Ошибки прошлого, надежды грядущего.

      Отгремел прощальный пир, и пришла пора отправлять в Мунго Поттера. Встретив юношу в больничном крыле, Дамблдор вместе с ним прямо оттуда же прошел камином в Мунго. Об этом визите Альбус договорился заранее напрямую со Сметвиком, личностью даже более уважаемой, чем сам директор. Сметвик был посвящен в проблему Поттера, ведь тринадцать лет назад именно к нему приходил Альбус в поисках помощи. Сейчас же пришлось посвящать главного целителя в особенности жизни Поттера. Если бы не полный успех предприятия Дамблдора, Сметвик мог его и убить. Но так как крестраж был успешно удален, целитель лишь обматерил директора семиэтажным загибом и потребовал пациента на осмотр — только после предварительного осмотра можно будет составлять план лечения.       Также Сметвик предупредил Дамблдора, что даже при словесном описании жизни юноши можно вынести вердикт, что штатные зельевары и алхимики Мунго просто не справятся с варкой большинства зелий и декоктов, а потому Альбусу предстоит на пупе извертеться, но достать абсолютно все, что потребуют целители. Иного исхода директор и не предполагал, и уже несколько специалистов экстра класса сидели в готовности приступить к заказу любой сложности, благо у таких людей основы под самое сложное и долго готовящееся всегда в наличии. Когда целитель закончил накладывать диагностирующие чары и Поттер наконец погрузился в кому, Сметвик молча взял перо и пергамент и начал строчить с бешеной скоростью список необходимого — того, что не смогут приготовить в самом госпитале. Список получался крайне внушительным. И по количеству позиций, и по сложности изготовления, и по цене.       Но деньги уже давно не были проблемой для Альбуса. Долгая жизнь и внушительные должности позволили скопить совсем не малое состояние. Да и после Великой Войны ему приходили существенные пожертвования, а иногда и целые сейфы. В общем, денег у директора было столько, что можно было финансировать все Министерство несколько лет только из его кармана.       Тем временем целитель закончил, так же молча сунул список ему в руки и, развернувшись, ушел, пробурчав на ходу про долбанутых и отмороженных придурков, которые слушают всяких Личей, а теперь честным целителям не спать неделями, исправляя все те проблемы, что создали вышеназванные седобородые идиоты. В общем, это было нормальное поведение Сметвика, и означало оно, что тот уже начал отходить и мыслями глубоко в любимой работе.       Не медля более ни секунды, директор вернулся в свой кабинет, еще раз перечитал список и начал прикидывать, как раскидать заказы. Через час времени Фоукс унес свитки четырем различным мастерам по всему миру. Что бы там ни считал Снейп, он мастер достаточно молодой и многого не знает и не умеет, а вот мэтры, что разменяли по третьей сотне лет жизни, знают и умеют. В том же списке стоял запрос на мастера ментальной магии, но была пометка, что не срочно и вообще рекомендательно. Благо жена его учителя Николаса Фламеля, Перенелла — была тем самым виртуозом в ментале и в свое время немного подтягивала самого Альбуса.       В дом Фламелей он решил идти лично. Достав из сейфа личный порт-ключ и активировав его, Дамблдор оказался на острове, затерянном в Тихом океане и укрытом таким количеством защитных чар, что Гринготтс на этом фоне смотрелся каким-то сараем, сбитым из гнилых досок. Встретила его Перенелла лично. Увидев ученика мужа, она открыто улыбнулась. — Альбус, добрый день, какая неожиданная встреча. Давненько ты к нам не заглядывал. Что-то случилось? — Здравствуй, Перенелла, на самом деле, да, случилось, мой план по избавлению от крестража юного Поттера и слому