Хватит меня спасать

Утро, на улице светает, лучи пробиваются сквозь закрытые шторы. Приятный запах выпечки заполняет углы дома, а сладкий чай дополняет эту мирную картину. Словно семейка дроздов, Келлерманы уже во всю копошились, собираясь по делам. — Спасибо мам, было вкусно. — Дэмон встал со стула, параллельно съедая зевком пол дома. — Кстати, сына, я приготовила тебе печеньки. Забирай, поделишься с Тэнэ, хорошо? — Ты как всегда их ночью готовила? Совсем ведь не высыпаешься. — Мне важнее чтобы вы не были голодными! До этого и так худыми были, а с этим университетом стали тростинками. — С твоим питанием стать тростинкой очень трудно, знаешь ли. — Всё, бери! С Тэнэ поделись обязательно, понял? Дэм сдавленно вздохнул, понимая, что мама променяла сон на то, чтобы они были сыты. — Спасибо большое, правда. Обязательно поделюсь, да и если не поделюсь, он меня съест вместо печенья. *** Накинув ветровку и быстро завязав шнурки, Дэмонтаниэль побежал в коридор к уже почти заснувшему в положении стоя Тэнэ. — Че, пошли? — Я думал тебя не дождусь, как девка собираешься, — Тэнэ недовольно ворчал, поправляя съехавшую шапку. — Да-да, знаю, уже 2 месяца мне это втираешь, и вообще, ты зачем как капуста оделся, на улице тепло как бы. — Если тебе тепло, это не означает что и другим тоже. — Понял, не принял. Парни вышли из дома, прохладная, но солнечная погода создавала необычное ощущение и обволакивала душу. Каждый думал о своем, Дэм к примеру о кофе, ведь всю ночь размышлял над словами Тэнэ, хотя тот в свою очередь даже не мог себе это представить. *** — Господи, я так хочу спать. Не дай бог ещё Лавэнэ встретить. — Ты его все равно встретишь, если не в коридоре, то на паре, либо загнанный в угол туалетной кабинки. — Блять, чтобы я его ещё раз встретил в этом сранном туалете, — Дэмон измученно вздохнул. — Какая, кстати, пара сейчас? — Мм, сейчас посмотрю, вроде фоткал, — Тэнэ быстро разблокировал телефон, — сейчас история. — Блять. — Понимаю тебя, — брюнет снова посмотрел на экран телефона, — потом физкультура, а после неё анатомия. Ты ведь помнишь что говорила преподша по анатомии? — Тетради на наличие записанных лекций проверит? — Ага, у тебя надеюсь все записаны? Я не хочу тебя отмазывать перед ней, иначе обоим влетит учебником по роже. — Я хуй знает, вроде все есть, перед парой посмотрю. Даже если у меня чего-то нет, то бессмысленно пытаться переписать, там много. — По сути, ты прав. *** Холодная аудитория. Здесь, казалось, в разы холоднее чем на улице. Озябшими пальцами было трудно писать, а преподаватель диктовал все быстрее. — Чертова история! Эта аудитория никогда не отапливается, уебки, — Дэмон агрессивно писал в тетради, будто записывая имена своих обидчиков и сразу же пытки для них. — Давай я тебя согрею, Дэмик, к тому же нам обоим будет тепло, — сидящий рядом Кица, приобнял и без того злющую курочку. — Да пошел ты нахуй! Одни проблемы от тебя, заебал написывать мне с сотни аккау… — Дэмон хотел покрыть беловолосого 3-ех этажным матом, как его резко окликнули. — Дэмонтаниэль Келлерман, — учитель Отто коротким жестом руки подозвал парня, — подойди-ка сюда. — Идешь пересдавать? — наконец неохотно подал голос Тэнэ, взглянув без особого интереса на куропоца. — Вряд ли, Отто сказал что я буду через 2 недели пересдавать, опять что-то делать заставит или же как всегда «Принеси то, у меня жопа болит взять самому». Дэм неохотно встал с места, лениво идя к столу преподавателя. — Ну… Придется поболтать с тобой, — Кица обратил внимание на уставшего брюнета, так как у него закончилась бумага для самолетиков. — Какая жалость, не хотел бы я быть на твоём месте. — Тэн, дай бумаги, плиз, у тебя вон пол тетради, пожалей беднягу. — Бумаги тебе дать? А нахуй не завернуть? — «Если бы я разговаривал с пепельницей, диалог