Сборник драбблов по Ривузе

       Яркие лучи солнца пробиваются сквозь занавески, нагло освещая своими лучами, лицо девушки. Она нехотя распахивает глаза, и встаёт, стараясь не разбудить парня, спящего на второй половине кровати. Набрасывая на себя халатик, подходит к двери, как вдруг слышит: — Снова сбегаешь?        Разворачивается и смотрит на него. Его глаза закрыты, но Муза знает, что он уже не спит. — Мне пора, иначе девчонки что-то заподозрят, — невнятно отвечает она. — Так причина только в этом? — теперь его глаза открыты, и от взгляда пронзительных зелёных глаз, ей хочется провалиться под землю. — Ривен, ты знаешь причину. Пожалуйста, давай не будем снова возвращаться к этому. — Как скажешь, — парень откидывается на подушку. — Тебя ждать сегодня?        Прежде чем дать ответ, Муза колеблется. — Нет, я думаю… нам стоит это прекратить. Это неправильно. — В прошлый раз ты говорила точно также, но все равно пришла. — В этот раз нет. Это была последняя наша встреча, — её голос дрожит, заставляя фею сомневаться в собственных словах. — Это твоё желание, — просто отвечает Ривен. — Но я буду ждать.        Муза ничего не отвечает, выбегает из комнаты и переодевшись, покидает мужской корпус, стараясь, чтобы её никто не заметил. Сплетни ей сейчас были ни к чему. Она прячется в саду, где густые деревья могут заглушить её плач. Девушка чувствует как солёные дорожки слез текут по щекам.        Мысли большим потоком одолевают ее. Она понимала, что это неправильно. Нельзя встречаться и любить одного, а проводить ночи с другим. Сэм не заслуживал такого отношения. Муза искренне хотела перестать врать ему, скрываться, но также понимала, что не в силах прекратить это безумие. Ривен был прав, она снова вернётся вечером. Так всегда было. Словно дурная привычка, от которой не так просто избавиться.        Да, привычка. Иначе, эти отношения охарактеризовать нельзя. С Сэмом у неё есть все, что нужно для идеальных отношений: нежность, романтика, ощущение спокойствия и защиты. С Ривеном все было иначе. Ривен — это хаос. Безумие. Страсть. Поцелуи, от которых она сходит с ума, жаркие объятия и бессонные ночи. С ним у неё словно теряется рассудок. И она уже сомневается в том, что она действительно фея разума.        Там, где находится специалист, разум отсутствует напрочь. Муза всегда поражалась его излишней самоуверенности и наглости. И лишь, узнав его ближе, поняла что это всего лишь маска, за которой он скрывает свои истинные чувства. Ривен запрещает ей копаться в его голове, но иногда, когда парень засыпает, Муза может позволить себе прочитать его эмоции. И если раньше там была лишь тьма и злоба, то со временем она уступила место другому чувству, которое фея пока боялась произносить вслух. Ей нравилось думать, что это всё простая привычка. Скоро ему это все надоест, и этим отношениям придёт конец. Ей хочется в это верить. <…>        Идти на занятия не было ни малейшего желания. Ривен решил пройтись, и ноги сами привели его к заброшенному саду, которого уже давно не касалась рука человека. Он нашёл это место еще будучи первокурсником. Сбегал сюда, чтобы скурить очередной «косячок», а вечером развлекался с молоденькими феями. Хорошие были времена. Он бы с удовольствием вернулся бы назад, чтобы сейчас не чувствовать того отчаянья, что мучило его.        Сев на край старого, почти разрушенного фонтана, специалист достал из кармана пачку сигарет и вытянув одну, поджёг. Дым разлился чем-то таким вязким и тёплым. Он почувствовал, как тепло разливается по лёгким. Даже несмотря на прохладную осень, Ривен не чувствовал холода. Сигареты помогали ему привести мысли в порядок. А в данный момент, они просто роем крутились в его голове, мешая наслаждаться прежней беззаботной жизнью.        