пророчества, связывавшего меня по рукам и ногам, наконец увенчался успехом. Хоть и без моего участия. Так вот, я ощущаю некоторую вину перед Гарри и считаю, что должен исправить тот вред, что я нанес ему своими действиями. Но тут вылезла одна небольшая проблема — ввиду сложной жизни и весьма серьезных испытаний, что я организовывал, Гарри приобрел некоторые привычки и особенности, что целители не способны исправить, и у меня запросили высококлассного специалиста в ментальной магии. Так как работа крайне сложная, с нестабильным разумом ребенка и поведенческими моделями, впитавшимися за всю жизнь, я просто не представляю, к кому могу обратиться кроме тебя. Поможешь? А я найду, чем тебя отблагодарить. — Альбус! Конечно, ты найдешь! Тем более, что я уже знаю, что хочу. Я хочу мозг той милой змейки авторства Салазара и пару метров его шкуры, можно выползка. Хочу себе сумочку и сапожки. Как только я получу плату, то сразу примусь за работу. — Прекрасно, Перенелла, считай, что мозг и шкура уже лежат в твоем сейфе. Как вы тут поживаете, Николас снова в лаборатории? — Ох, Альбус, ну где еще может быть этот маньяк науки, конечно, в лаборатории, полгода назад ему пришла какая-то гениальная, по его словам, мысль, и вот с тех пор он почти перестал показываться. Я скоро забуду, как выглядит мой муж! Кстати, твой приход вполне весомый повод вытащить его. Пойдем в дом, яблочный пирог сегодня особенно удался.       Зайдя в дом и обсуждая какие то мелочи, Перенелла отправила Патронуса в лабораторию с сообщением, что у них гость. Буквально через двадцать минут появился и сам великий алхимик. — Альбус, добрый день, ты, прямо сказать, несколько невовремя. Мои эксперименты наконец подходят к логическому концу, и не хотелось бы отвлекаться. С чем пожаловал? — Добрый день, Николас, но в этот раз я пришел к твоей обворожительной супруге, ну, а она решила, что мой приход вполне себе повод вытащить тебя из лаборатории, — Дамблдор, даже не задумываясь, «сдал» жену Николаса. Была у них такая легкая игра, называлась «подставь другого». Чисто семейное развлечение. — Говорит, что скоро забудет, как выглядит супруг. — Ну, если моя супруга так говорит, то, пожалуй, стоит прислушаться. Как там поживает твой план? — План завершен пусть и неожиданным, но всё-таки успехом. Как я уже рассказывал твоей очаровательной супруге, при чисто случайном стечении обстоятельств крестраж был выпит Дементором. И вот я пришел просить помощи у Перенеллы в исправлении того, что я натворил при его выполнении. На данный момент мальчик находится в Мунго на лечении, а я, вот, собираю то, что запросили целители. — Я уже ответила согласием, оплатой послужит мозг тысячелетнего василиска и два квадратных метра его шкуры. — Но это же превосходно, ученик. Знаешь, раз уж мальчик не так давно, можно сказать, заново родился, то у меня, пожалуй, будет для него подарок, да и тебе тоже. Сейчас приду.       Николас быстро вышел из комнаты и вернулся спустя несколько минут. — Вот! Мальчику. Сильно разбавленный эликсир жизни. Должен помочь ему восстанавливаться быстрее. А тебе — концентрат, хватит лет на тридцать-сорок. А то еще совсем не старый маг, а выглядишь, как древняя развалина. Запустил ты себя, ученик. — Благодарю, учитель. Пожалуй, это будет к месту и ему, и мне. Теперь, когда у меня развязаны руки, я начну действовать более активно. И хорошее физическое состояние мне очень понадобится. — Вот-вот. Ладно, пошел я, эксперимент сам себя не проведет. До свидания, Альбус. — Да и я, пожалуй, пойду, Перенелла, запрошенное тобой будет переведено в твой сейф к завтрашнему утру. А мне действительно пора. Мне предстоит посетить еще половину мира, а день не бесконечный. До свидания, Николас. Мое восхищение, Перенелла. — До свидания, Альбус, тогда послезавтра я зайду в Мунго, согласую свою работу с целителями.       