был бы куда интереснее». — Ну и агрессивные девственники сейчас пошли, — Лавэнэ недовольно промурлыкал себе под нос. — Кто девственник? Я охуенно зрелый, ты гавно актив- пасси- нахуй иди, понял? — тараторил Тэнэ попутно делая из бумаги шар. — Все-все, не заводись, — открыто дразнил того блондин, — Какой ты ранимый, заюш. Брюнет уже сделал замах, целясь в наглую морду. — Оп-оп, повезло-повезло, — ответил Лавэнэ, поймав рукой бумажный комок. Тэнэ же пытался переключиться на что-то другое, открыто давая понять, что Лавэнэ ему не сдался, не срался и с горы он за ним не гнался. Но Кица, который любит часто оставлять мозг дома на самый высокой полке, чтобы вдруг не потерять, важная вещь всё-таки, за такую хорошую цену купил, решил усесться на место Дэма, дабы украсть пару листочков и карандаш для своих мокрых фантазий. — Как говорится: курица встала — место пропало, — Кица игриво подмигнул и приземлился в опасной близости с темноволосой колючкой. «Знал бы он насколько ироничную штуку сейчас сказал». Кица по-кошачьи грациозно потянулся к сумке Дэма, чтобы глянуть нет ли там, случаем, чего-нибудь интересного. Тэнэ, наблюдавший за этим, машинально потянулся к лямке, ведь там находились те самые печеньки, старательно сделанные Чиэ ночью. — Эу, ты куда полез, гнида белобрысая? — Тэнэ кинул возмущенный взгляд на столь наглую персону. — Ха? Там что, презики? Господи, надеюсь там xxl размера, — Кирициан злорадно усмехнулся, отодвинув сумку на дальний угол парты подальше от Тэнэ. — Фу, блять. Ничего там нет. Не суй нос в чужие вещи! Беловолосый удивленно взглянул на сидящего рядом парня, но удивление было быстро заменено ехидной улыбкой. — Слушай, сладкий, ты ведь мутишь с Дэмом, так? — рука Кицы служила опорой для его головы полной вопросов и белой жидкости. Если вы подумали о сметане, то пусть будет сметана. — Ты ебнулся такое говорить? Блять, ты вообще в своем уме? — Тэнэ был ошарашен, но если хочется спасти печенья, да и вообще свою с Дэмом задницы от слухов, то нужно сохранять полное спокойствие и колкий холод. — Хахаха! Ну уж нет! Я не отдам тебе эту столь важную вещицу, пока ты не скажешь мне правду, — Кица явно хотел выбить из ситуации всё, а Тэнэ же хотел выбить ему зубы. — Правду? У меня одна правда! Ты идешь нахуй! — Вы как познакомились, так не отходите друг от друга, домой идете вместе, но что хуже всего, в универ топаете вы тоже вместе, а значит — ебетесь, для полноты картины вам осталось только за ручку идти, да вприпрыжку по гейским кочкам, — Кица игнорировал оскорбления темноволосого. — Да как же ты блять заебал! Мы-не-встречаемся, — брюнет отчеканил каждое слово, — если на твоем уме только «как бы потрахаться», то я тебе соболезную, ты один такой озабоченный. — Ладно-ладно, ну не встречаетесь и не встречаетесь, что бубнить. Вообще я не горю желанием с тобой разговаривать, да и ты сам знаешь что мне от тебя надо, поэтому расскажи мне лучше какой он, ненасытный, да? — Ну, допустим, — парень сделал небольшую паузу, — жрет в 4 хари. — Я не эт... — Теперь медленно передал мне сумку, еблан, — ещё немного и между бровями брюнета появится Марианская впадина. Тэнэ перевел взгляд на предмет спора и увидел весьма странную картину: в сумке Дэма, которая каким-то хером катапультировалась на край парты соседнего ряда, хозяйничала какая-то малознакомая ему девушка и делала она это с явной спешкой. Шастать по чужим вещам уже ненормально, но столь нервозное состояние делало происходящее ещё страннее. В голове Тэнэ возникло много вопросов, но главным, конечно, же был: «Че за хуйня?» Она стояла спиной к брюнету, так что увидеть лицо было невозможно, но эти красные волосы, все же где-то мелькали в окружении Тэнэ. Точно, он видел ее в одной из компании обожателей Дэма, которые, к тому же, любят преграждать