Ошибки прошлого, надежды грядущего.

      Проснувшись как по будильнику, в полшестого утра, Гарри вышел на привычную пробежку. Полтора часа на предельной скорости вокруг Черного Озера, душ, завтрак. Сундук он решил не брать, нет смысла таскать его туда-сюда. Одев привычный камуфляж, сложил в сумку школьную форму и пошел к кабинету директора. Горгулья отпрыгнула в сторону, а Гарри поднялся в кабинет, который оказался на удивление пустым. Удивившись такому доверию и кинув щепотку пороха в камин, Гарри шагнул в Дырявый Котел и поймал такси до Кингс-кросс.       Прибыв на платформу к десяти часам утра, юноша решил посмотреть, узнают ли его друзья в новом обличии. Пройдя на платформу девять и три четверти, он стал ждать прибытия друзей. Маги приходили, и постепенно платформа наполнялась шумом и хаосом.       Через полчаса через барьер прошла Гермиона. За лето она здорово вытянулась, если бы не те события, что произошли в конце прошлого года, и активное лето, Гарри мог бы быть и пониже её. Но сейчас он возвышался над ней примерно на голову. Да и вообще Гермиона здорово похорошела. Копна каштановых волос уже не создавала ощущение, что там гнездится какая-то не особо крупная птица, а формы приобрели вполне конкретные очертания.       Гарри даже удивился таким наблюдениям. Нет, наставники, конечно, предупреждали, что Поттер начнет замечать за женским полом, что это именно женский пол, а не какая-то инопланетная раса, которую крайне сложно понять. Да и вообще про период полового созревания подробно так пояснили, также обещали подкинуть временное решение проблемы, если станет совсем невмоготу. Но это же Гермиона! И тут же закралась мысль, что Гермиона так-то тоже девушка. И то, что три года воспринималась другом, братом и вообще пола не имела, ни черта не значит. Да и вообще — ей почти пятнадцать.       Гермиона тем временем окинула взглядом платформу, скользнула взглядом по Поттеру, задержав его на нем, буквально на пару секунд, но не узнав, направилась к поезду, уже стоящему под парами. Гарри решил, что еще успеет с ней поздороваться, и решил дождаться семейство рыжих. Это самое семейство, как обычно, опаздывало.       Но вот без пятнадцати одиннадцать, и они ввалились на платформу шумной толпой. Быстро пробежали мимо Поттера и загрузились в поезд, также не узнав в высоченном парне, того Гарри Поттера, что привыкли видеть. Гарри же обратил внимание, что и Рон здорово вырос и раздался в плечах. Правда, опрятности ему это не добавило… Ну да ничего, выправит. В конце концов, его обучили восхитительному способу обучения — надо всего лишь гладить кулаком печень дресс… кхм, воспитуемого каждый раз, как тот не понимает чего-либо.       Больше ждать было некого, и Гарри также загрузился в поезд. Проходя из вагона в вагон, он разыскивал друзей. То, что они будут в одном купе, не вызывало сомнений. И вот из-за одной двери послышались знакомые голоса: — А я думаю, что Гарри уже в Хогвартсе, помнишь, что нам говорил директор Дамблдор? Гарри предстоит долгое лечение и реабилитация с каким-то наставником? Я думаю, что его вообще не будет в поезде, — голос Гермионы не узнать невозможно. — Да ладно тебе, Гермиона, я тут подслушал, что родители говорили, так вот. Гарри точно будет в поезде, мы даже ждали его у входа, но он не пришел, значит, прошел до нас. Очень хочется услышать, как прошло его лето, жаль, что он не попал на Чемпионат, но я ему все в подробностях опишу, я даже омниокль с лучшими моментами захватил, — а вот голос Рона ушел в бас.       Гарри открыл дверь купе, его взгляду открылась такая знакомая картина — Рон и Гермиона сидели друг напротив друга. — Привет Рон, Гермиона, что за шум, а драки нет?       