Похититель Рук

На следующее утро я делал вид, что искренне удивлен отсутствию Бориса Ивановича на работе. Позволил себе «не поверить» в историю о том, что он пытался изнасиловать одну из старшеклассниц (да, сначала это интерпретировали так. Люди гениальны!), но принимать участие во всеобщих обсуждениях не стал. Два первых урока прошли, как в тумане — настолько глубоко я натянул маску обычного ученика. Только к третьему я наконец обратил внимание на отсутствие в классе Марины. Интересно, почему ее нет? Это просто реакция на вчерашние события, желание отсидеться дома, или что-то произошло? Без меня... Так, у меня же сохранен ее номер? Написал ей смс, в котором поинтересовался, что случилось и почему ее нет. В данной ситуации лучшим, думаю, было бы прикинуться ничего не знающим. Но вместе с тем и не навязываться. Девушка ответила далеко не сразу, часа через полтора. Я, признаться, уже успел весь изнервничаться. Тонкий шрам на бледном запястье я не мог потерять просто так. Но нет, ответ все-таки пришел. «Просто не хочу никого видеть» Все ясно. Реакция на вчерашние события. Марина пытается замкнуться в себе, что для ее положения вполне естественно. Некоторое время я обдумывал ситуацию и свои дальнейшие действия. Ведь гораздо важнее то, в каком положении оказался я: Иваныча поймали, Похититель Рук за решеткой (об этом, правда, пока не все знают), девушка жива, а ее шрам от меня ускользает. Нехорошее положение. Надо по этому поводу что-то решать. «Я могу как-то помочь?» - отправил я ей. Пусть назначит встречу. Пусть обязательно назначит встречу. И желательно, где-нибудь в стороне от людских взглядов, ведь свой нож я все так же ношу с собой. «Нет.» А вот это плохо. Как иначе мне подобраться к ней? Да и так, чтобы никто ничего не заподозрил... «Разве что, можешь мне кое-что рассказать?» Эта смс пришла следом за первой. Не знаю, о чем Марина хочет меня спросить, но это ее желание мне явно на руку. Условимся встретиться в парке после занятий, и останется лишь дождаться... *** -Привет! - легкая улыбка, небольшой кивок головой. Мои жесты и поза просто источают ненавязчивое дружелюбие. Все для вас, уважаемые дамы и господа! Главное, не переходить сразу к делу, как бы мне не хотелось, а вежливо поинтересоваться ее состоянием. - Как ты? Девушка печально вздохнула: -Могло быть и хуже. -В смысле? -Ты что, не в курсе? - наконец она соизволила посмотреть на меня. - Вчера наш классный на меня напал! Бросался с топором, кричал про то, что я забрала какие-то его руки... Марина поежилась и обхватила себя руками, точно пытаясь согреться, несмотря на то, что день был довольно теплый. Я положил ладонь ей на плечо, изображая жест сочувствия и поддержки, а сам не прекращая придумывал предлог, чтобы увести ее подальше от аллеи и от посторонних глаз. -В школе говорят другое,.. - стоп! А что если попробовать ударить правдой? - Подожди, ты сказала: «руки»? -Он, а не я, - буркнула девушка. Я меж тем залез в рюкзак. Постарался при этом не засветить бинокль, чтобы не пришлось отговариваться наблюдением за птицами. Очень повезло, что я на днях забыл выложить оттуда карту города со своими пометками. -Смотри! - я разложил карту на коленях. - С неделю я пытаюсь вычислить Похитителя Рук. Тут вот отметил места и даты его убийств. Видишь систему? Моя одноклассница изучала карту почти секунду. Довольно-таки долго, учитывая ее особенности восприятия. -Система в том, что системы нет, - заключила она. - Хотя ты обвел кругом наш район. -Системы нет нигде, кроме этого круга, - подсказал я и глядя на то, как брови девушки полезли вверх, продолжил: - Он атаковал хаотично, но в нашем районе делал это примерно раз в две недели, видишь? Он как будто вспоминал, что пора бы убить и здесь. Чтобы не создавать на карте пустое место... -И не привлекать внимание к району, где живет, - закончила за меня Ежова. Умница! Кажется, девушка побледнела еще сильнее. Взгляд ее замер, дыхание участилось, она несколько раз попыталась сглотнуть. -Тебе плохо? - я сделал вид, что