им путь. «Блять, я в печеньехранители не нанимался, Дэм, поставь сигнализацию на свою сумку, куриная башка». —…страпоны и горчица… Эй? Ты чего застыл? Я перед кем распинаюсь? — Кица начал щёлкать пальцами перед лицом Тэнэ, дабы обратить внимание на важную персону, себя. — Стой, куда лыжи навострил? Брюнет же уже шел в сторону происходящего безобразия. Издалека можно было заметить, как девушка поместила внутрь нечто белое и маленькое. Она была слишком сосредоточена на чем-то своем, так что не обратила внимание на ничего не понимающего Тэнэ и поспешно закрыла сумку. Парень спроектировал всю свою мозговую деятельность на то, чтобы понять, что вообще творится у нее на уме. — Что ты… — голос брюнета резко привлек все внимание девушки к себе. Благо Отто в этот момент не было в помещение. — Я-я…— особа была явно смущена и напугана, смущеннонапугана? Утащив сумку подальше, она и не представляла, что может быть пойманной. — Это твоя сумка? — Что? Я…эм, ну д-… — Нет, она не твоя. И не думай мне врать, это сумка моего друга, — Тэнэ на секунду запнулся. «Друга». — Так что даже если ты очень постараешься, тебе не удастся меня обмануть. Скажи-ка, как она оказалась у тебя и что ты там ищешь? — продолжил парень, прочистив горло. — Я п-просто, — девушка всё время бегала глазами по аудитории, будто искала на стенах подсказку, как отмазаться от возникшего парня. — Просто что? Шастаешь по чужим вещам? Не мне тебе говорить насколько это ужасный поступок, — 2 месяца с родителями Дэма дают плоды, теперь Тэнэ разговаривает, будто воспитатель детского сада. — Я просто, — постепенно цвет лица пойманной набирал того же оттенка, что ее волосы. — Попрошу тебя вернуть мне сумку и я надеюсь, что ты ничего оттуда не взяла и не подкинула ничего такого, — он подходил все ближе, но на безопасное расстояние, мало ли что на уме у этих непредсказуемых низких девушек. — Я бы ник-когда, — девушка поняла слова парня немного иначе и решила, что лучшим вариантом будет всё объяснить, но подумала она об этом, уже когда дала деру с места происшествия. — Что, погоди, — Тэнэ сфокусировал свой взгляд на красной макушке и побежал за ней на поиски правды, но стоило ему только начать свою карьеру сыщика, как тут на втором же шаге он ударяется об кого-то и слышит жалостливое ноющее кряхтение где-то с недр пола: — Тэнэ, ебаный рот, ты вообще видишь куда бежишь? «А курицы всё-таки не летают». — Черт, ты как там заспавнился?! — брюнет машинально нагнулся к страдальцу. — С неба упал, не видишь ангел какой, — приподнялся Дэм, — норм ты меня так об лестницу ушатал. — Встать можешь? — Ты думаешь, что настолько кабан? Конечно, могу. Но колено Дэма решило, что Тэнэ всё-таки кабан, даже скорее катафалк, которому этого калеку выносить и придется. — Ясно все с тобой. Тэнэ аккуратно приподнял Дэма с пола, послужив опорой. Белобрысый попытался встать, но из-за резкой боли в коленке попятился назад. Спасатель куриных туш вновь попытался его поддержать, но Дэмон уже благополучно упал по второму разу. — Парни, это что за петушиные бои на задних партах? — Да вот, труп одногрупника поднять пытаюсь, — Тэнэ недовольно ворчал, стараясь все так же поднять страдальца, к сожалению безуспешно. В этот удачный момент в аудиторию зашел Отто Ригли, вид у него был знатно прифигевший от происходящего. — Кёниг! Что за черт? Почему вы не на своем месте и почему. Так, объясните что вы здесь натворили, ни на минуту по важным делам нельзя отойти. — Ну, — Тэнэ запнулся, со стороны это выглядело ужасно неловко. — Четко и ясно, что случилось? — Дэмонтаниэль хотел подойти к парте, как эм... Споткнулся и ударился коленкой о ступеньку. Во взгляде Отто отчетливо читалось «вы что, совсем тупые?», но он ничего не ответил. Брюнет продолжил: — Я подошел к нему из-за того, что он не смог