Лица друзей сначала вытянулись от удивления и попыток вспомнить, кто этот парень, в явно армейской одежде, что так нагло к ним вломился, а потом взгляд Гермионы прыгнул к волосам, опустился на глаза, и Гарри только и успел, что поймать бросившуюся обниматься подругу. Она, как обычно, все проанализировала и поняла быстрее Рона. — Гарри! Как же ты сильно изменился! — Поттер тоже обнял подругу. От нее пахло полевыми цветами, мысли о том, что она девушка, резко стали назойливей. — Что с тобой случилось? Директор просил нас не писать тебе, чтобы не отвлекать от лечения и реабилитации, и говорил, что ты в курсе. Что с тобой было?       Гермиона наконец разомкнула свои тиски и отпустила Поттера, и это было вовремя, а то мог случиться конфуз. Тут и до Рона дошло, кто же это перед ним. — Гарри! Дружище, что с тобой сделали в этом Мунго, что тебя так разнесло? — Рон не бросился обниматься, а вполне нормально протянул руку, которую Гарри пожал. — Ох, Гарри, ты что, на столе химеролога побывал? Руку как будто тролль стиснул. — Извини Рон, я с обычными людьми все лето не контактировал, а мой репетитор еще и посильнее меня будет, не привык соизмерять силу.       Тут снова вклинилась Гермиона: — Гарри садись, рассказывай, как лето прошло, и что с тобой произошло? — пришло время рассказать Легенду. Врать друзьям не хотелось, но и выхода не было. В замке есть легилимент, хоть и сидящий на коротком поводке, но все же двойной шпион. Мало ли что и как он сможет передать. Да и поддельный профессор ЗоТИ также неизвестно какими навыками обладает. Лучше пока что приберечь правду, чтобы не сорвался план Дамблдора. — Ну, в общем, когда после событий у озера я очнулся в Больничном Крыле, состояние мое было аховое: сильнейшее магическое и физическое истощение, меня даже в Мунго несколько дней перемещать было нельзя, потому и не пускали ко мне никого, даже Дамблдора. Как только я пришел в себя настолько, что меня стало можно безопасно перемещать, то сразу же закинули в Мунго на две недели. Целители как обследовали меня, чуть в обморок не упали, сами понимаете, не лучшее детство у Дурслей, да и в Хогвартсе всякого хватало. В общем, уже в Мунго меня привели в более или менее достойное состояние, даже не долечив как следует.       И однажды ко мне пришел главный целитель Сметвик, выкатил список моих повреждений и дефектов, предложил два способа лечения. Первый: меня просто починят, и свободен. Уберут все физические недостатки, откормят. Второй способ: так же приведут тело во вменяемое состояние, но могут еще и подготовить к курсу зелий — дорогущему, редкому и не самому безопасному. Этот курс вытащит меня на тот возраст, которому я соответствую, а заодно поспособствует активному физическому и магическому развитию. Но для этого необходимы постоянные физические и магические нагрузки. Нагрузки на пределе возможностей. Тут и директор появился. В общем, Дамблдор где-то откопал для меня аврора-отставника и разрешил остаться на лето в Хогвартсе. Вот меня под вторым вариантом и пытали все лето. Результат налицо.       Во время рассказа Поттера в купе стояла тишина. Если Гермиона просто переживала за состояние друга, то вот Рон, несмотря на репутацию олуха и лентяя, прекрасно понимал, что если уж волшебник смог добраться до Мунго, то он точно не помрет, также понимал, что главный целитель абы к кому не ходит, только к самым интересным случаям, даже не пациентам, именно случаям. Значит, с другом все было действительно плохо. — И как ты сейчас себя чувствуешь, Гарри? — нарушила наконец тишину Гермиона. — Прекрасно! Как будто заново родился, да и научился многому. С меня еще какое-то мерзопакостное проклятье сняли, что-то ментальное, связанное с угнетением умственной деятельности. Не спрашивайте, что за проклятье, мне ничего не говорили, но… Есть подозрение, что это подарок от Волдеморта. Какое-то саморазвивающееся проклятье, потому и не заметили раньше. — Ох! Дружище, а вот это просто прекрасно. Сильно проклятие влияло? — Как будто с мозгов целую гору сбросили. Так что, Рон, в этом году я планирую бросить Прорицания и взять Руны, да и постараюсь Нумерологию взять. — Но почему, Гарри? Ты что, бросишь меня там одного? — Извини Рон, но Прорицания — вещь абсолютно