3.
14 марта 2021 г., 18:00
Тэхён ведёт свою «Касатку» к базе сопротивления, когда его руки касается тёплая ладонь. И это довольно стрёмно, потому что он знает — он в кабине совершенно один.
Тэхён на всякий случай оглядывается, но рядом ни души. Он хмурится, нервно передёргивая плечами. Ну и жуть. Тэхён, конечно, не верит в призраков — он всецело человек науки, но всё же внутри что-то неприятно сжимается. Нехорошо это всё.
— Тэхён-хён, — произносит голос поблизости, и он вздрагивает. Голос приятный и смутно знакомый, хотя точно не принадлежит ребятам из его отряда.
Он проверяет наушник, но оттуда льётся тишина. Помехи?
В любом случае, кто бы там ни был, он разберётся позже. Отвлекаться нельзя — они в самом разгаре межгалактической войны, и от того, сумеет ли Тэхён доставить груз на базу, зависит слишком многое. Он не имеет права облажаться, только не сейчас.
Невидимая ладонь трясёт его немного настойчивее, и Тэхён поджимает губы. Вообще-то это раздражает. У него, чёрт побери, ответственная миссия, и рука какая-то странная, и...
— Хён, пора вставать, — повторяет голос, и Тэхён неохотно приоткрывает глаз.
Космический корабль пропадает, и он недовольно стонет. Вместо мерцающих экранов в кабине пилота перед ним чужая гостиная и Чонгук — растрёпанный, миленький и в растянутой майке, задравшейся сильно выше нужного.
Ого, вот это пресс. Серьёзно, на нём можно стирать бельё! Зачем такое живому человеку? Он точно человек?
— Твой будильник звенел уже несколько раз, — Чонгук дарит ему смущённую улыбку. Определённо, она стала бы ещё более смущённой, знай он, о какой фигне Тэхён сейчас думает. — Я боялся, что ты проспишь. Доброе утро?
Он кладёт чужой смартфон рядом с подушкой, делает очаровательный крошечный поклон и куда-то уходит. Какое-то время Тэхён тупо смотрит ему вслед, а потом вздыхает и всё же тянется к гаджету.
Чёрт, уже девять? Он хотел встать пораньше.
Телефон ожидаемо разрывается от пропущенных звонков и сообщений. Он мельком пролистывает их, не открывая: «Где ты?!», «Тэхён, не молчи», «Нам нужно поговорить, это правда важно, выслушай нас», «Мы можем всё объяснить», «Тэхён, мне очень жаль».
Он чувствует, как внутри закипают гнев и горечь. Тэхён не хочет никого выслушивать. Он не хочет, чтобы ему что-то объясняли, и ему глубоко плевать, насколько им теперь жаль.
Да, он ведёт себя как ребёнок и эгоист, но что тут поделаешь? Он и есть ребёнок и эгоист. Им всем нужно было думать раньше — перед тем, как нагло врать ему в лицо. Теперь это совершенно не его проблемы.
Хорошо, что никто из этих людей хотя бы не знает номер Чимина. И вообще ничего о нём не знает, кроме имени. Хорошо, что тут его не достанут.
— Позавтракаем? — доносится голос Чонгука из кухни.
Тэхён откидывает смартфон в сторону и согласно мычит в ответ.
