Ха & Ха. Пятнадцать лет спустя

Ольга Google, Google, покажи мне Гейла! В поисках ответов на свои вопросы надолго залипаю в Pinterest. На фотках молодой парень, из тех, кого с первого взгляда клеймят «красавчиком», а позже, после сорока, «интересным мужчиной». Не скажу, что во всех своих ролях он также ослепителен, как в Квирах. Не везде, не всегда, спорно, на любителя. Во всяком случае, красота — не то, что притягивает меня к этому мужчине. Всматриваюсь в пятидесятилетнего Гейла и за некоторыми фотографиями мне видится душа, уставшая от разочарований и одиночества, но каким-то чудом избежавшая цинизма, просачивающегося в наши души вместе с жизненным опытом. От фоток ныряю в Квиров и оживший Гейл снова завораживает меня своей пластикой, тембром голоса, способностью передавать лицом сложные чувства, но главное, впечатляющей дерзостью. Что бы ни говорил Гейл в интервью, как бы ни пытался дистанцироваться от Брайана, тот навсегда останется лучшим, что с ним случилось, даже если сам Гейл так не думает, даже если он тысячу раз повторит обратное. Брайан его крест, его испытание, но и благословение. В Квирах Гейл гениален независимо от того гей он, би или натурал. Как же хочется увидеть его настоящего, не того, что прячется за мозговыносящими шутками на камеру, под кепкой и за бородой и, защищая свое личное пространство от всех, сутулится и перекрещивает конечности. Хочется, чтобы он с этой своей неповторимой грацией проплыл по кухне с чашкой кофе в дождливый вечер, а я бы смотрела на него и знала, что какими бы непохожими они ни были, Гейл Харольд ничуть не уступает Брайану Кинни и я сейчас не о сексе, но о его глубине и дерзости. В то время как прекрасное, ранимое сердце Брайана Кинни у всего мира на обозрении, сердце Гейла Харольда — тайна за семью печатями. Если только… Если только однажды он не одолжил его Брайану. Так зачем я настойчиво ищу в Гейле Брайана? Почему нельзя просто любить Брайана и оставить Гейла в покое?! Гейл Я ехал домой, вымотанный после репетиции. Да ещё этот дождь! Уже несколько часов лило как из ведра. Паркуясь на подъездной дорожке, заметил под старым долинным дубом, раскинувшимся напротив дома и с годами ставшим объектом моей привязанности, человеческую фигуру, сросшуюся с рюкзаком. Подумал, должно быть бродяга, застигнутый дождем, и почувствовал неловкость, которую всегда испытываю, глядя на людей, живущих в картонных коробках. Да, у каждого из них своя история падения, но это всегда также и история человеческого безразличия, моего в том числе. Доставая из багажника пакет с продуктами, услышал за спиной женский голос. — Извините! Далеко отсюда до палаточного кэмпинга? Мне сказали что он где-то в восточном районе. Это ведь восточный? Телефон разрядился и я заблудилась, а из-за дождя спросить не у кого. Сразу стало понятно, что женщина не американка, - речь неправильная, с сильным акцентом.  Судя по рюкзаку, - туристка, никогда не встречал бродяжек с такими рюкзаками. — Ммм, да, восточный. Только до кэмпинга ещё не меньше сорока минут езды. И ставить палатку под таким дождем… — я красноречиво покачал головой. — В паре кварталов отсюда есть дорожный отель. — Спасибо! — кивнула женщина и, кутаясь в куций дождевик, поспешила вернуться под дерево. Я зашёл в дом. Положил продукты на кухне. Залил воду в чайник, щёлкнул кнопкой, подошёл к окну и, слегка раздвинул жалюзи. Женщина в обнимку со своим рюкзаком всё ещё была там. Черт! Взял ключи от машины, снова распахнул дверь и со ступенек сделал приглашающий жест рукой. — Мэм, я довезу до отеля! Женщина поднялась с травы, но с места не сдвинулась. «Может не поняла?» Я быстро преодолел пространство между домом и деревом. — Идём! Подброшу до отеля. — для наглядности потряс ключами от машины. Женщина продолжала нерешительно топтаться на месте. — Извините, но так случилось, что мне по карману только мой собственный отель — она похлопала по палатке, прикрученной к рюкзаку. — Не против, если я поставлю палатку под этим деревом? Утром меня тут уже не будет. С минуту я стоял в замешательстве. Первое, что пришло в голову, что у нее украли кошелек или вытащили карту. — Украли? — переспросила женщина. Думая, что она не понимает, попытался объяснить ещё раз — Вор…деньги… Радостно улыбнувшись, она отрицательно замотала головой. — Нет! Деньги просто закончились.