Проводив Дамблдора до портальной площадки, хозяева острова вернулись к своим делам, а сам Альбус принялся за самую сложную и долгую часть своего обещания. Наставников Поттеру будет найти не так просто, как он говорил Минерве. Для начала нужно их хотя бы просто найти.       Для начала он вновь посетил свой кабинет, положил в сейф порт-ключ до острова Фламелей и достал целую связку международных порт-ключей. Далее зашел к гоблинам и распорядился перевести оплату услуг Перенеллы в ее сейф. Быстро перекусив в кафе Фортескью, Дамблдор активировал первый порт-ключ.       В первый миг после перехода Дамблдору показалось, что он ослеп, но это так же было ожидаемо. Тот, к кому он пришел за помощью, мало интересовался комфортом гостей… Вообще любых гостей, а уж незваных — так тем более. Его вообще мало что интересовало. Но Дамблдор рассчитывал, что его новости достаточно заинтересуют древнего Лича, чтобы получить кое-какие ответы. Благо, ничего секретного и магического спрашивать он и не хотел. Директора интересовало состояние двенадцати человек. Живы ли? Чем занимаются? Где живут?       Как бы не было стыдно старому директору, но вот уже два десятка лет как он потерял контакты со старыми боевыми друзьями. Но сейчас он рассчитывал, что сможет найти у них некоторую помощь. В конце концов, кому, как не русским знать об опасности таких психов, как Волдеморт. Им, конечно, придется рассказать все. И, вполне возможно, получить по печени, потерять несколько зубов, но их знания и опыт стоят значительно дороже.       Прошло уже почти полчаса, но Альбус и не пытался сдвинуться с места. Как только Кощей закончит со своими делами, он придет к нему сам, а то, что древний Лич уже в курсе, что к нему гость, и осведомлен и о личности гостя, Дамблдор не сомневался. Шаги в одном из коридоров послышались только через час ожидания. В зале с портальной площадкой вспыхнул свет, и одновременно с этим раздался шелестящий, абсолютно сухой и безэмоциональный голос: — Альбус Дамблдор. С чем пожаловал?       Да, существование в форме Лича накладывает свои особенности. За тысячи лет не-жизни Кощей научился следовать законам. Правда, только из соображений спокойствия. Ему абсолютно не нужны были штурмовые части, пытающиеся прорваться в его логово. Чистый рационализм, возведенный в абсолют. — Приветствую, Кощей, я пришел сообщить, что твои рекомендации привели к полному успеху, правда, несколько не к такому, как ожидалось. Обошлось без «Авады» от Тома, крестраж высосал Дементор. — Это прекрасные новости, про Дементоров я не думал. Это новая информация, буду знать. Но это же не все. Зачем ты пришел? — Да, не все. Я хотел спросить, что ты знаешь о Никите Добрынине, Илье Муромском, Алексее Попове, Александре Кожемякином, Святославе Дубове, Владе Истрином, Олеге Москвином, Илье Старинове, Павле Судоплатове, Илье Лисове, Тимофее Темнове и Тимуре Арториусе? В общем, о тех, с кем мы штурмовали Твердыню? К моему сожалению, из-за проблем внутри страны я потерял контакты с ними. И даже не знаю, живы ли они сейчас. — Зачем тебе эта информация? Уж точно не из праздного желания встретиться со старыми товарищами. — Верно, не из праздного, я хотел бы попросить их подтянуть мальчика в магии. Благодаря избавлению от крестража, у Гарри сложилась уникальная ситуация, позволяющая ему стать одним из величайших магов. По предварительным прогнозам в течении этого года его обучаемость будет находиться на запредельном уровне. Но только в этом году, пока его разум не деградировал без должной