бесполезная, и никак в будущей жизни не поможет, а вот Руны, Нумерология, УЗМС — помогут. Я хочу стать артефактором, как и многие мои предки. Я все лето подтягивал Руны и Нумерологию до приемлемых значений, чтобы сразу сдать зачет. Кстати, оказывается, если тратить время только на учебу, а тем более всего на два-три предмета, то можно крайне быстро догнать программу. А уж если есть репетитор, то вообще все становится легко и просто. Если хочешь, то давай к нам. Руны — предмет, конечно, сложный, но и пользы от него просто море. Одно то, что можно создавать свои артефакты и амулеты уже много стоит. А мы с Герм тебя быстренько подтянем, подумаешь, спать месяц будешь мало! Мелочи.       Глаза Гермионы просто сияли — наконец-то хоть один ее друг взялся за голову и начал изучать что-то полезное, а не то, что легче, и где меньше задают. Рон же задумался… Думал он, правда, недолго, и ответ был ожидаемым: — Не… Спасибо, конечно, дружище, за предложение, но я, пожалуй, останусь на Прорицаниях. Тем более, что в этом году, как я слышал, будет что-то крышесносное. Родители с Чарли обсуждали какое-то событие. Как думаете, что это будет?       Мыслей у Рона и Гермионы было не сильно много, а точнее вообще никаких. — Будет Турнир Трех Волшебников, — взял слово Гарри. — Меня о нем Дамблдор предупредил. И это одна из причин, почему все лето я был недоступен, — я собираюсь участвовать. — О боже, Гарри! Но этот Турнир же был прекращен более трехсот лет назад из-за высочайшей смертности, тогда участников заставили сражаться с василиском! Чем ты думаешь?       Мысли по поводу Турнира у Рона были иными: — Круто, Гарри. Я, конечно, согласен с Гермионой, но ты уверен, что пройдешь? И какой приз обещают? — Ну, для начала, приз — тысяча галеонов, — Рон издал судорожный вздох. — Второе: я подумал очень хорошо, и я участвовать буду не за приз, я вообще сам доплатить готов в десять раз больше, чтобы Турнир прошел в любом другом месте, кроме Хогвартса. Ну-ка, друзья, вспомните, был ли хоть один год, который прошел бы для меня спокойно? Вот именно, ни одного. А то, что я каким-либо образом все-таки вляпаюсь в Турнир, не вызывает у меня ни малейшего сомнения, особенно, если учесть события на чемпионате. Так что я просто решил начать год на своих условиях.       За лето я повторил программу за прошедшие три года, и по некоторым предметам залез до пятого курса включительно. Турнир официально начнется с первого ноября. Я прошерстил все книги, которые нашел в библиотеке Хогвартса, и пришел к выводу, что будет три этапа с разрывом в несколько месяцев. Таким образом, у меня будет еще два месяца на подготовку, а после начала турнира я вообще получу статус Свободного Слушателя.       Таким образом, на этот год я исключу некоторое количество предметов, таких, как Зельеварение, оставлю только теоретическую часть, Историю магии; Травология пойдет так же только теоретически и самостоятельно, Астрономия — так же самостоятельно и теоретически. В общем, я планирую потратить этот год только на конкретные предметы, таким образом увеличив время на их изучение в разы. Оставлю ЗоТИ, Трансфигурацию, Чары, Руны, Нумерологию и, возможно, УЗМС. Турнир — это возможность учиться, как хочется, а не как положено по программе. Вообще, чемпионам положены нехилые такие преференции. О них сами прочитаете в библиотеке при желании.       Рон и Гермиона представляли из себя шок в чистом виде. Куда делся тот стеснительный и скромный мальчик Гарри? Рон до сих пор отходил от суммы приза, Гермиона — от того, что Гарри решил взяться за учебу — это было просто отлично, но вот способ, который он для этого избрал, вгонял отличницу и фанатку правил (правда, уже в прошлом) в когнитивный диссонанс. Гермиона отошла первая. — Гарри, я, конечно, рада, что ты решил взяться за голову и ответственно подойти к учебе, но так же нельзя. Программу же писали неглупые люди, там просто нет ненужного! Как ты можешь так легко говорить, что просто перестанешь ходить на занятие почти по всем предметам, оставив себе несколько? — Герм, все продумано, я перестану посещать те занятия, где будет достаточно теоретической подготовки, — я уже закупил более полную литературу по всем предметам. Да и Чемпионы освобождаются от экзаменов, что даст мне возможность перейти на следующий курс и позже набрать необходимые навыки, которые, возможно, мне пригодятся.       