Такое бывает. Эта улыбка под дождем по поводу, который большинство людей поверг бы в уныние, заставила меня высоко поднять брови. — Такое бывает… — я невольно отзеркалил её улыбку. — Знаешь что? Идём! У меня есть свободная комната. Она с сомнением заглянула мне в глаза. — Но, мы не знакомы... — Значит, рискуем оба... Решай! Поколебавшись секунду она подняла рюкзак и попыталась одеть на плечо, но тот соскользнул с мокрого дождевика опять на землю. — Дай сюда! — я подхватил рюкзак и быстро зашагал к дому. Женщина поспешила следом. Поднялись по ступенькам. В дверях я пропустил ее вперёд. — Ванная направо по коридору, чистые полотенца на полке. Ольга К моему разочарованию, ванная оказалась гостевой и никаких личных вещей хозяина дома тут не было. Переоделась в слегка влажный спортивный костюм, сделала несколько медленных вдохов- выдохов и, не желая терять драгоценные минуты, поспешила обратно. Положила свой рюкзак на пол у входной двери, поставила рядом совершенно мокрые кроссовки и, стеснительно поджимая пальцы босых ног, потихоньку зашла на кухню. Гейл, отпивая из чашки кофе, показал мне на стул. — Садись! Хочешь кофе? — Просто кипятка. — Кипятка?! Тогда может чай? — Да. Спасибо! Он поставил передо мной чашку с кипятком, сахар и коробочку с чайными пакетиками. Гейл Пока она заваривала себе чай, я исподволь ее рассматривал. Моя ровесница, небольшого роста, тоненькая блондинка с короткой мальчишеской стрижкой и серыми глазами. Лицо ничем не примечательное, разве что, улыбка располагала к доверию. Кого-то она мне напоминала. Пожалуй, немного Мелиссу Макбрайд. Ольга Сколько раз репетировала, что буду говорить при встрече, но в тот момент, обхватив пальцами чашку горячего чая, как спасательный круг, впала в ступор. Не имея возможности спрятаться за наше русское "Вы", я вдруг поняла, что тыкать Гейлу для меня всё равно, что нарушать границы. Думаю, он почувствовал моё замешательство. — Меня зовут Гейл. Я повторила. — Гейл. А я Ольга. — Олга? Ольга? — он произнес несколько раз, пока я не кивнула, мол да, именно так. — Славянское имя? — Я русская. — Оу! И так, Ольга, ты пустилась на край света одна, с палаткой и без денег? Таков был план? — похоже, Гейл находил ситуацию забавной. — Я путешествую. Аргентина, Чили, Боливия, Перу, теперь вот... Я слышала, что летом на западном побережье можно легко найти сезонную работу. Заработаю и смогу двигаться дальше. После минутной паузы, Гейл неожиданно спросил. — Ты ела сегодня? — Утром. В самолёте. — Ясно. Яичницу будешь? Я молча, не поднимая глаз, кивнула. Пока яичница жарилась, Гейл достал из холодильника хлеб, джем, сыр и какой-то паштет. — А меня уверяли, что к северу от Мексики незнакомого человека никогда не пригласят к столу. — Ну, какое же правило без исключений! - довольно улыбался в бородку Гейл. — Значит, ты уже давно в пути… — Полгода. Брови вверх. — Полагаю, у такого длинного путешествия должен быть серьезный мотив. Гейл явно продолжал веселиться. — Скрываешься от правосудия? Или залечиваешь сердечные раны? Я невольно улыбнулась, реагируя на ироничный тон Гейла. — Нет! Все не столь драматично. Несколько лет назад случился рак, тогда и решила путешествовать... Улыбка сползла с губ Гейла, взгляд стал внимательным. — Но есть и ещё одна причина — мой сын. Ему двадцать шесть и он живёт со мной. Для России обычная ситуация, но... Я решила, что  мое отсутствие пойдет сыну на пользу. Иногда надо что-то сделать... Ты меня понимаешь? Гейл смотрел на меня с интересом. — Не банальные мотивы. А тут, в Америке, каков план? Что хочешь посмотреть? — Просто ехать, идти, встречать людей, рассветы, пробовать новую еду. В каждой стране свои запахи и краски — вот это… За этим я поехала на другой континент. А архитектура и история — это все есть в интернете. От иронии Гейла не осталось и следа. Взгляд стал пристальным. — А почему Латинская Америка? Почему не Австралия, например? Тоже далеко… — Я говорю на испанском. И музыка… — Музыка?! В тех краях даже кровь течет в ритме сальсы. Знаешь,танцы, смуглые мужчины... Мне захотелось вернуть разговор в прежнее русло лёгкой иронии. — Смуглые мужчины есть и ближе, например на Востоке. — подхватил Гейл мой тон. — Мусульмане.?! — Ааа, ты христианка! Или католичка? — Я не сдержанная атеистка. — Не сдержанная?! — Боюсь, когда речь заходит о религии, я превращаюсь в злобного тролля. Бесит очевидность трюка! — Должен предупредить, что такой взгляд на религию в этой стране не везде популярен. Можно легко нажить себе врагов. — Ну, я бы не стала говорить о религии с человеком, у которого на шее весит крестик. Гейл театрально похлопал себя по груди — Кажется, я забыл свой в дУше! — Ок, ок мистер Гейл! — я просто