандидата. — Но Альбус! Мистер Поттер и так не хватает звезд с неба, он до сих пор не в хвосте списка по успеваемости только благодаря мисс Грейнджер, что буквально тащит на себе и его, и мистера Уизли. Как можно подготовить человека к Турниру за полтора, ну, пусть будет два с половиной месяца? — Успокойся, Минерва, у мистера Поттера сложилась уникальная ситуация — его разум, освобожденный от крестража, впитывает знания, как губка, и этот период продлится самое малое год. На самом деле, стоит его отправить на Турнир хотя бы и для того, чтобы он мог нагружать свой мозг по максимуму, не оглядываясь на программу и не тратя время на достаточно бесполезные уроки, вроде истории магии. Кстати, надо не забыть уже упокоить, наконец, Бинса и найти нормально преподавателя. А уж те, к кому я планирую обратиться, смогут в максимально сжатые сроки перевести теорию из его головы в практические навыки. Да и, будем честны, не так и загружены студенты до шестого курса. Если же употребить каждый час с максимальной пользой для студента, то обучение может идти просто семимильными шагами — не думаешь? — Ох, Альбус, ты хоть Поттера-то в известность о своих планах поставишь? — Конечно, я уже два раза помог появиться Темным Лордам. Третьего раза не будет. Мистер Поттер будет знать все. — Хорошо, Альбус, я пойду писать письма бывшим членам Ордена, кстати, где будет штаб-квартира Ордена в этот раз? И кто будет приводить бойцов в приемлемую форму? — Пока что неизвестно, на самом деле я рассчитываю на Блэк-хаус, но на всякий случай поищу иные варианты. А тренировать будут, если повезет, те же самые учителя, что будут заниматься Поттером, когда с ним закончат. Было бы, конечно, неплохо привлечь к этому Грозного Глаза, но именно ему я хочу предложить должность ЗоТИ в этом году, мне и так с ним предстоит не легкий разговор. — Хорошо, а если не секрет, то кто же эти таинственные мастера? — анимагическая форма все-таки влияет на волшебника, не стала исключением и Макгонагалл — любопытство не всегда удавалось укротить. — Не секрет, я хочу побывать в России и навестить тех, с кем мы штурмовали Грин-де-Вальда. Я крайне надеюсь, что они еще живы и согласятся помочь. — А это не перебор? Все-таки у русских весьма своеобразное понятие о допустимом, да и их боевая магия не предусматривает выживания оппонента. Как ты говорил, звучит их принцип? Убей, позови некроманта, допроси? — Согласен, мировоззрение у них своеобразное, но тут уже выбирать не из чего. В Англии просто нет людей, имеющих ТАКОЙ опыт воспитания и обучения новобранцев. Уж я-то знаю точно, сам прошел через их Курс Молодого Бойца. — Скажи, Альбус, кого же ты хочешь вырастить из Поттера, не просто же так ты решил поднять ТАКИЕ связи? — Это тоже не секрет, Минерва, свою смену. Я хочу вырастить себе преемника. Честного, сильного, благородного. Того, кто не даст английским магам перегрызться между собой. Иди, Минерва, у тебя много дел, да и у меня их не меньше. Ах, да — пришли мне, пожалуйста, мистера Уизли и мисс Грейнджер, следует их предупредить, что мистер Поттер будет занят все лето.       Когда женщина исчезла во вспышке зеленого огня, Дамблдор откинулся в кресле и стал ждать прихода уже почти четверокурсников Гриффиндора. Они пришли буквально через десять минут. Быстро объяснив, что Гарри сильно пострадал в битве с Дементорами, и ему требуется долгое лечение и восстановление, и в связи с этим он будет крайне занят все лето, попросил не беспокоить его письмами. Мистер Поттер все расскажет в новом учебном году. Рон и Гермиона выглядели сильно обеспокоенными и пытались вытянуть из него хоть какие-то сведения о самочувствии своего друга. Это крайне нравилось директору. Редко кому везет встретить таких друзей. Были, конечно, у этой парочки недостатки, но кто же без них? Дамблдор был почти уверен, что эти двое пойдут за Поттером куда угодно, а точнее уже пошли, и не один раз.       