нагрузки. Также его ядро начало лавинообразный рост. К концу года он обещает выйти на уровень боевого магистра или даже слабенького архимага. Глупо было бы не воспользоваться этой возможностью. И я не знаю никого лучше русских в воспитании и обучении. Ваши методики выкованы и отточены в самых жестких и жестоких условиях. — Хм… Похвальное рвение, но это же не все? В конце концов, ты и сам боевой архимаг, притом по праву. Почему же сам не займёшься? — Да, я боевой архимаг… но тут уже я сам боюсь лезть в его воспитание. При моем непосредственном участии появилось целых два Темных Лорда. Я боюсь породить третьего. Ведь если я ошибусь в третий раз, то ЕГО не остановит уже никто. Слишком велик потенциал и мал возраст. И кто, кроме русских, сможет именно ВОСПИТАТЬ его? Воспитать так, чтобы он однажды стал опорой мира, а не тем, кто развяжет очередную войну, которая уничтожит этот самый мир? — Похвально, юноша, похвально. Что же, слушай: Судоплатов, Старинов, Лисов, Темнов, Муромский — мертвы. Старость взяла свое. Похоронены на Мемориальном кладбище недалеко от Москвы. Истрин пропал, просто исчез из своего дома, никто не знает, куда. Обнаружили пропажу слишком поздно для маховика времени, а другие способы поиска не дали никакого результата. Обращались даже ко мне. Хель сказала, что жив, и это все. Попов пишет мемуары и воспитывает многочисленных внуков, он, скорее всего, откажется. Но если хочешь, дам его адрес. Арториус работает на государство, его просто не отпустят, но адрес также могу дать.       Остаются четверо — Добрынин, Кожемякин, Дубов и Москвин. Живы. Но с их образом жизни, вполне вероятно, что ненадолго. Сколотили отряд, набрали людей, обучили и мотаются по миру в качестве наемников. Берут дорого, в мерзость не лезут. В основном — охрана и вызволение заложников. Модно стало заложников брать. Периодически заходят, я с них всякую пакость смертельную снимаю. Если хочешь, дам контакт. Насколько знаю, они сейчас где-то в Чечне. Там сейчас неспокойно. Жаль, мне не разрешили туда отправиться, мне как раз материал на опыты нужен, да и результаты некоторых исследований опробовать было бы неплохо.       Весть о смерти старых соратников опечалила. Из мира вновь ушли лучшие… Контакты живых он, конечно, взял. Но то, что целых четыре человека из старых друзей заделались наемниками, даже обрадовала. Несмотря на свою браваду и перед Гарри, и перед Минервой, Альбус слабо представлял, как будет уговаривать людей, с которыми не виделся по двадцать лет, обучать одного недоросля и толпу клерков и домохозяек. А тут такой подарок — и цена ему всего лишь золото. Пусть даже и в больших объемах.       Распрощавшись с Личем, который просто махнул рукой и подарил порт-ключ до самого офиса наемников, Дамблдор активировал подарок. Его путь лежал в Москву. Те, кто оставил войну, подождут еще немного, а вот договориться с теми, кого в любую минуту могут нанять и услать черт знает куда, могут и не дождаться. Появился в каком то глухом дворике перед обшарпанной безликой дверью. Дворик одним своим видом навевал уныние и мысли о смерти. Толкнув дверь, Альбус попал в крохотное помещение, разделенное пополам стойкой, за которой стоял молодой — лет двадцати пяти — парень в армейском камуфляже без знаков отличия. Парень читал какую-то книгу и поднял взгляд при открытии двери. — Добро пожаловать в офис частного охранного предприятия «ФКВМ». Чем могу помочь?       Как же хорошо, что в свое время директор выучил и русский язык. А время, проведенное на восточном фронте, отточило произношение: — Добрый день, я хотел бы встретиться с кем-нибудь из основателей. Мое имя Альбус Дамблдор. Мы с ними старые соратники, и у меня к ним весьма важное дело. — Извините, мистер Дамблдор, к директорам предприятия только по записи. Они люди занятые, в офисе бывают крайне редко, потому для встречи с ними нужно записываться хотя бы за месяц.       