Converse

      Идя по коридору, Юнги замечает лишь своего парня, мирно стоящего около перил и разговаривающего с друзьями. Заострив свой взгляд на обуви, он направился быстрее к Чимину. -Конверсы? — резко начал Юнги, не поздоровавшись ни с кем. -Эм, да. Чёрные конверсы. Что-то не так? —  удивился Чимин резкостью своего парня. -Их будет сложно снять с тебя, — проговорил Юнги, будто свои мысли, которые и вправду были таковыми. Было видно как щёки Чимина немного покрылись пунцой от этих слов, ведь все поняли не тонкий намёк. Он посмотрел на свои черные кеды от Converse, а потом на Мина, и ничего ему не ответив, взял его за руку, отвёдя подальше от друзей, которые резко замолчали. -Юнги-я, ты что говоришь? — начал парень, остановившись. -Я говорю правду. Знал же, что сегодня мы едем ко мне, а надел эти чёртовы кеды, которые я ненавижу. Их хер снимешь. -Откуда я мог знать, что ты так не любишь их? Теперь мне стыдно перед друзьями будет, — тяжело вздохнув и немного помолчав, продолжил, — Ты хотел мне что-то ещё сказать или только то, что мои конверсы тяжело снимаются, и ты их ненавидишь? -Вообще, да. Я хотел тебя забрать сейчас домой, — посмотрев Чимину в глаза, а потом плавно спускаясь взглядом по прекрасному телу парня, одетого в рубашку, открывающую ключицы и рваные облегающие джинсы, показывающие всю стройность его ног, сказал Юнги. Чиминов взгляд немного затуманился, что не ускользнуло от парня и, взяв его за руку, понимая, что тот согласен, посадил того быстро в машину, отвозя к себе в квартиру, забывая про уже не такие важные кеды.