***
После завтрака вчерашними булочками (похоже, Чимин не шутил про наркомана — Чонгук не остановился, пока не доел всё) они вместе отправляются забрать вещи из квартиры Тэхёна. Вчера они вроде как решили, что Тэхён останется в гостях ещё на какое-то время. «Вроде как» потому, что прямо об этом не говорилось — Чимин предложил остаться, Тэхён согласился, а Чонгук с утра упомянул, что надо бы сходить за вещами. Наверное, другие подтверждения и не нужны, но он всё равно переживает, что навязывается. Но вроде бы, пока никто не против его компании. Поначалу они идут в тишине, но это не такая расслабленная и уютная тишина, как с Чимином. В воздухе витает неловкость, и Тэхён всячески пытается её сгладить. Чонгук, похоже, довольно робкий малый, так что он начинает разговор сам — рассказывает про универ, про недавно прочитанную манхву, про супергеройский фильм, на который хотел бы сходить в кинотеатр. Стоит отдать Чонгуку должное — он откликается на чужие слова с большой охотой, задаёт вопросы и вставляет комментарии, так что разговор не похож на игру в одни ворота. Особенно хорошо выстреливает тема про супергероев. — Серьёзно, как вообще могут нравиться другие супергерои, когда есть Железный Человек?! — возмущённо восклицает Чонгук, воздевая руки к небу. Это должно быть смешно, но вообще-то оно больше миленько. Хотя и смешно тоже, конечно. — Доктор Стрэндж куда круче, — парирует он. — Он, блин, может поворачивать время вспять! Скажи, твой Железный Человек такое умеет? На самом деле Тэхён пререкается больше из вредности, чем из искреннего желания что-то доказать. Вообще он согласен — Железный Человек вполне ничего. Хотя Доктор Стрэндж прикольнее, конечно. — Нет, он классный… Но Тони Старк! — Чонгук жалобно стонет. — Ты вообще видел Тони Старка? Это ведь идеал мужчины. Если бы он существовал в реальности, я бы бросил Чимина и отправился покорять его сердце. Тэхён смеётся так громко, что на него обернулось уже пол-улицы, наверное. — Не боишься, что я расскажу Чимину? — О чём? Что он законный номер два после Тони? Нашёл чем удивить, он знает это ещё со школы, — сообщает ему Чонгук таким деловым тоном, что не рассмеяться снова попросту невозможно. Чонгук присоединяется к нему, и вот они стоят, как два придурка, хохочущих посреди дороги. Выглядит наверняка странно, но Тэхёну нравится. — Но вообще, раз уж речь зашла про идеал мужчины… — тянет он, и взгляд Чонгука сразу становится хитрым и заинтересованным. — Ты видел Локи? Вот это чистое совершенство. Одно время я серьёзно взялся за английский, чтобы поехать в Британию и предложить Тому Хиддлстону встречаться. Какое-то время Чонгук тупо пялится на него, а потом начинает ржать так сильно, что на ресницах проступают слёзы. — И как успехи? — Я рассказывал, как недавно провалил тест по английскому. Как ты понимаешь, Тому придётся ещё немного подождать. Чонгук практически завывает от смеха и складывается пополам. Наблюдая за этим, Тэхён лишь мягко улыбается. Вообще-то его мечту обсмеяли, и это должно быть обидно, но он рад. Кажется, они с Чонгуком наконец нашли общий язык. Это совсем не похоже на историю с Чимином, когда они назвали друг друга соулмейтами почти сразу после знакомства. Сближение с Чонгуком другое — тише, осторожнее, но сейчас они идут по тротуару только вдвоём, и Тэхёну уютно. Не то чтобы он часто так себя чувствует в окружении других людей. Он правда очень, очень рад.***
Когда они наконец добираются до квартиры Тэхёна, Чонгук приходит в настоящий восторг. Он с сияющими глазами разглядывает и трогает всё на свете: фигурки героев из Варкрафта, плакаты с Ван Писом над кроватью, те несчастные подушечки с покемонами (неужели, ну хоть у одного человека в этом мире есть вкус). В итоге всё скатывается к обсуждению игр и аниме, и Тэхён почти пищит от радости — он впервые встретил в реальности такого же задрота, как и он сам. За болтовнёй о любимых персонажах, миссиях и арках сборы проходят быстро и практически незаметно. Тэхён сгребает в старую спортивную сумку всё самое необходимое: пару чистых трусов (конечно, они с Чимином соулмейты, но брать его бельё всё же немного смущает), парочку свитшотов и рубашек, джинсы, брюки, кроссовки, зарядку от телефона и ноутбук. Этого вполне достаточно — он ведь не планирует оставаться гостем навечно. То есть, может быть, ему бы и хотелось, но… Это так не работает. Ему просто нужно немного времени, и только. Он не будет никого обременять. ...