Так когда же закончилась эта самая беззаботная жизнь? Он знал ответ. В тот день, когда он встретил Её. Странную девушку, которая круглые сутки ходила в огромных наушниках, словно спрятавшись от остального мира, носившую смешные хвостики и мешковатые вещи, скрывающие достоинства девчачьей фигурки. Она сразу зацепила его. Ривен редко первым заводил разговоры с незнакомцами, а увидев её, он почувствовал, что будто знал её всю жизнь. Муза — фея разума. Но он и предположить не мог к чему может привести этот невинный, шуточный разговор.        С первого взгляда они были совершенно разные, у них были разные интересы, вкусы, взгляды на жизнь. И если Ривен относился к жизни, как к данности, принимая все подарки и испытания судьбы, то Муза проживала каждый день, пытаясь скрыться от всех тех эмоций, которые затмевали разум. Быть эмпатом не просто. Парень уж точно бы не смог выдержать этого. В первый же день сдох бы от своих собственных эмоций.        Муза была не из тех, кто обычно был в его вкусе. Но единственной, которую было нелегко забыть. Он честно пытался. Но из-за того, что его лучший друг встречался с подругой Музы, это было довольно непросто. Им то и дело приходилось пересекаться. Девушка относилась к нему с осторожностью и лёгким презрением. Но вскоре он заметил в её взгляде… жалость? Да, именно так. Этой фее удалось проникнуть в его разум. И он злился из-за того, что позволил кому-то читать свои эмоции. Он тогда сильно вспылил и накричал на девушку, сказав, чтобы та больше не смела лезть в его голову. Она лишь хмыкнула и ответила что-то типа, что ей даже специально делать не нужно, его эмоции буквально кричат. Трудно их не услышать. Не почувствовать. И ушла.        Но потом специалист сам пришёл к ней. Как-то оказалось так, что она была единственным человеком, кто мог выслушать его и понять. К его удивлению, Муза не прогнала его. Выслушала, налила ромашкового чая по особому рецепту Терры. И это нравилось парню больше, чем пьяные поцелуи и секс с Беатрикс.        Да, поначалу Би казалась ему клевой, несмотря на то, что была отличницей и иногда занудой. С ней было весело. Она была неплоха в постели. Но постепенно он стал замечать, что ему надоело слушать её вечные планы, как досадить Блум и её подругам, как стать любимицей у новой директрисы. Это было не то, что ему нужно. Пускай сама разбирается в своих интригах. А он просто устал.        Муза подкупила его умением слышать и слушать, он никогда не чувствовал такой лёгкости в общении с кем-то. Она никогда не обсуждала его за поступки прошлого, лишь давала советы и помогала бороться с тьмой на сердце.        Такие вечера стали довольно частыми. И Ривен не запомнил того момента, когда из невинных разговоров, все перешло к поцелуям и сексу. Ему казалось все настолько правильным, будто так и должно быть. И плевать, что у неё есть правильный пай-мальчик. Ривен ведь не заставлял её прыгать к нему в койку, это было обоюдное желание.        Правда, после первой ночи, Муза запаниковала и сбежала. А потом долгое время избегала с ним встреч. А когда, наконец, они решили поговорить, она хотела прекратить все это. Сказала, что не хочет предавать Сэма. Но все пошло не по плану, и они снова оказались в его постели. И так раз за разом. И постепенно это стало привычкой.        Ривен имел много вредных привычек, но эта была единственной, от которой он получал истинное наслаждение и без очередной «дозы» ему просто сносило крышу.        Видеть её в школе в объятиях этого пай-мальчика было невыносимо. Муза была с ним счастлива, трудно было это не заметить. Но он не понимал зачем она продолжала все эти встречи, если любила и не хотела предавать? Вывод напрашивался сам собой — она тоже была зависима от этих отношений.        Скай называл его привычку глупым словом «любовь», а Ривену хотелось рассмеяться ему в лицо. Какая любовь? Он давно забыл значение этого слова. И вряд ли фея разума могла напомнить ему об этом. Глупость.        