Мда, последнюю неделю все шло слишком хорошо, и такое везение не могло длиться вечно. Но Дамблдор не стал бы тем, кто он есть сейчас, полагайся он только на удачу и отступайся от цели при первой неудаче. — Тогда не могли бы вы подсказать, где они хотя бы приблизительно находятся. И есть ли возможность отправить им сову или связаться иными способами?       Взгляд молодого человека на слове «сова» резко преобразился, стал более настороженным. Парень явно или был магом, или имел конкретные инструкции для подобных случаев. Что ж, нужно проверить. Альбус медленно достал палочку и положил на стойку. Но парень оставался все таким же настороженным. Хотя он явно знал, что такое лежит перед ним, явно сам был магом или, как минимум, сквибом. — Не могли бы вы рассказать, в чем суть вашего дела? У меня есть право сортировать заказы по представляемым ими интересу. — Что ж, раз вы поняли, что такое лежит перед вами, пожалуй, я могу посвятить вас в заказ в общих чертах, да и, пожалуй, расскажу, как мы познакомились с Никитой, Сашей, Славой и Олегом. Точнее, чем закончилось наше знакомство, а закончилось оно штурмом Твердыни Грин-де-Вальда. От Кощея я узнал, что мои старые знакомые основали наемный отряд, и я хотел бы этот отряд нанять для полуторамесячного репетиторства одного крайне многообещающего юноши четырнадцати лет и для тренировки группы лиц в течении хотя бы года. Цена вопроса значения не имеет. Не тот случай, чтобы думать о золоте.       Парень в процессе монолога слегка расслабился. Видимо, что-то знал. — Хорошо, я передам директорам вашу просьбу о встрече, но на данный момент они заняты крайне важным делом, и я даже не знаю, когда появятся здесь. Они вообще крайне редко появляются в штаб-квартире. Вам остается только ждать.       Естественно Дамблдора неизвестный срок ожидания не устраивал. — А хотя бы примерное местоположение известно? Россия — слишком большая страна, чтобы посылать Патронуса, мне не нужно точное знание места, хотя бы примерная площадь не больше Британии. — Ну, если не больше Британии, то Чечня. Порт-ключ до туда могу продать я за пять галеонов.       Дамблдор молча выложил указанную сумму, получил порт-ключ и сразу его активировал. Как оказалось, его отправило в какую-то пустынную горную местность, но это было неважно. Быстро набросив на себя магглоотталкивающие чары и вызвав своего Патронуса-феникса, Альбус надиктовал сообщение, тщательно представляя перед собой образ Славы Дубова. — Слава, это Альбус. Нужно срочно встретиться, где нахожусь — не знаю. Купил портал в вашей конторе. Пришли Патронуса с ответом.       Когда жемчужный феникс улетел, оставалось только ждать. Прошло уже несколько часов, но Дамблдор не торопился — если уж Кощей сказал, что здесь неспокойно, значит, тут действительно опасно. Ответ пришел лишь через три часа с Патронусом-медведем. — Альбус, рад, что ты появился в наших краях, никуда не уходи, я знаю, где это место. Буду через часок, как разгребу срочные дела, — ну, час, значит час.       