Ошибки прошлого, надежды грядущего.

      Время летело стремительно. Кажется, вот недавно было первое испытание, задание от наставников, и вот уже Рождественское утро. Вечером будет бал. На фоне истерии с ним Гарри опасался нападений на Гермиону, в конце концов, даже зная, что он занят, девушки со всех факультетов, кроме Гриффиндора, и со всех курсов подходили и приглашали его. Как тут не обеспокоиться безопасностью своей девушки? Но, как это ни странно, никто не напал, не отравил и не навредил иным способом. И это волновало Поттера ровно до того момента, пока он не поделился своими опасениями с Роном. И получил весьма неожиданный ответ: — Так всех же деканы предупредили, чтобы не лезли, если жизнь дорога! — Рон был весьма лаконичен. — В смысле — «деканы предупредили»? И откуда ты-то знаешь? — Мне Дафна рассказала. Гринграсс. Мы после того, как я её на бал пригласил, общаться начали, вот и проскользнуло как-то в разговоре, что Снейп созвал всех Змей и под угрозой кары лично от него запретил даже дышать в сторону Гермионы. Прикинь, он рассказал, что мы на втором курсе к ним в гостиную пролезли под обороткой! Откуда только узнал-то? — Ну, откуда узнал, ясно. Слишком уж характерные ингредиенты мы уперли, а оглушенные Крэбб и Гойл все ставят на свои места. И как Змеи на это отреагировали? Вроде же их гостиная самая скрытая? — Как-как, в ярости! Но сделать уже ничего не могут. В общем, Снейп запретил и кары обещал. Что-то похожее обещали и Флитвик со Спраут. Ты становишься страшным типом, дружище! Говорят, что ты можешь в любую гостиную вломиться в поисках виновного, — Рон засмеялся и хлопнул Гарри по плечу.       А вот сам Поттер был в шоке. Как-то за всеми тренировками, учебой и прогулками с Гермионой он выпал из школьной жизни и не ожидал, что у него сложится такая репутация. Но, подумав немного и вспомнив свое обещание Малфою, успокоился. Скорее всего, всех предупредила Макгонагалл, уж сильно у нее было ошарашенное лицо после угрозы. Видимо, не хочет проверять — осуществит парень её или нет. Да и, честно говоря, после второго курса и слухов, что он новый Темный Лорд, ему уже было все равно. Главное, чтобы Миону не трогали.       День тянулся ужасно долго, на сегодня Гарри отменил все тренировки и учебу и предавался блаженному ничегонеделанию в компании Гермионы. Рон умотал к Дафне, с которой у него сложились весьма неплохие отношения. Вообще, за две недели после того, как он пригласил «Ледяную Принцессу» на бал, Рон регулярно ввязывался в потасовки с недовольными Змеями. Как оказалось, условием согласия Дафны было — пережить нападки Змей без помощи Поттера. Справедливости ради, Рон подошел к Гарри и попросил не вмешиваться. И держался он весьма достойно. По крайней мере, в больничное крыло пока что не попал ни разу в отличие от слизеринцев.       Парень и девушка сидели в Выручай-Комнате и совместно обсчитывали рунные цепочки для револьвера. Гермиона оказывала неоценимую помощь, а точнее, её отец, служивший в свое время в армии и периодически консультирующий их по почте о необходимых действиях и принципе функционирования огнестрельного оружия. Задание наставников оказалось значительно сложнее, чем предполагалось изначально. Мало было сделать металл более прочным и термостойким. Куда деть бешеную отдачу? А огромную струю огня и дыма, что мешает видеть цель? Как погасить ударную волну? Ладно хоть в снарядах так же используется детонирующее вещество и бездымный порох! И слава всем Великим Силам, что просто нет смысла заряжать в револьвер что-то отличное от бронебойной болванки или же подкалиберного снаряда! Такие калибры не рассчитаны для стрельбы по отдельно стоящим людям! Всякие осколочно-фугасные и кумулятивные снаряды просто идут лесом! Правда, пришлось усиливать кинетическую энергию ударника, ибо родной энергии бойка не хватало для пробития капсюля! Но тут же пришлось компенсировать эту самую энергию — чтобы оружие не тыкалось под ноги стрелку! В общем, задача была крайне сложной и очень интересной. За всеми этими расчетами даже позабылось, ЧТО ТАКОЕ они считают. Периодически расчеты прерывались на поцелуи.       