поднятся, вот и все. Все сидящие в аудитории с интересом наблюдали за ситуацией, кто-то даже снимал на мобилку, но сказать что все было не так, к счастью Тэнэ, никто не решался. Кому хочется получить чапалах от Отто? — Ясно все с вами, я уж хотел его отправить за тетрадями и картами, но видно не судьба. Пойдешь значит, Кёниг, ты, в 24 кабинете заберешь и придешь сюда. «А ты куда сейчас-то блять ходил?» — хотел бы сказать Тэнэ, но ответив привычное «хорошо», он вышел из аудитории. *** «24 кабинет. где я его высру? Пройти три пизды до него, потом обратно, но уже с этой ненужной парашей, чертов истерик. Надеюсь, Дэм не сильно ударился». Наконец, принеся все вещи, Тэнэ подошёл к своему месту и обнаружил пропажу. — А где Дэм? — брюнет тихо спросил у рядом сидящего Кицы. — К Рипли ушел, а что, без него плохо? — Кирициан вальяжно расположился, приобнимая растерянного Тэнэ. — Я просто интересовался, отъебись, — парень быстро отстранился от Лавэнэ, словно он подхватит ВИЧ, СПИД, бешенство и что-то ещё. — Ой-ой, какой же ты все-таки злой, я просто хотел с тобой нормально посидеть. — Завались, сидеть можешь нормально и с ручкой в руках, записывая лекцию. *** — Ну парень, тут одним льдом не исправить, можешь пока что анальгин выпить. — Рипли осматривал колено, которое уже успело приобрести фиолетовый оттенок и опухнуть. — Это понятно, а пары я досидеть смогу или нет? — А какие пары? Ты себе колено ударил, еле как сидишь, хоть бы не перелом. Домой иди. — Физкультура будет следующей. Сегодня как раз нормативы сдаем, я не могу так просто уйти домой. — Приятного путешествия в мир боли, — Рипли саркастично глянул на парня, — отпрашивайся, придурок, хуже станет — я буду виноват, что меры не принял. — А если отпрошусь, дальше что? Буду героически идти до травмпункта? Умно, мистер Рипли. — Дэм понимал, что мужчина прав, но дойти до медпункта в ВУЗ-е он тоже смог с трудом. — Не надо тебе никуда идти, такси вызови, а уже дома мама обработает рану, если умеешь — обработай сам. Дэм вздохнул, понимая что так он и поступит, но нормативы по физкультуре беспокоили его душонку. — Хорошо, но смогу я хотя бы 20 минут на физкультуре побыть? Я боюсь что с меня физрук шкуру снимет, если я не сдам. — Ну можешь, хоть я и не уверен. Возьми пока что обезболивающее, за полчаса до начала выпьешь. — Спасибо, тогда я пойду. Дэм не спеша встал со стула, поправляя штанину. Сильно прихрамывая, он вышел из медпункта. — И он с такой ногой физкультуру собрался сидеть. *** — Блять, Тэнэ, я походу не переживу физкультуру. — Дэмон ковылял до раздевалки, время от времени цокая от боли. — Извини, я, эм, не хотел тебя толкать, — брюнет сильно раскаивался, видя как Дэм страдал от боли. — Я понимаю, все нормально, не заметил и не заметил, бывает такое, — белобрысый пожал плечами, — о боже, наконец-то, раздевалка! Парень ввалился в помещение и сразу сел на скамейку. Рядом лежал его пакет с одеждой, так что долго идти не пришлось. — Ох. Ахуеть. ЕБАТЬ. Я хоть смогу побежать? — куриный акробат изумленно смотрел на свое опухшее до неебически больших размеров колено, которое приобрело бордово-синий оттенок. — Может тебе лед приложить? Хотя бы боль снимет на пару минут, — Тэнэ задумчиво смотрел на травму, словно если он так пару минут потупит, она волшебным образом исцелится. — Ну, главное дожить, а потом посмотрим. — Мертвые не видят. — Ты назвал всех слепых мертвыми? — Нет, я их так не называл, но твоей маме стоило назвать тебя Тупой, а не Дэмонтаниэль. — Не стебись над калекой, ирод, я вообще-то из-за тебя упал. — Сам же секунду назад сказал, что ничего такого. — Это был прошлый Дэм, я уже не тот что раньше, — парень драматично приложил руку ко лбу. — С чего тебе нужно упасть, дабы мозг на место встал? — Со своего престола. — Собираешься побить рекорд