Но через час Дубов не появился. Появился он только через полтора. Первое, что бросилось в глаза, — это седина старого товарища. Слава Дубов был жгучим брюнетом, прямо как Поттер. Но сейчас от этой черноты не осталось и следа. Голова Славы была белее снега. Второе, что увидел Альбус, — морщины. Сотни морщин, испещривших лицо. Но глаза остались все те же — абсолютно молодые и такие же безбашенные. — Здорово, Альбус. Как жизнь в этой вашей Англии? Какими судьбами тебя занесло в наши пенаты? — И тебе не хворать, Слава. В Англии все так же — сыро, ветренно, неспокойно. Вот, понадобилась помощь. — То, что неспокойно, это плохо, у нас вот тоже… неспокойно. Что случилось, Альбус? Ты учти — мы в чужую политику не лезем. Ни в каком виде. Нам своей хватает. — Вижу, что неспокойно. А насчет политики — не беспокойся, с политикой я и сам разберусь. У меня проблема, с политикой связанная лишь опосредствовано. В общем… Ты слышал про нашего Темного Лорда? Про Волдеморта? — Ну, что-то слышал, какие-то он там совсем нежизнеспособные идеи выдвигает. Что-то про чистоту крови. Большего, уж извини, не знаю. — Ну, больше и не нужно. У меня последние пятнадцать лет именно с ним проблема. — Так он же вроде как того… кони двинул. Какие с трупами проблемы? — Не двинул, крестражей он понаделал… В общем, слушай…       Быстро пересказав краткую версию истории Гарри Поттера, Альбус перешел, наконец, к сути сегодняшней встречи. — Вот таким образом я оказался здесь, и у меня есть желание нанять вас четверых как учителей на лето Поттеру и как инструкторов Ордену Феникса, как минимум, на ближайший год. В бой вас никто не пошлет, заплачу щедро. Я понимаю, что у вас тут и своих проблем хватает, но больше обратиться мне не к кому. Такого опыта больше нет ни у кого из тех, кого я знаю.       Дубов, почёсывавший подбородок на протяжении всего рассказа и с виду ушедший глубоко в свои мысли, внезапно, совершенно без какого-либо предупреждения пробил Дамблдору в печень. Удар был такой силы, что у Альбуса потемнело в глазах, а боль была вполне сравнима с «Круциатусом» не сильно опытного мага. Но упасть ему не дали — Дубов зажал лацканы пиджака в пудовом кулаке и начал осуществлять то, к чему морально готовился старый директор — выбивать зубы. Методично и вдумчиво. — Ты- Буц! — Чем, сука! — Буц! — думал, когда- Буц! — подставлял сосунка- Буц! — под весь этот пиздец- Буц! Буц! Буц! — Нашел, блядь, кого слушать! — Буц! — Кощея, блядь, ебаный пиздец, драть тебя конем через задние ворота- Буц! Буц! Буц! — он послушал, ебаный рот. А то, что этот ебаный не-мертвый как бы, может и чушь посоветовать чисто из научного интереса, тебе в голову не приходило?! — Буц! Буц! Буц!       Слегка выпустив пар, Дубов отпустил одежу Альбуса и позволил ему сползти на землю. — Ебать ты, Альбус, долбоеб доверчивый. Да этот ебаный не-мертвый чисто из научного интереса опыты на пацане ставил бы. Скорее всего, это и был один большой опыт. Только ты, дебил, из-за недостатка общения с ним не понял нихера. Мы сами к нему, блядь, обращаемся в самом крайнем случае, когда уже ничего не может испортить ситуацию. Благодари ту сущность, в которую веришь, что ситуация с пацаном оказалась интересна Кощею не просто вот прям сейчас, а еще и интересно стало — получится ли паразита вывести. Только это сосунку жизнь, а может, и душу, спасло. Кощей сдерживает свой научный интерес сугубо в рамках закона. В законе про сохранность жителей другого государства слова нет!       Дубов просто фонтанировал яростью. В Великую Войну тот насмотрелся на трупы детей. Да и сам потерял двух младших братьев. Ситуации, в которых страдали дети, он воспринимал очень близко к сердцу. Альбус понимал это и молча сносил и упреки, и побои. Потому и вызвал он именно Святослава. Хоть и отметелил Дубов самого Альбуса, но ребенка он не бросит. Годы политики оставили свой отпечаток. А лицо… Лицо переживет. — Так, Альбус. Говоришь, лечится пацан? Это хорошо. Пусть лечится. С остальными я переговорю. Но, скорее всего, за пацана мы возьмемся. Список зелий также я тебе напишу. И не надо думать, что из-за тебя или из-за того, что он ребенок. Меня больше интересует его воля к победе. Даже я — маг почти векового возраста, не рискнул бы с одной ковырялкой выходить на василиска. А вот он смог и победил. Интересный парнишка. Насчет твоего карманного боевого отряда — тоже, скорее всего, возьмемся. Цену обговорим позже. Нужно для начала оценить, чего они вообще могут. Может, там проще добить, чтобы не мучались. Но конкретно в тебе, Альбус, я разочарован. Не ожидал я от тебя такого… В общем, мы еще свяжемся с тобой.       