не смогла сдержать улыбку. — Я услышала. Гейл кивнул. — Думаю, ты устала. Слева по коридору дверь напротив лестницы. В шкафу есть подушка и плед. Спокойной ночи! — Спокойной ночи, мистер Гейл. Я забралась под плед, прислушалась. Гейл на кухне гремел посудой. Я просто валилась с ног от пережитых эмоций, но эйфория была сильнее усталости, я запросто могла бы проговорить с ним всю ночь. У меня все получилось, а я чувствовала разочарование, потому что мой «грандиозный» план в результате оказался такой малостью! Гейл «Мистер Гейл… Забавная дамочка!» — думал я засыпая в тот вечер. В общем, ничто не предвещало… Ольга Я проснулась через пять часов по будильнику. Привела себя в порядок и прошмыгнула на кухню, прикрыв за собой дверь, чтобы шум или запахи не разбудили Гейла раньше времени. Немного осмотрелась, залипая на отдельных деталях интерьера, впитывая, запоминая. Изучила содержимое шкафов и холодильника на наличие продуктов и напекла блинов. Налила себе чай, позавтракала. Прибрала за собой, оставив на столе тарелку с блинами, и присела на рюкзак у входной двери в ожидании Гейла. Через некоторое время на верху послышался шум, звук открывающейся двери и шаги на лестнице. Я влезла во все ещё влажные кроссовки и стала медленно завязывать шнурки. — Доброе утро! Ты что-то готовила? Вкусно пахнет. — Да. Русский завтрак. Извини, что не спросив! Хотела поблагодарить за ночлег. Надеюсь, понравится. — Спасибо! — Гейл выглядел взъерошенным и немного смущенным. Мне хотелось потянуть время, но побоялась быть очевидной. — От дерева в центр города направо или налево? — В центр? Ты разве не в кэмпинг? — Планы поменялись. Решила сначала, не теряя времени, поискать работу. — С тяжелым рюкзаком?! И потом, с рюкзаком за плечами у тебя меньше шансов. Оставляй его здесь! Заберёшь по дороге в кэмпинг. — Спасибо, мистер Гейл! Вот так! Гейл Харольд, того не ведая, добавил бонус к моему исполненному плану. Вернее, это был уже второй бонус, ведь надеясь, что он не оставит ночью женщину под дождем, я не рассчитывала на ужин. На самом деле, я вообще ни на что не рассчитывала, он же мог вернуться не один, а у меня с этим дождём была всего одна попыка. Гейл В начале первого Ольги ещё не было. Вид рюкзака, одиноко стоящего у двери, вызывал беспокойство. Женщина, ночь, чужая страна, чужой город — тревожное сочетание. Ближе к часу в дверь, игнорируя кнопку звонка, нерешительно постучали. Ольга выглядела уставшей и виноватой. Ольга Я с облегчением улыбнулась, убедившись, что Гейл не сердится. — Простите, мистер Гейл! Я нашла работу и меня сразу поставили на полную смену… — Вот так сразу взяла и нашла?! Ты удачливая! Где же? — Кафе «У Сьюзи». — Знаю. Официанткой? — Нет! На кухню. — В таком случае, ты должно быть сыта? — О да! Я за рюкзаком. — поспешила напомнить, чтобы не выглядело так, будто я на что-то рассчитываю. — Боюсь, транспорт до кэмпинга уже не найти. Так что заходи! С тебя завтрак! Я зашла. Гейл закрыл дверь. — Если хочешь чаю, чайник только вскипел. — кивнул в сторону кухни. — А я спать. Спокойной ночи! — Спокойной ночи! В кафе мне надо было появиться к десяти и я не торопясь пила свой чай, на сей раз с оладьями, которые, в отсутствие дрожжей, приготовила на йогурте, и обсуждала с Гейлом общеизвестные клише, связанные с русскими. Он был заинтересован темой, задавал вопросы, шутил, хотя я понимала это только по его интонации, мне трудно давался американский юмор. Манера говорить у Гейла была сдержанная, даже смеялся он как-то приглушённо что ли. Я старалась не пялиться на него в упор, борясь с желанием рассмотреть и оставить себе на память каждую чёрточку Гейла Харольда. Гейл Мы завтракали не спеша и болтали, а потом она встала и взялась за рюкзак. Было очевидно, что ей стоит усилий одеть его на плечи. — Спасибо, за гостеприимство, мистер Гейл! Надеюсь, я не очень… — тут она запнулась и, покачав головой, улыбнулась — Не знаю, как это говорят в Америке. И тогда, в порыве непонятного альтруизма, я предложил. — Ольга, я сегодня уезжаю дней на пять, можешь пожить тут, если хочешь. Она буквально открыла рот и молча опустила рюкзак на пол. Я протянул ей ключи. — Съедай все, что в холодильнике, иначе пропадет. Стиральная машина в подвале. Да! Должен предупредить! — я махнул рукой в сторону стрельчатого окна, расположенного в торце коридора. — Соседские дети любят залезать на забор и заглядывать в окно. Не пугайся! Давно хочу что-нибудь с окном сделать, да руки не доходят. На всякий случай оставлю номер телефона. Диктуй свой!