самых тупых высказываний? — Да, буду 8 минут повторять «Тэнэ, Тэнэ, Тэнэ» — вот они, битва кошки с курицей, бати с дедом, учительницы и того самого чела с последней парты, который жарит шашлыки. Да начнется сражение не на жизнь, а на смерть. — Может хоть как-то словарный запас улучшишь. — Повторяя одно слово? — Тебе будет достаточно. — Пошел нахуй. — Взаимно, хуила. — Ну вот и все, завяжи лямку. — Варежку прикрой. Перебирая эпитетами парни плевали колкостями связанными с различными видами одежды, но после недолгого состязания умов, Дэмонатаниель все же не выдержал и сдал позиции: — Сука, я тебя ебну сейчас этим пакетом с одеждой, дай анальгин лучше. Брюнет лениво метнул спасательные таблетки, параллельно надевая растянутую футболку. Упаковка, кинутая парнем, полетела прямо в лицо Дэма, словно Тэнэ рассчитал за пару секунд всю траекторию полета. — Ты издеваешься? — куропоц шипел на Тэнэ, выдавливая таблетку из упаковки. — Приятно слышать, что ты хвалишь мою меткость, — брюнет саркастично ухмыльнулся, — ты всё? — Сек, только таблетку запью, — беловолосый открыл сумку в поисках бутылки. Парень у нас не любитель синего окраса кожи, так что бутылка обычной воды. — Только не копошись, мы и так задержались. — Да сколько мне тут, — парень отпил, запрокинув голову и оголяя кадык. — Вспомни кого я жду каждое утро. — Сейчас не утро и я, — белокурый встал со скамьи, — бодр, как огурчик! Можно было бы подметить, что сходство с огурцом у Дэма было только в том, что они оба овощи, но учитывая, что огурец это ягода, то сейчас овощ только блондин. Резкая судорога в ноге заставила Дэма остановиться, но летящая вслед за ним сумка непокорна никаким судорогам. Она громко шлепнулась на пол, вмиг рядом с ней оказалось и всё содержимое. — Твою ж мать, тупорылая сумка, как так можно. — Тупорылый тут только ты, — Тэнэ глянул из-под челки на Дэмона, — отойди, я сам соберу, пока будешь нагибаться я успею еще 6 сумок собрать. — А. Спасибо. — Не за что, курица, — еле заметный румянец появился на бледных щеках Тэнэ. — Вот как ты так можешь? Вроде бы и обозвал, а как-то даже и помог. — Не знаю, чудо какое-то, — ответил брюнет, странно возвращая тетради обратно в сумку. Да уж, сегодня она страдает пуще хозяина. Взор цепляет какой-то странный белый кусок бумаги. «Это случайно не причина, почему та девушка в сумки к людям лезет? Если она так заморачивалась, что пошла на воровство, то вещица и впрямь стоящая. Думаю, Дэм не обидится, что я первый ознакомлюсь с содержимым». Судорога довольно быстро прошла, будто бы ее и не было. На удивление, голубоглазому стало полегче. Но на долго ли? — Ещё болит? Точно ходить можешь? — закончив, брюнет поднялся. — Да, пошли, надеюсь я там не умру, — Дэмон медленно встал, придерживаясь за плечо Тэнэ. — Я устрою тебе самый дерьмовые похороны. — Взаимно, падаль, — парни друг другу остро ухмыльнулись и двинулись из раздевалки. *** Запах резинового покрытия отравлял лёгкие, эхо из-за которого каждый шорох превращался в удар огромным молотом прямо по голове — все так и намекало на каторги, что ожидают бедных студентов. — Как думаешь, он меня убьет? — Дэмон страдальчески взглянул на рядом идущего с ним парня. — Даже думать не нужно, дабы узнать ответ. — Кёниг, Келлерман, вы чего в раздевалке так долго копошились? — Так выш- — Решили от сдачи нормативов слинять? Два штрафных круга, — учитель указал двумя пальцами на свои глаза и продолжил грубым голосом: — Каждому, — перевел пальцами на них и ушел к другим страдальцам. — Юху, как круто жить. — И не говори. Что с ногой делать будешь? — Что делать? Ну не могу же я ее на скамье оставить и побежать. Жизнь — это страдание. — С лестницы упал и философом стал? А что такое страдание? — Физкультура. — Со смыслом однако, но даже искусному философу придётся