Но время не остановить. Еще в два часа дня Гермиона отправилась готовиться к балу, подарив напоследок легкий поцелуй, а около пяти ушел и Поттер. В гостиной царил апогей всего сумасшествия. Кто-то куда-то бежал, что-то искал, кого-то звал. Гарри быстро прошел в спальню мальчиков. Там тоже было не все спокойно, но значительно тише. Дин, Симус, Рон и Невилл уже находились в частичной готовности — костюмы и мантии были вывешены и ждали только момента. Все-таки парням собираться значительно проще. Сами они азартно резались в подрывного дурака на четверых. Увидев, кто вошел, они поприветствовали Поттера и позвали в компанию, а Гарри и не стал отказываться. В семь вечера, доиграв последнюю партию и раздав все причитающиеся щелбаны, парни наконец облачились в то, что было у них.       В полвосьмого гриффиндорцы дружной толпой отправились в холл. Кто-то уже был с парой, а кто-то должен был с ней встретиться, Гермионы нигде не было видно, и Гарри начал волноваться. Но его успокоила Лаванда Браун, соседка Гермионы: — Поттер, перестань нервничать! С ней все нормально, просто спустится в холл чуть позже!       Гарри, конечно, поинтересовался, из-за чего задержка, но получил короткий ответ: «Сюрприз!» Ну, сюрприз, так сюрприз.       Студенты все все прибывали. Вот прошла делегация Шармбатона, следом — Дурмстранга. Флер пришла с Роджером Дэвисом, капитаном квиддичной команды Воронов. Виктор был в компании незнакомой семикурсницы-когтевранки. Малфой пришел ожидаемо с Паркинсон, похожей в своем платье на розовое пирожное. Вместе со Змеями спустилась и Дафна Гринграсс. Небесно-голубое платье и сложная прическа заставили Рона подавиться воздухом на вдохе, но не помешали пойти и поприветствовать её по всем правилам. А вот самого Поттера подавиться заставил вид спускающейся Гермионы. Фиолетово-голубое платье с открытыми плечами и спиной, высокая прическа. Гарри, конечно, знал, что его девушка самая красивая, но сейчас он спокойно мог назвать её богиней! На негнущихся от восторга ногах Поттер пошел ей на встречу. Подав руку, юноша только и смог произнести: — Миона, ты божественно красива.       Девушка слега порозовела, но ответила: — Ты тоже хорошо выглядишь, Гарри, — но тут раздался голос Макгонагалл.       Гарри с другими Чемпионами подошел к профессору в небольшой закуток. Инструкция была проста — ждать здесь. Чемпионы зайдут с парами, когда остальные рассядутся. Сама профессор была в красной мантии из шотландки, а повседневную шляпу украшал венок из чертополоха. Первыми должны были зайти Флер с Роджером, который пока еще упорно не поддавался чарам вейлы, потом Гарри с Гермионой, а затем Крам со своей спутницей.       Когда все наконец уселись по местам, Макгонагалл велела оставшимся встать друг за другом парами и сле­довать за ней. При их появлении весь зал захлопал, и про­фессор Макгонагалл повела их к большому круглому сто­лу в дальнем конце, за которым сидели судьи. Стены зала серебрились инеем, с темного, усыпанно­го звездами потолка свисали гирлянды из омелы и плю­ща. Длинные обеденные столы исчезли, вместо них появилась сотня столиков, каждый человек на десять. На них уютно горели фонарики.       Шествие под сотнями взглядов заставляло Гермиону смущаться. Сжав её руку чуть сильнее, Гарри таким нехитрым способом постарался её ободрить, показать, что все хорошо. Мимоходом определив местоположение Рона, Поттер увидел, что он снова что-то оживленно обсуждает с Дафной.       