Выпроводив учеников, директор уточнил время. До пира в честь закрытия года была еще пара часов, и он собирался потратить их с наибольшей пользой. Трансфигурировав цветастую мантию в коричневый костюм-тройку из времен своей молодости, он шагнул в камин, четко назвав адрес: «Министерство магии». Пора было начать выполнять обещания, данные Гарри.       Министерство встретило его обычной суетой и толкотней. Спокойно пройдя через пост, коротко бросив: «К Министру магии», он прошел к лифтам, выбрал нужный этаж и уже через пять минут стоял перед кабинетом Корнелиуса Фаджа. Фадж был не самым плохим Министром, взятки, конечно, брал, но коррупция родилась вместе с бюрократией и умрет вместе с ней же.       В остальном он уверенно держал страну примерно на одном уровне, не теряя позиций на мировой арене. Правда, и вверх ее не продвигал. Скорее всего, при возрождении Волдеморта отношения с ним испортятся окончательно — он совсем не воин и не может управлять страной в лихие годы. А управлять и чувствовать власть он любит и ни за что не откажется от этого. Но пока что отношения более дружественные, надо ловить момент и пропихивать нужные вопросы, пока не оказывается сопротивления на самом верху.       Дождавшись кивка от секретарши, означавшего, что Министр у себя и свободен, Дамблдор уверенно толкнул дверь и зашел в кабинет. Фадж сидел за столом и перебирал какие-то бумаги. Вот уж кто родился для бумажной должности. Услышав, что дверь открылась, Фадж поднял глаза на посетителя, и тут же на его лице появилась улыбка. — Ох, Альбус, добрый вечер, не ожидал тебя сегодня увидеть здесь, в конце концов, последний день учебного года. Ты обычно сильно занят в это время. — Добрый вечер, Корнелиус, я сегодня постарался управиться пораньше и освободить себе ближайшее время. Буду крайне занят одним проектом. А вообще, я пришел к тебе по одному крайне важному и не терпящему отлагательств делу.       Услышав про срочное дело, лицо Фаджа приняло серьезное выражение. Крайне редко Министр слышал такие слова из уст одного из влиятельнейших магов Англии. — Что случилось, Альбус? Садись и рассказывай.       Дамблдор, не чинясь, сел в гостевое кресло и начал излагать суть дела: — Понимаешь, Корнелиус, как бы это странно не звучало, но то, что говорил юный Поттер в больничном крыле, оказалось правдой. Сириус Блэк не был хранителем Фиделиуса Поттера, не служил Волдеморту, не убивал Петтигрю и тех магглов. Я имел разговор с самим Блэком, в том числе, проверял его левую руку, расспрашивал под Веритасерумом и при помощи Легилименции. Как бы не было прискорбно признавать, но тринадцать лет назад Министерство, Визенгамот и лично я, как его председатель, допустили страшную ошибку и упекли абсолютно невиновного человека и лорда древнейшего и благороднейшего Дома Блэк в Азкабан, не проведя достаточно тщательное расследование. И я желаю эту несправедливость исправить.       Фадж от таких новостей смог только хлопать глазами. Что этот сумасшедший предлагает? Он предлагает спустить и так шаткую репутацию Министерства в унитаз? Так мало того, Блэк еще и компенсацию потребует огромных размеров. Если все так, как говорит Дамблдор, то это еще и прецедент создаст — могут посыпаться требования на основании этого дела пересмотреть вообще все дела Пожирателей, сидящих в Азкабане. Нет! Однозначно нет! Министр просто не может совершить подобную глупость! — Альбус, ты понимаешь, что если мы пересмотрим это дело, то репутации Министерства магии придет конец? А сколько дел потребуют пересмотреть еще? Нет, пересмотра дела Сириуса Блэка не будет, также не изменится приказ о казни на месте при поимке. Я, уважая вас как великого мага, забуду про вашу встречу с беглым преступником, но и только. Если это все, то прошу оставить меня, слишком много дел.       