обеспокоился, хотя прекрасно понимал, что Марина сейчас в тихой панике. Ну да, дважды два сложилось прекрасно, и теперь сцена вчерашнего нападения предстала перед последней жертвой маньяка совсем в другом свете. - Послушай, ведь сейчас важнее всего то, что Иваныч за решеткой. Он тебе больше не угрожает. Самое страшное пройдено. Оставь прошлое в прошлом. Она моргнула и посмотрела на меня. -Почему... почему ты не сказал раньше? -Я знал только район обитания Похитителя, а не его точный адрес. Кто бы мне поверил? Девушка опустилась на скамейку. Закрыла лицо руками и сделала несколько глубоких вздохов. Я присел рядом и снова чуть приобнял ее. Надо было переводить беседу в другое русло, пока Марина не убежала, не выдержав переживаний. Ну или что-то вроде того. -Ты хотела меня о чем-то спросить? Признаю, с моей стороны это был рискованный шаг: ее вопроса я не представлял даже примерно. Возврат к нему мог как разрядить обстановку, так и усугубить все. Чем я рискую, если подумать? Мы только наладили контакт с Мариной, и терять его совсем не хочется. Особенно, если учесть, что после нападения Лепнина она может куда-нибудь перевестись... А она мне слишком интересна, чтобы просто так ее отпускать. Не рою ли я себе яму, обращаясь к ее вопросу? Нужно быть максимально осторожным... Девушка распереживалась настолько, что даже не сразу поняла, о каком вопросе я говорю. Пришлось напомнить ей, что изначально мы встретились здесь для того, чтобы я кое-что рассказал. И поинтересоваться, что это за «кое-что». Ежова молчала и глядела под ноги. То и дело ее губы начинали беззвучно шевелиться. Что же за вопрос отнимает у нее столько самообладания? Украдкой я огляделся по сторонам: как назло, в парке начинали бродить гуляющие, и что бы сейчас ни произошло, незамеченным оно не будет. Проклятье! -В чем секрет твоего спокойствия? - выпалила девушка на одном дыхании. Долго, непозволительно долго, вдоха три наверное, я смотрел на ее заливающееся краской лицо и переваривал смысл услышанного. Я ожидал услышать что-то о школе, что-то о Похитителе — но никак не о себе. Тем более в таком ключе. -Моего... Чего? Нет, я все-таки гений! Так быстро и так точно сориентироваться в новой ситуации... Чтоб меня, всегда думал, что ума у меня достаточно, а сейчас все, на что я способен — два бессвязных слова?! Пожалуй, я слишком глубоко занялся планами обретения шрама одноклассницы, чтобы реагировать на любые другие вещи. Пора брать себя в руки. Моего спокойствия... -Просто... - Марина наконец подняла на меня глаза, - Просто ты никогда не нервничаешь, никогда не переживаешь... Что бы ни случилось, ты всегда остаешься спокойным... Как это у тебя получается? Через что нужно пройти, чтобы все окружающее стало незначительным, как для тебя? Чтобы не волновало даже... даже нападение маньяка. Интересно узнавать о себе что-нибудь новое. Например, что меня ничего не волнует, и я ни о чем не переживаю. Она точно про меня говорит? Тут мне подумалось, каким я выгляжу со стороны. Невысокий, молчаливый, без особых примет, я весь просто воплощение невзрачности. При этом моя привычка держать под контролем все, в том числе и себя, из-за которой на моем лице невозможно прочесть, о чем я думаю... Пожалуй, действительно создается впечатление ледяного спокойствия. А ведь это можно использовать! Приблизившись к ней вплотную, я заглянул ей даже не в глаза — я постарался заглянуть в самую душу и произнес: -Этот секрет не для посторонних. Если хочешь все узнать, нам нужно найти место, где никто этого не услышит, даже случайно. Самое удивительное то, что она согласилась! Согласилась несмотря на то, что недавно чуть не стала жертвой серийного убийцы, несмотря на всю мою таинственность, на недосказанность! Неужели она настолько доверяет мне, практически незнакомому парню, чтобы всего через сутки после нападения Похитителя Рук идти со мной вглубь парка, в те его части, где не гуляют люди, прятаться со мной ото всех? Неосмотрительно, очень неосмотрительно. Я ведь говорил, что всегда ношу нож