Дамблдор, возглавлявший судейский стол, встретил подошедшие пары сияющей улыбкой, Каркаров смотрел на Виктора неодобрительно. Людо Бэгмен в пурпурной мантии, расши­той золотыми звездами, громко аплодировал вместе со всеми. Мадам Максим, сменившая черную атласную уни­форму на свободную мантию из легкого светло-лилово­го шелка, тоже вежливо хлопала. Не было только Крауча. Вместо него пятым за столом судей важно вос­седал Перси Уизли в темно-синей с иголочки мантии. Ос­тальные места предназначались для участников состяза­ния с их дамами. Многозначительно глянув на Гарри, Перси слегка выдвинул незанятый стул, Гарри понял намек и сел ря­дом. Не успел он раскрыть рта, как Перси поведал ему радостную новость: — Меня повысили. Я назначен…       («Не иначе как Верхов­ным правителем вселенной», — подумал Гарри). --…личным помощником мистера Крауча и представляю его на ва­шем балу. — А почему он сам не пришел? — спросил Гарри — уж очень ему не хотелось весь вечер слушать очередную лек­цию о котлах. — Боюсь, мистер Крауч болен и болен серьезно. Ему нездоровится с самого Чемпионата мира. Ничего удиви­тельного, сильное переутомление! Да и годы не те, хотя голова все еще светлая. Великий человек! Но Министер­ство на Чемпионате мира потерпело фиаско, вдобавок его очень расстроила Винки, так, кажется, ее зовут. Мистер Крауч, конечно, ее выгнал, но остался без прислуги, а это… э-э… ему трудно, сам понимаешь, возраст. Хозяйство с ее уходом разладилось. А тут на нас свалил­ся этот Турнир, тяжелые последствия Чемпионата мира, да еще эта Скитер со своим Прытко-Пишущим Пером… Он, бедняга, заслужил тихое Рождество дома. Я рад, что у него есть человек, на кого можно положиться и оста­вить вместо себя.       Действительно — длительное Империо крайне разрушающе действует на мозги, неудивительно, что Крауч «занемог». Гермиона рядом рассматривала меню, кажется, не представляя, что с ним делать. Ситуацию спас Дамблдор, заказав свиные отбивные, и его примеру последовал весь зал. — У нас тоже есть дворец, — услышал Гарри, — не та­кой болшой и комфортэбелный, как ваш, всего четыре этажа. И очаги мы топим только для колдовства. Но тер­ритория наша болше и красивей, правда, зимой день со­всем короткий, а ночь длинная, мало времени любовать­ся. Зато летом мы долго летаем над озерам и горами… — а это уже Крам рассказывал о Дурмстранге своей партнерше. — Эй, Виктор, — рассмеялся Каркаров, но глаза его оставались холодные и пустые, — смотри, не скажи чего-нибудь лишнего, как бы твоя очаровательная собеседни­ца не нашла к нам дорогу.       Дамблдор улыбнулся, и в глазах у него запрыгали ис­корки смеха. — У тебя, Игорь, все тайны, да тайны. Можно подумать, ты не любишь гостей. — Мы все, Дамблдор, печемся о своих владениях, — Каркаров оскалил желтые зубы. — И ревностно оберега­ем вверенные нам очаги знаний. Мы по праву гордимся, что никто, кроме нас, не знает все их секреты, и мы бди­тельно храним их. Разве не так? — А я, Игорь, не стал бы утверждать, что знаю все сек­реты Хогвартса, — добродушно ответил Дамблдор. — Не далее, как сегодня утром, отправился я в туалет, свернул не туда и очутился в прелестной, совершенно незнако­мой комнате с превосходной коллекцией ночных горш­ков. Позже я вернулся получше осмотреть ее, а комнат­ка-то исчезла. Я, конечно, все равно ее отыщу. Возмож­но, она доступна только в полшестого утра, а может, ког­да месяц в фазе одна четверть или когда слишком пол­ный мочевой пузырь.       Гарри прыснул в тарелку с гуляшом. Перси нахмурил­ся, а Дамблдор чуть заметно подмигнул Гарри. Директор все так же превосходно отыгрывал роль старого маразматика, правда, Гарри улавливал неправильность его одежды — неужели директор пришел на бал с броней, поддетой под мантию?       Тем временем Флер Делакур, изящно повернув голо­ву в сторону своего кавалера, в пух и прах разносила уб­ранство замка: — П’госто убожество! — обвела она взглядом искрящи­еся инеем стены Большого Зала: как и все французы, она немного картавила. — У нас во дво’гце Т’гапезную ук’га-шают ледяные скульпту’гы. Они не тают и пе’геливаются всеми цветами 'адуги. А какая у нас еда! А хо’г лесных нимф! Мы едим, а они поют. И в холлах никаких ужасных 'ыца'-гей без головы. А поп’гобуй залети в Шармбатон, полте'-гейст, его выгонят с т’геском, вот так! — и Флер с силой хлопнула по столу ладонью. Роджер Дэвис глядел на прекрасную Флер затуманен­ным взором. Восхищение его было так велико, что он вряд ли ее слышал, пронося вилку мимо рта. — Конечно! — стукнул он по столу так, как Флер. — Да! С треском!       