С этими словами Дубов активировал портал и исчез, оставив Дамблдора лежать на каменистой земле и тихо себя ненавидеть. Да, у него не было иного выбора. Да, его поступки привели к успеху… Но как же больно слышать, что в нем разочарованы, от человека, с которым столько пройдено… Видимо, он действительно однажды свернул не туда. Понять бы только — когда?       Отлежавшись несколько минут, Дамблдор достал из внутреннего кармана мешочек, служивший ему аптечкой, и, добыв из него Рябиновый отвар, начал обрабатывать свое лицо. В конце концов, ему еще с Блэком встречаться. Нельзя выглядеть, как будто по сильнейшему магу Англии проехался маггловский бульдозер. Смазав раны и отлежавшись еще минут десять, Дамблдор наконец встал и, кряхтя, отряхнул одежду. Пора вернуться на Туманный Альбион. День еще не закончен, и дел предстоит много.       Очередная активация порт-ключа, и вот он уже в Лондоне на порт-площадке Косого переулка. Где примерно находится Блэк, он представлял. Но примерно — это слишком мало. Трансгрессировав в Хогсмид, Дамблдор вызвал Патронуса и, надиктовав сообщение с просьбой о встрече, пешком пошел в Хогвартс.       Ему требовалось выпить чаю с лимонными дольками. Как-то слишком резко его жизнь взяла бешеный темп. А он уже весьма не молод… Но поймав себя на мыслях о старости, директор быстро их отбросил. Не время. Слишком много нужно сделать, успеть, подготовить. И, если честно, соскучился он по такой жизни.       Патронус от Блэка пришел, когда уже директор успел выпить чаю и слегка разобрать бумаги по Хогвартсу. Сириус сообщал примерные координаты своего пребывания. Хорошо, что директор за свою весьма длинную жизнь успел много где побывать, и конкретно этот комплекс пещер был ему знаком. А потому, решив не терять времени, Альбус захватил из сейфа Веритасерум — надо же подстраховаться и заодно выполнить то, что говорил Министру? — и трансгрессировал в указанное место.       Местечко было под стать беглому узнику. Мрачная сырая пещера. То, что это лишь промежуточный пункт, и Блэк будет крайне осторожно подходить к встрече с ним, было ясно, как белый день. Вызвав очередного Патронуса за сегодня, надиктовал сообщение, что он на месте, и отправил его к Блэку.       Ждать долго не пришлось. Блэк пришел буквально через пятнадцать минут. Палочки у него не было. Вообще, Блэк выглядел не очень — двенадцать лет Азкабана никому на пользу не пойдут — грязные волосы, прекрасно видневшиеся следы недоедания, лихорадочно блестевшие глаза полубезумца… Жалкий вид для последнего представителя рода Блэк. Ну да ничего… Главное — жив, а остальное починят. — Здравствуй, Сириус. Вижу, жизнь у тебя не очень…       В ответ послышался лающий смех: — Ох! Дамблдор… Ох! Насмешили… Я самый разыскиваемый человек страны, мне опасно даже магглам на глаза появляться, с чего же мне выглядеть лучше? — Что же, тогда я, пожалуй, смогу помочь тебе. Не так давно я имел разговор с Министром магии. При некоторых условиях он согласен на пересмотр дела. А пересмотр для тебя — это гарантированное оправдание.       