бежать два штрафных круга. — Вперед за счастьем, нам стоит победить черную полосу и не погрязнуть в пучине её страданий, ведь следом за ней последует белая. — Белая полоса в жизни — это поход в буфет после физкультуры? — Верно, друг мой. «Друг, он сказал это для шутки, или?..» — Мы так и будем здесь стоять? Пошли выполнять нормативы, ничего уже не сделаешь. — Нормативы это испытание от жизни, выполнив их, мы станем непобедимы. *** Шел второй круг, Дэмон часто выходил из строя чтобы передохнуть. Или передо́хнуть, по правде говоря, он не мог решить, что лучше. Боль в коленке все нарастала, со временем, игнорировать ее становилось все невыносимее. Выпитый полчаса назад анальгин уже не справлялся, в тот момент парень грезил о том, чтобы побыстрее сдать чертовы нормативы. — Так, кто все выполнил? — голос физрука был так же строг и холоден, словно он вовсе не замечал поведения белобрысого. Толпа первокурсников звонко отозвалась, давая понять что все всё уже давно выполнили, и можно уже отправляться гонять в футбол. — Отлично, а как дела у вас? — учитель окинул Тэнэ и Дэма суровым взглядом. — Тоже выполнили. — А? Не слышу, идите сюда, лентяи! — ВЫПОЛНИЛИ, — запыхавшийся Тэнэ развалился на другой стороне стадиона, надрывая связки чтобы докричаться до глухого, и по всей видимости, слепого физрука. — Да это понятно! Сюда идите, футбольные команды будем собирать, совсем уже все обленились, даже провести хорошо время не хотят. — Ага блять, с ушибленной коленкой прям очень хочется в футбол гонять, — Дэмон неуклюже встал, сильно пошатываясь, не в силе сохранять равновесие. — Господи боже, ты со стороны словно канистру самогона выпил и встать не можешь. — Ой, Тэнэ, завались, и так тошно. — Мне от твоего вида самому тошно становится. Наконец собрав команду, физрук дунул в свисток, давая знак что игра пошла. Но стоило ей только начаться, так 2-я команда потерпела потерю. Дэмонтаниэль вальяжно развалился на поле, даже не пытаясь встать. От нетерпимой боли тот сложился пополам. Удивленный физрук и не менее удивленные студенты смотрели в сторону великой трагедии, развернувшейся на полу. — Ч-чего? Келлерман, что у тебя там случилось? — перепуганный физрук метнулся к белобрысому. — Все хорошо, — ответил кто-то из стоящих рядом, — либо он умер. — Да какое умер, Келлерман, ты как? — Никак, кажется, я сейчас коньки отброшу, — простонал парень лежа на земле. — Так, а ну вставай давай! Парни, помогите отнести его в медпункт. Кёниг, ты куда его несёшь? Ты себя видел, щепка без мышц. — Я могу его поднять. — А я могу подзатыльника выдать, так, вы двое, что покрепче, берите его аккуратно, — мужчина указал пальцами на каких-то ребят. — Черт, Дэм, ты как вообще? — Сказать плохо или правду без цензуры? — Придурок, почему молчал? — Тэнэ, съешь печенья вместо меня, мама очень трудилась над ними, передай моей семье, что я их очень люблю, сотри мою историю браузера, — не слушая, говорил пострадавший. — Так, ты ходить можешь? — Без ноги смогу, мне сейчас бы вот так лежать и во-о-о-обще не двигаться. — Парни, встаньте с обеих сторон, аккуратно берите, Тэнэ, отойди — не мешайся. Так, несите! Кёниг наблюдал за тем, как бедную курицу очень аккуратно уносят со стадиона. И все бы не случилось, если бы он смотрел по сторонам и не сбил его с ног. «Блять, это ведь из-за меня, блять, снова, сука-сука-сука». — Так, а вы не расслабляйтесь. Футбол отменяется, так как теперь в командах неравное количество игроков. Строимся в линию, на первый-второй рассчитались и живо ко мне нормативы сдавать. *** Дэмон лежал в медпункте, думая о смысле жизни, печеньях и испуганном лице паникующего Тэнэ. На коленке был холодный компресс, перемотанный тонким бинтом, чтобы тот не упал. «В этом кабинете так много ненужной параши. Еще он какой-то слишком светлый, как