Тут очнулся Рон. — Великий Мерлин, Гарри, целая тысяча галеонов, да за такой куш стоит потягаться! А как будет проходить отбор, ты знаешь? — Знаю, Рон, но, извини, тебе там ничего не светит. Отбор будет проводить Кубок Огня — древний артефакт, ориентирующийся на силу мага. Также вокруг Кубка будет очерчена возрастная линия, для обхода которой нужны будут знания минимум седьмого курса и определенный уровень силы, необходимый для обхода этой защиты, — не ниже уровня выпускника Хогвартса. Так что если ты и надумаешь бросить свое имя в Кубок, то тебе предстоит за два месяца освоить Руны, Чары, Нумерологию и ЗоТИ на уровне семикурсника.       Или же придумать крайне оригинальный способ обхода защиты. Лично я уже придумал, но даже если я тебе его расскажу, то тебе банально не хватит сил на него, я собираюсь просто проломить защиту «открывашкой». Этому заклинанию меня научил репетитор, это заклинание без ограничения по вложенной силе — чем больше вольешь, тем мощнее будет. Также оно исполняется только невербально. Вот ты владеешь невербальными чарами? Вот и я о том же.       Рона как кирпичом по голове ударили. Как так-то? — А тебе, значит, сил хватит? — выдавил из себя Рон. — Не знаю, но по расчетам должно хватить даже с небольшим запасом. Пойми, Рон, я не горю желанием соваться в этот турнир, но если я вдруг окажусь там в виде какого-нибудь четвертого участника, будет сложно доказать, что я этого не хотел, а то, что я точно там окажусь, я почти не сомневаюсь. Потому — не можешь остановить — возглавь!       До Рона начало доходить, что его друг, во-первых, прав. Не оставляли их прошлые приключения шанса, что и этот год пройдет спокойно, а во-вторых, что его друг действительно изменился. Сам Рон понимал, что он не самый умный, умелый или прилежный ученик, но вот такой тычок лицом в правду не очень ему понравился. Но он, как обычно, решил подумать об этом позже. Когда-нибудь. В конце концов, это же его друг, и друг честно рассказал, что и зачем он делает, ничего не утаивая. Может, попросить его позаниматься с ним? В конце концов, репетитор-аврор — это круто, должен же был он научить Гарри всяким крутым заклинаниям, неужели друг откажется научить Рона чему-нибудь?       Гермиона все еще обдумывала слова друга. Гарри изменился еще сильнее, чем показалось изначально, как будто это совсем другой человек, но ведь это невозможно? Рациональный мозг Гермионы был склонен согласиться, что летом Гарри не дурака валял, а очень много над собой работал. Бросив быстрый взгляд на сидящего напротив нее парня и вспомнив их прошлогодний полет на гиппогрифе, Гермиона быстро отвела взгляд, надеясь, что не сильно покраснела. Она оставляла в прошлом году в Хогвартсе мальчика, а встретила в поезде уже парня, зрелого, уверенного в себе и своих силах. И это начало наводить девушку на какие-то странные мысли, которые она старалась выкинуть из головы.       Их тихие посиделки были прерваны самым беспардонным и привычным образом — дверь купе отъехала, и в проеме показалась компания во главе с Малфоем. Но сейчас все пошло не по привычному сценарию. Малфой даже рот открыть не успел, как Гарри одним слитным, тягучим и чертовски быстрым движением оказался перед ним. — Малфой! Тебя-то тут и не хватало, — с этими словами кулак Поттера быстро впечатался в печень белобрысого, заставив его скрючиться.       