Блэк мгновенно перестал смеяться. — Чего хочет Министр? — хрипло спросил беглец. — На самом деле, я посмел от твоего имени достичь кое-каких предварительных соглашений. Первое — от тебя никаких претензий к Министерству. Министр накануне выборов отчаянно пытается сохранить репутацию Министерства и очень надеется на второй срок. Второе — не очень большая компенсация, думаю, что ста тысяч будет более чем достаточно. На большее он никогда не согласится, а то ему воровать из бюджета нечего будет. Третье — явка с повинной и раскрытие способа побега.       Взамен тебе оплатят лечение в Мунго, снимут все обвинения и скромно и грамотно обыграют все в Пророке. Понимаю, что скромно, но тут уже не до жиру. Я в свое время совершил ошибку, упрятав тебя в Азкабан, крайне высокая нагрузка тогда была на Визенгамот.       Я не прошу тебя прощать меня, но ты нужен твоему крестнику. Гарри не так давно пережил сильнейший стресс и на данный момент проходит лечение в Мунго. Если тебя это устроит, то 50% компенсации я оплачу из своего кармана. Про Гарри больше ты узнаешь только под обет и только после лечения в Мунго. Ему нужен здоровый адекватный крестный отец, а не полубезумный после тесного контакта с Дементорами лохматый и грязный неадекват.       Блэк думал недолго: — Я согласен! Что угодно, чтобы очистить свое имя и быть рядом с Гарри!!! — Прекрасно, я, в принципе, и не сомневался. Осталась только формальность — ты выпьешь Веритасерум в моем присутствии и ответишь на вопросы, связанные с теми преступлениями, что тебе вменяют. Сам понимаешь — процедура необходимая. Также Министр требует личной встречи тет-а-тет для того же самого. Он желает закрепления достигнутых соглашений под обет. Для него ты — способ укрепления личного авторитета. Ты готов? — Да, Альбус. Я готов отвечать под Веритасерумом как тебе, так и кому угодно. Дьявол с условиями, дьявол с деньгами и прочим. Главное, я смогу быть с Гарри. Остальное неважно. — Хорошо, Сириус, тогда, — Дамблдор наколдовал стакан, капнул три капли Веритасерума и залил водой до краев, — вот Веритасерум. Пей.       Блэк молча принял стакан с водой и выпил его залпом. Процедура допроса прошла как по маслу. Да — Блэк, нет — не был хранителем, хранителем был Петтигрю, нет — не убивал, убил Петтигрю и отрезал себе палец, затем убежал в виде крысы. Ничего неожиданного. Успокоив свою совесть, Альбус распрощался с Блэком, предупредив, что ровно через неделю будет здесь же, но уже с Министром, и трансгрессировал в Хогсмид. Очередная часть плана была осуществлена.       Следующие три дня прошли вполне спокойно — составление смет на будущий год, дела Визенгамота и Международной Конфедерации Магов. Но вот на четвертый день прибыл черный, как ночь, ворон. Даже не нужно было думать, от кого. Русские наконец ответили. С вороном прибыл список зелий, а также извещение, что все четверо директоров «ФКВМ» прибудут в Англию, в Хогвартс, для обучения одного крайне талантливого мага. Так как мастеров было много, а ученик один, Дамблдором было принято волевое решение выдать маховик времени. Люди все ответственные, критических ошибок быть не должно.       А в пятницу была встреча Фаджа и Блэка. Прошло все как по нотам. Блэк выпил сыворотку, принесенную Фаджем, рассказал свою историю, подтвердил отсутствие претензий к Министерству, высказал, что желает получить. Фадж убыл довольный, ему нужно было подготовить Визенгамот к шокирующему делу.       В итоге всех забегов и суеты четырнадцатого июля в Хогвартсе уже жил квартет репетиторов, только и ожидавших прибытия Поттера из Мунго, в Министерстве шло слушание дела Блэка, по итогу которого вышеназванный должен был быть оправдан и отправлен на восстановление в Мунго, а один четырнадцатилетний парень открыл глаза и, встав с кровати, сделал шаг в своем здоровом теле.