ряженка. А хотя, вроде, норм? Бля, пока лежал хавать захотелось. Я так хочу попробовать печенья, мама ведь так старалась. Ну, хотя бы Тэнэ поест». Раздумья Дэма прервал громкий хлопок двери. В кабинет зашел Рипли, держа в руках стакан с водой. — А я тебе говорил, иди домой, но как бы не так, нормативы по физкультуре у него, физрука чуть до инсульта не довел, доволен? — медбрат недовольно ворчал под нос, ища обезболивающие в самых недрах полок и навесных шкафов. — Ну хотя бы зачет поставит за старание, — Дэмон виновато опустил взгляд вниз, ведь Рипли был прав с самого начала, ему лишь надо было послушаться. — Что случилось, того не миновать, — на стол упала упаковка с нурофеном, который хотя бы на время снизит боль, — вот, выпьешь и сразу иди домой, желательно без особых движений. Есть возможность добраться на такси? — Да, есть. Прямо с пары отпроситься? — Прямо с пары, — доктор уже было подходил к калеке, как стеклянный стакан выскользнул из руки, с дребезгом разбившись об пол. — Это на счастье, мистер Рипли. — белобрысый хотел встать и помочь с уборкой, но от сильной минутной судорогой, произошедшей пару секунд назад, ногу до сих пор противно покалывало. — На твое счастье? Было бы неплохо, судя по состоянию коленки, — врач сгреб осколки в мусорку, а чуть позже сняв обувь вытер носком лужу. Удобно, а главное — без заморочек! — Солидарен, у меня, кстати, своя вода есть, так что не стоило приносить, — белокурый залпом выпил 2 таблетки. — Все, молодца, а теперь шуруй домой. Понял? Увижу здесь через 10 минут — пну так, что долетишь до самого травмпункта. — Хорошо, спасибо за помощь, — куропоц отвязал компресс и, хромая, мигом вышел из кабинета, уже набрав номер знакомого таксиста. — Ага-ага, не хворай. *** Пара давно закончилась, Тэнэ сидел на скамье в коридоре, прокручивая в памяти недавно произошедший инцидент. Брюнет сильно раскаивался, ведь если бы он смотрел вперед-назад и вправо-влево, то никаких травм коленок не было. Резко в памяти всплыла белая бумажка, которую Дэму подложила та странная девчонка. Рука машинально потянулась в карман. Любовная записка. Неудивительно. Она была красиво украшена золотистыми узорами, а посередине надпись: «Ты словно снег, чист и идеален, среди убогой толпы один ты безгрешен и прекрасен. Я люблю тебя». «Блять, я из-за этой несчастной записки сбил Дэма, напугал бедную девушку? Ну я чучело огородное. Ужасно. С ним так мило общаются, а я, даже зная что влюблен, веду себя как чмошник. Но даже так, как мне быть? Тоже написать стих?». Тэнэ взял ручку и листочек, пытаясь красиво срифмовать хотя бы первую строчку. «Не пишу стихов я красивых, и не рисую картин, все потому что я — бездарный и тупой кретин». — Бля, все хуйня, стихи точно не моё, как и готовка, — брюнет смял листок в руках и поспешно выкинул в мусорку, пока его позор никто не увидел. «Надо идти на пару. Я так не хочу туда, тем более без Дэма. Сидеть с ебнутым Кицей. Черт. Я обязательно съебусь, не важно каким способом». *** Тэнэ наконец идет домой. «Как этот придурок без шапки ходит, яйца на месте мозгов отморозит, курица тупая. Хотя, он скорее ничего не знающий маленький цыпленок, такой без перьев, уродина маленькая». Парень спешил домой, сметая все мирные камешки, желанием слинять с пар. Но помимо спасений своей задницы, есть ещё одна, вечно попадающая в передряги: «Блять, Эбель же забрать нужно, Дэм дома должен быть, а она, наверное, ещё в школе». Парень, набрал номер самой младшей из Келлерманов: — Алло, это Тэнэ, когда у тебя закончатся уроки? — Привет, макаронный плебей. Где-то через час, не волнуйся, мне Дэм уже позвонил, он сказал, что не сможет меня забрать. — Мне за тобой пойти? — Нет, мама Миллы уже согласилась меня подвезти. — Милла? Та твоя одноклассница? Ну, светленькая? — Ага. — А, хорошо, тогда