После того, как сумка окончательно укомплектована, он предлагает Чонгуку выпить кофе. Булочек дома не находится — зато есть огромная упаковка клубничных покки, на которую тот смотрит сияющими глазами. Тэхён кладёт её на стол, силясь сдержать усмешку. Боже, кажется, этот ребёнок постоянно голоден. Уже через пару минут Тэхён усаживается напротив, подперев щёку ладонью, и наблюдает за тем, как радостно Чонгук поглощает пищу. Странно, что человек может выглядеть настолько мило во время еды. Он ведь явно крупнее самого Тэхёна, но сейчас похож на крошечного ручного кролика. Тэхён улыбается, потягивая свой зелёный чай. Ему уютно. — Хён, я спрошу? — осторожно говорит Чонгук, и очарование момента тут же рушится. Внутри Тэхёна всё напрягается, потому что он понимает, что именно сейчас спросят… Но он всё же кивает в ответ. — Что произошло? Ты не обязан рассказывать, если не хочешь, но мне интересно. Конечно же, ему интересно. Когда человек оккупирует твой диван несколько дней подряд, у тебя определённо возникают вопросы. Хотя Тэхён трусливо надеялся, что на все вопросы ответили без его участия. — Я думал, ты спросил у Чимина, — говорит он прямо, и Чонгук в ответ лишь пожимает плечами. — Это невежливо. Это ведь твоя история, а не Чимина. Я не спрашивал, но если бы и спросил, он всё равно никогда бы не рассказал. Тэхён пытается улыбнуться, пока его желудок выписывает сальто. Чёрт. Он знал, что рано или поздно всё к этому придёт, но он предпочёл бы «поздно». Он предпочёл бы, чтобы Чонгук стеснялся лезть с расспросами до того момента, когда он решит вернуться назад. Да, Тэхён конченый эгоист. И он не хочет снова обсуждать это всё, но ему придётся. Потому что Чонгук имеет право знать, почему чужой человек спит в его гостиной несколько ночей подряд… И потому что они вроде как поладили. — Ты помнишь рассказ про кофе, грузовик и всё такое? — спрашивает он, и Чонгук согласно кивает. Ещё бы тот не помнил. Тэхён тихо вздыхает и продолжает. — В тот день я вернулся домой раньше положенного и увидел вещи, которые видеть не должен был. Я живу не один — мы снимаем эту квартиру вместе со сводным братом и его приятелем. И когда я вернулся, они трахались. Прямо на подушечках с покемонами. Чонгук напротив хмурит брови. — Отстойно, наверное, — говорит он неуверенно, и Тэхён снова вздыхает. Да, эта история определённо не объясняет, что он забыл у Чимина. Он не хочет продолжать, но ему явно придётся. Вот же дерьмо. — Я не знал об этом, — он делает глоток чая, разглядывая собственные пальцы. Голос вроде не дрожит, и это хорошо. — Я даже не подозревал, что они спят, что они геи и всё в таком роде. Это было чересчур, так что я убежал к нашим общим друзьям за поддержкой… Но те были в курсе. Я был единственным, с кем не захотели делиться. Поэтому меня так сильно накрыло. Наверное, ты решишь, что это идиотизм. — Я не думаю, что это идиотизм, — голос Чонгука мягкий и заботливый, и Тэхён чувствует, как узел в груди немного расслабляется. — Это обидно, что близкие люди тебе не доверились. Наверное, я могу понять. Они молчат какое-то время — судя по звуку, Чонгук прихлёбывает кофе, а Тэхён разглядывает прохожих через окно. Странно, но атмосфера не кажется неловкой, хотя по идее должна. Они знакомы всего ничего, и Тэхён сейчас вывалил что-то крайне личное, но… Тэхёну грустно думать и вспоминать про это, но прямо сейчас ему комфортно. И он правда доверяет Чонгуку, хотя для этого толком нет причин. — Я был влюблён в него. В нашего соседа, Намджуна, — собственный голос звучит чужеродно и далеко, словно из бочки. Когда до Тэхёна доходит, что именно он сказал, ему хочется заехать себе в лицо. — Чёрт, прости, — стонет он, закрывая лицо ладонями. — Я несу хрень. Не слушай меня, пожалуйста. И почему он не умеет вовремя затыкаться? Тэхёну определённо пора научиться следить за тем, какая дичь вырывается из его рта. Чужие пальцы накрывают его руки и осторожно отводят их в стороны. Он неохотно поднимает взгляд. Чонгук смотрит на него во все глаза, но взгляд мягкий, добрый. Грустный, но не обвиняющий. — Всё нормально, — Чонгук приподнимает уголки губ в лёгкой улыбке. — Если хочешь рассказать, я буду рад послушать. То есть не то чтобы там есть чему радоваться… То есть… — Я понял. Тэхён немного расслабляется и даже пытается улыбнуться в ответ. Выходит так себе, наверное — не то чтобы у него сейчас подходящее настроение для улыбок. Но он по крайней мере попробовал. Он не уверен, хочет ли рассказывать. Грузить