с собой? Но это я успею. Ведь просто взять и ткнуть ее лезвием в спину — это слишком просто. И слишком неинтересно. Она может умереть, даже ничего не почувствовав, а я не для того столько ждал этого момента. Наконец мы отошли достаточно. Не видно и не слышно было ни людей, ни машин, ни даже пения птиц, еще не успевших вернуться с юга. Даже не думал, что так недалеко от дома есть настолько тихое и спокойное место! Нужно будет почаще сюда приходить, отдыхать от людского муравейника. -Видишь ли, Марина, - девушка обернулась, и я продолжил, - секрет не там, где ты его ожидаешь. Я не проходил через какие-то мучения, переживания, страдания — ничего запредельного в моей жизни не было. Я таким родился. А еще я на самом деле достаточно импульсивен, у меня просто есть привычка свою импульсивность скрывать. Она молчала, но лицо ее было крайне сосредоточено. Меня внимательно слушали, отчего я с воодушевлением продолжил: -Меня можно назвать психом. Без преувеличений. Я испытываю эмоции, но только то, что направлены на самого себя. То, что касается окружающих — дружба, товарищество, любовь или ненависть — мне недоступны от слова совсем. Недавно я прочитал, что специалисты мой случай называют психопатией. -А ты точно на себя не наговариваешь? -Ничуть. Просто попадать в руки этих самых специалистов мне сильно не хочется, оттого я и научился это свое состояние скрывать. А чтобы не обратили внимание на сам факт сокрытия, я стал носить маску обычного человека, причем очень давно. Странно, но моя собеседница меня не испугалась. Испуг был бы логичен. Я его ждал, я даже хотел видеть ее страх! Именно для того я и начал рассказывать всю правду! Но страха не было... -Ты не похож на обычного человека, - сказала девушка. - Потому я и обратила на тебя внимание. -Значит, плохо стараюсь. Но если ты видишь, что я ненормальный, почему не побоялась сюда со мной забраться? -Надоело, - пожала плечами она. -Что-что, прости? - Марина удивляла меня все больше. Да, она смешала все мои планы, но это было не похоже на вчерашний день. Если вчера мне хотелось рвать и метать от провала, то сейчас в груди бурлил интерес. Новый виток интереса к девушке-загадке. А она, поначалу собиравшаяся с духом, уже чувствовала себя вполне уверенно. Хоть мне и несколько неприятно этого признавать, но уже именно она была хозяйкой положения. Если бы я сейчас на нее набросился, то не испытал бы совершенно никакого удовольствия. Ее смерть прочно отошла на второй план. -Мне надоело бояться, - сказала Ежова. - И я подумала, что ты можешь научить меня контролировать себя. -Не так-то я хорош, раз ты заметила. Между нами повисла пауза. Марина ждала, а я обдумывал сложившееся положение. Надо сказать, поведение одноклассницы оказалось совершенно не таким, какое ожидалось бы. Почему вдруг так? Течение мыслей в этом направлении прервала шальная идея. Раз уж пошло такое дело, мне теперь не обязательно убивать девушку, чтобы заполучить ее шрам. -Думаю, мы сможем помочь друг другу, - предложил я. - Сообщай мне каждый раз, когда и как показываются мои особенности. А я буду работать над контролем и рассказывать тебе о своих наработках. Договорились? Марина кивнула. *** Хоть я и не понял пока причин ее странного поведения при нашей встрече, мы стали сотрудничать. Много времени мы проводили вместе, беседуя на разные темы. Марина оказалась просто замечательным собеседником, эрудированным и проницательным. В школе про нас пошли забавные слухи: будто двое заучек-тихонь нашли друг друга. Наверняка, будь мы помладше, начались бы подколки со стороны, но над выпускным классом смеяться просто некому. Так или иначе, о нас стали говорить, как о паре. Будто в насмешку над моими мыслями, жизнь подсунула мне девушку именно весной. Временами, когда мы оставались наедине, я позволял себе сбросить свою маску нормальности и быть при ней самим собой. А это сильнейший кайф, скажу вам. Слишком сильный, чтобы просто так от него отказаться. Поэтому я решил пока ограничиться лишь мечтами об убийстве Марины Ежовой.