***

      С самого порога парни слились в мокром поцелуе, который отдавался сбитым дыханием от стен. Стараясь не разрывать контакт, они стали снимать свою обувь, как раз при этом возникла проблема. Чимин не хотел отрываться от солоноватых губ, но чёртовы кеды, которые и вправду хер снимешь. -А я тебе говорил, теперь будешь в них, — немного ухмыльнувшись, сказал Юнги, набросившись снова терзать губы своего любимого и услышав тихое хныканье, стал поднимать того, неся в спальню. Небрежно положив Чимина на кровать, Юнги не прекращал целовать мягкую кожу, на которой точно останутся отметины. Сняв такую ненужную рубашку на Чимине в данный момент, стал кусать выпирающие ключицы, следом выцеловывая место укуса. Чимин извивался под Юнги, тянул того за волосы, тоже не отставая и снимая одной рукой майку с него. Мин стал спускаться ниже поцелуями, остановившись у набухшего соска, став посасывать и лизать его, пальцами поглаживая другой, слыша как под ним звучно стонет Пак. -Детка, кеды портят твои стройные ножки, — сказал Юнги, поднявшись и целуя Пака за ухо, немного прикусывая и посасывая, оставляя небольшой красный след, в ответ получая жалобный стон и невнятное мычание. Вместо ответа, Чимин провëл рукой по выпирающему бугорку и немного сжал его. Он уже не мог сдерживаться и стал расстегивать ремень парня, так же расстегивая ширинку на штанах. Посмотрев на тёмные, стеклянные глаза Юнги, Чимин сполз с кровати, сел на колени перед ним, снял мешающий элемент одежды и стал поглаживать уже во всю выпирающий сквозь боксеры орган, не разрывая зрительного контакта. -Я понял, что совершил ошибку. И хочу постараться её исправить, — сказав это, Пак резко снял нижнее белье с Мина и стал лизать набухший член, из которого уже во всю сочился предэякулят.       Юнги взял его крепко за мягкие волосы и тот, поняв намёк, взял в рот головку, посасывая и немного полизывая её. Мин смотрел на великолепного Чимина, стоявшего перед ним и хрипло стонал от удовольствия. Когда тот взял всю длину, он не смог сдержать громкое и сиплое «Чимини», на что Пак расплылся в небольшой улыбке и стал тщательней вылизывать орган. Юнги было очень хорошо, он, конечно, понимал, что Паку не удобно в кедах на коленях и тем более в обтягивающих джинсах с явным стояком, но тот так старался исправить свою ошибку, что он просто уже не мог его остановить.       Помогая ему с темпом и уже быстрее входя в рот, Мин понял, что на пределе. Посмотрев в глаза Чимину и невнятно сказав: «Детка, я скоро…» и тот поняв всё, без продолжения, взял как можно глубже, провёл языком во выступающим венам и сглотнул. Юнги кончил с громким стоном, глубоко в глотку, после смотря как Пак всё сглатывает, немного слизывает с головки выступающую сперму и облизывается. Притянув его за волосы, Юнги грубо впился в его губы, не обращая внимания на вкус спермы во рту. -Я смог исправиться? — еле дыша, хватая воздух губами, сказал Чимин, отрываясь от парня. -Да, смог, — сипло, в перерывах между вздохами, ответил ему Юнги.       Мин опять повалил Пака на кровать, почти сняв обтягивающие джинсы, но кеды не дали этого сделать. Оставив всё так, как есть, он спустил бельё с бедного и перевернул его на живот, оттопыривая задницу. Джинсы явно мешали Чимину, но вроде как, это наказание, так что пусть немного помучается. Посмотрев на прекрасную картину, открывающуюся перед ним: блестящая кожа от пота как-будто светиться, зона вокруг шеи и ниже покрыта яркими красно-синими пятнами, мягкие ягодицы были вздёрнуты на столько притягивающе, что не поцеловать обе половинки — невозможно. Юнги погладив обе, стал кусать нежную кожу, выцеловывать и приближаться к аналу парня. Немного прикусив кожу рядом, подув в проход, стал лизать дырочку Чимина. Тот чуть ли не упал от эйфории, накатившей на него, хорошо, что сильные руки поддерживали его, мягко сминая бока. Стараясь как можно глубже войти языком в парня, он доводил его — джинсы мешали раздвинуть ноги шире и впустить Юнги ещё глубже в себя. Поняв, что языка уже не хватает, Мин быстро взял под кроватью смазку с любимым ими вкусом вишни и вылил себе на пальцы и немного на проход, войдя сразу двумя, чем вызвал громкий крик своего имени из уст парня. Став медленно двигать пальцами, он прильнул к спине языком спускаясь по позвоночнику, обводя контур каждого выпирающего позвонка, так же не сильно царапая зубами. Создав темп быстрее, добавил ещë один палец, тем самым вызвая дрожь в теле у Пака. Когда уже четыре пальца входили в него свободно, Мин взял лежавший рядом со смазкой презерватив, натянул на себя и резко вошëл в податливое тело, начиная двигаться и ускоряться. Юнги, войдя под тем углом, нашëл простату и теперь попадал только в неë. Чимин был в восторге от происходящего, он старался успевать за Юнги, помогая ему, его кожа покрывалась мурашками, а сквозь пухлые губы доносились невообразимые звуки, что аж горло саднило, а мешающие джинсы делали ощущения острее.       Громкие гортанные стоны, нежное из уст «детка» и «юнги-я», скрип кровати, звук хлюпающей смазки разносились по квартире, создавая прекрасное. Быстро вдалбливая Чимина в кровать, каждый раз попадая по простате, сжимая бедра до отпечатков пальцев на них, Мин кончает, доводя следом и Пака.       Оба приходят в себя, приводя дыхание в норму. Юнги выходит из Чимина, связывая и выбрасывая использованный презерватив, переворачивает парня, нежно целует в горько-солëные от пота губы, убирая со лба мокрые волосы. Оторвавшись, всë же, аккуратно развязывает чëрные кеды, снимает уже мятые и потные джинсы вместе с боксерами Чимина и кидает всë на пол. Ложится с любимым, обнимает со спины. А затем, целуя мочку уха, шепчет: -Не надевай конверсы. Будет слишком сложно снять их с тебя, — солнечно улыбнувшись, ловя ответную улыбку.