Пока Крэбб и Гойл пытались въехать в так резко изменившуюся ситуацию, Гарри продолжал действовать. Отодвинув скрюченного от ужасной боли Малфоя, сделал шаг к этим двум гориллам и так же быстро и сильно отоварил локтем в печень Крэбба, и тут же кулаком в печень получил и Гойл. На все про все ушло ровно три секунды, после чего гориллы были выпихнуты из купе, дверь закрыта, запечатана, а Гарри, подняв Малфоя, как котенка, за мантию на уровень глаз и дождавшись, когда слизеринец сможет слушать и осознавать, произнес: — Слушай сюда, Малфой. Я тут на каникулах узнал про один сверхэффективный способ воспитания, и сейчас я поделюсь им с тобой. Ты готов слушать? — глаза Малфоя по мере монолога Поттера приобретали осмысленность, из них уходила адская боль первого удара. — Вижу, что готов. Так вот, Малфой…       Как только Гарри увидел, что тот собирается опять ляпнуть что-то про отца, Министра, и то, какой он крутой, то сразу же второй раз пробил в многострадальную печень. В этот раз белобрысый отходил около минуты. — Так вот, Драко… — увидев, что тот вновь слышит его, а не отбитую печень, Поттер продолжил: — Так вот, Драко, каждый раз, как только ты решишь открыть свой гнилой рот с целью оскорбить меня или моих друзей, особенно Гермиону, ты будешь получать удар в печень. Ты понял? — и снова по глазам Малфоя было видно что-то про папу, и снова удар. — Ты понял?       И снова удар в печень. И вот уже после этого до Малфоя дошло. Что слизеринец и подтвердил частыми мелкими кивками. — Славно, пшел вон, — сняв заклятье с двери и швырнув белобрысого в ломящихся в запертую дверь горилл, Гарри снова закрыл дверь и запер её магией.       Обернувшись к друзьям, Поттер увидел полные офигевания взгляды. Слегка смутившись, он только и смог пробурчать что то вроде: «Он сам виноват, нечего лезть в чужие купе. И вообще, давно напрашивался». Реакция была незамедлительна, и первой успела Гермиона: — Гарри Джеймс Поттер, зачем ты это сделал? — на что получила ответ: — Герм, он нарывается уже четвертый год подряд, мне все равно, зачем, но я никогда не позволю оскорблять моих друзей, тем более, тебя. Девушку оскорблять может только самый никчемный мужчина. И если он не понимает слов, значит, будем действовать методом герра Шмульке. Тем, который я продемонстрировал, — Гермиона как-то резко выдохнула и слегка покраснела. Тут наконец смог прийти в себя Рон. — Дружище, это было просто круто, ты когда такому научился? А мне покажешь, как ты так ловко всех троих раскидал? — Стоп-стоп, дружище, и покажу, и, при твоем желании, научу. Как и многому другому. Правда, только если ты начнешь вставать в пять утра вместе со мной, — услышав про пять утра, Рон как-то резко сник и опустил взгляд. Но потом резко вскинул голову и сказал: — Надо в пять, буду вставать в пять. Но Мерлин, это было реально круто, — тут снова очнулась Гермиона. — Гарри, я, конечно, очень ценю твои действия в мою защиту, но у тебя же будут проблемы! Тебя же Снейп живьем съест! Не стоило из-за меня так сильно нарываться! — Успокойся, Герм, никто никого не съест, а если и попробует, то подавится. Это раньше я был ничего не знающим и не умеющим учеником, сейчас кое-что изменилось. Есть у меня, чем заткнуть Снейпа.       Рон вскинулся. — И чем же таким можно целого Снейпа заткнуть? — Неважно, главное, что есть, чем. Да и в этом году поспокойней он должен стать. Но это уже не только моя тайна. Дамблдор обещал укоротить его и мне заодно пару больных мозолей Снейпа подкинул. Так что все нормально будет. Вы лучше расскажите, что же там такого на Чемпионате произошло?       По рассказу друзей получалось, что ночью на лагерь болельщиков напали ПСы, Мистер Уизли уже хотел бежать помогать отбивать нападение, как появился Дамблдор и отправил его проводить детей, а сам отправился к нападавшим. Что там происходило — непонятно, Рон и Гермиона были далеко и ничего не видели. Но вот взлетевшую в небо Метку видели. А остальное уже и сами прочитали из газет.       Поезд мчался через всю Англию в направлении Шотландии. Он вез юных магов в школу. И в одном из его помещений весело смеялись трое подростков. Их ждал новый учебный год.