Однако, с каждой новой встречей он все меньше и меньше был уверен в своих словах. Это было наваждением. Нельзя было отрицать их тягу друг к другу. И если Муза старательно делала вид, что ничего не происходит, то специалист склонялся к тому, что его друг в очередной раз оказался прав. И как его угораздило влюбиться в совершенно неправильную, недостижимую девушку? А самое главное как избавиться от этого чувства? <…>        Стук в дверь нарушает уже успевшую надоесть тишину. Ривен лениво встаёт с кровати и подходит к двери. Открыв её, он не может не удивиться. На пороге стоит Муза, немного робко улыбающаяся ему. «Все-таки пришла», — думает специалист, внутри радуясь этому словно ребёнок, которому подарили игрушку. — Почему ты пришла? — спрашивает он. — Я не могу уснуть, — отвечает она. — Без тебя. — А я могу, — он немного медлит и потом добавляет, — Но не хочу.        Они оказываются в объятиях друг друга раньше, чем успевают подумать об этом. Их губы встречаются и весь мир перестает существовать для них. Есть только она и он. Остальное сейчас совершенно не важно. Муза, опьяненная его поцелуями, снова забывает о Сэме, о том, что наутро ее захватит чувство вины. Ей просто хочется забыться, раствориться в этом человеке.        Оказавшись на кровати, парень избавляет её от ненужной одежды, а она помогает ему расстегнуть ремень на джинсах. Трясущимися от желания руками это сделать трудно, но она справляется. Ривен оставляет дорожку поцелуев на ее теле, начиная с губ и заканчивая низом живота. Бедра девушки сводит от предстоящего удовольствия, из горла вырывается стон. Она впивается руками в его широкую спину, да так, что наутро останутся отметины, но это сейчас последнее, что волнует его. Специалист не торопится, изучает каждый сантиметр её тела, словно видит его в первый раз. Хотя для него каждая ночь с ней, всегда как первый раз. Он любит дразнить её, сводить с ума своими прикосновениями, поцелуями. До тех пор пока не услышит: — Ривен, — ее голос сбивается от желания, — Пожалуйста…        И разве может он отказать ей в этом? Нет. Потому что и сам уже на пределе. Рывком оказываясь внутри нее, он крепче прижимает ее к себе, сливая их тела воедино. Его темп постепенно увеличивается, из груди девушки снова вырывается стон, который специалист глушит крепким и страстным поцелуем. Ее руки сжимают простынь, ноги становятся ватными, но Муза наслаждается этими ощущениями. Ей сейчас так хорошо, что не хочется думать ни о чем, кроме его горячих поцелуев и объятий.        Никто не знает сколько проходит времени, прежде чем их накрывает волной оргазма. Они обессилено падают на кровать, но Ривен вновь сгребает ее в охапку, не желая отпускать. Пускай она снова сбежит утром, сейчас он хочет продлить этот момент как можно дольше. — Мы ведь понимаем, что это не любовь? — спрашивает она позже. — Понимаем ведь?        Ривен горько усмехается, но не желает разрушать её веру в собственные слова. Пусть думает так, как ей хочется. Пусть отрицает то, что видно невооруженным взглядом. Лишь бы не уходила. И пока он готов поддаться ей. Но только пока. — Понимаем. Это просто вредная привычка, от которой мы никак не можем избавиться. У меня целая куча подобных привычек, но ты единственная, от которой я не хочу избавляться.        Фея мягко улыбается и оставляет невесомый поцелуй на его губах. — И я не хочу. У меня не так много вредных привычек, чтобы вот так просто избавляться от них.        Специалист не может не улыбнуться в ответ. А затем снова припадает к губам девушки, но в этот раз поцелуй выходит почти робким, нежным, так, что у Музы по спине пробегает холодок. Она обнимает его, отвечая на поцелуй и зарываясь пальчиками в его и без того взъерошенные волосы.        Пускай называет это как хочет. Себя все равно не удастся обмануть. Однажды поймет, что как бы она не бегала, все равно всегда будет возвращаться. Ривен по себе знает, что невозможно избавиться от привычки, если ты сам того не желаешь.