Чонгука никакого желания — а радоваться там и в самом деле нечему. Но если он откажется говорить сейчас, Чонгук может решить, что ему не доверяют. Это не так, и задевать его чувства молчанием совсем не хочется. Впрочем, есть и другая причина — эгоистичная. Тэхён никогда не рассказывал эту историю, и пожалуй, ему всё же хочется сказать про это вслух. Хотя бы разочек. Даже если это всё равно ни на что не повлияет. Чонгук смотрит на него выжидающе, и Тэхён кивает. Хорошо. Хорошо, он сделает это. — Я тогда только переехал в Сеул, — начинает он практически шёпотом. — Всё летело под откос. Меня не взяли в универ, я не особо ладил с братом, все планы на большую и чистую любовь разрушились… А он был рядом. Добрый, умный, такой понимающий. Он помогал мне готовиться к вступительным. Приносил ужин в комнату, когда я ссорился с Сокджином и не выходил есть. Всегда выслушивал моё тупое нытьё. Конечно, я влюбился, — Тэхён горько улыбается. — Я всегда легко влюблялся в тех, кто ко мне добр. Он снова думает о Чимине — о его мягких ладонях, тёплых объятиях, бенто и булочках. Конечно, у Тэхёна не было шанса. Это было неизбежно. — Поначалу я на что-то надеялся. Я даже пытался его клеить! Это был невероятно убогий флирт, и наверняка про себя он смеялся, но вслух никогда ничего не говорил. Он слишком добрый, чтобы разбивать чужое сердце, — это совсем не весело, но у него всё равно вырывается смешок. — И конечно же, ничего не сработало. Я для себя решил, что он по девушкам, но оказывается, проблема была не в этом. Моя проблема в том, что я не Сокджин. Тэхён ненавидит себя за эти слова. Правда ненавидит. Сокджин добрый, умный и старательный, он замечательный человек и заслужил всю любовь этого мира. И то, что между Тэхёном и Сокджином все вокруг выбирают Сокджина, совершенно естественно. Тут не на что обижаться. Это вовсе не его вина, что Тэхён не настолько хорош. Тэхён любит его и совсем не хочет ни в чём обвинять — но поганое скребущее чувство внутри никуда не исчезает. В нём смешалось слишком много всего: обида, злость, ревность. Боль. И он не знает, как это унять. — Можно тебя обнять? — во взгляде Чонгука так много взволнованности и сожаления, что Тэхёну становится стыдно. Он отвратителен. Человек пришёл сюда, чтобы ему помочь, а Тэхён загрузил его тонной своих тараканов… Кошмар. Отец был прав — у него действительно нет совести. Чонгук смотрит выжидающе, и он кивает. Конечно, он никогда не откажется от обнимашек, даже если это эгоизм. Тёплые руки сжимают его в кольцо, осторожно притягивая ближе, и Тэхён утыкается лбом куда-то в шею. Его обволакивает очень знакомый цветочный аромат — точно улавливаются сирень, роза, и кажется, ещё лаванда. А, так вот чей гель для душа он использовал. Удивительно, как хорошо это ощущается. Словно он и правда дома. — Всё хорошо, — говорит Тэхён через пару минут, когда чуть приходит в норму. — Я давно не люблю его, так что мне не больно. И если честно, между собой и Сокджином я бы тоже выбрал Сокджина. Просто очень обидно, что они мне ничего не рассказали. — Всё совсем не хорошо, — глухо отзывается Чонгук. — Грустно, когда те, кого ты любишь, выбирают не тебя. В его голосе так много горечи, словно он слишком хорошо понимает, о чём говорит. И он прав. Даже если это застарелая рана, это всё равно грустно. Тэхён думает об отце, который всегда приводил Сокджина ему в пример, о Юнги, о Намджуне. Думает о Чимине, который тоже выбрал не его. Он эгоист, и это отвратительно, но от чужого счастья ему правда больно. Больно, потому что ему счастья так и не досталось. — Я должен радоваться. Это неправильно, что я чувствую себя так. Руки сжимаются на его спине немного крепче, и Тэхён окончательно обмякает в них. Он устал держаться. Он слишком, слишком устал. — Ты человек, — шепчет Чонгук практически ему на ухо, и его мягкий голос звучит так успокаивающе. — Ты человек, тебе разбили сердце, и оно болит. Даже если ты желаешь людям счастья, это нормально — чувствовать боль. Всё нормально, хён... Ты не неправильный. Тэхён кивает, чувствуя, как по лицу текут слёзы. Конечно, он должен попытаться остановить это… Он должен отстраниться и привести себя в порядок, он должен подумать о чём-нибудь смешном, чтобы прекратить рыдать, он должен взять себя в руки. Но Тэхён не хочет брать себя в руки. Он больше не может всё контролировать — сейчас хочется просто тихо поплакать в чьих-то руках. Ладонь Чонгука на его лопатках немного дрожит. А на плече чувствуется влага — так, будто и Чонгук тоже сейчас плачет. Почему он грустит? Тэхён совсем не хочет, чтобы ему было грустно. Он поднимает руку и осторожно поглаживает Чонгука по волосам. Пряди мягкие и немного пушатся, и почему-то это так мило. Чонгук льнёт к его руке и постепенно затихает. Они обнимаются ещё какое-то время, а потом неловко отстраняются друг от друга и пересмеиваются. — Кажется, я нарыдал целое озеро, — усмехается Чонгук, вытирая лицо рукавом. Тэхён в ответ громко сморкается в салфетку. — Пойдём? — Пойдём. ...