Фадж прямо источал непоколебимость. Но Дамблдор все-таки обладал, как минимум, вдвое большим жизненным опытом, а уж про умение решать политические задачи и разговора не было, а потому он не сдвинулся с места. — Корнелиус, не считаешь ли ты меня глупцом? Неужели ты думаешь, что, идя сюда, я не продумал множество вариантов решения или минимизации ущерба до практически незначительных величин? Неужто ты думаешь, что я не знал твоего ответа? Ты меня расстраиваешь, Корнелиус. Можно было хотя бы спросить, как я все это вижу. А вижу я все так: во-первых, Блэк обещал не претендовать на совсем уж большую компенсацию — лишь оплата лечения и некоторая, вполне посильная для Министерства сумма.       Дамблдор сознательно лгал о своей встрече с Блэком. В конце концов, тот просто не имел иного выхода, кроме как довериться Дамблдору, и то, что он выполнит все требования ради своей свободы и возможности быть с крестником, Альбус даже не сомневался. Блэк бы вообще от всего отказался, но это будет выглядеть слишком подозрительно в глазах Фаджа. — Также Блэк обещал не раздувать скандала, несмотря на тринадцать лет Азкабана, рассудок его вполне крепок, и Сириус понимает, что своим срывом и постоянным утверждением, что это «он во всем виноват», сам же себя и подставил, а я при беседе с ним пояснил ту ситуацию в Министерстве и Визенгамоте. Блэк внял моим словам. Также он согласился на явку с повинной и раскрытие способа побега, насколько я знаю, вы до сих пор думаете, как же он убежал. В общем, лично тебе, как Министру, не грозит ничего, судами руководил Крауч-старший. Часть вины возьму на себя я. Также на себя возьму часть компенсации. Правильно обыграем все в «Ежедневном пророке», и получится всем хорошо: Блэк на свободе, у тебя политический капитал и репутация Министра, при котором оправдали невиновного, я тоже получу свою выгоду. А что насчет пересмотров, то повторюсь, у Блэка нет метки. Играй от этого — есть метка, значит, никакого пересмотра.       Фадж задумался. То, что старик что-то крутит, и его выгода будет солидна, даже не подлежит обсуждению. Но с другой стороны, Министр тоже получает свою выгоду. Министерство и Визенгамот практически выводятся из-под удара, и в первом приближении, если все так, как обещает сделать Дамблдор, дело будет иметь скорее положительный репутационный окрас. Обдумав эту мысль еще немного, Фадж решил, что оно того стоит. — Хорошо, Альбус, если все так, как ты говоришь, то я дам делу ход. Но требования по компенсации и твоя часть в ней должны быть закреплены клятвой. Также я желаю встретиться с Блэком лично и обсудить уже все с ним. Когда это можно будет организовать? — Думаю, что примерно через неделю я смогу организовать вашу встречу, но сразу предупреждаю — условия будут не самые приятные. Блэк сейчас беглый преступник и прячется он совсем не в фешенебельных отелях. — Это я прекрасно понимаю, внешнее меня в этом случае совершенно не волнует. Главное — достичь согласия. — Тогда до встречи, Корнелиус, меня ждет прощальный пир. Я приду в следующую пятницу и сообщу, где и когда получится встретиться с Блэком. Постарайся разгрести дела и освободить себе время хотя бы до следующего понедельника. — Безусловно, Альбус, пожалуй, я так и сделаю. Всего хорошего.       Выйдя из кабинета Министра, Дамблдор, уже слегка опаздывая на пир, вызвал Фоукса и перенесся прямо в свой кабинет, быстро приведя себя в порядок и вернув мантии её первозданный вид, он отправился в Большой Зал провожать юных магов по домам. Многих он увидит студентами уже в последний раз.