Мда, а парень-то поплыл, как бы чего не натворил… Да и вообще — Гарри был совсем не уверен, что Пивз так прост, как кажется, слишком он устойчив для полтергейста…       После ужина Дамблдор встал и пригласил всех по­следовать его примеру. Взмахнул волшебной палочкой, столы отъехали к стенам, образовав пустое простран­ство. Еще один взмах, и вдоль правой стены выросла сце­на — с барабанами, гитарами, лютней, виолончелью и во­лынкой. На сцену вышел ансамбль «Ведуньи», встреченный восторженными рукоплесканиями. У ведуний были длинные растрепанные волосы, а черные мантии нарочи­то порваны и потерты. Веду­ньи разобрали инструменты, фонарики на столах погас­ли, и участники состязания со своими дамами поднялись со своих мест.       Вальс. Хорошо, что Гермиона научила Поттера танцевать его. Неспешно кружась по залу и тихонько переговариваясь, пара осматривала зал. Вот Дамблдор кружит в паре с профессором Спраут, вот Бэгмен в паре с Макгонагалл, вот Хагрид и мадам Максим летают широкими шагами по залу. Но все заканчивается. Закончился и вальс. Гарри только и успел увидеть, как Бэгмена перехватывают близнецы и что-то ему яростно втолковывают, надо бы подойти и поддержать неугомонную парочку. Но выпускать Гермиону из объятий не хотелось, и Поттер решил, что потом поддержит и лучше делом. А вообще, бал — прекрасная возможность поговорить с директором, не нарушая правил. — Миона, я отойду? Нужно поговорить с директором, — если Гермиона и удивилась, то виду не подала. — Да, конечно иди Гарри, только недолго! — её глаза хитро стрельнули. — Я недолго, минут пять, не скучай! — Гарри оглянувшись, чтобы на них не смотрели, быстро клюнул девушку в щеку и быстрым шагом направился в сторону Дамблдора.       Тот как раз остался один и пил что-то из кубка. Быстро подойдя, Гари поздоровался: — Здравствуйте, директор. Можно с вами поговорить, недолго? — Дамблдор, заметивший маневры юноши, только кивнул. — Да, конечно Гарри, что-то случилось? — Да, сэр. У меня есть вопрос, касающийся одного из судей. — И кого же? — Дамблдор нахмурился, быстро прокручивая в голове все, что было на всех судей. — Бэгмен. Близнецы делали у него ставку на Чемпионате и выиграли, но получили расчет лепреконским золотом. Я хотел бы знать — это просто попытка обмана неопытных юнцов или что?       Дамблдор расслабился. — Нет, Гарри, это не просто попытка обмана. Людо на данный момент в долгах как в шелках. Он — банкрот. И пытается всеми силами поправить свое финансовое состояние через этот Турнир. Тоже через ставки. Даже если бы Людо и хотел выплатить выигрыш близнецам, то у него просто нет денег, и он вот-вот попадет в долговую яму гоблинов. Не самая приятная перспектива. Так что ты можешь донести до близнецов всю бесполезность их действий.       Гарри только кивнул — что-то подобное он и предполагал. Уж слишком настойчив был Бэгмен в палатке Чемпионов. — Спасибо, сэр. Тогда я, пожалуй, пойду, остановлю близнецов от какой-либо глупости. — Стой, Гарри. Есть еще одно дело, которое требует твоего внимания, я сейчас выражусь крайне туманно, но со временем ты поймешь. Им ничего не угрожает, все проверено.       Гарри сразу понял, что речь о Турнире. В конце концов, только темы о Турнире были закрыты обетом и могли быть пояснены так туманно. Поттер запомнил фразу. Посмотрим, что она значит. — Хорошо, сэр. Я запомню. — Запомни, Гарри. Но не расслабляйся. — Кто бы дал расслабиться, директор, — вот уж точно — никто Поттеру расслабиться не даст. — Ну и хорошо, иди отдыхай и развлекайся. В конце концов, это праздник и в твою честь. — Спасибо, директор, пожалуй, Гермиона меня уже заждалась. Всего хорошего.       