Они прощаются на перекрёстке. Универ Чонгука совсем в другой стороне, так что он сворачивает и машет Тэхёну рукой. — До встречи дома! — говорит он с улыбкой перед тем, как отвернуться, и Тэхён не может не улыбнуться в ответ. «Дома». Звучит так, будто это и его дом тоже. Ему нравится. Какое-то время он смотрит Чонгуку вслед, а потом снимает блокировку со смартфона, чтобы открыть Спотифай. В катоке новое сообщение — от Сокджина. Отправь хоть точку, Тэ. Тэхён вглядывается в буквы и колеблется. Наверное, он должен написать, что всё в порядке, но он не хочет. И к тому же это ложь — ничего не в порядке. «Это нормально — чувствовать боль», — вспоминает он, и от этой мысли становится немного легче. Всё нормально. Он может обижаться, злиться и расстраиваться, потому что он человек. Ему можно это чувствовать. Он не отвратителен. Он выдыхает, отправляет точку и закрывает каток.***
Вечер они с Чонгуком проводят вдвоём. У Чимина факультатив, так что он вернётся позднее обычного. Они вместе готовят ужин (Тэхён всё так же бесполезен, но он честно старается), едят под последнюю серию Ван Писа, которую он пропустил, а после немного играют в файтинг по Наруто. Тэхён проигрывает, и это становится для него серьёзным шоком. Он много играл со своими друзьями и приятелями раньше, но никогда не терпел поражения. Кто-то может составить ему конкуренцию — это действительно поражает. — Ты крут, — улыбается ему Чонгук, откидывая геймпад. — Было потно. Я уже отвык, если честно — игра с Чимином напоминает избиение младенца. — Аналогично, — Тэхён откидывается на подушки и выдыхает. — Я хочу реванш. Только дай моим пальцам прийти в себя. ...Они запускают ещё несколько раундов, и на третьем Тэхён наконец побеждает. Какое-то время проходит за болтовнёй о комбинациях, а потом происходит страшное — Чонгук начинает обсуждать персонажа, и Тэхён упоминает, что так и не смотрел само аниме. — Ты не можешь говорить мне такое в лицо, — говорит Чонгук с крайне серьёзным видом. — Я энтузиаст Наруто. Я даже Чимина заставил посмотреть оба сезона, а он не то чтобы фанат аниме. Ты ведь смотришь Ван Пис, в чём проблема? — А разве там не больше сезонов? — с сомнением тянет Тэхён, намеренно пропуская часть с Ван Писом. — Я слышал, что только до таймскипа их девять. Чонгук ухмыляется, и Тэхён смутно предчувствует, что это не означает для него ничего хорошего. — Это философская дискуссия, и ты к ней пока не готов. Мы поговорим об этом, когда закончим последнюю серию. Тэхён тупо моргает. — В смысле? — Мы смотрим Наруто. Сейчас. ...Спустя четыре серии Тэхён признаёт: возможно, он зря не смотрел Наруто. Местами это забавно, местами тупо, местами грустно, но ему определённо заходит. И пожалуй, Саске довольно классный. Одна серия сменяет другую, на улице начинает смеркаться. Тэхён с ногами забирается на диван и прижимается к чужому плечу. Так теплее и мягче, а ещё ему определённо нравится цветочный запах Чонгука. Его немножечко клонит в сон, но ничего страшного — он продержится ещё серию. Или две. Ему ведь надо узнать, чем закончится эта история с испытанием от Какаши. И вообще он не планирует спать до возвращения Чимина. Он не заснёт. Он просто немного прикроет глаза. Всего на минуточку.***
Сквозь сон Тэхён слышит тихий взволнованный голос. — Может, разбудим его? Так ведь неудобно. — Пусть отдохнёт, — раздаётся шёпот в ответ, и вот его Тэхён уже хорошо знает. Это шёпот Чимина. — Я оставлю ему постельное на кресле. Если ночью проснётся, ляжет поудобнее сам. Внезапно становится немного мягче и теплее. Тэхён понимает, что его накрыли пледом, и хочет сказать спасибо, но рот не слушается. — Спи, — шепчет ему Чимин, мягко поглаживая по волосам, и он послушно проваливается назад. Перед тем, как отключиться окончательно, Тэхён вспоминает — в первый день здесь он подумал, что к этим прикосновениям очень легко привыкнуть. И это проблема. Он действительно уже привык.