не буду отвлекать, удачи. — Пока~ То ли солнышко как-то по-другому начало светить, то ли разговор с Эбель так подействовал, но шел домой Тэнэ уже спокойнее. Все камни выражают огромную благодарность макаронной королеве. Хотя даже огромное светило массой 1,989E30 кг не может изменить того, что всё: «Хуйня». Справедливый вердикт сегодняшнего дня. Умудрился покалечить Дэма, побеседовал с Кицей, свалил с пары, еще и любовная записка какое прекрасное начало скомканного пиздеца. Такого, вроде бы он совсем маленький, но стоит ему раскрыться, как пред глазами стоит огромный лист размером с Чёрное море. Не смотря на это, погода все же пыталась стереть угрюмость с лица парня. Но никакая флора не утешит голодное сердце лучше чем пекарня по пути к дому. Парням так и не удалось пообедать, так что первым в магазинчик зашел живот, а уже после и сам брюнет. Пару булок с творогом и каким-то повидлом. День немного наполнялся красками, цвет говна сдает позиции и становится более светлым. «Думаю, он будет рад поесть булочек». Парень на секунду поддался фантазии, которая подкидывала приятные картины, накаляя жар в сердце Тэнэ. *** До дома оставалось всего ничего, так что остальной путь прошел без происшествий. Вот уже родные двери и Дэм лежащий на полу. Стоп, что? Дэм на полу? — Блять, Дэм, ты как? Сука, отвечай, — вскрикнул парень моментально скидывая кеды. — Дэмон, тупого ты придурка куска, чего молчишь? — Лежать на полу так здорово и приятно, — очень тихо и со странной интонацией подал голос страдалец. — Ты что на земле делаешь? — Говорю же, здоро- Тэнэ замахнулся и грозно зыркнул на блондина. — Да я в туалет хотел, туда я хоть как-то дошел, а вот обратно мать гравитация не пустила. — Давно так лежишь? — Хз, телефон вроде в кухне остался, так что время для тебя не засекал. — Язвить в твоем положении тупо. Встать можешь? — В моем положение лежа? — Дэм, ты- — Уже пошутить нельзя? Наверное, я ещё не пробовал встать. — То есть, ты упал и просто лежал? — Называй это спортивным отдыхом и, если ты не в курсе, мир постоянно в движении, а так как я лежал типа на Земле, то и двигаюсь со скоростью планеты, понял? — по-умному блондин указал вверх. — Да ты, кажись, и башку нехило так ударил, — подметил брюнет, помогая подняться. *** — Вот, садись на диван, я пойду тебе телефон принесу. Усадив калеку, Тэнэ ещё пару секунд смотрел на него. Тихо пробубнив себе что-то непонятное под нос, парень наконец-то вышел из гостиной. — Я заодно и чайник поставлю, ты чай будешь? — Ага, можешь любой сделать, все равно, лишь бы поесть наконец чего-нибудь путевого. Кухня. Тэнэ опять держал в руках ту самую записку от девушки. Брюнет долго всматривался в неё, будто пытался увидеть нечто большее, нежели обычный стих придуманный за ночь. «И впрямь. Девушки сильно любезничают с ним, стихи пишут, даже бывает блять конфеты дарят. Надо перестать вести себя как неблагодарная чмотура. Пока у него болит колено, я могу хоть как-то о нем позаботится, но как?» В пару мгновений записка была разорвана на части, а после отправилась доживать остатки своей бумажной жизни в мусорке. Там, где ей и место. Вот так вот король разрушивший свое макаронное царство принялся уничтожать чужие дома, с трепетом строимые годами. Но с какой целью? Возвышения себя? Нет, не зная как добиться желаемого, борец просто устраняет конкурентов, в страхе, что они окажутся быстрее и изобретательнее в делах достижения вершины. Попутно разрушая их мечты, он глохнет от яростного шума трещин на оковах, сдерживающих возникшие чувства, которые так жаждут выйти наружу. Он свободен, но, абсолютно, не знает что делать с нахлынувшими эмоциями и как располагаться своим могуществом. Все что он может, так это разрушать. «Думаю, ему вовсе не обязательно знать об этом». —————————————