Гарри развернулся и пошел к столикам с едой, глазами выискивая Миону. Та обнаружилась там же, где он её оставил буквально несколько минут назад. Тихонько подкравшись сзади, юноша сцапал свою девушку за талию с таким расчетом, чтобы этого никто не увидел. — Миона, а давай сбежим? — Гарри уже слегка устал от бала. Да и выматывающие тренировки под маховиком заставляли его чувствовать, что он слишком мало времени уделяет девушке. — А давай! — Гермионе, видимо, тоже надоел бал. — Куда? — В сад или на астрономическую башню. Куда хочешь? — самому Поттеру было все равно. — Тогда сначала в сад, а потом на башню! — видимо, Гермиона что-то вспомнила и слегка порозовела. — Тогда подожди еще минуту, я Фреда с Джорджем остановлю от глупостей, хорошо? — Хорошо, Гарри, жду.       Парень окинул взглядом зал и нашел две рыжие макушки. Быстрым шагом дойдя до них, Поттер окликнул их: — Дред, Фордж! — О! Гарри! Как тебе бал? — парни были слегка поникшие. — Бал нормально, я тут с умными людьми пообщался по поводу Бэгмена, — Уизли приняли более заинтересованный вид. — В общем. Забейте. Он — банкрот. Должен всем, кому только можно. И даже тем, кому нельзя, вряд ли вы сможете стрясти с него что-то раньше гоблинов. А после них и стрясать не с кого будет.       Парни резко приуныли. Слишком шокирующие новости. Если до этого они еще на что-то надеялись, то теперь всем надеждам пришел конец. Гарри, увидев, что близнецы почти в депрессии, решил поднять им настроение. В конце концов, если его предки вкладывались в перспективные предприятия, то чем он хуже. Продукция братьев разлеталась на факультете как горячие пирожки, и единственное, что самому Гарри в ней не нравилось, — это ее не испытанность. — Значит так, парни. Есть у меня для вас выход. Готовы слушать? — Конечно, Гарри, что придумал? — на волне плохого настроения говорил только один из близнецов — Дред или Фордж, было не разобрать. — В общем, я предлагаю вам некоторую сумму на развитие вашего бизнеса. Интересует? — Конечно интересует, но какие условия? — это уже другой близнец. — Все просто — ваша продукция пользуется спросом, но меня не устраивает её не проверенность. А потому я предлагаю вам двадцать тысяч золотом для старта при условии, что все ваши изобретения будут проходить сертификацию в Мунго. Ваш товар должен быть абсолютно безопасен. Идет? — Конечно идет! Мы так понимаем, все под договор? — Да, под договор, и не сейчас. Сначала вы должны закончить Хогвартс. В процессе подпишем договор о намерениях. Получите деньги, снимете помещение, сертифицируете свои вредилки. Если двадцати тысяч не хватит, я добавлю. Но! Моя доля — ровно треть. Устраивает? — Само собой, устраивает. Мы и не надеялись на такие условия! — Ну, тогда до следующего года. И не натворите глупостей! — Конечно, Гарри, какие тут глупости! — Ладно, пойду я, меня Миона ждет. — Давай-давай, о будущий большой босс! — настроение близнецов взлетело вверх, как ракета. Сам же Поттер быстрым шагом вернулся к Гермионе.       Побег прошел штатно — парочка тихонько выскользнула в сад.       Как ни странно, в саду они были не одни — тут и там сидели отдыхающие от танцев студенты всех трех школ. В поисках свободной лавочки пара пробиралась все дальше, но внезапно они услышали знакомый голос: — Не вижу, Игорь, никаких причин для беспокойства. — Как ты можешь, Северус, закрывать глаза на проис­ходящее? — с явной тревогой возразил Каркаров, пони­зив голос: вдруг кто подслушает. — Тучи сгущаются все последние месяцы, и меня, не стану скрывать, это очень тревожит… — Тогда беги, — посоветовал Снейп. — Беги, я уж как­-нибудь объясню твое бегство. Что до меня, я остаюсь в Хогвартсе.       Решив, что эта встреча им сейчас совсем не нужна, Гарри и Гермиона быстро свернули в сторону от приближающихся голосов.       Они переглянулись и по молчаливому согласию решили отложить обсуждение на потом. Слишком хорош был вечер, чтобы портить его Снейпом и прочими Пожирателями.